ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Останется ли ядерное оружие США на немецкой земле?

10:08 22.05.2020 • Андрей Кадомцев, политолог, советник Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации по международным вопросам

Как сообщают европейские СМИ, немецкий политический класс вновь вернулся к активному обсуждению вопроса об участии ФРГ в программе совместного использования ядерного оружия в рамках НАТО. Так, глава фракции СДПГ в Бундестаге Рольф Мютцених (Rolf Mützenich) заявил газете «Тагесшпигель» о необходимости вывести ядерное оружие США с территории Германии. Мютцених назвал нынешнюю практику «пережитком холодной войны» и призвал к выходу ФРГ из натовской программы. Вместе с тем, лидер фракции социал-демократов не имеет ничего против самой идеи ядерного сдерживания, включая и соответствующие гарантии со стороны США. Политик также высказался за продолжение участия Германии в работе Группы ядерного планирования НАТО[i].

По оценкам экспертов, в настоящее время, на территории Германии размещены от 10 до 20 тактических ядерных бомб США. Речь идет о двух модификациях бомбы B61, мощность которой может быть установлена в диапазоне от 50 до 170 килотонн. Само наличие этих боеприпасов на немецкой земле никогда официально не было подтверждено. Ни НАТО, ни власти ФРГ не дают комментариев по данному вопросу из соображений секретности[ii]. Боеприпасы находятся в собственности США, а к их обслуживанию допущены лишь американские военнослужащие. Тактическое ядерное оружие (ТЯО) размещено в Германии на основе двусторонних соглашений, в соответствии с которыми немцы обеспечивают инфраструктуру для хранения и поддержания боеготовности бомб, включая охрану объектов. В случае войны, американский военный персонал должен будет привести боеприпасы в боеготовность по приказу из Вашингтона. А в задачу немецких летчиков входит лишь доставка «изделий» к цели.

Уже с начала 1990-х политики ФРГ ведут речь «о необходимости большего равноправия в отношениях с США». Регулярно звучат из Берлина и заявления о целесообразности вывода ТЯО с территории страны. В 2009 году в коалиционное соглашение СВДП и ХДС/ХСС пункт о выводе ТЯО был включен в качестве одной из целей правительства. В 2010 году Бундестаг «значительным большинством голосов» проголосовал за полный вывод американских ядерных вооружений из Германии. Согласно коалиционному соглашению, заключенному ХДС/ХСС и СДПГ, подписанному в 2013 году, немецкое правительство предполагало начать работу по «выводу ТЯО, размещенного в Германии и Европе в целом» «при определенных условиях».

Но воз и ныне там. А позиция официального Берлина заключается в том, что вывод ТЯО возможен лишь по соглашению с союзниками по НАТО[iii]. Более того, на 2020 год запланировано начало замены размещенных в Германии бомб типа B61 на более высокоточные системы с цифровой системой наведения. По мнению ряда немецких экспертов, Берлин смирился с мыслью о нереалистичности ожиданий вывода американского ТЯО в ближайшие годы. Кроме того, часть немецкого руководства и вовсе опасается снижения влияния Германии на вопросы ядерного планирования НАТО в случае ухода американцев[iv]и вывода из страны ядерного оружия. В политическом отношении, авторы стратегической концепции НАТО недвусмысленно полагают, что наличие ядерных бомб США в Европе «обеспечивает поддержание политической и военной связи» между участниками Североатлантического альянса.

Формальным поводом для возобновления дебатов о нахождении ядерного оружия США в ФРГ стал вопрос о выборе замены для нынешних носителей ТЯО, самолетов «Торнадо», которые должны быть списаны к 2030 году. Министерство обороны ФРГ отвергло дорогостоящие F-35 и предложило закупить устаревшие, но гораздо более дешевые F-18s. Однако все немецкие политики понимают, что даже номинально «технический» вопрос выбора новой модели самолета имеет глубокую геополитическую подоплеку. Поскольку альтернативой американским машинам выступают либо европейский «Тайфун», либо совместный германо-французский проект истребителя следующего поколения.

В целом же, наличие ядерного оружия США на ее территории представляет для Германии многомерную проблему. Начать можно с того, что наличие ядерного оружия на национальной территории противоречит немецким ценностям. На протяжении десятилетий, Германия демонстрирует «аллергию» к использованию ядерной энергии даже в мирных целях. Положение на передовой «холодной войны» превращало Германию в потенциально одну из первых жертв гипотетического ядерного столкновения сверхдержав. В рамках Договора о нераспространении 1968 года и соглашения «4+2» об объединении Германии в 1990 Берлин обязался никогда не обзаводиться ядерным оружием. После катастрофы в японской Фукусиме, канцлерин Меркель и вовсе провозгласила программу остановки всех немецких АЭС к 2022 году.

Между тем, с точки зрения международного права, приоритет которого традиционно отстаивает Берлин, возможность применения ядерного оружия США боевыми самолетами стран, «не обладающих ядерным оружием и подписавших Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО)» вызывает множество вопросов. По мнению критиков, речь идет о грубом нарушении ст. 1 «Договора о нераспространении ядерного оружия» (ДНЯО). Поскольку это положение ДНЯО запрещает «для ядерных держав передачу или предоставление управления ядерным оружием неядерным государствам». В свою очередь, 2-я статья ДНЯО запрещает неядерным странам приобретать и использовать ядерное оружие. Таким образом, практика «совместного использования» ТЯО в рамках НАТО оказывается явно незаконной. А Берлин, следуя в фарватере США, демонстрирует «полное неуважение» к одному из основополагающих соглашений в области нераспространения ОМП[v].

Другой аспект проблемы заключается в том, что присутствие иностранных военных формирований, решение о применении которых может быть принято без участия Берлина, выглядит явным вызовом суверенитету страны. С одной стороны, благодаря участию в ЕС и НАТО Германия поднялась «на один уровень с другими европейскими странами», а также получила обратно часть прав, отобранных после поражения во Второй мировой войне. Но, с другой стороны, НАТО позволяет американцам проводить «двойную стратегию» в отношении ФРГ: использовать немцев как союзников и контролировать как конкурентов[vi].

Американские ТЯО превращают Германию в заложницу чужих планов и геополитических расчетов. В политической директиве США «Стратегия применения ядерного оружия», подписанной Б. Обамой в июне 2013 г., указано, что «передовое базирование ТЯО в Европе будет сохранено до тех пор, пока руководство НАТО не решит, что создались благоприятные условия для изменения ядерной политики». Подписывая директиву, Обама высказал предположение, что «такие условия будут созданы не скоро»[vii].

Трампа и вовсе взял за правило критиковать Германию при каждом удобном случае. Столь же откровенную неприязнь нынешний американский президент демонстрирует и к важнейшей для интересов Берлина идее европейского единства. Вашингтон открыто играет на противоречиях между восточными и западными членами Евросоюза. А также поддерживает откровенно антигерманские инициативы восточно-европейцев. К концу 2018 года, с целью противодействия движению в сторону углублению европейской интеграции, Белый дом и вовсе начал открыто противопоставлять НАТО и Евросоюз, раз за разом подчеркивая важность первой и намекая на «недееспособность» второго.

В этих условиях, демарш главы немецких социал-демократов в Бундестаге демонстрирует растущую день ото дня в немецком обществе озабоченность сложившимся положением дел, при котором одно государство может де-факто определять политику другого, недвусмысленно попирая его суверенитет. Лидер фракции социал-демократов настаивает на необходимости скорейшего решения вопроса, по крайней мере, о границах подобного вмешательства, а также предлагает обсудить возможные ответные шаги Берлина.

Среди немецких экспертов существует точка зрения, согласно которой Германия должна как можно скорее нарастить свой военный потенциал. Если, конечно, она желает, чтобы ее «воспринимали всерьез» как в США, так и в Европе. После заявлений Меркель, «что Европа в военном обеспечении не может больше полагаться на других… и что ей надо консолидировать усилия» в направлении усиления собственного военного потенциала, появились предположения о перспективах обретения ФРГ собственного ядерного оружия. В июле 2018 года в газете Welt am Sonntag появилась статья под заголовком 'Do we need the bomb?', by Christian Hacke. Она спровоцировала оживленную дискуссию среди немецких политиков и экспертов[viii].

Свое нежелание наращивать военный потенциал страны немецкий истеблишмент традиционно мотивирует «фашистским прошлым, опасениями возродить страхи европейских соседей». Важнее всего то, что Германия давно «сознательно сделала ставку на экономику». Теперь Германия – безусловный лидер, «мотор» объединенной Европы. Возьмись Германия «бряцать оружием», тем более, ядерным, она лишь подольет масла в огонь процесса деградации существующей системы международной безопасности. Во-вторых, немецкое ядерное оружие «усилит недоверие к её политике в различных кругах внутри страны и за рубежом»[ix]. Наконец, немецкое общественное мнение по-прежнему прохладно относится к идее усиления стратегического присутствия в международных делах.

В то же время, пассивно оставаясь в фарватере Америки в столь щекотливом вопросе как наличие ядерного оружия на немецкой земле, Берлин не только подрывает внутриполитическое единство у себя дома - растет угроза эрозии германо-французского тандема – ключевого элемента всего проекта европейской интеграции. Если в основе стратегии Берлина по-прежнему лежит линия на усиление глобальной роли ЕС, то вопрос о самостоятельной европейской политике в вопросах безопасности и обороны предстает неизбежным в своей естественности. Между тем, нынешняя ситуация, при которой без участия США, включая «ядерные гарантии», НАТО практически теряет боеспособность, превращает Европу в заложницу Америки в вопросах безопасности. Объективно препятствует усилению самостоятельности ЕС даже в делах континента, не говоря уже о мировых.

В последние годы, Германия вновь и вновь возвращается к вопросу о том, должна ли она и дальше занимать в международных делах позицию страны «с добровольно связанными за спиной руками». Под руководством Ангелы Меркель, ФРГ отчаянно пытается найти консенсус по любому потенциально конфликтному вопросу, бесконечно балансируя между Америкой и Европой, между Западом и Востоком, Севером и Югом внутри ЕС. Пытается сохранить себя в качестве субъекта мировой политики, не поставив под сомнение целостность ЕС, разбудив излишне активной внешней политикой подозрительность соседей по поводу «германских инстинктов».

Как представляется, Германии предстоит найти баланс между национальными интересами и будущим Европы. На днях, Федеративная Республика, к облегчению многих членов ЕС, наконец, продемонстрировала решительную готовность бороться за социально-экономическое будущее Евросоюза. Вместе с Францией, Берлин объявил о плане создания «фонда реконструкции» в размере 500 миллиардов евро, нацеленного на преодоление охватившей Старый Свет рецессией. Цель инициативы, по словам канцлерин Меркель, «сильная и сплоченная» Европа. Но возможно ли решить подобную задачу, отказываясь от всей «силу и привлекательность» суверенных прав и полномочий?

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати