Развитие современных подходов к организации и реализации научно-исследовательских работ в НАТО в контексте обновленной Стратегии в области науки и технологий

Современная международная обстановка характеризуется возрастающей конкуренцией в научно-технологической сфере, что обусловливает необходимость пересмотра подходов к организации и реализации научно-исследовательских работ в ведущих военно-политических блоках. Принятие НАТО в июне 2025 года обновленной Стратегии в области науки и технологий (далее - Стратегия) стало ответом Альянса на вызовы, связанные с быстрым развитием технологий двойного назначения¹. Введение новой системы управления научно-исследовательскими программами, реструктуризация Совместной программы работ (Collaborative Programme of Work - CPoW) и создание групп по координации потенциала (Capability Coordination Groups - CCGs) отражают стремление Альянса повысить эффективность интеграции научных достижений в процессы военного строительства и оборонного планирования. Важным фактором становится анализ опыта применения новых технологий в современных конфликтах, что позволяет корректировать приоритеты исследований и разрабатывать эффективные механизмы реагирования на возникающие угрозы [2].

Приоритеты научно-технологического развития НАТО до 2030 года

Обновленная Стратегия определяет долгосрочные ориентиры развития научно-исследовательской деятельности НАТО, отражая как внутренние потребности Альянса, так и внешние вызовы, связанные с изменением характера современных угроз. Центральное место в документе занимает формирование условий технологического превосходства, что предполагает не только развитие собственных научно-исследовательских компетенций, но и обеспечение быстрого внедрения инноваций в военную практику. В числе ключевых приоритетов выделяются совершенствование систем многоуровневой обороны, развитие возможностей в области кибербезопасности, интеграция новых информационных технологий и искусственного интеллекта, а также повышение устойчивости и адаптивности систем управления и связи. Особое внимание уделяется развитию боевых платформ, предназначенных для планирования и ведения многодоменных операций², что отражает стремление НАТО к обеспечению оперативной совместимости и гибкости реагирования на комплексные угрозы.

В Стратегии подчеркивается необходимость ускорения трансфера технологий из гражданского сектора в военную сферу, что реализуется через реструктуризацию Совместной программы работ и создание специализированных групп по координации потенциала, охватывающих ключевые направления, - воздушные, космические, сухопутные, морские, кибернетические, моделирование и симуляция, устойчивость и многодоменные операции. Такой подход позволяет повысить эффективность распределения ресурсов, обеспечить координацию усилий между научными, промышленными и военными структурами, а также создать условия для оперативного внедрения результатов исследований в процессы перевооружения.

Важной особенностью Стратегии является акцент на развитии технологий двойного назначения, что обусловлено необходимостью реагирования на быстро меняющийся характер угроз и повышением роли негосударственных акторов в сфере безопасности. Стратегия предусматривает активное взаимодействие с частным сектором, научными учреждениями и международными партнерами с целью создания гибкой и адаптивной системы научно-технологического развития. В результате формируется комплексная программа, ориентированная на обеспечение технологической автономии Альянса, минимизацию технологических разрывов и повышение устойчивости к внешним воздействиям.

Наиболее актуальные и значимые направления исследований включают разработку новых систем противовоздушной и противоракетной обороны, совершенствование средств радиоэлектронной борьбы, развитие платформ для применения автономных и полуавтономных боевых платформ в многодоменных операциях, а также создание интегрированных систем управления и анализа больших данных. Особое внимание уделяется вопросам этики, надежности и устойчивости функционирования интеллектуальных систем, что отражает стремление НАТО к обеспечению безопасности и предсказуемости применения новых технологий в военной сфере.

В целом можно отметить, что приоритеты научно-технологического развития НАТО до 2030 года формируются с учетом необходимости обеспечения стратегического баланса, поддержания технологического лидерства и повышения эффективности коллективной обороны в условиях нарастающего дисбаланса международной системы безопасности [3]. Стратегия предусматривает постоянную корректировку приоритетов с учетом изменений в характере угроз и развития новых технологических тенденций, что обеспечивает гибкость и адаптивность научно-исследовательской деятельности Альянса.

Соотношение научно-технологической деятельности НАТО и геополитической обстановки

Современная научно-технологическая деятельность НАТО формируется в условиях значительного усложнения международной обстановки, что обусловлено не только нарастанием конкуренции с Россией и Китаем, но и расширением спектра угроз, связанных с деятельностью негосударственных акторов, киберпреступности и распространением технологий двойного назначения. Геополитическая динамика последних лет, включая обострение конфликтов на восточных и южных рубежах Альянса, а также изменение баланса сил в глобальном масштабе требуют от НАТО постоянного пересмотра научно-технических приоритетов и адаптации исследовательских программ к новым условиям [4].

Научно-исследовательская деятельность Альянса становится неотъемлемой частью стратегии коллективной обороны, что проявляется в акценте на разработке технологий, способных обеспечить оперативное реагирование на широкий спектр угроз - от традиционных военных до гибридных³. Важным элементом становится интеграция научных исследований в процессы стратегического планирования и оборонного строительства, что реализуется через проведение регулярных учений, моделирование сценариев развития угроз и анализ уязвимостей оборонных систем.

Результаты учений, в частности Cold Brew 2045⁴, которые проходят на базе Центра объединенного противоборства (Joint Warfare Centre - JWC, одного из ключевых центров НАТО, занятого подготовкой и моделированием совместных операций, размещается в Норвегии), демонстрируют стремление НАТО к опережающему анализу последствий внедрения новых технологий в военную сферу. В ходе учений анализируются сценарии применения перспективных технологий, оценивается их влияние на структуру и динамику конфликтов, а также выявляются потенциальные уязвимости и возможности для совершенствования оборонных систем. Такой подход позволяет не только выявлять направления для дальнейших исследований, но и формировать единую повестку в условиях разнородности интересов участников Альянса.

Безусловно, текущая геополитическая обстановка оказывает все более значительное влияние на формирование научно-технической политики НАТО, что проявляется в акценте на развитии технологий, обеспечивающих стратегическую автономию, минимизацию зависимости от внешних поставщиков и повышение устойчивости критической инфраструктуры. Особое внимание уделяется вопросам кибербезопасности, защите информационного пространства и разработке средств противодействия информационно-психологическим операциям. Научные исследования в этих областях становятся приоритетными, что отражает необходимость реагирования на новые формы конфликтов и обеспечения устойчивости систем управления и связи⁵.

Важным аспектом становится также взаимодействие с международными партнерами и организациями, что позволяет расширять научно-техническую базу, обмениваться опытом и координировать усилия по противодействию транснациональным угрозам. В условиях нарастающей фрагментации международной системы научно-исследовательская деятельность НАТО приобретает характер многоуровневого взаимодействия, что требует постоянного согласования интересов, обмена информацией и выработки единых стандартов в области научно-технической политики⁶.

Таким образом, научно-технологическая деятельность НАТО тесно связана с геополитической обстановкой, что проявляется в фокусировании на развитии технологий, обеспечивающих стратегическую автономию, повышении устойчивости и гибкости оборонных систем, а также в интеграции научных исследований в процессы стратегического планирования и коллективной обороны. Такой подход позволяет Альянсу сохранять технологическое лидерство и эффективно реагировать на изменения в характере современных угроз.

Влияние трансатлантических взаимодействий на научную деятельность НАТО

Трансатлантическое сотрудничество между европейскими странами и США традиционно является фундаментом научно-технической политики НАТО, определяя как стратегические приоритеты, так и механизмы реализации исследовательских программ [5]. Однако в последние годы наблюдается существенное усложнение структуры взаимодействий, что обусловлено как изменением баланса сил внутри альянса, так и ростом стремления европейских государств к усилению собственной роли в формировании научной повестки.

В рамках обновленной Стратегии наблюдается тенденция к децентрализации научно-исследовательской деятельности, что проявляется в развитии национальных исследовательских центров, создании консорциумов и расширении программ обмена между европейскими странами. Европейские государства акцентируют внимание на развитии автономных исследовательских программ, снижении зависимости от американских технологий и формировании собственных научно-технических компетенций. Это проявляется также в увеличении объемов финансирования национальных программ, создании специализированных институтов и активном участии в международных научных проектах.

В то же время США продолжают играть ключевую роль в определении стратегических направлений научно-исследовательской деятельности НАТО, обеспечивая финансирование крупных проектов, предоставляя доступ к передовым технологиям и формируя стандарты в области научно-технической политики [5]. Американские исследовательские центры и корпорации по-прежнему активно участвуют в реализации совместных программ, что способствует интеграции результатов исследований в процессы перевооружения и модернизации вооруженных сил Альянса.

