Бармалей из Сомали

00:00 11.02.2011 Сергей Филатов, обозреватель журнала «Международная жизнь»


В детском саду нам рассказывали историю про то, как добрый доктор Айболит и его друзья победили разбойника-пирата Бармалея. В школе мы зачитывались похождениями пиратского капитана Блада. В юности пели про то, как «вьется по ветру веселый Роджер, люди Флинта гимн морям поют». В молодости не отрывались от экрана, где Николай Еременко воевал против «пиратов ХХ века». Уже в зрелые годы ходили с детьми смотреть в кинотеатр приключения Джека Воробья и Элизабет Суонн в трилогии «Пираты Карибского моря». Романтика…

Но вот в начале XXI века уснувшие было на много лет духи морских разбойников, воскресавшие только в художественных произведениях, стали материализовываться. На собственных бортах ощутили это десятки судов, проходящих вдоль берегов Африканского Рога и Сомали через Аденский залив. Досталось и нашим – в середине 2010 года был взят на абордаж российский танкер «Московский университет».

Командующий военно-морскими силами Евросоюза в Аденском заливе контр-адмирал Филипп Куандро утверждает, что зона деятельности морских бандитов за последние 2-3 года значительно расширилась. В 2005 году нападения совершались максимум в 165 милях от сомалийского побережья, в 2006-2007 годах эта цифра достигла 200 миль, в 2008 году она уже составляла 445 миль, в 2009 году расширилась до тысячи миль, и увеличилась еще на 100 миль в 2010 году. Недавно пиратов засекли у берегов Омана!

Проблема стала столь острой, что о ней заговорили главы ведущих стран мира. «Следует энергичнее налаживать международное взаимодействие в борьбе с пиратством»,- заявил Дмитрий Медведев.

 

Пиратство как индустрия

 

Похоже, что в Аденском заливе открыли фанклуб Джека Воробья, и провозгласили бесконечный «международный год пирата». Сомалийские территориальные воды стали самым опасным бассейном мира. По данным на конец 2010 года, «фанаты» удерживают в плену почти 500 моряков и 27 судов, которые прекрасно видны со спутников. «Вы какое судно ищите? – Так вот оно, прямо в Google Earth». Эти «воробушки» породили целую индустрию, сложившуюся вокруг пиратского «бизнеса», и ее масштабы растут.

Согласно данным Международного бюро по морскому судоходству, в Аденском заливе и в Красном море число пиратских атак за 2009-2010 годы выросло на 90 процентов. По словам главы транспортного отдела немецкой страховой группы «Эрго» Юргена Хаймеса, ежегодно через эти регионы проходят до 20 тысяч судов и практически каждый день там совершаются нападения. «Сумма требуемого выкупа увеличилась в 10 раз», – отметил он.

Главным критерием выбора жертвы является ценность перевозимого груза, а также стоимость самого корабля. Как правило, те, кто захватывает судно, располагают достоверными данными. Поэтому вся организационная работа по захвату начинается задолго до нападения. Можно с большой долей уверенности предполагать, что пиратский бизнес в настоящее время представляет достаточно четко организованный бандитский конгломерат организаций, состоящий из руководителей, источников информации и исполнителей, замечает журнал «Русский миротворец».

Основным звеном этого конгломерата является разветвленная сеть агентуры в ведущих морских портах мира. Она имеет доступ к информации о характере и стоимости перевозимых грузов, конечных портах доставки, маршрутах передвижения, датах выхода и прихода судов в порт назначения, сумме страховки груза и корабля, а также других данных.

Зачем далеко ходить за примерами? Сомалийские пираты захватили украинский сухогруз «Фаина» по наводке из Одессы, утверждают украинские спецслужбы. Установлено, что как только «Фаина» выдвинулась из одесского порта в направлении Африки, из Одессы был произведен звонок на телефон сомалийских пиратов, писала газета «Коммерсантъ» со ссылкой на одного из представителей кризисного штаба, созданного на Украине в связи с захватом судна.

Тактика действий пиратов всегда примерно одинаковая. Предпочтение отдается отдельным судам, в перехвате которых участвуют несколько групп быстроходных суденышек. Катера обеспечения действуют на значительном удалении от цели. Их задача – обнаружить и определить точные координаты цели нападения. А также отслеживать находящиеся в районе военные корабли, предупреждая в случае опасности нападающие группы. Эти суда могут маскироваться под малотоннажные траулеры, буксиры, а у команды при этом нет оружия. Их выдают антенны радионавигационной и спутниковой связи и мощные моторы.

Капитаны пиратских судов обеспечения, как правило, имеют большой опыт судовождения, а в штат команды входят классные специалисты по пеленгованию и радиоперехвату. По сути, подобные суда представляют собой малые разведывательные корабли, поставленные на службу разбойников.

Что касается судов нападения, непосредственно участвующих в вооруженном захвате, то их количество зависит от конкретных условий. В любом случае, конечной целью является абордаж. Часть атакующих выполняют задачу принуждения капитана захватываемого судна к снижению скорости хода и прекращению активного маневрирования. Другие демонстрируют оружие, открывают стрельбу в сторону цели или по корпусу. Пираты вооружены, как правило, пулеметами, автоматами и гранатомётами, имеют хорошее снаряжение, включая спутниковые телефоны и GPS.

В большинстве случаев, приблизившись к судну-жертве, атакующие используют металлические «кошки»-захваты, после чего быстро поднимаются на палубу и локализуют действия экипажа, принуждая его изменить курс в направлении пиратской базы у берегов Сомали.

Считается, что организаторами и руководителями разбойного бизнеса являются лидеры племенных кланов Сомали, которые на основе информации агентуры принимают решения о захвате судов. Эта группа лиц определяет сумму выкупа, через специально нанятых опытных посредников ведет переговоры с судовладельцами об условиях освобождения грузов и передаче денег. Именно на их долю приходится основная часть дохода от выкупа судна и его экипажа.

С учетом выплаты вознаграждений за услуги посредников и агентов-источников информации в портах и судовладельческих фирмах размер пиратской наживы может колебаться от сотен тысяч до нескольких миллионов долларов США. Некоторые организаторы предпочитают контролировать разбойный бизнес из других стран, появляясь в Сомали наездами для инспекций и решения других дел.

В сомалийском обществе профессия морского разбойника негласно считается почетной. Не имея практически никаких средств на жизнь в условиях полного развала органов государственной власти, краха экономики и финансовой системы, население Сомали, вернее, тех кусков территории, что от нее остались, вынуждено влачить нищенское существование, полагаясь на подачки от племенных и религиозных лидеров. Так описывает ситуацию с пиратами эксперт Юрий Веселов.

«Тамошние пираты - это вчерашние рыбаки, которые поняли, что брать современное судно на абордаж нетрудно, но зато намного денежнее, чем ловить рыбу. Видел этих пиратов в тех краях, - пишет на одном из интернет-форумов бывший российский моряк. – «Базы пиратов» - это рыбацкие деревни. Им просто позволяли безнаказанно в течение последних 2-3 лет грабить суда. Для сомалийцев, чей среднедушевой годовой доход составляет менее 300 долларов, грабеж судов – это прекрасная возможность заработать за одно удачное нападение до 5-10 тысяч долларов».

Удивительное дело – члены фанклуба Джека Воробья считают себя абсолютно правыми! У пиратов, оказывается, есть своя идеология. «Мы не считаем себя морскими бандитами. Бандиты – это браконьеры или торговцы оружием. Мы просто патрулируем наши территориальные воды. Мы – обычная береговая охрана». Знаете, кто это вещает? Живой Бармалей из Сомали по имени Сугуле Али. Вы о нем еще не слышали? Так это бойцы его «обычной береговой охраны» взяли на абордаж украинскую «Фаину», которая танки перевозила. Так сказать, в виде «оплаты за проезд» через их территориальные воды. Правда, танки пиратам в море не пригодились…

Как это ни парадоксально, в чем-то Сугуле Али не лукавит. Ведь когда в 1991 году страна погрузилась в хаос, оставшиеся «без присмотра» прибрежные воды Сомали, богатые тунцом, оказались переполнены всевозможными браконьерами. Сомалийские рыбаки начали вооружаться, превратившись в самопровозглашенных инспекторов рыбнадзора, которые требовали у пришельцев «заплатить налоги» за незаконный лов. Начались стычки между ними и экипажами судов, нелегально вылавливавших рыбу.

