Формирование образа России на Украине - проблемы и перспективы


Формирование образа России на Украине очень важно для народов наших стран, так как это братские народы, оказавшиеся разделенными после 1991 года. От того, как представляется Россия на Украине, зависит и процесс интеграции между нашими государствами. Это актуально в настоящее время в связи с формированием Таможенного союза и Единого экономического пространства, особенно с учетом проблематичности вхождения Украины в данные структуры и ее колебаний между сотрудничеством с Россией и ЕС.

Если говорить о том, как воспринимают Россию на Украине, то прежде всего встает вопрос, с помощью каких средств и инструментов формируется образ нашей страны. В основном это система образования, средства массовой информации и личный опыт. В системе народного образования особая роль принадлежит истории.

Необходимо отметить, что после 1991 года Украина, как и остальные вновь образованные государства, должна была найти образ прошлого, санкционирующий ее нынешнюю политику и цели, выполняющий интеграционную функцию для ее жителей.

Ряд авторитетных украинских исследователей и аналитиков отмечают, что Россия отображается в учебниках истории страны крайне негативно. Среди них необходимо отметить А.В.Портнова - историка, переводчика, эссеиста. Он является сотрудником Института украинистики им. Крипьякевича Национальной академии наук Украины, специалистом по истории Украины и Центрально-Восточной Европы Нового времени. А.Портнов провел обширное исследование украинских учебников по истории, касающееся образа России.

В частности, он указывает на то, что первоначально, сразу после провозглашения независимости страны, образовался вакуум учебников, который старались заполнить переизданиями дореволюционных и вышедших в 1920-1930-х годах книг. Большая часть из них представляла собой популярные курсы, написанные с позиций «национального возрождения»1. Эти издания - памятники развития украинской историографии - использовались в учебном процессе, но не отвечали политическому и методологическому контексту времени. Важную роль сыграл также перевод (на украинский, а позднее - и русский язык) англоязычного курса «Украина. История» канадского историка Ореста Субтельного, происходящего из семьи украинских эмигрантов. Этот учебник вышел в Канаде, в Торонто, в 1988 году, а уже через четыре года был издан в Киеве. Написанная как синтез традиционных украинских схем национальной истории и новейших идей западной историографии, книга Субтельного стала настоящим бестселлером2.

Украинские же постсоветские историки подключились к изданию учебников не сразу. Вышедший из печати осенью 1991 года переработанный вариант школьного пособия для десятого класса, как признал один из его авторов, «устарел раньше, чем дошел до учеников»3. Впоследствии историки старались успевать за политическими изменениями, тем самым подтвердив наблюдение уже упоминавшегося Ореста Субтельного, что массовый отход историков от идеи «построения социализма» отражает отнюдь не способность критически переосмысливать концептуальные позиции, а развитое умение учитывать политические реалии. Смена одной идеологии на другую произошла совершенно незаметно. Историки не выдвинули новый способ создания исторического текста. Он, как и прежде, оставался идеологически окрашенным, с конфронтационным видением прошлого, в котором место «классовой борьбы» успешно заняла борьба с внешними (иноэтническими) врагами, с преобладанием политической истории и терминологической анархией, в которой ленинские формулы вроде «буржуазно-демократической революции» соседствуют с «национально-освободительными движениями»4.

В середине 1990-х годов вышел комплект учебников по истории Украины для всех классов, изданный в киевском издательстве «Генеза». Тематические приоритеты этих учебников четко указывают на стремление свести к минимуму влияние России на украинскую историю, сформировать украиноцентричный взгляд на прошлое. Инструментом утверждения такого взгляда выбирается схема постоянной защиты от внешних врагов, прежде всего поляков и татар.

События Переяславской рады 1654 года учебник комментирует так: «Оставалось только Московское царство. Как-никак, а одного корня, одной веры, хотя многим и отличались. На Украине свободней. Люди открытые, без хитрости. Есть свой выборный гетман. В Московском царстве вся власть принадлежит царю... Не приносит народу присяги на законы и права, не обещает быть честным, справедливым, защищать народ... А о воле люди и забыли»5. Здесь же, уравновешивая религиозно-этническую близость противопоставлением украинского «свободолюбия» российскому «самодержавию», автор добавляет: «Решили пойти на союз с Москвой, хотя сердце к российскому самодержавию не лежало», подчеркивая, что договор 1654 года положил начало «новому закабалению украинского народа»: «Украина постепенно превращалась в Руину... Из свободного государства... Украина стала Малороссией - Малой Россией»6.

В разделе о Второй мировой войне автор старался обойти идеологические препятствия и рассказать как о националистическом подполье, так и о советских войсках и советских партизанах, избегая при этом термина «Великая Отечественная война». В тексте о послевоенном времени, в частности при упоминании российских диссидентов, заметно влияние схемы разграничения России как страны и России как централизованной власти, которая применялась в данном учебнике и в ряде других книг7.

Преобладанию конфронтационных элементов в изображении российско-украинских связей не препятствует этническая и конфессиональная близость. Напротив, она лишь стимулирует усиление таких акцентов. В то же время на протяжении украинской истории российский фактор из внешнего часто превращается во внутренний, возникает болезненное, но небессмысленное соединение украинского и российско-советского. Все это влияет на исторический образ России, которая на страницах украинских учебников в роли союзника появляется фактически один раз (в 1654 г.), и то ненадолго (до Конотопа 1659 г.), а в основном выступает как сильный враг. Причем враг, не мистифицируемый в образе безличного зла, - эта неблагодарная роль оставлена монголам, татарам и туркам8.

Русские же на страницах учебников - это практически всегда войско, которое ведет себя на Украине нагло и жестоко (от Андрея Боголюбского до большевистского командира Муравьева), стремится уничтожить местные демократические традиции. Очень важная деталь: большинство знаковых, обязательных для запоминания дат из истории Украины - это даты различных российско-украинских конфликтов или, точнее, событий, которые считаются таковыми (1169 г., 1654 г., 1659 г., 1667 г., 1709 г., 1775 г.). При этом персонификация России в тексте учебников сведена к минимуму, что является скорее общей чертой постсоветской учебной литературы, в которой очень мало человека и много абстрактного носителя политических принципов9.

Обратимся теперь к анализу образа России в украинских СМИ. На возникающий в них образ России повлиял целый ряд конфликтов современности: споры по поводу поставок природного газа, война 2008 года в Южной Осетии и ее последствия, споры по поводу использования русского языка в стране. К этим злободневным вопросам современности прибавились споры по поводу украинской истории, где главные темы - Голодомор и отношение к Украинской повстанческой армии (УПА), а также дискуссии в связи с 300-летним юбилеем Полтавской битвы. Контент-анализ ежедневной газеты «День» показал, что из 484 материалов о России и российско-украинских отношениях 113 могут считаться позитивными, 185 - негативными и 186 - нейтральными10.

Дискуссии в российской прессе также способны повлиять на прессу соседней страны, особенно с учетом того, что на Украине читают сайты в российском сегменте Интернета, смотрят российское телевидение и покупают российские газеты. Например, ряд политиков в России считают «неестественной» принадлежность Крыма Украине, полагают, что рано или поздно он должен быть «возвращен» России, и даже напрямую связывают судьбу Черноморского флота с судьбой всего полуострова, в портах которого он базируется. Это вызывает довольно негативное отношение на Украине, оценивающееся как «покушение на ее целостность». Также отторжение на Украине вызывает и отношение ряда политиков России к странам СНГ как к зоне своих приоритетных интересов и даже как к сфере влияния. Это часто рассматривают как «покушение на независимость страны».

По словам сотрудника Центра украинистики и белорусистики Исторического факультета МГУ Богдана Безпалько, нередко в украинских СМИ отмечается, что Россия как «империя» представляет собой опасность - это центр подавления и порабощения. Можно отметить, что во многих публикациях СМИ Украины Россия показывается как азиатская, жестокая страна, имеющая желание подавить все окружающее. Украина, напротив, представляет собой европейскую страну11. «В целом образ России в украинских СМИ негативен. Даже сами украинские журналисты признают, что допускают перегибы в формировании этого образа», - заявил Богдан Безпалько12.

Например, для России символом ее военного могущества и славной истории является Черноморский флот (вспомним, например, героическую оборону Севастополя во время Крымской войны). Для Украины Черноморский флот не имеет такого символического и стратегического значения, как для России. Сам факт размещения баз российского флота на территории Украины воспринимается многими в украинской элите как угроза территориальной целостности страны. Но, и на это необходимо особо указать, наличие базы российского флота на украинской территории может служить интересам двух государств, поскольку при помощи Черноморского флота Россия способна обеспечивать безопасность морской границы Украины, являющейся членом СНГ. На Украине же сам факт пребывания флота часто подается как символ потенциальной агрессивности России, что не способствует формированию позитивного образа нашей страны на Украине.

Важную роль в формировании образа России в СМИ играет религиозная тематика. Можно отметить, что в западных областях (кроме Волынской и Ровненской) определяющую роль в формировании национального самосознания играла греко-католическая (униатская) церковь, к которой относит себя большинство верующих жителей этих регионов. Но в центральных и восточных областях господствующие там православные церкви такой роли не играли. После того как в XVIII веке украинское православие было абсорбировано Русской православной церковью, православие скорее служило стиранию различий между украинцами и русскими, о чем украинские националисты говорят как о «русификации» украинского населения. Именно поэтому в 1920 году на волне национализма была создана Украинская автокефальная православная церковь, ликвидированная в Советском Союзе спустя десять лет и вновь начавшая свою деятельность в 1990 году на новой волне национализма. Эта церковь уже использовала национальную риторику в своей деятельности13. Противостояние сторонников подчинения Московской патриархии и сторонников автокефализма приобрело острый политический характер и в целом зачастую воспринималось как конфликт с Москвой.

Очень важным символом в отношениях Украины и России служат и наши языки - украинский и русский. В бытовом плане, в плане повседневного опыта рядового гражданина Украины именно языковой вопрос, а не информация в учебниках истории и в СМИ является ключевым с точки зрения формирования образа России.

Обучение в украинских школах до 1958 года велось на украинском языке. Когда в 1958 году Н.С.Хрущёв провел реформу, предоставив родителям возможность выбора языка, на котором будут учиться их дети, это привело к тому, что украинские националисты и диссиденты назвали это «русификацией» населения: множество городских школ на Украине стали русскоязычными, поскольку родители выбирали для своих детей русский язык (везде, кроме западных областей). Большинство этих диссидентов составляли поэты, прозаики, литературные критики и журналисты, для них использование украинского языка было значительной частью протеста против советской системы. Русский и украинский языки похожи. Но большая часть русскоязычных жителей Украины в советское время не желали изучать украинский язык, не потому что относились к нему плохо, просто он не был востребован14.

В настоящее время украинские националисты продолжают, используя этот факт, обвинять Россию в навязывании русского языка и таким образом в попытках доминирования в стране. В реальности же они часто используют свое хорошее знание украинского языка как способ вхождения в элитную группу и исключения из нее тех, кто языком владеет слабо (то есть речь идет о разновидности внутриэлитного конфликта, в котором используются националистические лозунги, что было характерно для многих молодых государств мира в период их становления).

Дополнительно к языковому вопросу еще ряд моментов приобрел определенное звучание для повседневной жизни граждан Украины во многом благодаря деятельности ряда политических сил правой ориентации. Есть символические периоды, важные для формирования образа России в сознании существенной части жителей Украины. Особая страница истории - голодомор начала 30-х годов ХХ века, когда республика была оставлена без зерна, свирепствовал голод и доходило до каннибализма. Погибли миллионы крестьян, составлявших в те годы основную массу украинского населения. Этот период в истории для украинцев очень трагичен. Он символизирует не только ужас советской эпохи, но и беды, пережитые украинским народом. Но не все на Украине обвиняют в этом русских. Многие считают виновником сталинский режим, от которого пострадали все народы, населявшие СССР. Достаточно вспомнить, что в процентном отношении наибольшие жертвы понесли не украинцы, а казахи. Пострадали от голода, связанного с коллективизацией, и многие регионы России.

Однако среди лидеров и сторонников националистических партий существует устойчивое мнение, что голодомор был навязан из центра, под которым они понимают Москву и Россию. Кроме того, утверждается, что голодомор был специально направлен преимущественно против украинцев, которые якобы воспринимались коммунистическим руководством как «носители мелкобуржуазного, кулацкого сознания». Об этом говорят нынешние сторонники УНА-УНСО, партии «Свобода», «Народного Руха» и других подобного рода организаций, а также представители украинской диаспоры за рубежом, особенно в Канаде, США и странах Европы.

Для представителей данной группы политических сил их упрощенный, «черно-белый» подход к голодомору является отражением общеполитической установки на жесткий национализм. Во многом проблема голодомора оказалась политизированной под влиянием этих сил. Они используют данный исторический сюжет, чтобы доказать, что украинское государство должно придерживаться жесткой политики, и заставить русскоязычных жителей признать: Украина - страна украиноязычная, с украинской культурой, и, если хочешь в ней жить, необходимо уважать ее национальную культуру.

Очень важно в этой связи указать на позицию бывшего Президента Украины В.Ющенко, полностью поддержавшего в данном вопросе крайних националистов. Во время своего правления он распорядился установить во всех селах памятники жертвам, пострадавшим от голода. Кроме того, по его инициативе в ноябре 2006 года Верховная Рада признала голодомор 1932-1933 годов геноцидом украинского народа15. Он также призвал все страны мира поддержать это решение. Что и сделали 11 государств. Хотя Ющенко и пообещал, что Киев не станет требовать от России компенсации по образцу отдельных стран Балтии, из Москвы он получил отрицательный ответ. Впоследствии это было им использовано для обвинения России в гегемонизме.

Однако сюжеты, связанные с голодомором, имеют значение лишь для востока Украины, так как западная часть страны в период коллективизации была в составе Польши, а не СССР. В этом плане данный исторический эпизод, очевидно, был использован для того, чтобы настроить против России население Восточной Украины, которое к ней наиболее близко.

Однако в конце своего президентского срока Виктор Ющенко совершил другой важный политический жест, расколовший население Украины по принципу «запад - восток» и способный повлиять на образ России для части жителей этой страны. Дело в том, что деятельность украинских националистов в период Второй мировой войны и после нее крайне неоднородно оценивалась самими украинцами на востоке и западе страны. В западной, бывшей польской части Украины, националисты были достаточно популярны. Соответственно, антироссийские настроения у определенной части жителей Западной Украины сохранились еще с тех времен. На востоке у националистов не было массовой базы поддержки, где они воспринимались как пособники гитлеровцев. Поэтому воспевание лидеров националистов на Западной Украине довольно болезненно воспринимается на востоке.

22 января 2010 года Ющенко объявил о присвоении звания Героя Украины посмертно руководителю Организации украинских националистов (ОУН) Степану Бандере. Ранее это же звание им было присвоено главнокомандующему Украинской повстанческой армии Роману Шухевичу. Этим действием он прямо выступил против России, так как вышеупомянутые персонажи активно сотрудничали с гитлеровским режимом и воевали против Советской армии. Однако на востоке Украины эти действия Ющенко были крайне непопулярны. Смена руководства страны привела к тому, что вопрос был снят с повестки дня.

Вопрос о Бандере не единственный из тех, которые раскалывают украинское общество по оси «запад - восток». Сходные, хотя и не такие острые дискуссии, происходят и вокруг других исторических героев, например Петлюры.

Однако в целом можно отметить, что попытки политизировать ряд исторических сюжетов серьезной пользы правонационалистическим силам на Украине не принесли. С точки зрения рядового украинского избирателя, особенно на востоке страны, все описанные выше сюжеты на образ России существенно не повлияли.

Можно выделить три основных компонента формирования образа России на Украине: система образования, средства массовой информации и личный опыт. В системе народного образования особая роль принадлежит учебникам истории. В СМИ важнейшую роль играет проблематика острых современных проблем в российско-украинских отношениях. В личном опыте ключевыми являются языковые вопросы.

Необходимо особо отметить, что образ России, какое бы влияние на его формирование на Украине ни оказывали историографическая традиция и политические процессы, зависит не в последнюю очередь от политики нашей страны.

В этой связи нужно констатировать, что в России за 20 лет раздельного с Украиной существования, к сожалению, так и не возникло желания лучше узнать украинское общество, не сформировалась украинистика как самостоятельное направление научных исследований. Хотя отдельные попытки предпринимаются, но этого явно недостаточно. В основном они сводятся к лингвистическим дискуссиям (вроде правильнее ли говорить «на Украине» или «в Украине»), а также к дискуссиям по политическим проблемам в СМИ. А без наличия серьезных, фундаментальных знаний об Украине и ее населении рассчитывать на какую-то продуманную и долгосрочную политику на украинском направлении трудно, так же как и на формирование позитивного образа России на Украине .

Поэтому для формирования позитивного образа нашей страны можно предложить следующее.

Нужно создавать в ведущих вузах, научных институтах и центрах нашей страны кафедры и отделы изучения Украины, которых сейчас не так много.

Желательно активнее работать с украинскими СМИ. Устраивать специальные пресс-конференции для российских и украинских СМИ. Это могли бы делать крупнейшие российские ведомства: министерства, прокуратура, Государственная Дума, Совет Федерации. Важным является то обстоятельство, что русскоязычная часть украинского населения продолжает активно пользоваться соответствующим сегментом Интернета. В этом плане желательна поддержка сайтов, отражающих позицию России по наиболее злободневным политическим вопросам российско-украинских отношений.

Ключевым вопросом является работа с молодежью, которая уже не жила в советское время, а проходила обучение по новым учебникам украинской истории, формировалась под влиянием пропаганды в местных СМИ. Нужно рассмотреть возможность выделения грантов для молодых ученых с Украины, интересующихся Россией, ее культурой, возможностями улучшения отношений России с Украиной по линии «Русского дома», Россотрудничества и других структур. Именно эта молодежь в будущем будет строить отношения с Россией. Желательно выделять в престижных вузах Москвы и других городов квоты для студентов с Украины. В настоящее время складывается такая ситуация, что нашим чиновникам, работающим в сфере образования, проще открыть какой-нибудь филиал российского вуза на Украине. Но любой студент, выбирая между нормальной формой обучения в «нормальном» вузе и вечерним филиалом, выберет украинский вуз.

На формирование положительного образа России должны работать и представители крупного российского бизнеса, в последние годы все более увеличивающие свое участие в проектах на Украине. Это «Газпром», РАО «ЕЭС России», нефтяные компании, компания «Балтика», «АвтоВАЗ» и другие. В этом плане на уровне крупнейших компаний с государственным участием можно продумать ряд мер, органически сочетающих их собственный пиар с работой на улучшение имиджа России. Примером здесь может служить деятельность китайских и южнокорейских компаний по всему миру.

Для того чтобы жители Украины лучше узнали Россию, ее историю и культуру, может быть организована соответствующая пропагандистская кампания. В ее рамках можно снять ряд фильмов исторической тематики, профинансировать издание соответствующих книг, чаще организовывать Дни культуры России в той или иной области Украины. Этим могли бы заняться Министерство культуры России, подразделения МИД РФ. Причем очень важно в тех же Днях культуры России делать акцент не только и не столько на русских народных песнях и плясках, но и на современной, более понятной, адекватной современному украинцу культуре. Это популярная и классическая музыка, балет, живопись, мультипликация и т. д. Важной может стать популяризация Н.В.Гоголя, М.А.Булгакова и других одинаково значимых для России и Украины фигур в области культуры и литературы.

Существуют ителлектуальные области России, как например, искусство и наука, оцениваемые на Украине положительно. Есть привлекательные для всех украинцев образы, такие как просторы России, богатство ресурсами. Именно на это и нужно делать акцент в создании положительного образа нашей страны. В кампаниях по созданию положительного образа России можно опереться на ее достижения в различных областях науки, техники, спорта, а также на ее вклад в общую копилку европейской и мировой культуры и цивилизации. В то же время многие сюжеты традиционной патриотической пропаганды в нашей стране, связанные с войнами, на Украине оцениваются специфически и поэтому не могут служить целям объединения россиян и украинцев.

 

 

 1http://www.polit.ru/article/2004/12/14/portnov/

 2Там же.

 3http://www.history.org.ua/LiberUA/polit.ru-research-2004-12-14-portnov-html/polit.ru-research-2004-12-14-portnov-html.pdf

 4Там же.

 5http://magazines.russ.ru/nz/2004/4/port12.html

 6Там же.

 7Там же.

 8http://www.polit.ru/article/2004/12/14/portnov/

 9http://www.history.org.ua/LiberUA/polit.ru-research-2004-12-14-portnov-html/polit.ru-research-2004-12-14-portnov-html.pdf

10http://www.ua.rian.ru/analytics/20091207/78250564.html

11http://belarus.regnum.ru/news/800899.html

12Там же.

13http://mgs.org.ru/?p=149

14Там же.

15http://www.izvestia.ru/news/330038

Отправить статью по почте