Тем не менее проблемы трансатлантического взаимодействия проявляются в необходимости согласования приоритетов, распределения ответственности и обеспечения совместимости результатов исследований. В условиях разнородности интересов участников Альянса возникает потребность в создании эффективных механизмов координации, обмена информацией и контроля за реализацией программ. В этом вопросе значимую роль играют как раз группы координации потенциала, которые обеспечивают упорядочение усилий по основным направлениям исследований и способствуют интеграции результатов в процессы стратегического планирования.

Особое внимание уделяется вопросам интеллектуальной собственности, обмена технологиями и обеспечения безопасности научных данных. В условиях нарастающей конкуренции трансатлантическое сотрудничество становится не только инструментом развития научно-технического потенциала, но и элементом стратегии коллективной безопасности.

В результате научная работа в НАТО приобретает характер многоуровневого взаимодействия, в котором сочетаются элементы конкуренции и кооперации, что требует постоянного согласования интересов, оптимизации распределения ресурсов и выработки единых стандартов в области научно-технической политики. Такой подход обеспечивает гибкость и устойчивость научно-исследовательской деятельности Альянса, позволяя эффективно реагировать на изменения в международной обстановке и поддерживать технологическое лидерство в условиях нарастающей конкуренции.

Стратегия НАТО и программа перевооружения Европы до 2030 года

Актуализация стратегии НАТО в области науки и технологий совпала с принятием Европейской комиссией новых инициатив, направленных на ускорение оборонно-промышленной интеграции и технологической модернизации государств - членов ЕС. Ключевым элементом европейского подхода выступает Европейская программа оборонной промышленности (EDIP), представленная в марте 2025 года⁷, которая впервые вводит комплексные меры по координации национальных программ вооружения, стимулированию совместных закупок и поддержке инновационных исследований в оборонной сфере. Взаимодействие между НАТО и Европейским союзом на данном этапе приобретает стратегический характер, поскольку обе структуры стремятся к формированию устойчивой, технологически современной и взаимосовместимой оборонной архитектуры Европы.

В рамках EDIP Европейская комиссия определяет четыре ключевых направления: координация оборонных инвестиций, развитие совместных производственных цепочек, ускорение внедрения инноваций и обеспечение устойчивости поставок. Программа предусматривает создание единого координационного механизма, который позволяет государствам - членам ЕС синхронизировать национальные планы перевооружения, избегать дублирования разработок и повышать эффективность использования бюджетных средств. Особое внимание уделяется формированию общеевропейских стандартов и процедур, что соответствует целям НАТО по обеспечению оперативной совместимости вооруженных сил союзников.

С точки зрения научно-технической политики EDIP дополняет стратегию НАТО, акцентируя внимание на необходимости ускоренного внедрения результатов исследований в серийное производство и эксплуатацию новых образцов вооружения. Европейские инициативы предусматривают расширение финансирования опытно-конструкторских работ, поддержку трансграничных научных консорциумов и создание центров компетенций в приоритетных областях, таких как искусственный интеллект, кибербезопасность, автономные системы и новые материалы. Взаимодействие между программами НАТО и ЕС реализуется через согласование приоритетов исследований, обмен экспертными оценками и совместное проведение технологических демонстраций.

Результаты стратегических учений показали, что интеграция усилий НАТО и ЕС в области научных исследований и перевооружения позволяет не только повысить устойчивость оборонных систем, но и ускорить процесс внедрения инноваций в военную практику. Учения также выявили необходимость создания гибких механизмов обмена информацией, совместного тестирования перспективных технологий и быстрого реагирования на появление новых угроз.

Важным аспектом становится формирование единого европейского оборонного рынка, что способствует снижению зависимости от внешних поставщиков, диверсификации производственных цепочек и повышению технологической автономии региона. Европейская комиссия подчеркивает, что реализация EDIP и сопряженных с ней инициатив позволит государствам - членам ЕС перейти от фрагментированных национальных программ к интегрированной системе оборонных закупок и научных исследований⁸. Это, в свою очередь, соответствует целям НАТО по обеспечению технологического доминирования, оперативной совместимости и эффективного распределения ресурсов среди союзников [6].

Таким образом, стратегия НАТО и программа перевооружения Европы до 2030 года формируют взаимодополняющую систему, в которой научно-техническое сотрудничество, интеграция производственных цепочек и координация оборонных инвестиций становятся ключевыми факторами обеспечения устойчивости и эффективности европейской обороны [7]. Синергия между инициативами НАТО и ЕС позволяет ускорить внедрение инноваций, повысить технологическую автономию и сформировать гибкую архитектуру коллективной безопасности в условиях нарастающих внешних вызовов⁹.

Роль новых информационных технологий и искусственного интеллекта

В структуре научных исследований НАТО особое место занимают новые информационные технологии и системы искусственного интеллекта, что обусловлено их ключевой ролью в обеспечении технологического превосходства и повышении эффективности военных операций¹⁰. Интеграция этих технологий рассматривается как стратегический приоритет, что отражается в акценте на разработке платформ для автономных и полуавтономных операций, анализе больших данных, совершенствовании систем управления и связи, а также развитии средств кибербезопасности [7].

Опыт применения новых информационных технологий и систем на основе искусственного интеллекта в современных конфликтах, в частности на Украине и теперь уже в Иране, анализируется с целью выявления уязвимостей, оптимизации алгоритмов принятия решений и совершенствования методов ведения боевых действий. Европейские исследовательские центры сосредотачивают свое внимание на разработке систем автономного управления, анализе больших данных, защите критической инфраструктуры и обеспечении устойчивости информационных систем. Особое значение уделяется вопросам надежности и устойчивости функционирования интеллектуальных систем, что обусловлено необходимостью предотвращения неконтролируемого применения автономных платформ и обеспечения предсказуемости их поведения в боевых условиях¹¹.

Важной тенденцией становится развитие технологий двойного назначения, что позволяет использовать достижения гражданского сектора для совершенствования военных систем. Интеграция новых информационных технологий и искусственного интеллекта осуществляется через создание специализированных исследовательских центров, проведение совместных проектов с промышленными компаниями и научными учреждениями, а также разработку единых стандартов и протоколов для обеспечения совместимости и безопасности систем.

Опыт конфликтов на Украине и частично уже в Иране показывает, что применение новых технологий позволяет существенно повысить эффективность разведки, управления войсками, координации действий и обеспечения устойчивости коммуникаций. В то же время выявляются уязвимости, связанные с возможностью кибернетических атак, нарушением работы систем управления и связи, а также необходимостью обеспечения защиты критической инфраструктуры. Анализ этих факторов становится основой для корректировки исследовательских программ, разработки новых методов защиты и совершенствования алгоритмов функционирования интеллектуальных систем.

В целом роль новых информационных технологий и искусственного интеллекта в научных исследованиях НАТО определяется их способностью обеспечивать технологическое превосходство, повышать эффективность военных операций и создавать условия для оперативного реагирования на новые виды угроз. Интеграция этих технологий становится ключевым элементом стратегии научно-технического развития Альянса, что отражается в акценте на развитии автономных платформ, совершенствовании систем управления и связи, а также обеспечении кибербезопасности и устойчивости критической инфраструктуры.

Специализация европейских государств в реализации новой Стратегии НАТО

В рамках реализации Стратегии НАТО 2025 года четко прослеживается тенденция к развитию национальных и транснациональных исследовательских проектов, отражающих специализацию отдельных стран - членов Альянса. Такая специализация обусловлена как исторически сложившимися научно-техническими компетенциями, так и политико-экономическими приоритетами национальных правительств и оборонных ведомств. В результате формируется распределенная сеть исследовательских и производственных центров, интегрированных в единую архитектуру научно-технической поддержки НАТО.

Германия традиционно занимает лидирующие позиции в разработке и внедрении платформ для многодоменных операций и интегрированных систем управления [9]. Одним из ключевых проектов, реализуемых при ведущем участии Германии, является программа создания перспективного комплекса авиационного вооружения, включающая пилотируемые и беспилотные летательные аппараты, а также системы искусственного интеллекта для управления воздушными операциями (Future Combat Air System - FCAS). Германия также активно участвует в развитии европейской системы противовоздушной и противоракетной обороны Европейская инициатива «Небесный щит» (European Sky Shield Initiative - ESSI), координируя исследовательские работы по интеграции средств обнаружения, перехвата и управления в единую сеть.

Франция фокусируется на разработке новых поколений морских платформ, автономных надводных и подводных аппаратов, а также систем радиоэлектронной борьбы. В числе значимых проектов - «Европейский патрульный корвет» (European Patrol Corvette - EPC), в рамках которого Франция совместно с Италией и Испанией разрабатывает универсальные патрульные корабли с расширенными возможностями интеграции беспилотных систем и средств ситуационной осведомленности. Французские исследовательские центры также занимают значимую позицию в области создания систем радиоэлектронной разведки и средств противодействия высокоточным вооружениям, разрабатывая решения для повышения устойчивости морских и воздушных платформ к современным угрозам.

Великобритания традиционно специализируется на технологиях кибербезопасности, радиоэлектронной разведки и автономных систем. Ведущим проектом является проект «Буря» (Tempest) - программа создания истребителя шестого поколения, предусматривающая интеграцию алгоритмов искусственного интеллекта, стелс-технологий и новых средств радиоэлектронной борьбы. Великобритания также реализует инициативы по развитию национальных и многонациональных центров кибербезопасности, в том числе в рамках НATO Совместного центра передового опыта в области киберзащиты, размещенного в Таллине (Cooperative Cyber Defence Centre of Excellence - CCDCOE), где британские специалисты координируют исследования по защите критической инфраструктуры и реагированию на киберугрозы [10].

Италия и Испания активно развивают технологии в сфере морских и воздушных платформ, участвуя в проектах по созданию многоцелевых кораблей, беспилотных летательных аппаратов и систем противолодочной обороны. Италия, в частности, реализует программу разработки перспективной подводной лодки U212 NFS, ориентированной на интеграцию новейших средств обнаружения, связи и автономного управления. Испания, в свою очередь, участвует в проекте «Дистанционно управляемая авиационная средневысотная система с длительным временем автономности» (Medium Altitude Long Endurance Remotely Piloted Aircraft System - MALE RPAS), направленном на создание беспилотных авиационных комплексов для разведки и наблюдения в интересах НАТО.

Польша, Румыния и Чехия акцентируют внимание на модернизации инфраструктуры, интеграции национальных научных центров и институтов в архитектуру Альянса и развитии средств противодействия гибридным угрозам. Так, Польша реализует проект «Wisła» по созданию интегрированной системы противовоздушной и противоракетной обороны, предусматривающий поставку и адаптацию американских комплексов «Patriot», а также развитие национальных средств радиоэлектронной борьбы. Румыния участвует в проектах по модернизации средств связи и командования, а также в создании совместных исследовательских центров в области кибербезопасности.

Примером успешной кооперации и результатом работы групп координации является деятельность Центра морских исследований и экспериментов НАТО (Centre for Maritime Research and Experimentation - CMRE), базирующегося в Италии, где реализуются проекты по разработке автономных морских платформ и средств подводного наблюдения с участием специалистов из Франции, Италии, Испании и других стран.

Результаты проведенных учений подтвердили эффективность распределенной специализации, позволив отработать сценарии интеграции национальных систем в условиях многодоменных операций и выявить направления для дальнейшего развития исследовательских программ. Анализ их итогов показал, что специализация отдельных стран способствует ускоренному внедрению инноваций, повышению технологической автономии и формированию гибкой архитектуры коллективной безопасности НАТО.

Угрозы и вызовы для Российской Федерации и пути их парирования

Анализ обновленной научно-технологической стратегии НАТО и результатов недавних учений сил Альянса свидетельствует о существенном изменении баланса угроз для Российской Федерации. Новая архитектура научно-исследовательской деятельности Альянса, нацеленная на ускоренную интеграцию передовых технологий двойного назначения, развитие многодоменных операций и кибернетических средств воздействия, формирует для России новый стратегический ландшафт, требующий системного ответа на государственном уровне [8].

Среди ключевых угроз выделяется снижение порога применения высокоточных и автономных систем вооружения, что увеличивает вероятность быстрого эскалационного сценария в случае кризиса. Внедрение в силах НАТО интегрированных платформ управления, основанных на широком применении алгоритмов искусственного интеллекта и анализа больших данных, создает условия для повышения эффективности разведки, целеуказания и управления войсками, что потенциально снижает время реагирования на внешние угрозы и усложняет задачи стратегического сдерживания.

Особое значение приобретают кибернетические угрозы и развитие средств радиоэлектронной борьбы. Кроме того, современные тенденции в развитии средств киберразведки и информационно-психологического воздействия требуют от Российской Федерации постоянного совершенствования соответствующих национальных систем и средств защиты информационного пространства.

Важным аспектом становится интеграция усилий НАТО и Европейского союза в области оборонных исследований и перевооружения, что ведет к формированию единой технологической базы и ускоряет внедрение инноваций в военную практику [1]. Синергия между программами НАТО и ЕС, в частности в сферах автономных систем, искусственного интеллекта и новых материалов, увеличивает технологический разрыв и требует от России активизации собственных научно-исследовательских программ.

В ответ Российская Федерация реализует комплекс мер в рамках государственной программы «Научно-технологическое развитие Российской Федерации» (утверждена постановлением Правительства РФ от 29.03.2019 г. №377, с изменениями и дополнениями), направленной на обеспечение технологической независимости, развитие критических технологий и укрепление научно-технического потенциала страны¹². Программа предусматривает развитие национальных исследовательских центров мирового уровня, поддержку фундаментальных и прикладных исследований, стимулирование инновационной активности и создание условий для ускоренного внедрения результатов научных разработок в промышленность и оборонный сектор.

В рамках программы формируется система мониторинга и анализа зарубежных научно-технических тенденций, что позволяет своевременно выявлять критические направления исследований в НАТО и ЕС и разрабатывать асимметричные меры реагирования.

Важной задачей становится интеграция науки, образования и промышленности. Программа предусматривает и меры по международному научному сотрудничеству, обмену опытом и интеграции российских исследовательских коллективов в глобальное научное пространство, что способствует повышению конкурентоспособности отечественных разработок.

В условиях нарастающей конкуренции и технологического давления со стороны НАТО и ЕС государственная программа «Научно-технологическое развитие Российской Федерации» обеспечивает системный подход к парированию внешних вызовов, укреплению научно-технического суверенитета и поддержанию стратегического баланса. Реализация программы способствует формированию устойчивой национальной инновационной системы, способной эффективно реагировать на современные угрозы и обеспечивать долгосрочное развитие страны в условиях глобальных трансформаций.

В дополнение к реализации этой программы предпринимается широкий спектр мер, направленных на парирование новых вызовов, формируемых трансформацией военной и научно-технической политики НАТО и ЕС.

Важнейшим направлением реагирования становится совершенствование системы стратегического сдерживания. В последние годы Россия обновила ключевые положения своей ядерной доктрины¹³, расширив перечень условий, при которых возможно применение ядерного потенциала, что призвано повысить уровень стратегической неопределенности для потенциальных противников и минимизировать риск внезапной эскалации. Одновременно проводится модернизация средств доставки и систем управления ядерными силами, что обеспечивает поддержание баланса в условиях ускоренного развития высокоточных неядерных вооружений у государств НАТО.

Значительное внимание уделяется укреплению национальной системы кибербезопасности. Введен запрет на использование иностранных средств защиты информации в критически важных отраслях, что позволяет снизить уязвимость инфраструктуры перед внешними киберугрозами¹⁴. Создаются специализированные отраслевые центры компетенций по информационной безопасности, обеспечивающие мониторинг, выявление и нейтрализацию компьютерных атак, а также повышение квалификации кадрового состава в данной области. Развиваются отечественные технологии криптографической защиты, что способствует формированию суверенной цифровой среды.

В условиях активизации гибридных воздействий со стороны недружественных государств Россия реализует комплекс мер по противодействию иностранному вмешательству во внутренние дела. Усилены механизмы выявления и пресечения деятельности иностранных агентов и нежелательных организаций, расширен перечень блокируемых интернет-ресурсов, распространяющих деструктивную информацию. Принята обновленная стратегия противодействия экстремизму, учитывающая современные формы информационно-психологического воздействия и диверсионно-террористической активности¹⁵.

Особое значение приобретает развитие союзнических форм взаимодействия в оборонной сфере. Заключение двусторонних соглашений о гарантиях безопасности, в том числе с Республикой Беларусь¹⁶, а также формирование единого оборонного пространства Союзного государства позволяют повысить уровень координации и оперативного реагирования на возможные угрозы со стороны НАТО. Развертывание современных средств радиоэлектронной борьбы и противоракетной обороны на западных рубежах России и Беларуси служит дополнительным элементом стратегического сдерживания.

В ответ на санкционное давление и попытки технологической изоляции реализуются асимметричные меры, направленные на обеспечение устойчивости национальной экономики и оборонно-промышленного комплекса. В частности, расширяется импортозамещение в критических секторах, стимулируется развитие отечественных производственных цепочек и поддерживается экспорт российской высокотехнологичной продукции на альтернативные рынки.

Таким образом, реагирование Российской Федерации на новые угрозы носит комплексный и многоуровневый характер, сочетая развитие научно-технического потенциала с совершенствованием системы стратегического сдерживания, укреплением кибербезопасности, противодействием гибридным воздействиям и расширением союзнических форм сотрудничества. Такой подход обеспечивает гибкость и адаптивность национальной системы безопасности в условиях динамично меняющейся международной обстановки.

В дальнейшем для эффективного парирования угроз, исходящих от научно-технологической политики НАТО, Российской Федерации необходимо продолжать развитие национальной научно-технической базы, совершенствовать механизмы интеграции науки и производства, а также укреплять международное сотрудничество в приоритетных областях исследований и технологий [11]. Системный мониторинг зарубежных тенденций, поддержка отечественных инноваций и развитие кадрового потенциала позволят обеспечить устойчивое научно-технологическое развитие и защиту национальных интересов в долгосрочной перспективе.

Заключение

Анализ трансформаций в организации и реализации научно-исследовательских работ в НАТО позволяет сделать вывод о формировании новой парадигмы научно-технического развития Альянса, ориентированной на обеспечение технологического превосходства, повышение устойчивости и эффективности коллективной обороны в условиях нарастающей нестабильности международной системы безопасности. Обновленная Стратегия в области науки и технологий, принятая в 2025 году, определяет долгосрочные приоритеты, механизмы и направления развития научно-исследовательской деятельности, акцентируя внимание на интеграции новых информационных технологий, искусственного интеллекта и кибербезопасности.

Взаимодействие европейских и североамериканских участников Альянса приобретает характер многоуровневой кооперации, что требует постоянного согласования интересов, оптимизации распределения ресурсов и выработки единых стандартов в области научно-технической политики. Специализация европейских государств и формирование распределенной сети исследовательских центров обеспечивают гибкость, устойчивость и эффективность научно-технической политики НАТО, способствуют формированию единой архитектуры научно-технической поддержки перевооружения и модернизации вооруженных сил.

Для Российской Федерации анализ тенденций в научно-технической деятельности Альянса позволяет выявлять новые угрозы, разрабатывать эффективные меры по их парированию и обеспечивать поддержание стратегического баланса в условиях нарастающей международной конкуренции. Практическая значимость исследования заключается в формировании объективной базы для оценки перспектив развития научно-технического потенциала НАТО и выработки стратегических решений в сфере национальной безопасности, что способствует укреплению позиций Российской Федерации на международной арене и обеспечению устойчивого развития в долгосрочной перспективе.

¹NATO releases new Science & Technology Strategy. NATO. 11.06.2025 // URL: https://www.nato.int/cps/en/natohq/news_236107.htm (accessed 17.06.2025).

²Alliance Concept for Multi-Domain Operations, Enclosure 1 to SH/SDP/SDF/TT-010038CT/SPP/CNDV/TT-5856, NATO. 10.03.2023 // URL: https://www.act.nato.int/activities/multi-domainoperations/ (accessed 12.01.2024).

³Science and Technology Macro Trends 2025-2045. NATO // URL: https://sto-trends.com/assets/briefing-papers/NATO_STO_Science_and_Technology_Trends_2025_2045_Volume_1_English.pdf (accessed 22.06.2025).

⁴Cold Brew 2045. NATO. 14.03.2025 // URL: https://events.jwc.nato.int/event/376 (accessed 03.03.2025).

⁵Science and Technology Macro Trends 2025–2045. NATO // URL: https://sto-trends.com/assets/briefing-papers/NATO_STO_Science_and_Technology_Trends_2025_2045_Volume_1_English.pdf (accessed 22.06.2025).

⁶NATO Intelligence, Surveillance and Reconnaissance Force (NISRF). NATO. 25.03.2025 // URL: https://www.nato.int/cps/en/natohq/topics_48892.htm (accessed 22.06.2025).

⁷European Council conclusions on European defence. European Council. 06.03.2025 // URL: https://www.consilium.europa.eu/en/press/press-releases/2025/03/06/european-council-conclusions-on-european-defence/ (accessed 22.06.2025).

⁸European Commission Unveils Defence Readiness Omnibus and EDF Interim Evaluation. European Commission. 17.06.2025 // URL: https://defence-industry-space.ec.europa.eu/european-commission-unveils-defence-readiness-omnibus-and-edf-interim-evaluation-2025-06-17_en (accessed 22.06.2025).

⁹Questions and answers on ReArm Europe Plan/Readiness 2030. European Commission. 19.03.2025 // URL: https://ec.europa.eu/commission/presscorner/detail/hu/qanda_25_790 (accessed 22.06.2025).

