Будущее Балтийского региона глазами Германии

13:39 16.01.2012 Владислав Гулевич, эксперт журнала «Международная жизнь»


Балтийский регион на протяжении многих веков был ареной столкновения интересов Польши, Германии, Пруссии и России. Представители западного течения польской геополитики рассматривали не столько Россию, сколько Германию экзистенциальным врагом Польши, призывая прекратить ненужный натиск на Восток и повернуть на Запад, лицом к немецкой экспансии. Главный приз – польские «западные территории» и овладение Балтикой.  Они совершенно справедливо замечали, что сильная Польша может состояться без выхода к Днепру, но не без выхода к Балтийскому побережью.

С немецкой стороны наметилось встречное историко-пропагандистское течение, оправдывавшее продвижение Германии на польскую территорию ложными теориями о том, будто династия первых польских королей (Пясты) была немецкого происхождения. Разгром Третьего Рейха поставил Германию и Польшу в разное положение, и после 1945 г. Балтика перестала быть яблоком польско-немецкого раздора, т.к. в значительной мере контролировалась либо Советским Союзом, либо его союзниками (Польшей и ГДР). Всё поменялось с распадом СССР и уходом Польши и прибалтийских республик в НАТО и ЕС. Российский контроль над Балтикой уже не рассматривался как нечто нерушимое и постоянное. В игру вступили внешние силы, оспаривающие влияние Москвы в данном регионе,  в т.ч. объединённая Германия. 

Сейчас стратегия Берлина в бассейне Балтийского моря имеет двоякое измерение. С одной стороны, Германия, подчиняясь геополитической логике, выступает за укрепление российско-немецких связей, в т.ч. с опорой на Калининградский полуэксклав – бывшую Восточную Пруссию, и этому традиционно противится Варшава, опасаясь попасть в «германо-российские клещи». С другой – Берлин, руководствуясь опять же геополитической логикой, заинтересован в нормализации польско-российских отношений, но не в военно-политическом союзе двух государств, если бы таковой был возможен. История говорит о том, что Польша неизбежно втягивается в орбиту российского влияния, когда политическая мощь России в несколько раз превосходит таковую у Польши и её союзников. «Приращение» союзнической Польшей означает для России выход на качественно иной уровень политического взаимодействия со своими западноевропейскими партнёрами и оппонентами. Польша, благосклонно взирающая на реализацию германо-российских экономических проектов, но держащаяся на определённом расстоянии от Москвы в состоянии холодного нейтралитета – такая Польша, как буфер между Германией и Россией, со стратегической точки зрения выгодна Германии. Поэтому Берлин не противился присоединению Варшавы к Североатлантическому блоку и ЕС, предпочитая держать её при себе.

После того как поляки и немцы оказались в одном военно-политическом блоке, регион Балтийского моря из предмета давнего спора между Берлином и Варшавой превратился в площадку их стратегического взаимодействия. Оба государства, наряду с Данией, Финляндией, Швецией, Эстонией, Латвией и Литвой, участвуют в реализации общеевропейской стратегии для Балтийского региона. Этот проект способствовал развитию партнёрских связей между Германией и региональными участниками программы, в т.ч. на уровне территориально-административной единицы. С немецкой стороны в этом процессе наиболее активное участие принимают федеративные земли: Гамбург, Шлезвиг-Гольштейн и Мекленбург – Передняя Померания, что обусловлено их экономическими интересами, т.к. эти земли (за исключением Гамбурга) были одними из наименее экономически развитых административных единиц. Роль Берлина стала более заметной после вступления Германии в Совет государств Балтийского моря в 1992 г. Наблюдались разногласия между федеральным центром и местными властями, поскольку Берлин осторожно подходил к участию в проектах ЕС, оставлявших Россию не у дел. В то же время федеральные земли были заинтересованы в развитии отношений с соседними государствами без оглядки на стратегические планы Берлина.

В настоящее время темп участия федеральных земель в стратегии для Балтийского региона снизился. Наибольшую активность сохраняет Мекленбург-Передняя Померания, испытывающая большие, в сравнении с другими федеральными землями, экономические трудности. Участие властей Шлезвиг-Гольштейна на начальном этапе реализации стратегии сменилось позже некоторой пассивностью. На данный момент власти Шлезвиг-Гольштейна стараются сделать всё возможное для предотвращения экономического разделения между востоком и западом в условиях финансового кризиса. Кроме того, если раньше власти Мекленбурга-Передней Померании и Шлезвиг-Гольштейна ограничивались сотрудничеством со странами-членами Евросоюза, то теперь слышатся голоса, что без России полноценного эффекта от предпринимаемых усилий, особенно в сфере экологии и энергетики, достичь не получится (1).

Экспериментальной площадкой развития отношений по линии Берлин – Москва служит самый западный регион России – Калининградская область. По данным Торговой палаты в Гамбурге, Германия занимает ведущие позиции в торговле с Калининградом. В 2010 г. немцы были на первом месте как по экспорту, так и по импорту для Калининграда. Объём торгового оборота между Германией и Калининградской областью составил $1502, 2 млн. Из них на экспорт - $42 млн, на импорт - $1410,2 млн. Основу калининградского экспорта в Германию составляют товары потребления, а также изделия из кожи и текстиль. Товар, чаще всего завозимый из Германии – грузовые и легковые автомобили, запчасти и продовольствие. Официально в области зарегистрированы 3664 иностранных предприятия. Из них с немецким капиталом – 450. Таким образом, немцы стоят на третьей позиции вслед за поляками (459 предприятий) и литовцами (1078 предприятий) (2).  

Варшава с настороженностью наблюдает за российско-германскими отношениями. Наметившееся недавно сближение Варшавы с Берлином, проявлением которого стало совместное заявление глав МИД обеих государств Гвидо Вестервелле и Радослава Сикорского о необходимости выработки общей стратегии в отношении России, позволяет Варшаве не затеряться среди других новичков ЕС и  быть рядом со старшим товарищем в лице Берлина. Вместе с тем это даёт Варшаве ещё и возможность опереться на Берлин в нежелании усиления российского влияния в Европе. 

На взгляд некоторых польских экспертов, усиление экономической роли Германии в Балтийском регионе заставляет Польшу подчиняться геополитической логике оси Берлин – Москва. Эта ось разбивает и дробит стратегическое пространство вокруг Польши, одной из опор которой является Литва, а Калининградская область превращается в стратегическую площадку для подчинения менее крупных государств Балтийского региона российско-немецким интересам (3). Клерикально-консервативное крыло политического спектра Польши призывает к немедленному улучшению польско-литовских отношений. Выработка единой позиции Варшавы и Вильнюса по вопросам усиления экономического присутствия Берлина в таком стратегически чувствительном регионе, как бассейн Балтийского моря, по их мнению, позволит сдерживать германо-российское взаимное притяжение. Беспокойство вызывают также планы строительства транспортной артерии, которая соединяла бы Берлин с Калининградом, поскольку на практике этот маршрут был бы альтернативой стратегически важной Via Baltica (Европейский маршрут Е67), которая соединяет Польшу с прибалтийскими республиками – Литвой, Латвией и Эстонией. Введение режима малого приграничного движения между Калининградской областью и некоторыми воеводствами Польши также вызывает неодобрение польских консерваторов. Их доводы – от устрашения рядовых поляков наплывом русской мафии до пугающих прогнозов о проникновении с помощью российских спецслужб на польскую территорию лиц, не обозначенных пунктами соглашения о приграничном движении. Союзником Польши они считают Вашингтон, но не Германию или Россию. Неизбежность для Польши одновременного  протектората  Берлина и Москвы – их главный аргумент против сближения с Москвой и Берлином (4).

Берлин предпочитает мыслить прагматично. Такой же линии поведения придерживается правительство Дональда Туска, предпочитающее видеть в Германии всё-таки союзника, а не соперника. К тому же, литовско-польские отношения переживают не лучшие времена. Вопрос об удовлетворении культурных запросов польской диаспоры Литвы превратился в предмет дипломатических баталий между Варшавой и Вильнюсом, где ни одна из сторон не желает уступать, поэтому опереться на Вильнюс Варшаве вряд ли удастся в ближайшее время. Политика всех заинтересованных сторон в Балтийском регионе будет определяться прагматикой. Отказ Варшавы от тактики извечных претензий к Москве, развитие российско-германских связей и усиление экономического присутствия Берлина в регионе тому свидетельство.

 


 

1. Kommentarze OSW Numer 69 Ośrodek Studiów Wschodnich 10.01.2012

2. Bogusław Rąpała «Enklawa destabilizacji» («Nasz Dziennik» 10.01.12)

3. Там же

4. Józef Darski «Pokochajmy protektorat» («Gazeta Polska» 23.11.11.)

Ключевые слова: Россия Балтийский регион Германия Польша

Версия для печати