ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Токио и Сеул: на пути к компромиссу

10:53 27.01.2021 • Олег Парамонов, к.и.н., старший научный сотрудник, Центр исследований Восточной Азии и ШОС МГИМО МИД России

Одним из важных ожиданий, обращённых к администрации Дж. Байдена, является возвращение от трамповского меркантелизма к устоявшейся ранее «нормальности» в отношениях Вашингтона со своими союзниками, причём это касается не только конкретных вопросов сотрудничества, но и общей атмосферы. Среди возможных проблем, с которыми на этом пути может столкнуться новая американская администрация, необходимо упомянуть Турцию, а также ухудшившиеся при Синдзо Абэ и Му Чжэ Ине отношения двух главных союзников США в Восточной Азии.

В конце 2018 г. в отношениях между Японией и Южной Кореей, которые в период после завершения холодной войны так никогда и не были полностью избавлены от состояния турбулентности, возникла новая трещина. Верховный суд Южной Кореи поддержал решение суда низшей инстанции о взыскании с Nippon Steel & Sumitomo Metal Corporation компенсации четырём южнокорейским гражданам (порядка 88700 долларов США каждому), которые были принуждены к работе на японцев во время Второй мировой войны. На имеющиеся на территории Южной Кореи активы компании был наложен арест.

При этом южнокорейские судьи предложили новую интерпретацию Соглашения о репарациях и экономическом сотрудничестве Японии и Южной Кореи от 1965 г. В соответствии с его положениями все вопросы по компенсациям между двумя сторонами, включая интересы их граждан и юридических лиц, являются улаженными полностью и окончательно. Условием этого стало предоставление Южной Корее в десятилетний срок после подписания соглашения 300 млн. долл. в качестве безвозмездных субсидий и правительственного займа в 200 млн. долл. под 3,5% годовых со сроком погашения 20 лет. Но по мнению представителей южнокорейской фемиды, данное соглашение не может ограничивать права граждан требовать компенсацию[1] до сих пор.

И действительно, при подписании данного Соглашения южнокорейский режим Пак Чон Хи, намеревавшийся с помощью японских финансов создать в стране экспортно-ориентированную экономику, не сильно беспокоился об интересах простых корейцев. Уже тогда в Японии должны были осознавать, что в будущие отношения закладывается мина замедленного действия.

В Токио посчитали подобное решение суда «крайне прискорбным и совершенно неприемлемым». В ответ были введены ограничения на поставки в Южную Корею высокотехнологичных материалов, используемых, например, компанией «Самсунг» при производстве полупроводников и дисплеев. Кроме того, Южная Корея была исключена из «белого списка» высоконадёжных торговых партнёров. Сеул, в свою очередь, также заявил об исключении Японии из своего «белого списка» высоконадёжных торговых партнёров, начался бойкот населением японских товаров, который, впрочем, нанёс ущерб лишь отдельным японским экспортёрам, например, японскому бренду повседневной одежды «Uniqlo», производителям пива и туризму (до начала пандемии).

При этом противостояние Сеула и Токио стало постепенно приобретать «глобальный» характер. В октябре 2020 г. Япония заявила о намерении поддержать выдвижение на пост генерального директора ВТО известной нигерийской женщины-экономиста Нгози Оконджо-Ивеала, хотя при других обстоятельствах совместно с США поддержала бы кандидатуру Ю Мён Хи, занимающей должность министра торговли в правительстве Южной Кореи. Кандидатура Нгози Оконджо-Ивеала впоследствии выбыла из числа претендентов на данный пост[2].

Намного более значимым по своим последствиям ответным шагом Сеула мог бы стать его выход из подписанного в 2016 г. с Японией Генерального соглашения об обмене военной информацией, на основании которого проводится обмен разведданными по ракетно-ядерной программе КНДР. Уведомление о выходе из Соглашения было направлено Японии в августе 2019 г. и это уже могло бы спровоцировать распад хрупкого трёхстороннего военного взаимодействия США, Южной Кореи и Японии. На этом этапе вмешалась администрация Д. Трампа. В ноябре 2019 процедура выхода Сеула из соглашения была приостановлена. В декабре 2019 г. во время трёхстороннего саммита КНР-Япония-Южная Корея, состоявшегося в г. Чэнду (КНР), С. Абэ и Му Чжэ Ин затрагивали ситуацию вокруг резонансного решения южнокорейского Верховного суда[3].

США стратегически заинтересованы в том, чтобы Япония и Южная Корея могли осуществлять более широкое взаимодействие по вопросам безопасности. В Токио и Сеуле, в свою очередь, осознавая, что новая американская администрация будет более настойчиво, чем предыдущая, проводить с ними «разъяснительную работу», могли решить, что проще самостоятельно уладить проблемные вопросы. И некоторые признаки «оттепели» в отношениях Японии и Южной Кореи уже, пожалуй, появились.

Однако, первой значимой предпосылкой к выводу их двусторонних отношений из низшей точки явилась не победа Дж. Байдена на президентских выборах в США, а добровольная отставка С. Абэ с поста премьер-министра, о которой было объявлено в конце августа 2020 г. Новый премьер-министр Ёсихидэ Суга, хотя и является ближайшим политическим соратником С. Абэ, репутацией «политического ястреба» похвастаться не может, во всяком случае, пока. Но при этом, Ё. Суга имеет репутацию весьма жёсткого управленца, знающего, как добиваться своего.

Первые примирительные нотки со стороны Сеула прозвучали уже 16 сентября 2020 г., в день официального вступления Ё. Суга в должность премьер-министра. В письме, направленном в этот день новому премьер-министру Японии, Му Чже Ин отметил, что Южная Корея и Япония разделяют общие стратегические интересы и являются дружественными странами с географической и культурной точек зрения[4].

Затем, 24 сентября по инициативе южнокорейского президента состоялся телефонный разговор с новым премьер-министром Японии, после которого Ё. Суга заявил представителям СМИ следующее:

«Я говорил, что мы должны работать вместе по различным вопросам, в том числе, связанным с коронавирусом, и что я считаю, что альянсы Япония-Южная Корея и Япония-США-Южная Корея важны для решения таких вопросов как Северная Корея, поскольку Япония и Южная Корея являются критически важными друг для друга соседями». И далее: «Я сказал президенту Муну, что нынешние двусторонние отношения, которые в настоящее время очень плохи из-за таких проблем, как трудовая повинность военного времени, не должны быть оставлены на произвол судьбы. Я продолжу и далее настаивать на том, чтобы Южная Корея приняла соответствующие меры, основанные на нашей выверенной позиции по самым разным вопросам, как я это делал во время сегодняшней беседы»[5].

В октябре 2020 г. Такэо Кавамура, бывший генеральный секретарь правительства Японии, посетил Сеул и провёл неофициальные встречи с южнокорейскими политиками. Позднее состоялись и переговоры на уровне высокопоставленных чиновников дипломатических ведомств по вопросам компенсаций за принудительный труд и экспортным ограничениям.

Следующие шаги уже были предприняты после появления первых итогов голосования на президентских выборах в США. Пак Чи Вон, южнокорейский политик, назначенный в июле 2020 г. на должность главы южнокорейской разведки, прибыл 9 ноября в Токио в качестве посланника президента. Пак Чи Вон является экспертом по Японии, кроме того, имеет хорошие личные контакты с Тосихиро Никай, Генеральным секретарём правящей японской Либерально-Демократической партии (ЛДП).

Т. Никай, как неофициально считается, возглавляет и условную «прокитайскую» фракцию внутри ЛДП, что, впрочем, является упрощённой оценкой его политических взглядов. Т. Никай выражает настроения части японского истэблишмента, заинтересованного в активизации восточноазиатского вектора японской внешней политики. Этот политик сыграл очень важную роль в согласовании кандидатуры С. Абэ на должность премьер-министра.

Затем, делегация из семи членов японо-южнокорейского союза парламентариев, возглавляемая Ким Чжин Пё, прибыла в Японию. Состоялась встреча с Ё. Суга, в ходе которой были достигнуты договорённости о сотрудничестве по вопросам проведения Олимпиады в Токио, антиковидной повестке, спортивным и культурным обменам. Тогда же кампания по бойкоту японских товаров в Южной Корее пошла на спад. Вместе с тем, серьёзных подвижек вокруг резонансного решения Верховного суда пока не случилось. В Токио дали понять, что в случае развития ситуации с арестованными активами Nippon Steel & Sumitomo Metal Corporation в невыгодную для неё сторону, будут предприняты ответные меры[6]. Кроме того, 30 сентября 2020 г. Ё. Суга в ответ на предложение провести в Южной Корее очередной трёхсторонний саммит с участием китайского лидера заявил, что не будет посещать Южную Корею до тех пор, пока не разрешится вопрос с арестованными активами японской компании[7].

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати