ГЛАВНАЯ > События, факты, комментарии

Иран, уран и СВДП

16:51 08.02.2021 • Юрий Меньшиков, редактор

В ММПЦ МИА «Россия сегодня» прошла в онлайн режиме конференция «Ситуации вокруг иранской ядерной программы: шанс на возобновление СВПД». В конференции приняли участие Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Иране (2001-2005 годы) Александр Марьясов, директор Центра энергетики и безопасности Антон Хлопков и эксперт Центра ближневосточных исследований Института международных исследований МГИМО МИД России Адлан Маргоев.

Фоном проведения конференции стал состоявшийся в конце января визит в Москву министра иностранных дел Исламской Республики Иран (ИРИ) Мохаммада Джавада Зарифа. В рамках переговоров главы российского МИД Сергея Лаврова с иранским коллегой было подчеркнуто, что Россия и Иран заинтересованы в сохранении Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по иранской ядерной программе и надеются на возвращение США к выполнению соответствующей резолюции Совета Безопасности ООН. Приход к власти новой американской администрации, которая уже проявила готовность вернуться к ряду международных договоренностей, из которых США вышли по инициативе Дональда Трампа, а также заявления представителей Белого дома о возможности возвращения в ядерную сделку дают надежду, что действие этого принципиально важного документа может быть возобновлено.

О ситуации вокруг иранской ядерной программы, о том, будет ли анонсированное намерение Тегерана вернуться к полному соблюдению СВПД реализовано на практике и будут ли прекращены нелегитимные односторонние санкции со стороны США, шла речь в ходе мероприятия.

Своим мнением, насколько непросто будет вернуться к соблюдению положений СВПД всем вовлеченным в эту договоренность сторонам, поделился Александр Марьясов. Он обратил внимание на то, что Джозеф Байден в своей первой речи в Госдепартаменте заявил о «возврате» роли дипломатии, что означает отказ от ставки только на силу. В этом выступлении ничего не было сказано о СВПД, но ранее Байден говорил, что США готовы вернуться в эту ядерную сделку, если Иран возобновит выполнение своих обязательств по ней. Иран же заявляет, что Соединенные Штаты должны предварительно снять санкции и возместить нанесенный ими ущерб. Это является «камнем преткновения», потому что ни та, ни другая сторона не готовы идти на односторонние уступки. В позиции Ирана есть своя логика, так как Америка вышла из СВПД, а ИРИ не выходила и в течение какого-то времени продолжала выполнять свои обязательства по Плану. Затем иранская сторона также вышла из СВПД, что, собственно, предусмотрено положениями этой сделки. При этом, у обеих сторон есть заинтересованность в возобновлении ее действия: у США, чтобы вернуться к контролю над ядерной программой и, тем самым, снизить риск появления атомного оружия у Исламской Республики, а у Ирана – добиться снятия санкций и оживления экономики. Марьясов полагает, что в этой ситуации Высший руководитель страны Али Хаменеи опасается, что американцы в очередной раз не выполнят свои обязательства. С учетом крайне жесткой позиции, которую занимают иранские религиозные консерваторы, Хаменеи будет очень трудно маневрировать при поиске компромиссов. При таком раскладе, считает Посол, обеим сторонам крайне трудно будет идти на уступки, так как противники СВПД и в США, и в ИРИ будут рассматривать это, как проявление слабости.

Антон Хлопков,говоряо перспективах возвращения Соединенных Штатов в СВПД и полного выполнения Ираном его положений, отметил, что оба государства, безусловно, пытаются повысить ставки в потенциальных переговорах о своем возврате к этой договоренности. При этом, и в США, и в ИРИ внутриполитические факторы играют очень большую роль в принятии администрациями этих стран условий возвращения в СВПД или полного его выполнения. С точки зрения Хлопкова, если возвращение и возможно, то только в первоначальном варианте СВПД. Это обусловлено тем, что любые попытки изменить План путем сокращения в нем отдельных положений или добавления новых потребуют утверждения этого, по сути дела, нового документа в Конгрессе США. Выработка принципиально нового Плана также будет осложнена проблемами затягивания по времени согласований в ходе переговоров из-за ограничения передвижений национальных делегаций в связи с пандемией COVID-19. Задержка вступления в силу нового документа, таким образом, будет препятствовать возобновлению прерванной работы на иранских ядерных объектах международных наблюдателей в рамках выполнения ими своих обязанностей, прописанных в Дополнительном протоколе к гарантиям МАГАТЭ. В настоящее время Иран приостановил действие Протокола до снятия с него санкций. Все это, а также другие аргументы, с точки зрения эксперта, свидетельствует в пользу использования первоначального варианта Плана. В противном случае, если в Вашингтоне и Тегеране решат договариваться о новом документе, очень велика вероятность, что кризис вокруг развития ядерных технологий Ирана не только будет обостряться, но и в дальнейшем может иметь свою проекцию на ситуацию на Ближнем Востоке в целом.

Отвечая на вопрос модератора о том, в каком объеме СВПД работает сейчас, Адлан Маргоев констатировал, что объем его выполнения Соединенными Штатами сейчас «нулевой» – они вышли из договоренности в 2018 году и возобновили все ранее действовавшие санкции. Более того, несмотря на пандемию коронавируса, к старым санкциям, непосредственно связанным с иранскими ядерными технологиями, добавили новые: в отношении высшего руководства Ирана и Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Что касается Ирана, то выполнение им СВПД даже сегодня, после его медленного поэтапного отказа от своих обязательств в рамках Плана, по количественным показателям (числу центрифуг и уровню обогащения урана) далеко ушло от показателей 2015 года, когда План был принят. И это несмотря на объявленное руководством страны возвращение к 20 процентному уровню обогащения урана в знак протеста против убийства в конце прошлого года создателя иранской ядерной программы Мохсена Фахризаде. Эксперт считает, что сценарий возврата к первоначальному варианту СВПД будет осложнен тем, что Иран требует полной отмены всех санкций. Он также отметил, что для России транспарентность иранской ядерной программы через допуск на национальные объекты атомной инфраструктуры инспекторов МАГАТЭ важнее количественных показателей, которыми озабочены американские аналитики.

Маргоев также ответил на вопрос, как сильно санкции ударили по Ирану. Говоря о введенных Трампом против Ирана экономических ограничительных мерах, эксперт назвал их «жесточайшими». В пример он привел то, что даже в период пандемии они не были смягчены ни в отношении продуктов питания, ни товаров первой необходимости. И хотя Трамп заявлял, что санкции не распространяются на медицинские препараты, ни одна банковская структура не рискнула финансировать поставки в Иран медикаментов и медоборудования, так как Минфин США прерывал все транзакции, связанные с контрагентами-покупателями в этой стране.

Завершая конференцию, эксперты ответили на вопросы онлайн-аудитории. Журнал «Международная жизнь», в частности, спросил, как повлияло убийство американцами Касема Сулеймани, командующего Корпусом стражей исламской революции Ирана на подход этой страны к реализации СВПД? На этот вопрос Антон Хлопков ответил, что, безусловно, убийство Сулеймани усложнило диалог и поиск развязок, которые необходимы для возвращения к эффективной «дорожной карте» СВПД. Дополняя коллегу, Александр Марьясов пояснил, что это был очень сильный удар по иранской региональной политике, так как именно Сулеймани был архитектором реализации концепции «Оборона Ирана, вынесенная за его границы». Он создавал прокси-отряды из шиитов Афганистана, Ирака и ряда других арабских стран, которые были призваны сдерживать возможные враждебные акции против Ирана. Иранцы пообещали, что акт возмездия свершится «в нужное время, в нужном месте». Такое положение ухудшает и так напряженные отношения между Ираном и США, что может негативно сказаться на «реанимации» СВПД.

В целом, обсуждение поднятых на онлайн-конференции вопросов показало, что у российских экспертов, за исключением утверждения о безальтернативности первого варианта СВПД, мнения совпали.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати