***

Сергей Лавров

Выступление на Первом форуме молодых дипломатов

Москва, 25 апреля 2014 года

Дорогие друзья,

Рад приветствовать участников Первого форума молодых дипломатов стран СНГ, Абхазии и Южной Осетии. Уверен, что у нас состоится интересная дискуссия. Надеюсь, что по ее итогам в результате обмена мнениями, планами и идеями вы обогатите свои знания. Такие встречи будут регулярными и станут полезной дискуссионной площадкой для обсуждения молодыми профессионалами актуальных проблем международной жизни и региональной повестки дня. Это важно, поскольку вы - наша надежда и смена.

Ситуация в мире проще не становится, а, наоборот, усложняется, идет объективный процесс формирования новой полицентричной системы международных отношений. Этот процесс идет противоречиво, есть серьезное сопротивление со стороны тех, кто не хотел бы ничего менять в сегодняшнем мире и хотел бы вернуться к однополярной модели мироустройства. Все это порождает глобальную турбулентность, рост конкуренции на самых различных направлениях и в разных проявлениях.

В этих непростых условиях дипломатия Российской Федерации стремится действовать взвешенно, твердо отстаивая наши законные национальные интересы, не идя на какую-либо конфронтацию с кем бы то ни было.

Стремимся продвигать объединительную, позитивную повестку дня, которая предполагает решение любых региональных, глобальных вопросов исключительно через коллективные действия и работу на основе уважения международного права, максимально привлекая центральную координирующую роль ООН. При этом руководствуемся новой редакцией Концепции внешней политики Российской Федерации, утвержденной Президентом В.В.Путиным в феврале 2013 года.


Политика

Андрей Будаев

«Мягкая сила» во внешней политике Бразилии

В последнее время в интернациональном и российском политическом дискурсе повышенное внимание уделяется «мягкой силе» как важному фактору развития международных отношений и межгосударственного общения. Сформулированная в конце 80-х - начале 90-х годов прошлого столетия известным американским политологом и неолибералом Джозефом Наем концепция «мягкой силы» определяется как «способность добиваться желаемого на основе добровольного участия союзников, а не с помощью принуждения или подачек»1. Такое воздействие, как считает Дж.Най, может осуществляться с помощью трех основных компонентов: культуры, идеологии и внешней политики2. Позднее к ним стали относить привлекательность внутренней политики, экономические достижения и даже образ жизни и ценности, в первую очередь американские.

Вместе с тем введение Дж.Наем и его соавтором по ряду работ Р.Кохейном в научный лексикон термина «мягкая сила» не означает, что это явление представляет собой исключительно американское изобретение. Отдельные элементы «мягкой силы» проявлялись еще в XVII- XVIII веках в политике целого ряда европейских государств, включая Россию.

Применительно к сегодняшнему дню термин «мягкая сила» имеет различные, в том числе более расширенные, чем прежде, трактовки. В обновленной Концепции внешней политики Российской Федерации, утвержденной Президентом В.В.Путиным 12 февраля 2013 года, «мягкая сила» характеризуется как «комплексный инструментарий решения внешнеполитических задач с опорой на возможности гражданского общества, информационно-коммуникационные, гуманитарные и другие альтернативные классической дипломатии методы и технологии»3.


Политика

Д-р Риад Хаддад

Россию и Сирию связывают особые исторические отношения

«Международная жизнь»: Г-н посол, как сегодня обстоят дела с урегулированием кризиса в Сирии?

Д-р Риад Хаддад: Сирийское руководство призывало и призывает к политическому решению кризиса путем национального всеобъемлющего диалога с участием всех представителей сирийского общества. Мы продолжаем работать в этом направлении. Напомню, что Президент Башар Асад в 2013 году выдвинул план по решению сирийского кризиса и перехода к новой Сирии без внешнего вмешательства.

Этот же подход декларировался нами на женевской конференции, и сирийская делегация, единственный представитель сирийского народа, была искренней и серьезной в ходе переговоров. В то же время выступление госсекретаря Джона Керри на открытии «Женевы-2» было провокационным и не стабилизирующим. В ответ министр иностранных дел Сирии Валид Муаллем заявил, что никто не имеет права решать судьбу народа Сирии, кроме самих сирийцев, напомнив Керри и его союзникам об Уставе ООН и принципах международного права, запрещающих вмешательство во внутренние дела независимых государств. Что же касается сопредседателя спецпредставителя ООН и ЛАГ Лахдара Брахими и поддерживаемой им делегации «коалиции», то они показали полную несостоятельность в разрешении кризиса, тем более что все решения диктуются американцами и саудовцами, даже во время переговоров. К тому же делегация «коалиции» не представляет всю оппозицию, а только ее часть и не имеет никакого влияния на террористические вооруженные группировки. Она даже не в силах выполнить достигнутые договоренности.

«Международная жизнь»: Как продвигается процесс вывоза химического оружия с сирийской территории, инициированный Россией?


Украинский вектор

Юрий Булатов

Россия и Украина: вместе или врозь?

«Международная жизнь»: Юрий Алексеевич, вы профессионально занимаетесь уже много лет историей России и в том числе этнополитическим аспектом. Можно ли говорить об украинских гражданах, проживающих на территории современной Украины, как о едином этносе?

Юрий Булатов: Представляется более верным говорить не об украинском народе, а о народе Украины. Почему? Потому что народ Украины полиэтничен - это украинцы, русские, русины, поляки, татары, евреи и т. д. Поэтому говорить об украинских гражданах как о едином украинском этносе было бы не совсем корректно.

«Международная жизнь»: Кого сегодня можно называть украинцами?

Ю.Булатов: Этнос отличается один от другого в первую очередь по ряду признаков. Естественно, украинец - это тот, кто знает и любит свой родной язык, кто знает и ценит свою национальную культуру и развивает ее. Конечно, речь идет также и о вероисповедании. Это три традиционных признака, которые определяют любую национальность: язык, культура и вера.

История свидетельствует о том, что в прошлом Украина находилась в разделенном состоянии и в составе России, и под властью Австро-Венгрии, а также и Речи Посполитой. И в данной ситуации, естественно, все процессы, которые имели место в сфере расширения влияния тех или иных конфессий, затрагивали все население. Здесь речь идет и о православных Московского патриархата, и о сторонниках Греко-католической церкви (униатах), и о пастве Римско-католической церкви. Многообразие вероисповеданий - это тоже одна из особенностей населения Украины, то есть оно не только полиэтнично, оно и поликонфессионально.

Украинский этнос также не является единым на всей территории Украины. Есть народ - многонациональный народ Украины. К примеру, возьмем нашу страну - в Конституции РФ (ст. 3) говорится о том, что единственным источником власти и носителем суверенитета является многонациональный народ России. Да, Россия тоже полиэтнична и поликонфессиональна. То же самое на территории Украины. Но мы же не говорим, что Российская Федерация - это в первую очередь государство русского народа, а учитываем в первую очередь многообразие и своеобразие народов, проживающих на территории России. Так же надо учитывать это и на территории Украины.


Украинский вектор

Алексей Моисеев

О некоторых международно-правовых позициях по украинскому вопросу

Позиция Российской Федерации

18 марта 2014 года был подписан международный Договор между Российской Федерацией и Республикой Крым о принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов. Согласно договору, который применяется с даты подписания и вступил в силу после ратификации 21 марта 2014 года, Крым считается принятым в Российскую Федерацию, в составе которой образованы новые субъекты - Республика Крым и город федерального значения Севастополь; лица, проживающие на этот день на территории новых субъектов Федерации, признаны российскими гражданами, но имеют право в течение месяца заявить о своем желании сохранить имеющееся гражданство. На территории Крыма начали действовать законодательные акты Российской Федерации. Сухопутная граница Крыма с Украиной объявлена границей Российской Федерации, морские пространства в Черном и Азовском морях подлежат разграничению на основе принципов международного права.

Решение о принятии договора было основано на результатах свободного и добровольного референдума, проведенного в Автономной Республике Крым и городе Севастополе 16 марта 2014 года, в ходе которого народы Крыма приняли решение в пользу «воссоединения Крыма с Россией на правах субъекта Российской Федерации» и против «восстановления действия Конституции Республики Крым 1992 года и статуса Крыма как части Украины».

Фактически тот правовой акт, на заключение которого 18 марта 2014 года дала свое суверенное согласие Россия, касался предложения со стороны другого независимого государства - Республики Крым заключить международный договор о его принятии в состав Российской Федерации. Ранее, 17 марта 2014 года, Президент России своим указом, также исходя из суверенного права любого государства, признал Республику Крым в качестве суверенного и независимого государства - субъекта международного права, учитывая волеизъявление народов Крыма на референдуме 16 марта 2014 года.


Украинский вектор

Дмитрий Данилов

НАТО: вперед в прошлое

Украинский кризис заставляет НАТО не только корректировать свои планы, но и сами цели, на которые альянс прежде был ориентирован. Соответствующие решения должны быть согласованы в довольно короткий срок, чтобы вынести их на рассмотрение и утверждение во время саммита в Уэльсе 4-5 сентября 2014 года, который «будет формировать будущее альянса»1. На саммите, по словам генсека НАТО Фог Расмуссена, страны альянса «должны принять жесткие решения, связанные с долгосрочным стратегическим воздействием агрессии России на нашу собственную безопасность»2. Александр Вершбоу, заместитель генсека НАТО, подтвердил: «Теперь нам, конечно, придется оценить последствия событий вокруг Украины и, возможно, пересмотреть всю свою стратегию»3.

Однако достаточно очевидно, что политическая оценка украинского кризиса и его влияния на будущую трансформацию НАТО уже вполне определилась. Если «до Украины» в НАТО признавали, что с выходом альянса из Афганистана к концу 2014 года «эпоха операций заканчивается и наступает период сосредоточения»4, то теперь для него открывается новый период - оперативного сосредоточения на европейских рубежах сдерживания, «чтобы полностью быть готовыми к быстрому реагированию на угрозу или применение силы против любого участника или региона альянса, включая сценарии, при которых у нас [НАТО] будет очень короткое время предупреждения»5.

Из Афганистана - в Уэльс - через Киев

26 марта 2014 года генсек НАТО Фог Расмуссен на встрече с Президентом США Бараком Обамой «приветствовал шаги, которые Соединенные Штаты предприняли в ответ на безрассудные и незаконные военные действия России в Украине». В этой связи Расмуссен и Обама подчеркнули необходимость укреплять коллективную оборону6. Таким образом, НАТО возвращается к логике сдерживания России и будет соответствующим образом проводить военное планирование и подготовку. На укреплении функции коллективной обороны в НАТО постоянно и упорно настаивали многие страны так называемой «новой Европы», в первую очередь Польша и государства Балтии. При принятии новой стратегической концепции НАТО в Лиссабоне в ноябре 2010 года им удалось отстоять патрулирование союзниками воздушного пространства Прибалтики на постоянной основе. В ноябре 2013 года в Прибалтике и Польше альянс провел масштабные  учения «Стедфаст джаз» («Steadfast Jazz»), в которых отрабатывалась операция по восстановлению территориальной целостности одной из балтийских стран-участниц по статье 5 Вашингтонского договора.


Украинский вектор

Дмитрий Бабич

Как и почему неонацистские идеи стали «мейнстримом» на Украине

Сегодня на Украине мы стали свидетелями смены стратегии Запада в борьбе за влияние на постсоветском пространстве и немедленно последовавшего провала этой самой новой стратегии.

В чем заключается новая стратегия? Во-первых, произошел окончательный отказ Запада от прежних табу в выборе союзников. Теперь в их круг допущены неонацисты и этнические националисты. Во-вторых, этим новым партнерам дан карт-бланш на самые резкие действия с применением не только полиции и спецслужб, но и армии.

Вспомним: в 1991 году и США, и Европа осудили действия правившего Грузией ультранационалиста Звиада Гамсахурдия, несмотря на его однозначно антироссийскую позицию и явное стремление следовать в кильватере западной политики. Свергнутых Шеварднадзе и Кучму в 2003-2005 годах не преследовали, не конфисковали их собственность за рубежом.

В нынешней «битве за Украину» условности отброшены, забыта критика неонацистской партии «Свобода», других радикалов из «Батькивщины» и «УДАРа».

Запад дал карт-бланш сформированному «Батькивщиной» и «Свободой» правительству на применение армии против «сепаратистов» на востоке страны, хотя еще в 2008 году Саакашвили пришлось организовать для оправдания агрессии в отношении Южной Осетии некие «обстрелы» со стороны Цхинвала. Прямая война объявлена Западом семье Януковича, всем лицам, хоть как-то с ним связанным политически, а заодно и их родственникам. В люстрационные списки новой киевской власти попали даже малолетние дети «регионалов» Царева, Арбузова, Колесниченко.


Тенденции

Олег Карпович

Глобальные проблемы международных отношений в контексте формирующегося многополярного мира

Современный мир переживает эпоху глобальных изменений. Нынешняя политическая действительность «все больше определяется глобальной политической нестабильностью, в которую мир перешел в результате эрозии Вестфальской системы. На фоне ее распада и хаотизации международных отношений происходит формирование нового миропорядка, основанного на принципах многополярности»1. При этом система международных отношений становится все более анархичной2. Наблюдается нарастающий кризис идеи «демократического мира» - стержневого концепта эпохи однополярности3.

Темпы и скорость глобальных изменений непрерывно растут: всего один год потребовался западным политтехнологам для того, чтобы превратить спокойную и процветающую Северную Африку, некоторые страны которой (в частности, Тунис) по уровню жизни практически ничем не отличались от южных департаментов Франции, в очаг жесточайшей гражданской войны, международного терроризма и радикального исламизма. Теперь такая же участь ждет Сирию, а вместе с ней и весь Ближний Восток, включая главного непримиримого оппонента США - Иран.

Создается впечатление, что сегодня эрозии подвергаются сами основы Вестфальской системы, разрушаются платформы и механизмы, которые на протяжении многих десятилетий служили делу поддержания мира и политической стабильности, сохранению баланса между различными силами и группами интересов в глобальной политике. Сегодня все это стремительно распадается на отдельные фрагменты под натиском правового нигилизма, двойной морали и «управляемого хаоса».

В образовавшийся вакуум стремятся проникнуть силы, которые долгое время выступали идейными противниками демократического мира с его универсальными общечеловеческими ценностями: политические экстремисты и радикалы, террористы, исламисты всех мастей, националисты и, наконец, на примере Украины - неофашисты.


Тенденции

Илья Классен

Новый курс во внешней политике Германии

На юбилейной, 50-й Мюнхенской конференции по вопросам политики безопасности новая правящая коалиция туманно намекнула о значительном эволюционном сдвиге во внешнеполитической стратегии ФРГ. Как заявил министр иностранных дел Германии Ф.-В.Штайнмайер, в будущем внешняя политика страны должна «оперативнее, решительнее и содержательнее»1 реагировать на происходящее в современном мире.

Политика, ставшая синонимом успеха

С момента разрушения Берлинской стены и воссоздания единого германского государства ФРГ выстраивала свою внешнеполитическую линию в уникальных исторических условиях. Падение социалистических режимов Восточной Европы и последовавший развал Советского Союза создали политический и идейный вакуум на пространстве к востоку от Германии, что открывало беспрецедентные возможности для использования «мягкой силы» и структурирования данного пространства в формате, выгодном для ФРГ и ее союзников. Порой для этого требовалось приложить немалые усилия, но практически всегда интересы всех крупных игроков могли быть согласованы на взаимоприемлемой основе и не переходили в стадию острого противостояния.

Данная исключительно благоприятствующая перспектива создала основу для быстрых успехов немецкой дипломатии и политики в первую очередь на восточном направлении. Впечатляющим можно назвать последовательное присоединение 16 государств в течение двух десятилетий к единому европейскому экономическому и социальному пространству на условиях того, что вся тяжесть работы по изменению стандартов в законодательстве, производстве, образовании и других общественных сферах практически полностью легла на присоединяющиеся государства. На деле ФРГ удалось в форсированном темпе решить задачу расширения единого рыночного пространства и гарантировать преимущества для внутренних производителей за счет восточноевропейских стран. Схожие успехи были достигнуты и в вопросе расширения пространства безопасности, используя механизмы принятия новых членов в Североатлантический альянс.


В МИД РФ

О Владимире Петровском - русском дипломате и гражданине мира

Василий Небензя, заместитель министра иностранных дел России:

Владимир Федорович для меня был величиной недостижимой: заместитель министра иностранных дел - небожитель.

Владимир Федорович дал многим путевку в жизнь. Когда стоял вопрос о назначении нового руководителя Управления международных организаций, было несколько кандидатур, но по предложению Владимира Федоровича начальником был назначен Сергей Викторович Лавров. То есть он ему фактически выпрямил дорогу на олимп.

Владимир Федорович был человеком высокой интеллигентности, богатой эрудиции. Он был не только практиком международных отношений, но, можно сказать, и теоретиком. Из-под его пера вышло немало монографий на эту тему. Он умел слушать людей не только равных себе по должности, но и молодых, даже если был с ними не согласен, относился к ним с большим уважением.


Вехи истории

Дмитрий Сафонов

В логове поверженного зверя

В соответствии с договоренностью четырех великих держав - победительниц во Второй мировой войне - СССР, США, Англии и Франции - вся территория поверженной Германии должна была перейти под их управление независимо от того, чьи войска освобождали ту или иную часть Германии от фашистов. Советским войскам, занимавшим большую часть Германии, предстояло значительную долю этой территории передать союзникам.

Имея это в виду, руководство Советского Союза решило направить в Германию сразу же после окончания войны специальную бригаду для тщательного просмотра подлежавших передаче территорий с целью возможного использования обнаруженных там технологических новшеств, на которые немцы всегда были горазды. Бригада эта состояла человек из пятидесяти. В нее входили в основном представители Академии наук, высших учебных заведений и ряда наркоматов технического профиля. От Наркомата вооружения СССР как наиболее заинтересованного ведомства в нее были включены несколько инженеров, среди которых оказался и я. На бригаду возлагалась задача: «прочесать» отходившие западным державам территории Германии и вывезти оттуда в советский сектор все, что могло представлять для нашей страны более или менее существенную ценность. А что конкретно - это должны были решать на месте сами участники направляемой в Германию бригады.

Чтобы члены бригады не выглядели в еще не остывшей от военного запала Германии «белыми воронами» и чтобы с нами там «считались» не только немцы, но и свои, каждому из нас было присвоено офицерское звание. И тут же выданы соответствующие «мандаты», в которых указывалось, что такой-то - называлось воинское звание, фамилия, имя и отчество - командируется Наркоматом обороны СССР в распоряжение командующего советскими войсками в Германии для выполнения специального задания.

Ваш покорный слуга, никогда не служивший в армии и числившийся, согласно военному билету, всего лишь «рядовым необученным», превратился вдруг - подумать только! - в целого подполковника.


Вехи истории

Михаил Конаровский

Усадьба мостуфи

Провозглашение в 1919 году независимости, или, точнее, восстановление независимости Афганистана, первой приветствовала Советская Россия. За ней, подписавшей в 1921 году двусторонний политический договор с Кабулом, это сделали Персия и Турция, а к концу того же года, скрепя сердце, соответствующие отношения со страной оформил и Лондон. В этой связи в Кабуле среди турецких и иранских дипломатов до сих пор бытует версия, что афганский эмир - реформатор Аманулла-хан якобы сделал широкий жест Москве, Анкаре и Тегерану: предложил под территории их посольств часть своего паркового комплекса по соседству с королевским комплексом Арк.

Участок был разделен на три равные части, но та, которую предложили большевикам, их по каким-то причинам не устроила. Что же касалось Анкары и Тегерана, то те приняли высочайшее предложение, и комплексы посольств Турции и Ирана до сих пор располагаются на одной из центральных городских улиц по соседству с построенным в 1960-х годах новым зданием афганского МИД. Предназначавшийся же для России участок каким-то образом «прихватила» Турция, сохранив его прежний парковый колорит, а также то, что сохранялось там от старого павильона начала прошлого века.

«Наверное, ваши большевики-атеисты не захотели, чтобы их миссия была «зажата» между посольствами двух мусульманских стран (а Москве предлагался именно такой участок)», - дымя сигаретой, пошутила однажды в разговоре со мной советник-посланник посольства Турции. Я как-то отшутился, вспомнив между прочим, что именно моя соотечественница Ирина Владимировна Вербовская (Рахмани) когда-то здорово выручила супругу короля Амануллы во время его визита в Турцию в начале 1928 года. Эмансипированная Сурейя не умела танцевать и попросила Ирину, тогда молодую супругу первого секретаря афганской миссии в Анкаре, открыть бал вместо себя… Но по существу вопроса  ответить турчанке  было нечего, поскольку об истинной  причине отказа Москвы на предложение афганского правителя  (да и вообще было ли таковое?!)  мне ничего известно не было, да и позже выяснить не удалось. В конце концов Москве было предоставлено довольно внушительное, особенно для Кабула 20-х годов прошлого века, подворье с большим тенистым садом. Правда, тогда располагалось оно в более отдаленной от центра части города, которая замышлялась королем под новый столичный комплекс. Его украшением должны были служить два величественных дворца - Дар-уль-Аман и Таджбек. Но, попав под жернова трагической истории страны в XX веке, они так и не стали олицетворением реального обновления Афганистана, о чем говорят их уже вряд ли поддающиеся восстановлению полуразвалины… 


Книги и обзоры

Г.М. Капалин

«Это наша вера, она русская»

К 220-летию русской духовной миссии на Аляске

Беседу провела обозреватель журнала «Международная жизнь» Елена Студнева.

«Международная жизнь»: Ваш научный труд «Русская Православная Церковь на Аляске до 1917 года»* (*Митрополит Климент (Капалин). Русская Православная Церковь на Аляске до 1917 года. М.: ОЛМА Медиа Групп, 2009. 608 с., илл)  дает ответы на многочисленные вопросы не только истории, но и дня сегодняшнего. Главным среди них, пожалуй, является тот, за которым скрывается феномен живучести русской духовной культуры в современных реалиях коренных жителей Аляски. Когда вы приступали к этому многолетнему труду, какую главную задачу ставили перед собой?

Митрополит Климент: В 1980-х годах я служил епископом в США и Канаде. Бывая на Аляске, посещая там православные храмы, наблюдал уникальное явление: на тот момент прошло 120 лет, как она была продана, регион изменился цивилизационно, политически, экономически, произошла американизация внешних условий жизни, а местные жители в большинстве своем оставались православными и говорили, что их вера русская. Тогда же на Аляске, а затем в Вашингтоне и Сайоссете, пригороде Нью-Йорка, смог познакомиться с разнообразными материалами и публикациями по истории русского православия в Америке, что здесь, в России, в то время было недоступно. Тогда-то у меня и появилось желание изучить историю русского церковного присутствия на Аляске и донести новые и малоизвестные факты российским читателям. Стал изучать архивы, работал в библиотеках и чем больше интересовался этой темой, тем более убеждался, что в привычных исторических штампах накопилось много неточностей и ошибок.

В СССР еще строили развитой социализм, было время жесткого идеологического контроля со стороны КПСС. О церкви, ее миссионерах, о царской России нельзя было публично высказывать добрые слова. Но общая картина развития православия сначала в пределах Русской Америки, а впоследствии на всей территории США и Канады представляла собой беспрецедентную историю распространения нашей русской культуры на территории иного государства (да еще такой современной супердержавы, как Соединенные Штаты!), причем исключительно мирным путем. Мне очень хотелось, чтобы в России об этом знали. Хотелось на примерах неимоверных трудностей, которые переживали православные миссионеры на Аляске, для того чтобы донести свою веру автохтонам (коренному населению), укрепить живущих в России верующих, тогда сильно притесняемых, но не сломленных.


Книги и обзоры

Николай Ефимов

Стратегическая стабильность в мировой политике: формулы академика Кокошина

Появление понятия «стратегическая стабильность» связано с развитием диалога между СССР и США по проблемам ограничения ядерных вооружений. В начале 1970-х годов были достигнуты известные советско-американские договоренности по ограничению стратегической противоракетной обороны (ПРО) (1972 и 1974 гг.). Они оформили общие подходы к обеспечению военно-стратегического равновесия между двумя сверхдержавами, хотя в тех двусторонних документах не говорилось о принципах стратегической стабильности. Термин «стратегическая стабильность» был зафиксирован позднее - в Договоре между СССР и США о ликвидации их ракет средней и меньшей дальности (1987 г.) и в Договоре СНВ-1 (1991 г.). А 1 июня 1990 года руководителями СССР и США было подписано специальное Совместное заявление относительно будущих переговоров по ядерным и космическим вооружениям и по дальнейшему укреплению стратегической стабильности. В дальнейшем этот термин прочно вошел в понятийный аппарат политологов и используется в российско-американских документах, официальных документах Российской Федерации.

Осмысление самого феномена стратегической стабильности в научной среде началось в 1970-х годах в нашей стране и за рубежом.

Развитие теории стратегической стабильности является одним из приоритетов в исследовательской деятельности академика А.А.Кокошина. В его понимании стратегическая стабильность - «комплексная, многомерная и многодисциплинарная проблема, требующая постоянного внимания высшего государственного руководства, военного командования, отечественного экспертного сообщества, занимающегося проблемами национальной безопасности, ученых различных областей научного знания»1.

Исследования проблем стратегической стабильности, по убеждению ученого, призваны носить междисциплинарный и системный характер. Эта тема связана и с проблемами военной стратегии и оперативного искусства. С одной стороны, в этой теме значительна доля естественно-научного и инженерно-технического компонентов, с другой - она предмет политологии и политической психологии, которые в нашей стране до сих пор развиты в недостаточной степени. Одной из прорывных работ в этом отношении можно считать комплексный междисциплинарный труд «Космическое оружие: дилемма безопасности», который был опубликован в 1986 году под редакцией А.А.Кокошина и двух известнейших отечественных ученых-физиков с мировым именем - академиков Е.П.Велихова и Р.З.Сагдеева2.


Книги и обзоры

Анатолий Зайцев

Новые страницы истории установления дипломатических отношений с Исландией

Дипломатические отношения между СССР/Россией и Республикой Исландией (РИ) имеют давнюю историю, насыщенную важными событиями и фактами. Многие из них стали известны широкому читателю только сейчас из документов российских и исландских архивов (значительная их часть опубликована впервые), содержащихся в подготовленном министерствами иностранных дел РФ и РИ сборнике документов1.

Выход сборника из печати приурочен к знаменательному юбилею - 70-летию установления прямых дипломатических отношений между нашими странами. Произошло это событие 4 октября 1943 года в разгар Второй мировой войны еще до провозглашения независимости Республики Исландии (17 июня 1944 г.).

Начало регулярным отношениям между нашими странами было положено еще в июне 1926 года, осуществляемым в то время через посредство Дании, за которой по заключенному 30 ноября 1918 года акту о датско-исландском союзе оставались функции обороны острова и ведение иностранных дел. Они были оформлены 22-24 июня 1926 года обменом нот. Поверенный в делах Дании в СССР Э.Торп-Педерсен в ноте от 22 июня 1926 года сообщил о «признании Королевским Правительством Исландии de jure Правительства СССР». В ответной ноте от 24 июня 1926 года народный комиссар по иностранным делам Г.В.Чичерин «выразил большое удовлетворение Правительства Союза по поводу установления нормальных отношений между обеими странами»2.

Начало процессу установления прямых дипломатических отношений между СССР и Исландией было положено в середине 1942 года с контактов в Лондоне посла СССР И.М.Майского и посланника Исландии Петура Бенедиктссона. Проведенный через их посредство зондаж позиций правительств СССР и Исландии на этот счет подтвердил их обоюдную заинтересованность в установлении непосредственных дипломатических отношений.