ГЛАВНАЯ > События, факты, комментарии

Память об освобождении Болгарии давно принадлежит народам, а не политикам

13:42 03.03.2021 • Андрей Торин, редактор журнала «Международная жизнь»

Памятник Свободы на Шипке

Сегодня Болгария отмечает свой важнейший национальный праздник – 143-ю годовщину освобождения страны от османского ига, приуроченную к дате подписания Сан-Стефанского мирного договора. Накануне, 2 марта, состоялось первое из официальных мероприятий, запланированных на ближайшие дни. Им стала панихида и церемония возложения цветов к памятнику медикам, погибшим в русско-турецкой войне 1877-1878 годов. В церемонии приняли участие вице-президент Республики Болгария Илияна Йотова, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Болгарии Элеонора Митрофанова, представители болгарских общественных организаций, политики и общественные деятели.

3 марта центром празднования стала высота Шипка, оборона которой небольшим отрядом русских солдат и болгарских ополченцев под общим руководством генерал-лейтенанта Николая Столетова стала одним из наиболее важных событий войны. Оборона Шипкинского перевала, продолжавшаяся с августа 1877 до января 1878 года, пресекла попытки турецких частей под командованием Сулейман-паши прорвать позиции оборонявшихся и соединиться с основными частями османской армии на северо-востоке Болгарии.

Несмотря на то, что из-за пандемии коронавируса официальные мероприятия отменены, все желающие смогут подняться на гору Шипка к памятнику Свободы и почтить память участников освободительной войны. Всего в стране более 400 памятников, посвященных героям военной кампании 1877-1878 годов.

Напомним, что русско-турецкая война 1877-1878 годов – не отдельный исторический эпизод и даже не отдельное историческое явление. Она стала частью масштабного Восточного кризиса, в который были вовлечены все великие державы того времени.

В этот период переживавшая системный кризис Османская империя, и без того на протяжении всего XIX века терявшая свои позиции на Балканском полуострове, столкнулась с усилением национально-освободительного движения самосознания входивших в её состав немусульманских народов. Дело в том, что до 1870 года славяне, находившиеся под политической властью султана, в религиозном смысле подчинялись Константинопольскому Патриархату. Однако в этом году в стране была введена должность болгарского экзарха, который представлял собой, по сути, главу независимой церкви. Этот шаг Порты имел далеко идущие последствия. Во-первых, он способствовал усилению национального самосознания болгар, переживавших, начиная с XVIII века, несмотря на многочисленные притеснения и ограничения, период культурного и духовного возрождения. Во-вторых, с аналогичными требованиями стали выступать и другие славянские народы империи. Ситуация усугублялась тем, что росла долговая зависимость Порты: к 1875 году её долг составил 200 млн. фунтов стерлингов, при этом проценты составляли 12 млн. в год, что составляло к тому времени около половины государственного дохода. Страна находилась на грани финансового банкротства.

За изменениями, происходившими в Османской империи, с тревогой наблюдали представители великих держав. В частности, в Австро-Венгрии сильна была политическая партия, выступавшая за присоединение Западных Балкан к владениям Габсбургов. В Вене рассматривали подобный шаг как компенсацию за утрату итальянских и части германских земель. В мае 1875 года австрийский император Франц Иосиф совершил поездку в Далмацию, где принял представителей герцеговинского католического духовенства. Летом того же года в Боснии и Герцеговине вспыхнуло восстание.

Российское правительство попыталось предложить Вене и Стамбулу (Константинополю) компромиссный вариант выхода из кризиса. В августе 1875 года канцлер Александр Горчаков посетил с визитом Вену и предложил совместное австро-русское вмешательство в боснийский конфликт. Австро-Венгрия и Россия предложили султану провести в полиэтничной и поликонфессиональной Боснии и Герцеговине административные реформы, гарантирующие права христиан и расширяющие местное самоуправление. В Стамбуле согласились, но лидеры повстанцев отвергли этот документ, потребовав полного вывода османской армии и гарантий великих держав.

Под воздействием примера боснийцев весной 1876 г. вспыхнуло Апрельское восстание в Болгарии. Его лидеры требовали, чтобы введение экзархата было дополнено учреждением политической автономии болгар. В ответ иррегулярные военные отряды (башибузуки) жесточайшим образом подавили восстания в Боснии и Болгарии. Только в южной части страны ими было убито свыше 30 тыс. человек, включая гражданское население от мала до велика. В ответ Сербия и Черногория объявили войну Османской империи.

Произошло уникальное явление – интересы великих держав совпали с требованиями общественности и критике внутренних дел Османской империи во всех великих державах, образно говоря, был дан «зелёный свет». Отзвуки событий на Балканах нашли свой отклик в Европе. С поддержкой южных славян выступили политики, деятели науки и культуры. Среди них были Оскар Уайльд, Чарльз Дарвин, Виктор Гюго, Джузеппе Гарибальди.

Тем не менее, была предпринята ещё одна попытка договориться.11 декабря 1876 г. начала действовать созванная по инициативе России Константинопольская мирная конференция. В её ходе был подготовлен компромиссный проект решения: Болгария, Босния и Герцеговина формально остаются под властью Стамбула, но передаются под объединённый контроль великих держав. Но новый султан Абдул Хамид II, возведённый на престол 31 августа 1876 г. в ходе переворота в столице Османской империи, был сторонником жёсткой внутриполитической линии на Балканах. Диван Высокой Порты заявил о принятии новой конституции, провозглашавшей равенство религиозных меньшинств, и отказался признать решения конференции.

В свою очередь, в России славянофильские настроения к тому времени пользовались значительной поддержкой общества. В стране действовали Славянские комитеты, первый из которых был создан в Москве в 1859 году. Его возглавлял попечитель Московского учебного округа Алексей Бахметьев, затем поочередно историк Михаил Погодин и писатель Иван Аксаков. Поддержку балканским славянам оказывали писатели Иван Тургенев и Лев Толстой, художник Василий Верещагин. Кроме того, в России училось немало болгар, проживавших в Москве, Санкт-Петербурге, Киеве, Харькове, Одессе, Николаеве, которые также выразили желание отправиться добровольцами на Балканы. В частности, в Московском университете усилиями студентов была образована Болгарская дружина. Во многом именно под мощным давлением общественного мнения 12(24) апреля 1877 г. Россия объявила войну Османской империи. В тот же день русская армия под командованием великого князя Николая Николаевича форсировала пограничную реку Прут и вошла на территорию княжества Румыния, ставшего ситуативным союзником России.

В ходе военных действий русским войскам удалось успешно форсировать Дунай, захватить Шипкинский перевал и после пятимесячной осады принудить к капитуляции армию Осман-паши в Плевне. Затем последовал разгром под Эдирне (Адрианополем) войск Сулейман-паши, прикрывавших Стамбул. Российские потери в военной кампании 1877-1878 годах составили, по разным данным, от 20 до 30 тыс. человек.

Значительный вклад в военные успехи России внесла русская разведка, которая переживала в эти годы важный этап своего становления. Особо стоит упомянуть заслуги полковника Генерального штаба Петра Паренсова. Сын участника наполеоновских войн, генерала от инфантерии, выпускник Академии Генерального штаба, он под видом частного лица как лично, так и через осведомителей, в течение семи месяцев, начиная с декабря 1876 года, производил сбор данных о силах и расположении турецких войск в Болгарии. Благодаря этому в России получали достоверные сведения о планах турецкого командования.

3 марта 1878 года в пригороде Стамбула Сан-Стефано (ныне Ешилькёй) был подписан прелиминарный мирный договор. С российской стороны документ подписали бывший посол в Османской империи граф Николай Игнатьев и начальник дипломатической канцелярии главнокомандующего русской армии на Балканах Александр Нелидов, с османской – министр иностранных дел Савфет-паша и посол в Германии Саадуллах-паша. По условиям мира Болгария становилась крупнейшим государством на Балканском полуострове. В её состав были переданы Южная Фракия, Македония и Добруджа. Румыния, Сербия и Черногория получали полную независимость.

Условия Сан-Стефанского мирного договора вызвали недовольство европейских держав. Великобритания пообещала в случае вступления русских войск в Константинополь ввести свой флот в Черное море и начать военные действия против России. Недовольство проявила и официальная Вена. Поэтому при посредничестве германского канцлера Отто фон Бисмарка в июле-сентябре 1878 года состоялся Берлинский конгресс, на котором по настоянию Великобритании, Франции, Германии, Австро-Венгрии и Италии границы Болгарии были существенно урезаны. Болгарское княжество располагало теперь только территориями к северу от Балканского хребта. К югу от него появилась автономная провинция Османской империи – Восточная Румелия с Пловдивом (Филиппополем) и Бургасом под управлением христианского генерал-губернатора, назначаемого с согласования великих держав. Британская сторона согласилась на передачу Софийского санджака Болгарии в обмен за предоставление султану права на ввод войск на территорию автономии. Срок пребывания русских войск в Болгарии составлял девять месяцев. Правда, за Россией осталось право организовать правительственную власть в княжестве. В свою очередь, Австро-Венгрия получала право на оккупацию Боснии и Герцеговины. Тем самым, балканский узел международных проблем никуда не исчез, результатами мира не был доволен ни один из балканских народов, а европейские политики, сами того, очевидно, не подозревая, собственными руками создали предпосылки для будущей мировой войны.

Начиная с 1990-х годов в болгарских политических кругах подвергаются попытки ревизии исторической даты дня освобождения Болгарии под предлогом якобы своекорыстной политики, проводившейся Санкт-Петербургом. Звучат даже обвинения в попытке создания «русской задунайской губернии». Подобные попытки переписывания истории вполне предсказуемы: распад социалистического лагеря, ориентация Софии на Европейский союз и НАТО, стремление заслужить расположение новых покровителей привели к усилению критики в адрес Москвы при максимальном дистанцировании от России. Однако факты говорят сами за себя: ни одна страна не сделала такого значительного вклада в освобождение Болгарии, как Россия. И память об этом здесь чтили всегда, при всех политических режимах и вне зависимости от конъюнктуры. Никакие дипломатические скандалы, продиктованные стремлением некоторых политиков в Софии понравиться Брюсселю и Вашингтону, этого не отменят. Есть основания полагать, что так будет и впредь.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати