Цели не ясны, задачи не определены. Просчет США в войне с Ираном

Гибель в первый же день атаки верховного лидера Ирана Али Хаменеи стала отражением оперативного успеха первого удара США и Израиля. Только за первые две недели Израиль поразил без малого 8 тысяч целей в Иране, уничтожив много ракет и систем ПВО. США за это же время атаковали порядка шести с половиной тысяч объектов и вывели из строя более 90 кораблей. Подавляющая военная мощь США и Израиля подразумевала, что цели операции будут четко и быстро реализованы. Однако промежуточные результаты операции выглядят для Вашингтона, в самом лучшем случае, как неопределенные и тревожные: война явно не достигает своих политических целей.

Отдельный большой вопрос – каковы в принципе эти цели? Многие в США до сих пор не все уверены, что у кампании есть четкая стратегическая цель. Официально объявлялись лишь тактические задачи, а не, скажем, свержение режима аятолл. Госсекретарь Марко Рубио подчеркивал, что операция «Эпическая ярость» не ставит целью смену власти — это, мол, задача самих иранцев. Заявления Белого дома были расплывчатыми, хотя между строк читалось, что не все там ждали легкой прогулки. В целом, команда Трампа выдвигала противоречивые версии: то нужно уничтожить ракеты, то не допустить получения ядерного оружия, то отомстить за старые обиды. В политическом плане эта неопределенность дает Трампу пространство для маневра. Но в стратегическом — это главная уязвимость: если непонятно, зачем начата война, трудно понять, когда и как ее заканчивать.

В результате, текущие результаты крайне противоречивы. В военно-оперативном отношении, с одной стороны, Америка и Израиль уничтожили иранский военно-морской флот и парализовали его военно-воздушные силы. Они разрушают его ракетный потенциал и оружейную промышленность, нанося удары по режиму и его наиболее решительным сторонникам. С другой, Ирану удалось выдержать первый удар и перейти к стратегии горизонтальной эскалации – к боевым действиям средней интенсивности и масштаба, к борьбе на истощение. То есть к той форме военных действий, в которых США исторически чаще всего терпели поражение.

Одно из последствий — вовлечение других стран. Другое – глобальный экономический урон. Ирану удалось заблокировать Ормузский пролив, перекрыв до 20 процентов мировых поставок нефти. Он также нанёс удар по энергетической инфраструктуре стран Персидского залива, включая ведущие в мире мощности по сжижению газа и нефтепереработке. Цены на нефть уже превысили 100 долларов за баррель. Мегаватт-час природного газа в Европе стоит более чем на 70 процентов дороже, чем до начала ударов США по Ирану. Если энергетические цены удержатся на нынешнем уровне, рост глобального ВВП, по подсчетам The Economist, может снизиться на 0,4 процентных пункта, а инфляция повыситься на 1,2 пункта.

Риск заключается в том, что Трамп не сможет отступить до тех пор, пока падение рынков и опросы не лишат его вожделенного признания. Такая вялотекущая война может продолжаться до тех пор, пока Иран сможет запускать ракеты и беспилотники. У Трампа может возникнуть соблазн добиться неоспоримой победы, разбомбив режим до основания. Но даже с учетом военной мощи Америки он может не преуспеть. Между тем все эти риски будут продолжать наносить нарастающий ущерб региону и мировой экономике. Для обновленной же власти в Тегеране само выживание будет считаться победой. И пока что ей это удаётся.

Интересная ситуация сложилась в начале недели: глава Минфина США Скотт Бессент фактически подтвердил, что американские власти дают «зеленый свет» иранским танкерам в Ормузском проливе.[i] Официальная причина — необходимость удержать мировой рынок от обвала и не допустить дефицита энергоресурсов. Получается, что, несмотря на присутствие мощной американской флотилии и формальное состояние конфликта, Иран спокойно продает около полутора миллионов баррелей в сутки. По сути, Вашингтон признал свое бессилие перекрыть этот канал, так как реальные действия привели бы к резкому скачку цен на топливо для самих американцев.

В таких условиях, остается совершенно неясно, готовы ли лидеры США и Израиля наконец сформулировать, хотя бы для внутреннего пользования, некий четкий план? Считают ли они своей целью просто уничтожение иранских ракет (и тогда войну можно заканчивать) или же они действуют вслепую, не представляя, что будет после того, как осядет пыль? Похоже, что затяжной характер войны стал сюрпризом для самих высших эшелонов Америки и Израиля. И Трамп, и Нетаньяху изначально делали ставку на короткую и эффектную кампанию. Нетаньяху даже обещал, что эта война положит начало новой эре мира. Теперь, когда все идет не по плану, израильский премьер, вероятно, корректирует курс. Трамп же, хоть и говорит противоречивые вещи, упрямо придерживается первоначального сценария и надеется завершить все за «несколько недель».

Если присмотреться к заявлениям Трампа, видно, что он изначально делал ставку на внутренний раскол в иранской власти. Он надеялся, что проигравшая на выборах 2024 года фракция, связанная с КСИР, рассорится с победителями и ослабит режим изнутри. Но Трамп, видимо, не совсем понимает, как устроена иранская внутриполитическая сцена. Поэтому у него есть запасной план: если элиты не перессорятся, нужно подтолкнуть народное восстание. На это намекают и удары по силовикам прямо в Тегеране (полицейские участки, блокпосты), и заявления иранского ТВ, которое грозит расправой «внутренним врагам». Проблема в том, что у США нет опыта такого сценария: чтобы внешняя война и внутренний бунт шли рука об руку. Это неизведанная территория.[ii]

Теперь Трамп практически ежедневно пытается убедить публику и СМИ, что «Иран неуклонно слабеет». Но ему не удается скрыть тот факт, что у США все еще нет простого решения. Насколько известно, американцы рассматривают три варианта развития событий. Полномасштабная война. Но это риск на годы вперед, как это было в Ираке. Политическая смена власти внутри Ирана. Для этого нужен надежный контрагент в Тегеране. Есть ли сейчас в КСИР такая фигура, вопрос открытый. Теоретически возможен тайный сговор элит, который приведет к новому руководству – не исключая даже участия оппозиции или наследника шаха Пехлеви, живущего в США. Третий вариант - народное восстание. Если протесты (этнических меньшинств, интеллигенции и других) расширятся, страна может измениться изнутри сама.

Однако на сегодняшний день руководство Ирана выглядит единым, и немногие, даже среди американцев, похоже, рассчитывают на то, что его свергнут одни только ракеты. Возможно, Тегеран рассчитывает выйти сильнее из любого конфликта, просто выживая. Между тем, западные СМИ полнятся встревоженных комментариев, в которых рефреном повторяется мысль, что основные дивиденды от войны США и Израиля пока что получают Россия и Китай, «с удовольствием наблюдающие, как Америка увязает, в который уже раз, на Ближнем Востоке».

Дальнейшие шаги Трампа будут продиктованы политическим календарем. В ноябре промежуточные выборы в Конгресс, и ему жизненно необходимо сохранить республиканское большинство, чтобы проводить свою политику. Предвыборная гонка начнется уже через несколько месяцев, поэтому Трампу нужно подойти к выборам с убедительной «картиной победы» над иранским режимом. Проблема в том, что общество расколото: по данным одного из последних опросов, которые на днях опубликовало Reuters, только четверть американцев поддерживает войну, более 40 против — против. Главная задача Трампа сейчас — убедить избирателей, что эта война была нужна и что результаты превзошли все ожидания.

Между тем, положение Трампа всё больше напоминает ловушку эскалации. Его талант к импровизации здесь не помогает: масштабы войны разрастаются, всё зашло слишком далеко, а красивого выхода пока нет. Белый дом приказал перебросить в регион ударные соединения морской пехоты. Но внутриполитическая ситуация становится только напряженнее: в США дорожает бензин (почти 4 доллара за галлон), что больно бьет по карманам избирателей. А выборы в Конгресс не за горами. Союзники по НАТО отказываются отправлять корабли для защиты конвоев в Ормузском проливе, и всё более встревожены прогнозами, согласно которым война продлится минимум до сентября.

Трамп мог бы ограничить свои военные амбиции. Его целью могло бы стать ослабление военного потенциала Ирана, а затем остановка. Хотя он «почти достиг цели». Однако некоторые будут утверждать, что работа выполнена лишь наполовину. Не исключено, что Трампу уже хочется поскорее либо закончить всё одним решительным ударом, либо найти крайнего и обвинить в неудачах союзников. Но хитрость в том, что Ирану для моральной победы даже не нужно побеждать — ему достаточно просто выстоять под ударами.

Если всё же основной план США и Израиля в войне с Ираном — это не быстрое вторжение, а изматывание противника, то методичные удары по военным объектам и центрам принятия решений будут продолжаться еще несколько недель. Тем не менее, начало атаки без четкой цели — это именно та ошибка, которую Трамп давно высмеивал. Слишком много раз в истории Америки «маленькие и короткие» войны оборачивались большими и долгими. У Ирана всё еще достаточно дронов и баллистических ракет. Новые лидеры в Тегеране уже продемонстрировали, что их готовность использовать оружие против Америки и ее союзников значительно выше, чем в прошлом году. Ответные иранские удары уже нанесли американской армии значительный материальный ущерб. Прогнозы сулят США опасное истощение запасов ряда критически важный вооружений уже через 4-5 недель.

Белый дом всё еще бодрится. 15 марта советник Трампа Кевин Хассетт заявил, что, по их данным, война должна закончиться через месяц-полтора, и США даже идут с опережением графика. При этом он признал, что рост цен на энергоносители — сейчас серьезная проблема. Но, по его логике, если Иран перестанет быть «террористической силой», в мире начнется нефтяной бум, и это поможет экономике.

В публичных заявлениях американских и европейских официальных лиц еще сквозит надежда на быстрый исход, но предсказать конец трудно, так как сам Трамп постоянно меняет цели. Однако, как бы ни закончилась третья война в Персидском заливе, она окажется не менее масштабной, чем предыдущие. Первая Война в Заливе в 1991 году знаменовала начало однополярного доминирования США в мире. Последняя по счету, нынешняя, создает предпосылки для окончательного разрушения как однополярного мира, так и последних рудиментов американской гегемонии.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

[i] https://www.rbc.ru/politics/16/03/2026/69b805fc9a7947fa60f075b0

[ii] https://t.me/BuninCo/4906

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs