Информационная безопасность и национальные интересы России

22:07 12.02.2014 Григорий Поволоцкий, шеф-редактор журнала «Международная жизнь»

В Общественной палате РФ состоялось заседание Российского общественного совета по международному сотрудничеству и публичной дипломатии: «Проблемы информационной безопасности и национальные интересы России». Модератором дискуссии выступил руководитель Российского общественного совета по международному сотрудничеству и публичной дипломатии Чрезвычайный и Полномочный Посол С.Орджоникидзе.

Во вступительном слове С.Орджоникидзе отметил, что развитие информационно-коммуникационных технологий, темпы и масштабы информатизации мирового сообщества имеют риски, связанные с защитой информационного потенциала государств. В этой связи информационная безопасность стала неотъемлемой частью системы безопасности государства. В то же время, подчеркнул руководитель Совета, данный вопрос подвергается политизации. С.Орджоникидзе также высказал предположение о целесообразности создания международного договора, который бы регламентировал отношения участников мировой политики в вопросах кибербезопасности. В качестве примера, С.Орджоникидзе предложил обратиться к опыту международного регулирования использования космического пространства в мирных целях. Как он подчеркнул, в 1967 году всему миру казалось, что это невозможно это сделать, но США и СССР приняли продуманное и дальновидное решение. Сначала «Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела» был подписан СССР и США, к которым присоединилась и Великобритания, потом соглашение было расширено. Сегодня, по мнению руководителя Совета, назрела такая же ситуация в сфере международной кибербезопасности

С.Орджоникидзе предложил выступающим сосредоточиться, прежде всего, на международном аспекте проблемы информационной безопасности.

Дискуссию открыл первый заместитель председателя Комитета Государственной думы ФС РФ по информационной политике, информационным технологиям и связи Л.Левин. В своем выступлении он охарактеризовал состояние дел по созданию законодательной базы России, обеспечивающий ее информационную безопасность, подчеркнул необходимость ее дальнейшего совершенствования. Л.Левин также отметил необходимость обратить внимание на возможность создания международного органа, отвечающего за международную информационную безопасность.

С большим интересом участники заседания Российского общественного совета по международному сотрудничеству и публичной дипломатии выслушали выступление посла по особым поручениям А.Крутских, недавно назначенного Специальным представителем Президента Российской Федерации по вопросам международного сотрудничества в области информационной безопасности. Его выступление на заседании Российского общественного совета стало первым публичным выступлением А.Крутских в этой должности.

Как подчеркнул Спецпредставитель Президента, обсуждение проблем информационной безопасности для национальных интересов России – крайне актуально. Эту тему приходится обсуждать в рамках т.н. «stakeholder approach/model» - т.н. «стейкхолдеровой модели» (когда в рамках одной стороны объединены различные заинтересованные стороны: государственные, частные фирмы, научные институты и т.д. – прим ред.) и это, как показывает практика, нас объединяет с западными партнерами по переговорам. Наша позиция, наши интересы, подчеркнул А.Крутских, полно представлены в Основах государственной политики Российской Федерации в области международной информационной безопасности на период до 2020 года, подписанной Президентом России. В.В.Путиным. Как отметил А.Крутских, чтобы договариваться о международной информационной безопасности надо, прежде всего, договариваться о базовых вещах. С Западом нас объединяет понимание того, что кибербезопасность является проблемой не отдельно взятых государств, а проблемой мирового сообщества.

Первая из важных проблем. В 2002-2004 годах США категорически отрицали такую важную составляющую МИБ как военно-политический аспект. Мы постоянно напоминали им, что они тратят на подготовку к кибервойнам, на работу Киберкомандования США больше средств, чем на предотвращение ядерной войны. Сегодня они начинают понимать нас и соглашаться с такой постановкой вопроса по составляющей МИБ. В этой области мы говорили о предотвращении военно-политических конфликтов в этой области. Россия неоднократно предупреждала мировое сообщество не наступать в очередной раз на одни и те же грабли, как было с химическим оружием, с ядерным, когда технологии выходят в сферу гонки вооружений, а потом мы с трудом начинаем договариваться, как обуздать эту проблему. В мире существует два подхода – российский подход в предотвращении, а не в регулировании уже начавшегося конфликта. Но когда одна сторона имеет или чувствует свое превосходство, когда она считает, что способна решать конфликт силой, тогда она не намерена предотвращать конфликт, а выступает за то чтобы вводить правила для самого конфликта, для его регулирования. Однако, сегодня уже около 130 стран экспериментируют с кибервойнами.

Вторая важная проблема. Применимо ли международное право для регулирования международной информационной безопасности. Вопрос в том, как это конкретно делать. США говорят, что оно применимо, мы говорим, что оно применимо, но нужно начать его адаптацию к эпохе ИКТ. Для этого нужны и конвенции, и новые нормы международного права. Именно с тем, что нужны новые нормы международного права Запад категорически не согласен.

Проблема номер три. Существуют программы наращивания потенциала – «capacity building». Они предусматривают приобщение развивающихся стран к достижениям информационного сообщества. Что стоит за этими программами. Кто будет наращивать этот потенциал? Это будут американские компании или китайские? Кто будет уничтожать цифровой разрыв? Где гарантии, что подняв всех до нашего уровня технологий мы не получим нового Франкенштейна? Ответа на наши вопросы мы не получаем.

Еще одна важнейшая тема – обеспечение прав и свобод доступа к сетям. Мы за эти права, но мы говорим, что за этим есть и ответственность. Но ответственность США не любят. Еще один вопрос касается мер доверия. Именно благодаря России были приняты российско-американские договоренности в Лох Эрне по мерам доверия в сфере информационной безопасности. Но если мы обо всем договорились, то меры доверия должны покрывать все основные аспекты предмета договоренности. Есть такое понятие, как «убежище для преступников». И этот аспект тоже должен входить в пакет. О Будапештской конвенции – она писалась под то и для того что в конечном итоге и разоблачил Сноуден. В конвенции отсутствует понятие «кибертерроризм». Она криминализирует лишь 9 видов киберпреступлений, а мы говорим сегодня о 30 видах. Проект международной конвенции, предложенный Россией по данной проблематике, не взывает отторжения, отметил А.Крутских. Наша позиция сегодня – давайте работать.

 

Выступивший затем президент «Союза Армян России» А.Абрамян, подчеркнул, что частные лица, частные фирмы, российский бизнес понимает проблематику МИБ и готов вносить свой вклад в решение этой задачи. А.Абрамян считает, что необходимо более активно задействовать такие международные организации как СНГ, Таможенный союз для создания системы международной информационной безопасности. Наша страна под постоянными ударами в сфере ИКТ, под постоянным давлением со стороны Запада, отметил он, кибератаки способны сломать и судьбы людей и судьбы кампаний, даже крупных. Надо создавать международную организацию типа ООН регулирующую порядок в киберпространстве, заключил известный общественный деятель..

С интересом присутствующие выслушали выступление руководителя Ассоциации международного права А.Капустина. Ученый отметил, что с точки зрения международного права есть несколько важных аспекта. Первый момент – запрещает ли международное право кибератаки? Второй – если они состоялись, какие выводы позволяет сделать международное право, какова международно-правовая ответственность следует? Здесь, по мнению выступающего, следует учитывать и опыт СССР, трактовавшего применение силы в международных отношениях в широком смысле, и разъяснения Международного суда о законности применения вооружений в связи с видами применения вооружений. По мнению А.Капустина необходимо также учитывать дополнительные протоколы Женевских конвенций. Работа российских юристов-международников над данной проблематикой началась и будет постоянно продолжаться.

Своим мнением о состоянии дел с международной информационной безопасностью поделился участник дискуссии, директор Института международных исследований (ИМИ) МГИМО МИД России А.Орлов. Значение информационной безопасности государства в современном мире стремительно возрастает, подчеркнул директор ИМИ. Как отмечено в Послании Президента России Федеральному Собранию от декабря 2013 года, «накал военно-политической, экономической, информационной конкуренции в мире не снижается, а только усиливается». Думается, отнюдь не случайно информационная конкуренция поставлена в один ряд с конкуренцией в таких традиционно первостепенных для национальной безопасности государства областях, как военно-политическая и экономическая. Возьмем только последний год. Сколько раз за этот относительно непродолжительный период времени Россия сталкивалась с массированными кампаниями информационно-пропагандистского давления на нее. Составными элементами таких кампаний было сознательное, подчас виртуозное искажение фактов, призванное представить Москву мировому общественному мнению в качестве государства, поддерживающего авторитарные режимы, препятствующего демократическим преобразованиям и навязывающего другим странам всевозможными путями свою волю, в том числе через задействование финансово-экономического ресурса. Таких примеров немало. Самые заметные – это ситуация в Сирии, а в последние месяцы – на Украине. Абсурдность и надуманность подобных обвинений настолько очевидна, что казалось бы не требует каких-то дополнительных пояснений. Однако не все так просто. Многие на Западе до сих пор убеждены, что в августе 2008 года Россия напала на Грузию. Сегодня они свято верят в то, что в Сирии диктаторскому режиму Асада, за которым стоит Москва, противостоят самозабвенные и бескорыстные борцы за демократию. Та же примитивная «картинка» и применительно к Украине: купленный Москвой режим, дескать, силой пытается сбить свободолюбивый порыв украинского народа, стремящегося проторить себе путь в демократическую Европу. Только слепой не видит, что киевский «майдан незалежности» и ряд прилегающих улиц стали в последние месяцы местом паломничества высокопоставленных представителей различных западных стран и организаций, которые, сменяя друг друга, фактически по «вахтовому методу», наведываются в Киев для «промывания мозгов» истеблишменту этой страны и поддержания «протестного огня». Но во вмешательстве во внутренние дела Украины при этом почему-то обвиняют Россию. Нужный Западу эффект одномерного восприятия событий достигается, прежде всего, путем целенаправленной работы СМИ, в первую очередь электронных, которые выпячивают, тиражируют и «препарируют» в нужном направлении одну, заданную  информацию, и либо напрочь не замечают, либо сознательно искажают другую, которая их не удовлетворяет. В результате получается то, что можно квалифицировать как синдром «не верь глазам своим».

По мнению А.Орлова нечто подобное можно наблюдать и в привязке к Сочинской зимней Олимпиаде, проходящей в эти дни. Весь год Запад упорно искал повод для того, чтобы, мягко выражаясь, «насолить» России. «Козырной картой» была истерия по поводу – якобы – притеснения сексуальных меньшинств в нашей стране. Вспомним, что прошлым летом, еще до сюжета с обвинением сирийских властей в применении химоружия против противников режима, и тем более событий на Украине эта тема не сходила с экранов телевизоров, страниц ведущих западных газет и интернет-сайтов. Цель была вполне очевидной: оправдать факт будущего отсутствия лидеров западных стран на основных церемониях Сочинской Олимпиады. Само же «политическое решение» о таком отсутствии, позволю себе предположить, было принято заранее и нужно было только найти нечто, что могло бы оправдать подобную «принципиальность» в глазах как собственного (национального), так и международного общественного мнения. Не было бы сексуальных меньшинств и Сирии с Украиной, нашли бы еще что-то. Тут сомневаться не приходится. Что касается болельщиков из западных стран, то их запугивали обычным набором «страшилок», который используется для того, чтобы отвадить иностранцев от посещения России - терроризм, разгул преступности, бытовые неудобства, контроль за каждым прибывающим из-за рубежа со стороны спецслужб и т.д. И, вероятно, кое-кто «клюнул» на это.

Как считает А.Орлов, любому непредвзятому наблюдателю ясно, что Россией проделана гигантская работа по организации Сочинской Олимпиады. Сами Игры проходят на самом высоком уровне. Не удивлюсь, если по итогам Сочи-2014 будет признано, что это – лучшая из зимних Олимпиад, которые прошли до сих пор. На этом фоне нельзя не заметить, как некоторые крупные и влиятельные западные СМИ, видимо, выполняя «политический заказ», по-прежнему пытаются искать «блох». Выглядит это весьма убого и примитивно, хотя в какой-то мере закономерно. На Западе кое-кто привык к менторскому и пренебрежительному отношению к слабой и безвольной России, и им явно не нравится, что наша страна, наконец, распрямляет спину. Пример Сочи – это пример информационной конкуренции, и даже не просто конкуренции, а борьбы, которая распространяется не только на политику и экономику, но и на спорт.

Проблематика информационной безопасности государства – весьма обширна и многообразна, подчеркнул директор ИМИ. Серьезным ее аспектом является международное сотрудничество в этой сфере. Хорошо понимая, что является объектом информационно-пропагандистского давления, Россия, тем не менее, всегда настроена на поиск конструктивных развязок по тем вопросам, где возможно достижение приемлемых и полезных договоренностей с нашими партнерами. Информационное пространство, как и любая другая сфера международного общения, нуждается в надлежащем  правовом регулировании, в выработке и согласовании общепринятого набора терминов и понятий. Венцом такой работы, видимо, могла бы стать международная конвенция или иной подобный документ, принятый в рамках и под эгидой ООН.

В последние годы мир стал свидетелем целого ряда массированных кибератак на объекты и даже отрасли, имеющие жизненно важное значение для нормального функционирования современного государства. Как правильно квалифицировать такие действия, как выявить виновного в них, какие последствия могут иметь подобные преступления с правовой точки зрения? Имеет ли право объект кибернападения на ответные действия? Вопросов больше чем ответов. Тем более, что кибератака не обязательно должна быть осуществлена на военные объекты государства. К возникновению хаоса и полной дезорганизации функционирования государства может, как хорошо известно, привести и киберакция против его финансовой, транспортной или энергетической систем, последствия которой будут вполне сопоставимы с вооруженным нападением с использованием самых современных систем вооружений.

По мнению директора Института международных исследований (ИМИ) МГИМО МИД России А.Орлова решить задачу обеспечения информационной безопасности России (применительно к самому широкому спектру возможных угроз) можно только за счет реализации комплексной программы мер, включающей – как непреложное условие – и формирование понятной и разделяемой большинством общества системы ценностей, что исключало бы саму возможность его информационно-психологической дезориентации за счет внешнего воздействия.

Ход заседания Российского общественного совета по международному сотрудничеству и публичной дипломатии подводит к выводу, что для решения проблемы, затрагивающей проблему информационной безопасности страны, необходима консолидация власти, общества и бизнеса. Для достижения этого необходимо рассматривать эту тему в различных измерениях, на различных площадках в целях выработки общей конструктивной консолидированной позиции.

Ключевые слова: Общественная палата Российской Федерации

Версия для печати