«Вначале они, действительно, свою рыбу охраняли, ведь браконьерство в этих водах – настоящая проблема, – говорит Мохамед Осман Аден, сомалийский дипломат из посольства в Кении. – А потом множество рыбаков сменили сети на пулеметы и начали захватывать яхты, танкеры и даже суда, перевозящие гуманитарную помощь под флагом ООН. Но это их не оправдывает. Они преступники, и мировое сообщество должно помочь нам покончить с этим злом».

Распространенное мнение о том, что разбоем занимаются только сомалийцы, с некоторых пор можно опровергнуть. Журнал «Русский миротворец» пишет, что пиратство в районе Африканского Рога превратилось в транснациональный бизнес. Сейчас многие освобожденные из плена моряки отмечают, что в последнее время в составе сомалийских пиратских банд начали появляться выходцы из европейских стран. Они контактировали с капитанами и в качестве посредников вели переговоры с владельцами судов.

 

Кому – потери, кому – доходы

 

Интересно, что разбой на большой воде Аденского залива приносит значительную прибыль не только пиратам и их командирам.

Германский институт исследований экономики в своем аналитическом докладе признал, что пиратство стало выгодным для всех участников мировой торговли, превратившись в доходный бизнес. При этом само пиратство является хорошим источником дохода и для страховщиков. Страховые компании, свидетельствует немецкая газета «Вельт ам зонтаг», обычно, требуют премию в размере 20 тысяч долларов за один лишь день прохода того или иного судна через районы пиратского промысла. Некоторые американские и британские страховщики требуют за проход через «пиратские воды» до 30 тысяч долларов, а «в жаркий период», когда нападения становятся особенно интенсивными, – и до 70 тысяч долларов в день.

Еще по 10 тысяч евро теряют судоходные компании за каждый день простоя в пиратском плену контейнеровоза средней величины. При этом, «такса» за освобождение судна и команды в 10-15 человек составляет около 3 миллионов долларов. К тому же, процесс вызволения из плена нередко затягивается: бандиты получают ежедневную плату за захваченное судно, а, значит, им нет никакого резона поскорее его отпустить. Так что в среднем срок пребывания захваченных судов в плену у пиратов составляет 70 дней. Расходы на ликвидацию последствий пиратского захвата также велики. Часто приходится осуществлять дорогой ремонт или заменять часть груза.

Лондонские эксперты оценивают объем рынка страховок, обеспечивающих выплату выкупов, в 340 млн. евро в год. Именно такие средства тратят судоходные компании, чтобы выкупы покрывали не они, а страховка. За одну лишь операцию передачи выкупа курьеры требуют для себя от 100 тысяч долларов. Эту часть работы – а именно, сбрасывание с вертолета мешка с деньгами на захваченные пиратами суда – прочно держат в руках бывшие британские военнослужащие, которые обосновались в Восточной Африке со своими компаниями, предлагающими подобные услуги.

Да, на бедственном положении судоходных компаний зарабатывает огромные деньги и быстро возникшая индустрия по обеспечению безопасности. По мнению экспертов, частные охранные фирмы получают от борьбы с пиратами еще больше, чем сами пираты. Одна занимающаяся этим бизнесом американская компания приобрела даже бывший корабль Береговой охраны США. Охранные фирмы получают ежедневно примерно по 2,2 тысячи долл. за каждого из 4-5 своих сотрудников, находящихся на борту сопровождаемого ими судна.

А если их на борту нет, команда сама придумывает способы защиты – борта обносятся колючей проволокой, по которой пропущен электрический ток, а в огнетушители закачивается едкая смесь, которая, попадая в лицо нападавшему, вызывает нестерпимую боль. Иногда для отпугивания пиратов на мостике выставляются движущиеся чучела вооруженных людей.

Конечно, чучела кое на кого и производят такое же угрожающее впечатление, как пугало в огороде на ворон, но больше пользы приносят действия военных кораблей, направляемых крупнейшими государствами в Аденский залив для защиты гражданских грузоперевозок от пиратов.

 

Отпор

 

У страховщиков свои умы, а что до перевозчиков, то им пиратские набеги стали с некоторых пор поперек горла. Вот тогда к берегам Африканского Рога и выдвинулись одна за другой эскадры морских держав. Здесь можно встретить военных под разными флагами. Поначалу каждый действовал сам за себя, но со временем появилась необходимость координировать усилия, и теперь нарождается определенная система.

