ГЛАВНАЯ > События, факты, комментарии

Стратегическая нестабильность в постпандемическом мире: борьба без правил?

12:48 01.06.2020 • Андрей Торин, редактор журнала «Международная жизнь»

Фото: ratel.kz.

В российском информационном агентстве «Интерфакс» состоялась первая онлайн-сессия «Примаковских чтений» на тему «Россия и постковидный мир». В обсуждении перспектив международных отношений после пандемии коронавируса приняли участие известные российские специалисты в области дипломатии.

«Примаковские чтения онлайн» – это новый совместный проект ИМЭМО РАН и агентства «Интерфакс». В рамках проекта запланирована серия встреч экспертов, политических и общественных деятелей, на которых будут обсуждаться актуальные проблемы международных отношений и мировой экономики в период кризиса. Проект реализуется при поддержке Фонда поддержки публичной дипломатии им. А.М. Горчакова.

Модератор сессии, специальный представитель Президента России по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой, в своем вступительном слове отметил: «Политические и экономические проблемы волнуют нас не меньше, чем пандемия, которая рано или поздно закончится. Однако экспертные прогнозы имеют некоторые границы, и достаточно трудно давать долгосрочные оценки перспективам мирового развития. Кроме того, необходимо учитывать и тот факт, что результаты состоявшейся дискуссии должны быть востребованы действующими политиками. То, что еще в период до пандемии на международной арене начала складываться новая политическая геометрия, ни для кого не новость. Коронавирус лишь обострил существующие противоречия. Сегодня необходимо понять, изменилась ли иерархия угроз, с которыми сталкивается человечество, и избрать оптимальный вариант реакции на них».

Президент ИМЭМО РАН Александр Дынкин отметил, что пандемия резко усилила темпы политико-экономических изменений. В «мирное» время они растянулись бы на все следующее десятилетие. Но сейчас время спрессовано. Пять лет тому назад в глобальном стратегическом прогнозе ИМЭМО большинство отечественных и зарубежных экспертов пришли к выводу, что точка невозврата в американо-китайских отношениях уже пройдена. В начале XXI века были популярны другие прогнозы, предвещавшие укрепление «Чимерики» - гибридной системы, в рамках которой Китаю отводилась роль глобальной фабрики, а США открывали свой потребительский рынок и давали КНР шанс для экономического роста. Теперь от них не осталось и следа, но, как считает А.Дынкин, говорить о полноценном американо-китайском противостоянии еще преждевременно.

Еще до коронакризиса, после XIX съезда Коммунистической партии Китая в 2017 году, Пекин во многом изменил свою риторику и политику. Чаще стали звучать претензии не только на экономическое, но и на экологическое и отчасти военно-политическое лидерство. Симметрично в США с приходом в Белый дом Дональда Трампа усилился акцент на «величии Америки». Это сопровождалось протекционизмом и даже изоляционизмом, последовательным разрушением системы международных соглашений и договоров. Соединенные Штаты вышли из пяти основополагающих договоров о стратегической стабильности, а также из множества соглашений по торговле, климату и гуманитарным вопросам. Возникает определенный когнитивный диссонанс с лозунгом Вашингтона о «мире, основанном на праве». Вместо этого мы видим попытку вернуть полицентричный мир обратно к однополярному состоянию, в котором он находился после распада социалистического блока. Можно сказать, что администрация нынешнего президента США предлагает «геостратегический дарвинизм», согласно которому выжить должен сильнейший в мире без правил. Разрешением этого конфликта должна стать новая биполярность XXI века – между Китаем и Соединенными Штатами.

В чем содержание этой новой конкуренции? Китаю для мирового лидерства не хватило терпения и пятидесяти лет. Пекин не успел создать систему своего технологического доминирования. Сети мобильной связи 5G пока активно используются только в самом Китае и в Южной Корее. В ряде других стран, включая Россию, реализуются лишь небольшие пилотные проекты. Рынки компании Huawei сегодня также сокращаются. Утверждения о том, что возникли две технологические системы, англосаксонская и китайская, пока остаются лишь разговорами. Совокупная стоимость таких американских компаний, как Facebook, Amazon, Microsoft, Google, в пять раз выше, чем таких китайских компаний, как Baidu, Alibaba и Tencent. Осознав эту ситуацию, Пекин пытается договориться и уступить.

Китай по-прежнему заинтересован в экономических отношениях с США и не желает терять перспективный рынок сбыта. «Достаточно прочитать соглашение о снижении торговых ограничений, вступившее в силу в феврале 2020 года. В этом документе 198 пунктов, из которых 105 – это обязательства с формулировкой «Китай должен», 88 – «стороны должны», и только 5 – «США должны». Несмотря на нынешнюю пропагандистскую войну, это соглашение в целом выполняется: американские финансисты понимают, что Китай будет вытаскивать мировую экономику из кризиса. В соответствии с этим соглашением и в рамках либерализации финансового рынка в Китае компании Goldman Sachs и Morgan Stanley c 1 апреля получили одобрение китайских регуляторов на покупку крупнейших финансовых компаний в Китае. Американские фирмы также получили одобрение на эквайринг, то есть на выпуск в КНР своих платежных карт и их обслуживание. Заметно уменьшается и американский торговый дефицит. Если китайский экспорт в США упал на 26%, то импорт из США сократился лишь на 1,3%», - пояснил А.Дынкин.

На этом фоне Белый дом 20 мая публикует «Стратегический подход США в отношении КНР», который однозначно формулирует попытку сдерживания Китая в экономике, идеологии и безопасности, причем в идеологической сфере основной претензией является то, что руководящая партия в КНР – Коммунистическая, на что несколько десятилетий не принято было обращать внимания. Возникла структурная асимметрия: Китай ищет компромисса, а США пытается остановить его рост, а не договариваться. Такое положение, безусловно, крайне опасно.

Тем не менее, несмотря на рост враждебности, Китай остается сверхпривлекательным для США как огромный рынок. А.Дынкин считает, что Трамп, если он заинтересован в поддержке американского бизнеса, не может этого не учитывать. Какой тренд возобладает: компромисса ради выхода из рецессии или стратегическая конкуренция в борьбе за мировое лидерство – станет понятно уже после президентских выборов, которые состоятся в ноябре 2020 года.

Не меньше проблем и в Европейском союзе, где так и не удалось сформировать единую идентичность. У многих стран и народов в ЕС собственная историческая память, и если, например, современные польские элиты утверждают, что их стране принесли свободу Ватикан и США, то в Испании с такой постановкой вопроса не согласятся, потому что именно благодаря этим двум факторам здесь до 1974 года сохранялся режим Франсиско Франко. При этом об общеевропейской солидарности в борьбе с пандемией коронавируса речи вообще не идет.

Большие имиджевые потери несут и США: общество расколото, а в элите идет «холодная война». Администрация Белого дома долгое время вообще не реагировала на эпидемию, а затем начала вместо координации действий начала давать советы разного уровня экстравагантности. На фоне распространения вируса усилилось негодование черного населения Соединенных Штатов, оказавшегося наиболее уязвимым перед COVID-19: на чернокожих приходится 52% от общего числа инфицированных. Масла в огонь подлили и беспорядки, вспыхнувшие в Миннеаполисе, и продолжившиеся по всей стране, вызванные убийством афроамериканца Джорджа Флойда. Вскоре они перекинулись и на другие города страны. «США ведут себя совершенно нетипично: они не только не претендуют на роль лидера, но даже не пытаются предложить какую-либо идею выхода из возникшего глобального кризиса», - отметил А.Дынкин.

Выгодно ли такое «биполярное расстройство» мирового порядка России? А.Дынкин считает, что нет. Из нынешнего кризиса США и Китай выйдут значительно ослабленными. Обе эти страны утратили свой прежний потенциал «мягкой силы». Однозначно занимать ту или иную сторону сегодня было бы опрометчиво. Россия с ее 3% мирового ВВП не может претендовать на глобальное лидерство, хотя и сохраняет стратегический паритет с Соединенными Штатами и удерживает первенство в области оборонных технологий по сравнению с Китаем. Наши отношения с Пекином можно было бы описать формулой: «никогда друг против друга, но не всегда вместе».

По мнению А.Дынкина, в сложившихся мировых условиях перед Россией открывается новая перспектива – быть ведущей балансирующей державой. Такая модель меняющейся геометрии партнерства была уже опробована нами в Ливии и в Сирии. Ее можно использовать и на глобальном уровне, за исключением некоторых аспектов. Например, по вопросам глобальной безопасности кроме как с США говорить не с кем, а по вопросам экономики, технологий и культуры, образования можно продолжать контакты с европейскими странами: Германией, Италией, Францией.

«Конечно, в Европе существуют государства, которым нравится их «прифронтовой» статус, в обмен на который они получают определенные финансовые, политические и военные преференции. Они подрывают попытки нормализовать отношения России и ЕС, образуя своего рода антироссийскую «дугу нестабильности» от Бухареста до Таллина. Разрушить её может только компромисс по Донбассу. Пока там льется кровь, у этих стран есть почва для солидарности. Если этот фактор исчезнет, их поддержка сильно сократится. Та вакханалия, которую они устроили в дни 75-летия Победы, уже встретила однозначную реакцию германского Министерства иностранных дел, глава которого Хайко Маас вполне однозначно заявил, что ответственность за Вторую мировую войну лежит целиком на нацистском рейхе», - подчеркнул А.Дынкин.

В свою очередь, в Азии для России сохраняют свое прежнее значение отношения с Индией, Южной Кореей, Японией и Индонезией. Такая сбалансированная политическая линия на развитие отношений с традиционными партнерами будет способствовать удержанию страны от втягивания в очередной конфликт.

Руководитель Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Алексей Арбатов посвятил свое выступление анализу состояния, в котором находится система контроля над вооружениями. Он напомнил, что в связи с пандемией коронавируса юбилейная Обзорная конференция участников Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), которая должна была состояться в Нью-Йорке, отложена на год. А.Арбатов подчеркнул, что Договор, которому в 2020 году исполнилось 50 лет, сыграл важную роль в нераспространении оружия массового уничтожения. «Только благодаря этому в мире сейчас девять, а не тридцать ядерных держав, как поначалу прогнозировалось», - заявил эксперт.

Теперь, спустя полвека после заключения ДНЯО, система контроля над вооружениями оказалась под угрозой полного исчезновения. Этому в значительной мере способствовала позиция Белого дома. США вышли из Совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе, из Договора по открытому небу, а теперь обсуждают и перспективы выхода из Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. Если это произойдет, то мир окажется отброшенным в положение, аналогичное 1950-м годам, когда шла гонка вооружений, спровоцировавшая Карибский кризис в 1962 году.

«Система контроля над вооружениями выстраивалась на протяжении нескольких десятилетий. Но современные политики не ценят ее, поскольку она досталась им полностью в готовом виде. Они не видели мировой войны, и поэтому воспринимают необходимые ограничения как обузу. Нужно понимать, что формирование новой биполярности – это опасная ситуация, и Россия может оказаться крайне уязвимым элементом нового мирового порядка. В этих условиях задача нашей дипломатии – двойная. Она заключается в том, чтобы предотвратить возникновение биполярности и сохранить механизмы контроля над вооружениями», - сообщил А.Арбатов.

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике Федор Лукьянов отметил, что ощущение обвала, возникшее в результате американо-китайской конфронтации и усугубленное пандемией, связано с тем, что в силу высокой степени упорядоченности мировой политики, начиная с середины XX века, люди успели к этому привыкнуть. «Было бы неправильно считать, что глобальные интересы уступают место узконациональным. Раньше интересы отдельных стран были встроены в наднациональные структуры, а теперь перестают», - заметил он.

По словам Ф.Лукьянова, в нынешнем конфликте между Пекином и Вашингтоном нет ничего необычного. Переход от попыток сохранения симбиоза с КНР к конфронтации обозначился еще при Бараке Обаме. При Трампе эта тенденция лишь усугубилась. Ситуация, возникшая в отношениях США и КНР, была в свое время названа известным американским политологом Грэмом Аллисоном «ловушкой Фукидида» по имени знаменитого древнегреческого историка, который полагал, что ни Афины, ни Спарта не хотели войны, но начали ее из-за взаимного недоверия, различий в государственном устройстве и опасений торгового соперничества. «Чимерика» и была такой попыткой обойти базовый закон международных отношений – выстроить отношения двух крупных держав на основе обоюдной выгоды. Правда, сейчас обвальное обрушение никому не выгодно. Поэтому процесс распада будет достаточно длительным. Биполярность также будет совсем не такой, как раньше. В эпоху «холодной войны» не только военно-политические, но и этические факторы были основой стабилизации системы международных отношений. Китай, при специфике мировоззрения, не представляют собой какого-то экзистенциального вызова США, в отличие от СССР, предлагавшего мировую альтернативу капиталистическому миру. Поэтому развитие событий идет к состоянию, похожему не на гонку вооружений 50-х годов прошлого века, а, скорее, на канун Первой мировой войны», - отметил Ф.Лукьянов.

Формирование новой биполярности ведет к росту давления на международные организации как глобального, так и регионального уровня. Серьезные сложности испытывает ООН, а выход Великобритании из ЕС показал, что это интеграционное объединение сталкивается со значительными трудностями.

Правда, по словам Александра Дынкина, набирают силу сравнительно новые интеграционные проекты. Усиливается БРИКС, продолжает сохранять свое значение «Большая семерка» (G7). Страны с наиболее развитой экономикой объединены в «Большую двадцатку» (G20), но резолюции ее саммитов последнее время почти не соблюдаются. Российская сторона предложила провести саммит стран – постоянных членов Совета Безопасности ООН, проведение которого могло бы дать сигнал о том, что они продолжают нести общую ответственность за судьбы мира. Но будущее этой идеи пока до конца не ясно.

«Нужно понимать, что любой договор – это не десять заповедей. Каждый такой документ – это результат текущего состояния, расстановки сил и интересов на международной арене. Постепенно они перестают действовать, либо в результате военного конфликта, либо постепенно отмирая, как мы это видим сейчас. Ничего хорошего в этом нет, но и говорить, что мы имеем дело с чем-то небывалым, неверно. Вопрос скорее в манерах поведения. Действительно, Соединенные Штаты сначала довольно долго и жестко навязывали свои формулировки, а затем внезапно решили, что им это не нужно, и начали выходить из всех договоров, оставляя остальных в состоянии некоторого недоумения: что это такое и что с этим теперь делать? Сложность в том, что официальный Вашингтон сейчас активно продвигает позицию отказа от любых многосторонних соглашений, которые якобы связывают самостоятельность стран, лишая их гибкости в постоянно меняющемся мире. Такая позиция получает популярность не только в США. Меня могут упрекнуть в пессимизме, но, видимо, нынешняя система договоров все равно не уцелеет. Главное, что необходимо сохранить в любых условиях – это центральная роль ООН и ее Совета Безопасности с правом вето. Если все это будет утрачено, то война станет неизбежной», - заявил Ф. Лукьянов.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати