Византия сквозь века

02:08 08.04.2017 Елена Студнева, обозреватель журнала «Международная жизнь»


Экспонаты выставки «Шедевры Византии».

В числе мероприятий перекрестного Года культуры России - Греции (2016-2017) в Третьяковской галерее открыта выставка «Шедевры Византии». Не количеством экспонатов, а привезенными из Афин подлинниками византийских мастеров X-XVвеков удивляет экспозиция, «проводя» современников сквозь столетия, не угасавшего и в средние века в своем величии искусства.   

Отважиться привезти сокровища Византийского и Христианского музея Афин, а также - частной коллекции Э.Велимезиса-Х.Маргаритиса в Москву греков побудил широкий жест сотрудников Государственной Третьяковской галереи (ГТГ).  В прошлом году в столице Греции была показана икона «Вознесение» Андрея Рублева и выставка икон XV-XIX вв. из собрания ГТГ.   

Специально для читателей журнала «Международная жизнь» по небольшому залу, где расположены византийские шедевры, провела экскурсию сотрудник Государственной  Третьяковской галереи Наталия Севагина. Уточним, что в экспозиции представлены 12 икон, две рукописи иллюстрированных Евангелий, серебряный крест и три предмета декоративно-прикладного искусства. Как сказала Наталия Севагина, все экспонаты X-XVI веков   «высочайшего уровня». Напомним, что в Византии – Восточной части Римской империи – после вторжения и покорения Западной ее части варварами, была крепка преемственность с античностью, наполняясь при этом новыми идеями. Первоначальная эллинская традиция с культом красивого тела, идеальных пропорций и созерцательности мира являла представление о единстве красоты внешней и внутренней – чем совершеннее внешне человек, тем он ближе к богам. Но одновременно на византийскую традицию оказывает влияние аскеза зарождавшегося в Египте монашества, влияние Сирии. В этот сплав творческого мировоззрения был добавлен и третий компонент – язык Библии.

Комментирует Наталия Севагина: «Если для античного человека важна, прежде всего, зримость и обозримость, то для языка Библии – изначально внутреннее, сакральное – это образность, абстрактность, сердце милующее, плоть тающая, то, что эллину совершенно непонятно и чуждо». По словам Наталии Севагиной, византийская традиция, помимо того, что она обращена не столько к внешнему, сколько к внутреннему миру,  при этом имеет эллинскую зрелищность и красоту. «В византийском искусстве мы не найдем ничего уродливого, даже грустное и печальное, даже драматическое, оно будет, но немного. Прежде всего – это ликующие пасхальные краски», - подчеркнула Н.Севагина.

Важное замечание: Византия, вообще восточно-христианская традиция не знала Ренессанса. Ренессанс – это преодоление Запада, а Византии возрождать было нечего, она не утрачивала связи с античностью, а напротив, как в горниле создавала сплав их разных традиций в новую, византийскую культуру. Так, например, для Византии иконы – это что-то особенное, сакральное. И привезенные в Третьяковку памятники византийских мастеров по металлу, иконописцев, создателей книг, вышивальщиц - позволяют нам пройти весь путь творческого накопления сквозь века.

В центральной витрине – маленькая, но яркая и хорошо сохранившаяся икона XII века «Воскрешение Лазаря». Обращаемся к помощи Наталии Севагиной.  «XII век – это Владимирская Божия Матерь, византийская икона, - комментирует экскурсовод. -  Именно из Владимирской, как из корня, прорастает национальная русская традиция иконописи, хотя христианство принимается в конце X века, но XI – XII века – это единое духовное и культурное пространство между Русью и Византией». По словам Н.Севагиной, XII столетие в Византии именуется Комниновским, характеризуя эпоху династии Комнинов*, которой характерны антикизирующие формы, красные фоны, структурированные скульптурные, выпуклые формы, во всем симметрия, композиция.

Воскрешение Лазаря, XII век, Афины.

На иконе слева мы видим учеников Христа, справа Лазарь, выходящий из пещеры, поодаль иудей, прикрывающий лицо плащом от смрада, исходящего от Лазаря. У ног Христа - Мария Магдалина. «Для XII века свойственна классичность, ясность, обозримость. В то же время икона стремится создать ощущение бесплотности. Но в иконе византийской всегда будет уделяться внимание личному, даже в крошечных образах личное всегда подробно прописано, а тело будет как бы нематериально, принадлежа не этому миру», - комментирует Наталия Севагина. Эта икона, по словам экскурсовода, любопытна тем, что была вписана в длинную горизонтальную доску. Такие доски в византийских храмах с низкими иконостасами размещали над Царскими вратами. Доска содержала в себе праздники господские. Но потом доску распилили по сюжетам, и теперь две иконы находятся на Афоне, одна в Эрмитаже и одна в данный момент - на выставке из Афин в Государственной Третьяковской галерее.

Начало XIII века – крестоносный период. Двусторонняя икона XIII века. Великомученик Георгий Победоносец с житиями. На оборотной стороне – икона: Святые Марина и Ирина(?). Византийский и христианский музей, Афины.

В экспозиции есть икона, которая не то что русской традиции не свойственна, но и в византийской встречается редко. Великомученик Георгий, начало XIII века. В этот период Византия испытала сокрушительное нашествие крестоносцев, Константинополь был взят, а вся художественная жизнь отходила на периферию – на остров Кий, в Салоники, Эпир. Но одновременно с византийскими школами возникают крестоносные мастерские. И хотя латиняне не могли обогатить византийскую традицию, в произведениях византийцев все же возникал синтез, являя несколько огрубленные и упрощенные формы. «Эта икона необыкновенна тем, что она соединяет в себе и живописную ткань и скульптурную, - поясняет Н.Севагина. - Деревянная скульптура характерна для Запада, сама же икона «Георгий Победоносец» содержит житийные клейма. И если сравнивать живопись, то она драгоценна, показывая влияние предшествующей традиции, здесь тонко написаны ангельские образы, наверху престолоуготовленные, т.е.  образы Страшного суда, а в клеймах - житие Георгия. У его ног молящаяся, коленопреклоненная фигурка, есть предположение, что это Ирина Дукена Комнина, т.е. она из рода византийских императоров, но стала женой болгарского царя и после смерти супруга (есть предположение, потому что она в темных одеждах) она заказывает этот образ, поскольку Георгий Победоносец - покровитель царской власти. Присутствие здесь образа Страшного суда – свидетельство того, что она молится о спасении души своего супруга».

Икона Георгий Победоносец – двусторонняя. Как правило, двусторонние иконы использовались в качестве выносных. Их надевали на древко, от которого остались характерные следы «на полях» иконы. Как отметила Наталия Севагина: «У греков золотые руки, иконы в очень хорошей сохранности, о чем свидетельствует мощный светящийся цвет». На оборотной стороне иконы Георгия Победоносца написана икона святых Марины и Ирины. Обе святые из царского рода. Ирина покровительствовала почитанию икон. Может быть, она способствовала и тому, что на Вселенском Соборе утверждается почитание икон догматически. «Прекрасные слова были сказаны на Соборе: «Мы поклоняемся не веществу, а поклоняемся Создателю вещества, и если Христос воплотился, значит, Он стал зрим, а если зрим, значит - изобразим», - цитирует Наталия Севагина. По ее словам, это дает начало традиции изображения Святой Троицы.

Богоматерь с младенцем. XIII век. Афины.

Эта икона, как утверждают многие специалисты, отражает влияние провинциальной «струи». Но, тем не менее, в иконе – отражено то, чем искусно владеют греки - пластика, которая угадывается под хитонами и гиматием, скрыты, но читаемы идеальные пропорции человеческого тела. Эта икона XIII века несет черты латинских крестоносных мастерских, о чем говорят резкие цветовые акценты, контрасты. «Но в облике Марии больше чувствуется влияние комниновского периода, - комментирует Наталия Сергеевна. - И тут можно провести параллель с Владимирской Божией Матерью, созданной в Константинополе, и позднее привезенной на Русь. Но Владимирская - совершенна и в духовном отношении, и в том, как она исполнена». Живописи XII века и последующего XIII характерны вытянутые овальные лица, тонкий нос, маленькие уста и укрупненные глаза. Наталия Севагина отмечает: «На примере этой иконы хорошо видно, как накладывается краска – от санкиря* - первого темного красочного слоя - постепенно к охрению, высветлению, эти слои стремятся передать не объем, а ощущение свечения. В этом лежит и богословская основа - от темного к светлому, от непросвещенного к просвещенному». Эта икона находилась под более поздними слоями, которые затем были смыты. В древние времена икону не реставрировали, а поновляли, прописывали заново. Что касается данной иконы Богоматери, то, как отметила Наталия Севагина, «под позднейшими слоями сохранилась почти неповрежденная, насыщенная драгоценная живопись».

Потом все покрывалось масляным лаком, олифой, в Византии использовались цветные олифы, чтобы все переливалось. «Изощреннейшая культура – эллинская, ромейская, римская – все это, воплощенное в каких-то новых идеях, в мировоззрении, дало свои плоды», - подчеркнула экскурсовод.

Святая Великомученица Марина, XIII век, Афины.

Великомученица Марина – святая, почитаемая в странах Средиземноморья.  Марина – одна из ранних христианских мучениц, она претерпела мучения до своего крещения. У нее на омофоре изображены крестики, что позволяет предположить, что одно из ее мучений – это утопление. В предании осталось свидетельство, что когда ее топили, с неба спустился голубь в световом луче. И этим отмечена ее святость. Икона сохранила яркие краски – вокруг алого омофора святой много золота. Золото в иконе – это не цвет, это свет Божественного неба. Как подсказывает Наталия Севагина, любой цвет дает плоскость, золото же дает ощущение пространства. «И когда мы смотрим на икону, невозможно сказать, какое время суток, какое время года, это безвременье, икона, прежде всего, стремится передать ощущение вечности. Потому и Человек изображается на иконе не в сиюминутном переживании и не со своими земными характеристиками, а он изображается на иконе таким, каким изначально был создан – совершенным, - отмечает Наталия Севагина. - Потому и статуарность, застылость, остановленность во всем – предстояние перед вечностью».

Есть в экспозиции Евангелие Апракос, он используется в храме для богослужения. В таком издании в меньшей степени присутствуют миниатюры, но в изобилии используются декоративные заставки, лепестковый стиль. Евангелию поклоняются как иконе во время богослужения, поэтому оформляется не только сам текст, но и обложка. Она могла быть из тесненной кожи, из металла, украшенная драгоценными камнями. А рядом в витрине экспозиции - Четвероевангелие, и в  нем, предназначенном для чтения, есть не только декоративные заставки, но и миниатюры. Именно миниатюра обладает своей особой структурой, маленькое по размеру произведение, в котором живописец мог проявить свою виртуозность. Но миниатюра на пергаменте требует особого хранения, консервации и реставрации. В миниатюре золото используется чаще, чем в иконах, даже в образе святых.

 

Четвероевангелие с миниатюрой, изображающей апостола Луку на одной из страниц.

Богоматерь Одигитрия и Распятие – двусторонняя икона. Икона высочайшего уровня – палеологовский период. Заканчивается владычество крестоносцев. Восстанавливается империя со столицей в Константинополе, в Царьграде. Но то, что было пережито, воспринимается, в том числе и культурой. Если для предшествующего периода было характерно видеть классические идеальные образы, то в палеологовский период на ликах будут появляться черты страданий. Это последний период, потому что в середине XV столетия Византия падет, и в экспозиции из Афин мы видим следы уже поствизантийского вмешательства.

 

Двусторонняя икона Распятие. Богоматерь Одигитрия. Афины.

Искалечены и уничтожены лики -  так поступали османы, они не уничтожали изображение полностью, они выкалывали глаза на ликах или сбивали лицо. В иконе ведь главное – лик. У фигур, стоящих у Распятия выколоты глаза – У Спасителя, Богоматери и Иоанна Богослова. Икона утрачивает свою целостность из-за таких разрушений. «Тем не менее,  перед нами совершенный памятник живописи, - утверждает Наталия Севагина. – В Распятии иконописец изображает самое трагическое событие, но мы не чувствуем смерти, смерти нет, ибо Христос взошел на Крест, чтобы победить смерть, и он как царь объемлет мир». Понимая суть византийской традиции, отметим, как написана фигура Христа – античность для греков, для византийцев – это их родовое. Вытянутые пропорции, намеренная оторванность от земли.

На оборотной стороне иконы - Богоматерь Одигитрия. Монастырь Одигон в Константинополе был один из самых известных монастырей. Палеологи считали Одигитрию своей непосредственной покровительницей. В Константинополе существовал благочестивый обычай – каждый вторник выносили икону Богоматери Одигитрии за пределы монастыря, тем самым освящая город. Как рассказала Наталия Сергеевна, икону выносили не на древке, а было специальное братство силачей, которые прикрепляли икону (она была больших размеров) к спине,  и носили ее по городу. К счастью, на иконе сохранились глаза Марии. «Это влияние палеологовской традиции, когда при всей возвышенности и надмирности образа, мы видим подлинные человеческие переживания», - уточняет экскурсовод. И вот такие шедевры имели неоценимое воздействие на молящихся. С одной стороны  - это было пищей духовной, а с другой – эстетическое послание телу при созерцании такой красоты. Но в середине XV века Византия была уничтожена турками. Пала Восточная Римская империя (1453 г.), государство ромеев, но не заканчивается живописная традиция, связанная с империей, это ведь имперское искусство. И о том, как оно продолжило свой путь, рассказывает экспозиция из 18 экспонатов.

 

«Взыграние младенца», XIII век. Афины.

Оно перемещается на периферию. Крупные мастерские были на Кипре, на Крите. В экспозиции «Шедевры Византии» есть икона, от которой невозможно отвести глаз. Это создание критского мастера «Кардиотисса», что означает «Сердечная». В этом образе воссоединились сразу несколько типов образов Богородицы – «Умиление», «Взыграние младенца». Наталия Сергеевна объясняет: «В иконе нет ничего случайного. Всякий элемент имеет символическое значение. Младенец со вскинутыми руками потянулся к своей Матери – это символ ожидаемой крестной муки – так он раскинул руки. Об этом также красноречиво свидетельствуют сандалики. Одна ножка, прикрыта гиматием, с нее упал сандалик, а другая ножка в натянутом сандалике. Во многих религиях обувь свидетельствует о прахе земном. И для того, чтобы пройти в святое место, снимается обувь. Омовение ног Спасителем, очищение стопы – это совлечение с себя грехов. Христос пришел в этот мир безгрешным, но он взял на себя все грехи человеческие, когда взошел на Крест. Ноги – это образ подвига, который грядет за тем, что мы видим на иконе. Икона не изображает какой-то конкретный момент, а только вечный, и все это передается символическим языком».

Русь стала прямой восприемницей Византии, через веру и художественный язык иконописи, выработав свой собственный самостоятельный путь, отличающий русскую культуру. С чего все началось и рассказывает небольшая по объему, но бесценная по своим художественным достоинствам выставка, которая проводит нас от экспоната к экспонату византийского искусства сквозь века.   

Ключевые слова: Государственная Третьяковская галерея, «Шедевры Византии», Н.С.Севагина.

Редакция журнала «Международная жизнь» выражает большую благодарность экскурсоводу Государственной Третьяковской галереи Наталии Сергеевне Севагиной за ценные сведения в подготовке данного материала.

 

* Византийский аристократический род и императорская династия, правившая в Византии в 1057—1059, 1081—1185 гг. и в Трапезунде в 1204—1461 (под именем «Великих Комнинов»).

Ключевые слова: выставка Государственная Третьяковская галерея «Шедевры Византии» Н.С.Севагина

Версия для печати