¹⁰Emerging and disruptive technologies. NATO. 08.08.2024 // URL: https://www.nato.int/cps/en/natohq/topics_184303.htm (accessed 22.06.2025).

¹¹Vincent B. NATO about to develop new strategy to guide members’ use of autonomous systems in warfare. Defenses Coop. 16.09.2022 // URL: https://defensescoop.com/2022/09/16/nato-about-to-develop-new-strategy-to-guide-members-use-of-autonomous-systems-in-warfare/ (accessed 22.06.2025).

¹²Государственная программа «Научно-технологическое развитие Российской Федерации». Постановление Правительства РФ от 29.03.2019 №377. Правительство России. 29.03.2019 // URL: http://government.ru/rugovclassifier/858/events/ (дата обращения: 22.06.2025).

¹³Указ Президента Российской Федерации от 19.11.2024 г. №991 // URL: http://kremlin.ru/acts/bank/51312 (дата обращения: 30.06.2025).

¹⁴В РФ запретили западные средства защиты ПО в критической инфраструктуре. TAСС. 01.01.2025 // URL: https://tass.ru/ekonomika/22778097 (дата обращения: 30.06.2025).

¹⁵Утверждена Стратегия противодействия экстремизму в России. Кремль. 28.12.2024 // URL: http://kremlin.ru/acts/news/76020 (дата обращения: 30.06.2025).

¹⁶Договор между Российской Федерацией  и Республикой Беларусь  о гарантиях в рамках Союзного государства. Министерство иностранных дел Российской Федерации. 13.03.2025 // URL: https://www.mid.ru/ru/foreign_policy/international_contracts/international_contracts/2_contract/62699/ (дата обращения: 30.06.2025).

Источники и литература

1. Алешин А.А. Сотрудничество ЕС и НАТО после начала специальной военной операции России / А.А.Алешин // Современная Европа. 2024. №5(126). С. 189-200.
2. Антюхова Е.А. Система планирования деятельности НАТО в контексте положений Повестки «НАТО-2030» и Стратегической концепции НАТО 2022 г. / Е.А.Антюхова // Вестник международных организаций: образование, наука, новая экономика. 2024. Т. 19. №3. С. 31-47.
3. Будущее мировой политики: технологии, конфликты, институты / Б.И.Ананьев, А.О.Безруков, И.В.Болгова [и др.]. Москва: Весь Мир, 2020. 278 с.
4. Волгина А.А. Проблема стратегического соперничества в Концепции НАТО 2022 г. / А.А.Волгина, И.К.Лапшина // Дни науки студентов Владимирского государственного университета им. А.Г. и Н.Г.Столетовых // Сборник материалов научно-практических конференций. Владимир, 18 марта 2024 г. Владимир: Владимирский государственный университет им. А.Г. и Н.Г.Столетовых. 2024. С. 2340-2344.
5. Данилин И.В. Государственная научно-техническая политика США / И.В.Данилин. Ин-т мировой экономики и международных отношений РАН. М.: ИМЭМО РАН, 2004. 113 с.
6. Инновационная конкуренция / Н.И.Иванова, И.В.Данилин, И.В.Кириченко [и др.]. Москва: Весь Мир, 2020. 216 с.
7. Малинецкий Г.Г. Перспективные технологические тренды стран НАТО в обеспечении сферы обороны и безопасности / Г.Г.Малинецкий, Т.С.Ахромеева // Научный вестник оборонно-промышленного комплекса России. 2025. №1. С. 44-54.
8. Малинецкий Г.Г. Технологии будущего и вооружения России / Г.Г.Малинецкий // Стратегическая стабильность. 2014. №4 (69). С. 21-29.
9. Синдеев А.А. Трансформации Трансатлантического сотрудничества: подход США и ФРГ к единству в НАТО (1981 г.) / А.А.Синдеев // США и Канада: экономика, политика, культура. 2022. №9. С. 65-78.
10. Цахилова Л.М. Стратегии кибербезопасности в НАТО и Европейском союзе / Л.М.Цахилова // Информационные войны. 2023. №2 (66). С. 65-72.
11. Чернышева Г.Н. Современное состояние оборонно-промышленного комплекса России / Г.Н.Чернышева, Т.Б.Ивашинина, Ю.А.Савич // Регион: системы, экономика, управление. 2024. №1 (64). С. 134-142.