Дипломатия

Алексей Мешков

Слухи о скором распаде Европейского союза, как нам представляется, преждевременны

«Международная жизнь»: Алексей Юрьевич, в европейских СМИ, в частности французских, проскальзывает мысль, будто Кремль играет против европейцев. По вашему мнению, с чем связаны появляющиеся в последнее время такого рода агрессивные настроения в отношении России?

Алексей Мешков: Не могу согласиться с тем, что в отношении России в Европе появились настроения, которые можно охарактеризовать как агрессивные. В той же Франции. Мои последние контакты с французскими представителями, в том числе с депутатами Национального собрания и верхней палаты - Сената Франции, оставили впечатление об искренней заинтересованности французской стороны в углублении и укреплении отношений России не только с отдельными странами Европы, но и с нашим стратегическим партнером - Европейским союзом. Именно исходя из такой взаимной заинтересованности в развитии сотрудничества, в том числе по линии наращивания контактов между людьми и формирования единого правового и гуманитарного пространства в Европе, мы выстраиваем нашу внешнюю политику на европейском направлении. У этой линии есть противники, но они в явном меньшинстве.

«Международная жизнь»: В течение последних лет ЕС переживает глубокий кризис, не только экономический, но и институциональный, моральный. Могла ли Европа еще лет десять назад пойти по иному пути и избежать нынешнего развития событий?

А.Мешков: Введение в 2002 году в обращение единой валюты евро и масштабное расширение в 2004 году ЕС в восточном направлении были восприняты в качестве апогея 20-летнего, достаточно динамичного процесса евроинтеграции как «по вертикали», так и «по горизонтали». Острые кризисы, постигшие Европейский союз - институциональный (2005-2009 гг.) и финансово-экономический (2008-2009 гг.), - вскрыли системную разбалансировку, которая отразилась на всех областях развития и политики ЕС.


Дипломатия

Александр Калугин

Россия - Иордания: 50 лет доброго сотрудничества

На состоявшейся 19 февраля этого года в Москве встрече с королем Иордании Абдаллой II Президент России В.В.Путин передал монарху изрядно пожелтевшую газету «Правда» от 21 августа 1963 года. В ней было опубликовано сообщение об установлении в этот день дипломатических отношений между СССР и Иорданским Хашимитским Королевством. Реакция короля была живой и заинтересованной - он сказал, что, взяв в свои руки газету, как бы прикоснулся к далекой истории. Ведь именно его покойному отцу королю Хусейну принадлежала инициатива привести в надлежащие рамки отношения с Москвой. По мнению Абдаллы II, которое разделил В.В.Путин, 50-я годовщина установления дипломатических отношений - весомая, знаковая веха в российско-иорданском взаимодействии.

Иордания представляет собой небольшое, молодое государство, обретшее независимость в 1946 году. Население - чуть более 6,5 млн. человек, довольно ограниченные минеральные ресурсы, что делает страну весьма зависимой от импорта энергоносителей и внешней финансово-экономической помощи. Королевство традиционно ориентируется на Запад, но при этом иорданские руководители всегда стремились к развитию партнерства с различными мировыми центрами, среди которых одно из приоритетных мест занимала и продолжает занимать Россия. За этот курс выступал король Хусейн, эстафету подхватил и взошедший в 1999 году на иорданский престол король Абдалла II. При нем российско-иорданское сотрудничество заиграло новыми красками, стало более динамичным и разноплановым.

За прошедший период была создана устойчивая договорно-правовая база двусторонних отношений. Ряд межправительственных соглашений (об экономическом и техническом сотрудничестве, о развитии торговли, воздушном сообщении) были подписаны в 1960-1980-х годах. В последние же годы удалось выйти на заключение важных соглашений, касающихся использования атомной энергии в мирных целях, взаимной защиты и поощрения капиталовложений, создания межправкомиссии по развитию торгово-экономического и научно-технического сотрудничества.

Особенность российско-иорданских политических связей - интенсивный характер контактов на высшем уровне. Король Хусейн приезжал в Москву несколько раз и был всегда желанным гостем. Абдалла II сделал диалог с российским руководством еще более активным и регулярным. С 2001 по 2013 год он совершил 11 визитов в Россию, установив теплые доверительные отношения как с В.В.Путиным, так и Д.А.Медведевым. Не остались в долгу у короля и российские лидеры. Дважды - в 2007 и 2012 годах - в Иордании побывал В.В.Путин, а в 2011-м - Д.А.Медведев.


Дипломатия

Евгений Бажанов

Россия в Азиатско-Тихоокеанском регионе

Наследие

Распространено мнение, что в российской внешней политике всегда преобладало европейское направление, об Азии Россия чуть ли не забывала. Вряд ли данное утверждение верно. Вспомним: с конца XVI столетия, с эпохи Ивана Грозного, началось движение русских за Уральские горы на восток. Промысловики, поморы, путешественники, военные и священники за исторически небольшой срок, полтора века, добрались по первозданной тайге и студеным морям до столь отдаленных мест, как Камчатка, Курильские острова, река Амур. К концу XVIII века россияне закрепились уже на Аляске, а вскоре создали базу в Калифорнии. Неподалеку от Сан-Франциско до сих пор стоит Форт-Росс, некогда самая мощная крепость на Тихоокеанском побережье Северной Америки. А вокруг можно встретить немало русских названий: Русская река, гора Шаста (Счастье), гора Святой Елены, город Севастополь, Старый Русский холм и просто Русский холм. В первой половине XIX века под контроль Русско-американской компании попал и один из Гавайских островов. Местного князька окрестили Иваном, речку назвали Доном. Достигали российские военные корабли и берегов Австралии и Новой Зеландии. Что же касается северной части Тихого океана, то она превращалась чуть ли не во внутреннее море России.

Темпы экспансии были столь велики, что удерживать некоторые из новых земель под контролем Петербурга больше не представлялось политически возможным и экономически целесообразным. С американскими колониями царь расстался, но зато усилилось движение на южном направлении: Россия получила особые права в Маньчжурии, глубоко проникла во все поры корейского общества. Переселенцы хлынули на Дальний Восток большими группами. Возводились города, строились железные дороги, разрабатывались земельные угодья, ширилась торговля. Из-за контроля над Северо-Восточным Китаем и Кореей вспыхнула Русско-японская война, поражение в которой больно ударило по престижу Российской империи и пошатнуло трон Николая II.

Но царское правительство не отказалось от активной политики - продолжалось внедрение в Монголию и Синьцзян, Афганистан и Персию. Обозначилось присутствие России и в экзотической Юго-Восточной Азии. В архивах Министерства иностранных дел есть довольно любопытный документ: секретное донесение русского консула из Сингапура. Дипломат с большой эмоциональностью писал, что лапы хищных держав, Англии и Франции, протянулись к беззащитному королевству Сиам (нынешний Таиланд), дабы лишить его свободы, попрать честь и достоинство, задушить. Традиционный долг России, подчеркивал консул, встать на защиту слабых и обиженных сиамцев. И Петербург действительно помог Таиланду отстоять независимость.


Дипломатия

Владимир Беляков

Путь длиною в четверть века. К 70-летию установления дипотношений между СССР и Египтом

70 лет назад, 26 августа 1943 года, были установлены дипломатические отношения между СССР и Египтом. Путь к ним занял более четверти века.

После Октябрьской революции 1917 года правительство Египта не признало советскую власть. В стране на Ниле продолжали официально функционировать дипломатические и консульские представительства дореволюционной России. В 1922 году они состояли из Дипломатического агентства и Генерального консульства (глава - Чрезвычайный и Полномочный Посланник Алексей Смирнов), консульства в Александрии (консул - Александр Петров) и вице-консульства в Каире (вице-консул - Николай Виноградов)1. Поскольку российские дипломаты не признали советскую власть, то приказом народного комиссара по иностранным делам от 9 декабря 1917 года они были уволены со своих постов. Официальные отношения между нашими государствами оказались прерваны.

В начале Первой мировой войны, 18 декабря 1914 года, Великобритания, фактически оккупировавшая Египет с 1882 года, объявила его своим протекторатом. Так что в своей внешней политике Каир был вынужден следовать за Лондоном, в том числе и в отношении к новой власти в России. Ситуация могла измениться после того, как 28 февраля 1922 года Великобритания предоставила Египту формальную независимость. Первый шаг в этом направлении был сделан 6 октября 1923 года: правительство Египта приняло решение не признавать более дипломатических и консульских представительств старой России и отменить режим капитуляций (экстерриториальности) для ее бывших подданных2. Объясняя подоплеку этого решения, британский верховный комиссар в Египте Скотт, так фактически и оставшийся хозяином страны, отмечал: «Поневоле приходится считаться с фактом уже шестилетнего существования власти большевиков, а с другой стороны, с тем, что элементы антибольшевистские до сих пор не проявили достаточной силы отпора и поэтому должны считаться мертвым осколком прошлого»3. Уже через четыре месяца, в начале февраля 1924 года, Англия установила дипломатические отношения с СССР.

«Рука Москвы»


Международное право

Кирилл Геворгян

К читателю «Международной жизни». Концепция «ответственность по защите»

Вашему вниманию предлагается материал, ставший итогом обсуждения в Международно-правовом совете при Министерстве иностранных дел Российской Федерации концепции «ответственность по защите».

Международно-правовой совет при Министерстве иностранных дел России создан в июне 2009 года в целях совершенствования сотрудничества министерства с отечественным правовым сообществом, повышения научно-правовой обоснованности внешнеполитических решений и инициатив Российской Федерации.
Диалог в рамках Совета призван способствовать и поступательному развитию самой науки. Организация деятельности Совета и его взаимодействия со структурными подразделениями МИД России возложена на Правовой департамент министерства.

Данный материал является не первым продуктом деятельности Совета, опубликованным в журнале, - в августовском номере за 2012 год вы можете ознакомиться с заключением Совета по тематике односторонних санкций.

В проработке вопроса и составлении правового заключения Совета по концепции «ответственность по защите» приняли участие известные российские ученые-международники (их список прилагается).


Международное право

Анна Кукушкина

Шарбатулло Содиков

Олег Хлестов

Международные организации vs терроризм

Постоянно увеличивающееся количество актов международного терроризма представляет опасность для жизни людей во всем мире, а также угрожает миру и безопасности всех государств. В заявлении по вопросу о борьбе с международным терроризмом, принятом 23 сентября 1999 года министрами иностранных дел пяти государств - постоянных членов Совета Безопасности, подчеркивается, что жизненно необходимым является усиление международного сотрудничества под эгидой ООН в целях борьбы с терроризмом во всех его проявлениях. Такое сотрудничество должно прочно основываться на принципах Устава ООН и нормах международного права, включая уважение прав человека. Для такого сотрудничества всем государствам было предложено предпринять шаги по:

- «защите своих граждан от посягательств террористов;

- взаимному сотрудничеству в целях предотвращения и пресечения террористических актов, где бы и кем бы они не совершались, а также привлечению к ответственности лиц, виновных в совершении террористических актов;

- предотвращению и пресечению на своей территории деятельности по подготовке и финансированию любых актов терроризма;


Колонка главного редактора

Армен Оганесян

Мультикультурализм: война или мир?

Идея мультикультурализма родилась не в Европе, а совсем на другом континенте. Принято считать, что Канада, Австралия и США успешно реализуют эту модель уже десятилетиями. Конечно, и там не все так безоблачно, если учесть, например, растущий демографический дисбаланс в пользу испаноговорящего населения в США. Однако эти страны кажутся сегодня тихой гаванью на фоне бушующих европейских страстей.

Нетрудно проследить по тенденциям и событиям последних десятилетий, как мультикультурный параллелизм, «геттоизация» и анклавизация культурных меньшинств привели Европу в состояние конфликтного, «напряженного» мультикультурализма. Как следствие, Саркози, Меркель и Кэмерон, каждый по-своему, но на редкость сплоченно, объявили, что «мультикультурализм - мертв».

Правда, и до них у доктрины европейской мультикультурности не было недостатка в критиках. Наиболее яркий из них - бывший канцлер ФРГ Гельмут Шмидт. Еще в 1992 году он говорил: «Ни из ФРГ, ни из Франции, ни из Великобритании нельзя делать страны - реципиенты миграции. Наши общества этого не вынесут. Тогда они деградируют… Все имеет свои границы. Представление о мультикультурном обществе, возможно, этически обосновано, но на практике оно в условиях демократии, в которой каждый гражданин может делать и позволять делать все, что он хочет, вряд ли осуществимо». Спустя десятилетие Шмидт не изменил своей оценки, а только укрепился в ней, когда в 2004 году в интервью газете «Die Zeit» сказал: «Мультикультурное общество - это иллюзия интеллектуалов»1.

Швейцария, пожалуй, единственный пример гармоничного и устойчивого мультикультурализма в Европе. Но в этой стране он формировался даже не десятилетиями, а веками и представляет сплав европейских культур, а не культур иных цивилизаций и этносов.


Политика

Михаил Конаровский

Итоги афганской операции НАТО и сценарии для России

Более чем десятилетняя вовлеченность США и НАТО в Афганистане стала самой масштабной и затратной операцией за все годы существования Североатлантического альянса. На нее было израсходовано свыше триллиона долларов, а потери составили более 3 тыс. убитыми (больше половины из них - американцы) и около 100 тыс. ранеными. Операция превратилась и в самое значительное психологическое испытание для НАТО, что дало основание даже поговаривать о системном кризисе Организации.

Операция «Несокрушимая свобода», начавшаяся в октябре 2001 года, была направлена на реализацию двуединой задачи: антитеррористическая составляющая (ликвидация основных очагов террористической структуры «Аль-Каида» в афгано-пакистанском приграничье) и силовая смена режима талибов, открыто солидаризировавшегося с «Аль-Каидой». При этом именно общая антитеррористическая направленность обеспечила этой акции широкую международную поддержку. Одновременно ввод в Афганистан сил коалиции создал Вашингтону, а затем НАТО благоприятные условия и для реализации стратегической задачи закрепления своих позиций в Центральной Азии, в противовес влиянию там России и Китая. По мандату СБ ООН были сформированы также Международные силы содействия безопасности Афганистана (МССБ), зона ответственности которых первоначально распространялась только на Кабул и его окрестности. Весомое место Великобритании, Германии, Турции, Франции, Италии, Канады и других стран в формировании Международных сил предопределило то, что вся афганская операция фактически с самого начала осуществлялась под эгидой НАТО1.

Вопреки ожиданиям на Западе, действия коалиции немедленно спровоцировали в стране новый виток гражданской войны (как это в свое время произошло после ввода советских войск). На одном из ее полюсов находилось новое правительство и поддерживающие его иностранные вооруженные контингенты, на другом - талибы, часть бывших моджахедов и другие боевики, связанные с «Аль-Каидой», а также c некоторыми группировками, оппозиционными нынешним режимам Центральной Азии. Активно влияло на общую ситуацию и противоборство в среде новых правящих элит, прежде всего по национальному признаку (пуштуны и непуштуны)*.

Осознание трудностей, вставших перед страной уже в первоначальный постталибский период, проявилось у нового руководства Кабула раньше, чем у его союзников на Западе. Почти сразу после ввода в страну иностранных войск Временная администрация начала активно лоббировать расширение мандата МССБ, что поначалу не встречало позитивной реакции у США, Великобритании, Германии и некоторых других государств НАТО. Однако все более зримые перспективы затяжной военной кампании вынуждали и Запад подходить к мысли о неизбежности расширения сферы деятельности МССБ.


Политика

Елена Шаповалова

Россия и Япония: взгляд заинтересованного наблюдателя

Япония глубоко и прочно вошла в жизнь России, которую сейчас трудно представить без японских автомобилей, мотоциклов, электроники, инструментов, тысяч японских ресторанов, суши-баров, боевых искусств - дзюдо, каратэ, айкидо, сумо. Культурными вкраплениями Страна восходящего солнца влилась в повседневность россиян. Политика в отношении восточного соседа - это не просто поддержание стабильных отношений. Япония является третьей по значению экономикой мира и очень влиятельным игроком в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), к которому приковывается все большее внимание международной общественности.

Перспективы обнадеживающие...

России сегодня в реализации своей стратегии в АТР необходимо выстраивать ровные, сбалансированные отношения с КНР, Японией и Южной Кореей, уходя от преимущественной ориентации на Китай, с которым она в июне 2012 года достигла договоренностей о стратегическом партнерстве. Тем более что Китай в отношениях с Москвой последние годы старается «больше взять, нежели дать», что, в частности, проявилось в динамике военно-технического сотрудничества между странами. Япония в этой стратегии могла бы занять важное место.

Территориальный спор между Японией и Россией по вопросу принадлежности южных Курильских островов продолжает стоять на повестке дня. Однако нельзя закрывать глаза на очевидные факторы, способствующие сотрудничеству двух стран, - географическую близость, располагающую к развитию экономических связей и туризма, наличие крупного потенциала делового партнерства, обусловленного прежде всего богатейшими природными ресурсами российского Дальнего Востока (РДВ), с одной стороны, и передовыми японскими технологиями и капиталом - с другой. Вхождение России и Японии в ведущие международные организации и институты, определяющие состояние мировой экономики и политики (ООН, АСЕАН, АТЭС, МВФ, МБРР, ЮНЕСКО, группы «восьми» и «двадцати» наиболее развитых индустриальных стран и др.), может и должно способствовать созданию климата доверия и конструктивности внутри этих организаций, сталкивающихся с глобальными вызовами современности.


«Мягкая сила»

Леонид Гусев

Формирование образа России на Украине - проблемы и перспективы

Формирование образа России на Украине очень важно для народов наших стран, так как это братские народы, оказавшиеся разделенными после 1991 года. От того, как представляется Россия на Украине, зависит и процесс интеграции между нашими государствами. Это актуально в настоящее время в связи с формированием Таможенного союза и Единого экономического пространства, особенно с учетом проблематичности вхождения Украины в данные структуры и ее колебаний между сотрудничеством с Россией и ЕС.

Если говорить о том, как воспринимают Россию на Украине, то прежде всего встает вопрос, с помощью каких средств и инструментов формируется образ нашей страны. В основном это система образования, средства массовой информации и личный опыт. В системе народного образования особая роль принадлежит истории.

Необходимо отметить, что после 1991 года Украина, как и остальные вновь образованные государства, должна была найти образ прошлого, санкционирующий ее нынешнюю политику и цели, выполняющий интеграционную функцию для ее жителей.

Ряд авторитетных украинских исследователей и аналитиков отмечают, что Россия отображается в учебниках истории страны крайне негативно. Среди них необходимо отметить А.В.Портнова - историка, переводчика, эссеиста. Он является сотрудником Института украинистики им. Крипьякевича Национальной академии наук Украины, специалистом по истории Украины и Центрально-Восточной Европы Нового времени. А.Портнов провел обширное исследование украинских учебников по истории, касающееся образа России.


«Мягкая сила»

Давид Асатрян

Армянская диаспора как транснациональный актор мировой политики

Традиционно к ведущим акторам в политической системе современного мира принято относить суверенные государства и созданные на их основе межгосударственные организации. Сторонниками данного подхода выступают такие теоретические школы, как реализм и, с некоторыми отличиями, конструктивизм.

Одними из первых исследователей, которые стали изучать активность негосударственных транснациональных акторов (ТНА) на мировой арене, были Р.Кохэн и Дж.Най1. Однако различия в трактовке этого вопроса между представителями конкурирующих подходов значительны.

Так, реалисты, настаивая на том, что главными акторами остаются суверенные государства, рассматривают их как рационально действующие однородные политические организмы, унитарные образования, которые проводят единую политику в отношении других государств - участников международных отношений (МО). «Пространство мировой политики, - писал А.Уолферс, - полностью захвачено государствами, каждое из которых располагает контролем над территорией, людьми и ресурсами в рамках своих границ»2.

С точки зрения конструктивизма государства также играют главную роль в процессе конструирования международных норм, но они не могут игнорировать стремление транснациональных идентичностей к самоутверждению и равноправному существованию в рамках государство-центричной международной системы, поскольку они достаточно мотивированы и сильны3.


Книжная полка

Владимир Кузнечевский

Перечитывая Шебаршина

Издательство «Алгоритм» выпустило в свет мемуары бывшего главного разведчика Советского Союза, последнего (по хронологии) начальника Первого главного управления КГБ СССР (с февраля 1989 по 23 сентября 1991 г.) Леонида Владимировича Шебаршина*. (*Шебаршин Л.В. Рука Москвы. Разведка от расцвета до распада. М.: Алгоритм, 2013. 336 с. ) И хотя речь идет о переиздании этого уникального произведения, решение издательства заслуживает большого одобрения. Дело в том, что впервые эта книга вышла в свет в октябре 1992 года, но кто в те «лихие 90-е» мог посвятить свое личное время чтению такой специальной литературы? Люди были оглушены неожиданным распадом великого государства. Вместе с ним распадались тысячи личных судеб, безвозвратно рушились десятилетиями создаваемые профессиональные карьеры как государственных чиновников, так и простых людей. До того ли было, чтобы в таких катастрофических условиях посвятить свое личное время чтению мемуаров отставного разведчика?

Но 20 лет, прошедшие с момента первой публикации мемуаров Л.Шебаршина, сильно изменили российское общество и, как отмечают едва ли не все политологи, пробудили в людях сильный интерес к нашей недавней истории. Сегодня многие граждане, отдалившись от того смутного времени на расстояние двух десятилетий, сравнивают советское время с настоящим. Нередко при этом наблюдается ностальгия по некоторым чертам советского периода нашей жизни. Но надо сказать правду: большинство возвращаться в это прошлое уже не хочет. И дело не в том, что «нельзя дважды войти в одну и ту же реку» (эту максиму приписывают древнегреческому философу Гераклиту Эфесскому), а в том, что при всей энергичной критике настоящего в целом наше советское прошлое все же ощущается как безвозвратно ушедшее. И с этой точки зрения книга-воспоминание, книга-размышление генерал-лейтенанта Леонида Шебаршина современным читателем воспринимается не как мемуары отставного разведчика, а как приглашение к размышлению о глубинных смыслах нашей современной жизни. Именно так перечитывал сегодня эту книгу и я.

Причем неожиданно поймал себя на мысли, что если раньше, в 1992-м, я не сравнивал этот текст с другими подобными, то сейчас сравниваю. И убеждаюсь в том, что в цивилизованном мире в XX и XXI веках вышли в свет только две книги такого рода. Они абсолютно схожие по предмету (обе - о роли разведки в становлении и развитии мировой сверхдержавы и ее государственного аппарата и о технологии овладения ремеслом этой профессии). Но одновременно по своей целевой направленности это две абсолютно разные книги. Одна - о том, как обеспечить своему государству главенствующее положение на международной арене и создать технологии манипулирования другими государствами для достижения этой цели, а другая - о неисчерпаемой, неизбывной любви русского человека к своей Родине и своему народу, своей культуре, которая насчитывает в своем развитии не всего-то 200 с лишним лет, а много более 1 тысячи. Одна книга о том, что сверхдержава, проводя в жизнь свои (государственные, национальные) интересы, имеет право переступать через любые нормы морали и нравственности. А другая  - о том, что моральные и нравственные нормы должны лежать в самой основе и государства как такового, и профессиональной работы разведчика на государство.

Полагаю, что сведущий читатель этой рецензии давно уже догадался, что речь идет о книгах двух отставных профессиональных разведчиков из двух противоположных лагерей: бывшего шефа ЦРУ Аллена Даллеса «The Craft of Intelligence» («Ремесло разведки») и Л.Шебаршина «Рука Москвы. Разведка от расцвета до распада». Первая книга появилась в 1963 году, спустя полтора года после того, как Президент США Джон Кеннеди лично, с подробным объяснением причин отправил в отставку директора ЦРУ, широко известного в мире трубадура холодной войны против Советского Союза. А вторая увидела свет через 30 лет после первой, когда Президент СССР Михаил Горбачев в безуспешных попытках подладиться к Борису Ельцину, желая любым путем сохранить хоть какие-то остатки своего властного положения, через своего секретаря уведомил начальника Первого главного управления КГБ СССР, что государство более не нуждается в его службе.


Книжная полка

Дмитрий Климов

Антология террора

В Совете Европы в конце июня прошла презентация книги профессора И.И.Бондаренко «Угроза международной стабильности: аспекты проблемы»*. (*Бондаренко И.И. Угроза международной стабильности: аспекты проблемы. Братислава: Европейский центр изобразительных искусств, 2013. 296 с.) Проблема борьбы с террором во всех его проявлениях приобрела в последнее время особое значение. Неслучайно во время саммита «Большой восьмерки», состоявшегося, кстати, также в июне этого года в североирландском курортном городке Лох-Эрн, руководители стран «G-8» посвятили специальное заседание вопросам обеспечения международной безопасности и стабильности в мире. В итоговом коммюнике лидеров «Группы восьми» в п. 5 и 6 говорится:

«П. 5. Мы разделяем приверженность совместной работе по противодействию терроризму и по борьбе с источниками нестабильности, где бы они ни находились, в особенности в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Мы согласовали пять приоритетных направлений деятельности по противостоянию растущей угрозе, которая исходит от террористов, действующих на «дуге нестабильности» от Мавритании до Сомали. Наряду с самими государствами мы будем работать совместно, сосредоточив нашу коллективную политическую и практическую поддержку с тем, чтобы предоставить правительствам помощь в обнаружении и ликвидации террористических сетей и построении эффективных и подотчетных систем управления.

П. 6. Мы выражаем приверженность делу защиты наших граждан и сокращения доступа террористических групп к источникам финансирования, которые обеспечивают их процветание. Мы недвусмысленно отвергаем возможность выкупов террористам и призываем государства и частный сектор во всем мире следовать нашему примеру и покончить с этим и другими источниками, приносящими прибыль террористам. Мы будем оказывать друг другу содействие в разрешении ситуаций с захватом заложников посредством заблаговременного обмена лучшей практикой, а также делясь по мере необходимости экспертным опытом при возникновении подобных случаев». Именно эти вопросы затрагиваются и в книге известного ученого. Автор считает, что терроризм является главной угрозой сегодняшнему миру. Современному терроризму посвящено немало исследований. Однако уникальность издания состоит в том, что это уродливое явление современности анализируется во всех его ипостасях и проявлениях, причем порой неожиданных.

С помощью методов запугивания и насаждения атмосферы неуверенности и страха в обществе отдельные малочисленные группы, стоящие по другую сторону закона и международного права, пытаются добиться своих целей.


Книжная полка

Михаил Маслин

Константин Леонтьев - дипломат и философ

В издательстве «МГИМО-Университет» вышла книга «Константин Николаевич Леонтьев. Записки и донесения»* (*Константин Николаевич Леонтьев. Записки и донесения / сост. К.М.Долгов; МГИМО (У) МИД России.    М.: МГИМО-Университет, 2013. 560 с.)  и сразу же вызвала научный и общественный интерес  не только в России, но и за рубежом, где проходила служба К.Н.Леонтьева, сотрудника Азиатского департамента Министерства иностранных дел Российской империи (1863-1873 гг.). В 2003 году уже выходила книга документов «Константин Николаевич Леонтьев. Дипломатические донесения, письма, записки, отчеты. 1865-1872» и вскоре стала библиографической редкостью; она   была переведена на турецкий язык, а в 2006 году министр иностранных дел Российской Федерации С.В.Лавров открыл памятную доску Константину Леонтьеву на здании бывшего Российского императорского посольства в Стамбуле (Константинополе). Инициаторы данного труда К.М.Долгов и А.В.Торкунов при содействии сотрудников издательства «МГИМО-Университет», как было обещано в издании 2003 года, планировали опубликование дополнительных архивных документов, принадлежащих перу К.Н.Леонтьева и отражающих его дипломатическую деятельность. Этот замысел, к счастью, реализован.

Новая книга записок и донесений русского дипломата включает многочисленные послания Леонтьева из разных мест Средиземноморья, где проходила его консульская служба (Адрианополь, Тульча, Янина, Салоники, Константинополь и др.). Кроме того, составитель К.М.Долгов включил в нее ряд ценных документов, хранящихся в Архиве внешней политики Российской империи, характеризующих цели российской дипломатии на Востоке. Они отражают разные, в том числе противоречивые мнения относительно того, каковы должны быть меры, направленные к усилению политического влияния России на Востоке. 

Так, в одной из записок, представленных министру иностранных дел А.М.Горчакову, выносятся рекомендации по приданию российской политике выраженного «национального характера», вытекающие из родственной близости славянских народов, проживающих на территории Оттоманской империи. Они сводятся к всемерному поддержанию националистических устремлений единоплеменников - турецких славян в местах их компактного проживания: «…делать все, что покажется им [консулам] выгодным для привлечения к нам православных и прочих славянских народностей Турции» (с. 474). Данная записка получила резко отрицательную оценку со стороны  А.М.Горчакова. Он разглядел в ней призыв к российским консулам любыми, в том числе противозаконными  средствами оправдывать российских агентов за рубежом, занимающихся антиправительственным подстрекательством для того, чтобы «только развязать им руки для достижения завоевательных целей» (с. 480).

Записки и донесения, собранные в книге, показывают, что на дипломатической службе Леонтьев способствовал осуществлению иной, а именно - реалистической политики министра иностранных дел князя А.М.Горчакова, выраженной в знаменитой формуле «Россия сосредоточивается». Целью этой политики было сохранение статус-кво и всяческое укрепление мирного влияния России на Востоке разными средствами, включая то, что в современном лексиконе получило название «soft power». Необходимо было преодолеть такое унизительное положение, в какое была поставлена Россия по кабальному Парижскому трактату от 18 марта 1856 года, согласно которому она  потеряла не только стратегически важные территории в бассейне Черного моря, но и право иметь собственный военный флот. Леонтьев-дипломат приходит к выводу о том, что для укрепления восточного вектора российской политики необходимо толерантное отношение к обычаям и нравам страны пребывания, что предполагает в том числе отказ от того, чтобы рассматривать славянство в качестве единственного естественного союзника России, а Восток - как чуждый «другой» по отношению к ней.