В декабре 2008 года Европейский Союз приступил к проведению в Аравийском море и Аденском заливе военно-морской операции Atlanta с целью обеспечения безопасности гражданского судоходства. Это стало первой в истории ЕС военной кампанией против пиратов в районе побережья Сомали. Эти силы составляют 1,7 тысяч человек из 8 стран Евросоюза, находящиеся на 9 военных кораблях и одном вспомогательном судне.

Россия получила право бороться с морскими пиратами у берегов Сомали согласно Резолюции Совета Безопасности ООН 1816. С осени 2008 года приступили к патрулированию района Африканского Рога корабли нашего ВМФ. Там уже побывали тяжелый атомный ракетный крейсер Северного флота «Петр Великий», большой противолодочный корабль «Адмирал Виноградов», спасательный буксир «Фотий Крылов», танкеры «Борис Бутома» и «Печенга», два больших десантных корабля Черноморского флота «Ямал» и «Азов» и другие. Группировка в состоянии реагировать как на угрозы пиратства у берегов Сомали, Западной Африки, Шри-Ланки, Индонезии, так и представлять интересы России в зоне Персидского залива.

«Евросоюз и Россия активно сотрудничают в борьбе с сомалийскими пиратами»,- заявил французский контр-адмирал Филипп Куандро. Отвечая на вопрос корреспондента ИТАР-ТАСС, этот командующий военно-морскими силами ЕС сказал следующее: «Мы обмениваемся различной информацией, а при необходимости помогаем друг другу. Недавно мы оказали содействие большому противолодочному кораблю Северного флота «Адмирал Левченко», которому надо было отправить кого-то с борта судна на берег для госпитализации. Подобные отношения мы выстраиваем и с другими силами, противодействующими сомалийским пиратам в районе Африканского Рога».

Действуют европейцы аккуратно, и оружие у них играет небольшую роль – сказывается культура. С конца 2008 года военными не было убито ни одного пирата, а некоторым даже была оказана продовольственная или медицинская помощь.

«Основными свидетельствами намерений совершить пиратскую атаку являются лестницы, оранжевые жилеты, веревки и канаты, большой запас топлива и продовольствия, а также привязанные к борту их судов резиновые скоростные лодки, – разъяснил Филипп Куандро. – Был даже такой случай, когда мы задержали лодку с пятью бандитами, обезоружили их, отобрали все оборудование и отпустили, а через пять дней задержали вновь. Другое дело, если флибустьеры пойманы при попытке захвата. Это уже дает возможность выдвигать против них обвинения и судить. Чем и занимаются соответствующие учреждения в различных странах, в том числе, в Кении и на Сейшелах».

А вот плавучие базы пиратов военные моряки топят. Флагман патрульных сил НАТО британский фрегат Chatham пустил на дно два пиратских бота. Корабли НАТО уничтожили еще три базы. Задержаны 25 человек. Французский корабль Nivose потопил плавучую базу и две лодки пиратов. Еще одну плавбазу уничтожил датский корабль Absalon, и в этом случае пиратам было позволено перейти в другую лодку и уплыть в Сомали.

Широкий резонанс получила история с захватом российского судна «Московский университет» и его освобождением. Наши военные моряки с корабля «Маршал Шапошников» провели операцию против пиратов, нейтрализовали их и отправили на лодке домой. В Москве это было встречено с восторгом, а вот в Сомали с нескрываемым раздражением.

Власти Сомали потребовали официальных объяснений от России, почему это российские военные моряки оставили в открытом океане в Аденском заливе 10 сомалийских пиратов, у которых «было мало шансов выжить без навигационных приборов». «Да, они являются бандитами, и мы не оспариваем этот факт. Но они должны были предстать перед справедливым судом. Оставить их в открытом океане – это была не единственная возможность наказать их», - заявил глава министерства коммуникации Сомали.

К европейцам из этого министерства претензий что-то не слышно. Хотя они регулярно отправляют пиратов восвояси «пешком по волнам». Заметим, что западники свои суда вообще не освобождали, хотя те попадают в плен десятками. Культура не позволяет? «Noblesse oblige», так сказать. Или страховщики не велят?.. Конечно, чем спасать попавших под автоматный прицел матросов, куда проще гонять по заливу пиратов, маскирующихся под рыбаков, и рыбаков, которых для отчета всегда можно представить, как пиратов.

Американцы не в пример культурным европейцам действуют жестко. 10 апреля 2010 года военный фрегат Nicholas ответил огнем на нападение сомалийцев, потопив их лодку. Один нападавший убит, остальные арестованы. Им предъявлены обвинения в умышленном сговоре, вооруженном нападении, нападении с целью ограбления судна и насильственных действий в отношении экипажа корабля. Судебный процесс идет в США. Обвинения в пиратстве выдвинуты в соответствии с законом, принятым почти 200 лет назад. Согласно закону, минимальным наказанием за занятие пиратством является пожизненное заключение.

Более того, спецназ США ждет приказа на уничтожение баз пиратов в Сомали. «Военное командование США ждет сигнала президента Барака Обамы, чтобы приступить к операции по полному уничтожению наземных баз сомалийских пиратов»,- сообщает американская газета Daily News со ссылкой на бывшего спецпосланника США в Сомали Роберта Оукли.

Газета пишет о том, что, несмотря на усилия мирового сообщества, морские разбойники не прекращают своих вылазок. И наблюдатели, анализируя ситуацию в Сомали, делают неутешительные выводы относительно перспектив установления мира и порядка в регионе: «Без стабильности на суше искоренить пиратство не представляется возможным».

Так что там происходит на суше?

 

Когда в Сомали не было пиратов

 

Давно это было – лет двадцать назад.

До 1991 года Республика Сомали (в те годы Сомалийская Демократическая Республика) являлась уважаемым членом мирового сообщества – участником ООН, Лиги арабских государств и Африканского Союза (в те годы называвшегося Организацией африканского единства). Ее президент Сиад Барре разъезжал с официальными визитами по всему миру – от Эр-Рияда до Нью-Йорка. Его принимали лидеры многих стран. На съездах КПСС в Москве он выступал с приветствиями к советским коммунистам. В общем, при всех своих внутренних проблемах (а вся история страны после получения независимости в 1960 году связана с непрекращающейся межклановой борьбой за власть) Сомали считалась полноценным государством. А потом государства не стало…

В 1990 году здесь вспыхнула гражданская война всех против всех, продолжающаяся по сей день. Эти трагические события в некогда целостном государстве привели к фактическому территориальному расколу страны на несколько территорий – Сомалиленд, Пунтленд, Галмудуг, Нортленд (Северная земля), Маахир и Джубаленд. Все попытки ООН, ОАЕ и ЛАГ восстановить мир в Сомали за 20 лет не увенчались успехом.

И вот закономерный итог. В соответствии с принятым в 1992 году решением Генерального секретаря ООН  Сомали является «государством без правительства». Проще говоря, неуправляемой территорией. Пожалуй, единственной в мире. Этакая мозаика разбойничьих анклавов со своим Бармалеем во главе каждого из них.

Как сомалийцы дожили до жизни такой? А вот как.

 

Путь к хаосу

 

Само государство Сомали было создано в 1960 году в результате объединения бывших колоний - британского Сомали и итальянского Сомали. Наличие на одной территории двух колониальных держав, каждая из которых правила со своей спецификой, сразу же после объединения наложило отпечаток на взаимоотношения разных групп людей этой собранной по частям страны. При том, что сами по себе эти группы весьма разнородные.

Одна из них – этническая группа, говорящих на сомалийском языке, в котором много арабских слов. Сомалийский язык родственен с языком народов Оромо и Афар, на которых говорят до 22 миллионов человек в самой Сомали, а также в соседних странах – в Эфиопии, Кении и Уганде, в Джибути и Эритрее. Так вот вместе с 15 миллионами сомалийцев, проживающими в Сомали, Эфиопии и Кении,  эти  три группы доминируют во всей Северо-Восточной Африке. Живут они большими родами-кланами, являющимися основой сомалийского общества.

После провозглашения независимости власти Сомали объявили  своей целью установление контроля над всеми территориями, населенными сомалийцами. Этим они испортили отношения с соседними Кенией и Эфиопией, которые до сих пор не желают видеть Сомали единым государством. Кому нужен на границе агрессор, претендующий на твою землю? Хотя официально никто из представителей эти стран такое вслух никогда не произнесет, это – один из важных факторов, влияющих на процессы, происходящие в анклавах, и на их взаимоотношения.

Так вот на волне национализма в 1969 году в Сомали к власти пришел президент Сиад Барре, которого поддержал СССР. Прежде всего, в войне против Эфиопии. Москва в поисках точки политической и военной опоры в этом районе Африки выделила Сомали только в 1976 году свыше 100 млн. долларов военной помощи. До 2 тысяч советских военных советников находились в армии Сомали, которая имела на вооружении только советское оружие. Советский флот получил доступ в порт Бербера, представлявший, по сути, военно-морскую базу группировки ВМФ СССР, действовавшей в Индийском океане.

Но времена меняются. В 1976 году Эфиопия пошла на сближение с СССР. В Адис-Абебе в результате военного переворота к власти пришел Менгисту Хайле Мариам, который провозгласил строительство социализма. Поэтому, когда Сиад Барре решил воспользоваться политической нестабильностью в Эфиопии и начал наступление на ее территорию, советское руководство его резко одернуло. Решение в ответ порвать с Советским Союзом у Барре созрело быстро, и он меняет союзников, договариваясь с президентом Египта Садатом, с арабскими шейхами Персидского Залива, с Пакистаном, Ираном и Суданом.

В ноябре 1977 года Сиад Барре разорвал Договор о дружбе с СССР и выслал из страны советских военных специалистов. История была громкая, поскольку для их эвакуации из порта Бербера нашим военным морякам пришлось высадить десант морской пехоты с бронетехникой и, пока шла погрузка, взять порт под контроль. Едва не началась перестрелка с сомалийскими войсками.

В результате Сиад Барре потерял в войне против Эфиопии советского союзника, а новых не приобрел – Садат и остальные ни оружием, ни деньгами не помогли. Наоборот требовали прекращения конфликта. Дабы решить финансовые проблемы страны, Сиад Барре отдал нефтяным компаниям Canoco, Amoco, Chevron и Phillips концессии на разработку и поиск месторождений нефти. Не помогло.

Внутренний кризис в Сомали углублялся, и в 1986 году трайбалистские кланы на севере подняли восстание против Сиада Барре. В январе 1991 года он был свергнут силами, собравшимися в организацию Объединенный конгресс Сомали (United Somali Congres). После свержения Барре этот конгресс сам развалился. Так началась междоусобная война, число участников которой и их конфигурация постоянно менялись, а единая до 90-х годов страна распалась на названные выше квазигосударства-анклавы.

Вот они все здесь на карте:

Попробуем сформулировать ответ на кажущийся риторическим вопрос: «Есть ли у Сомали мирное будущее?» Сначала о том, что пишет по этому поводу интернет-портал rodon.org:

«Кто-то, возможно, скажет, что такой страны, как Сомали, вообще не существует. И действительно, о каком государстве может идти речь, если правительство контролирует лишь 40 процентов территории столицы и ничего больше? Да и контролирует ли? Стало правилом, что основные государственные должности в федеральном Переходном правительстве должны быть более или менее равномерно распределены между представителями различных кланов. Вот здесь-то и заложено одно из самых глубоких противоречий, которое многие наблюдатели считают главным препятствием на пути к миру. Как могут люди, считающие друг друга врагами, договориться о чем-либо?»

Так Сомали погрузилась в хаос гражданской войны, которую повели бандформирования, чьих вождей западные СМИ назвали warlords или «полевые командиры». В стране начался голод, и к лету 1992 года число жертв голода и боевых действий превысило уже триста тысяч человек.

 

Провалы миротворцев

 

Когда «в товарищах согласия нет», а только вражда и беспорядок, к наведению порядка подключаются другие товарищи. В 1992 году Резолюция Совета Безопасности ООН положила начало первой миротворческой миссии ООН в Сомали - UNASOM (United Nation Operation in Somalia). Эта миссия насчитывала три с половиной тысячи военнослужащих, семьсот гражданских лиц и пятьдесят военных наблюдателей. Главным районом ее деятельности была столица Могадишо. Успеха эта миссия не имела – порядок не навели даже в одном городе.

Затем США в Совете Безопасности ООН добились принятия резолюции о передаче командования миротворцами Соединенным Штатам и о предоставлении этим миротворцам права обеспечивать доставку и распределение гуманитарной помощи голодающим в Сомали «любыми средствами», т.е. силой. В рамках этой резолюции была начата операция Restore hope, в ходе которой в район Могадишо началась высадка нового контингента «голубых касок» ООН во главе с американцами.

Затем под эгидой США в Аддис-Абебе (Эфиопия) 15 марта 1993 года началась мирная конференция, на которой группировки Сомали согласились прекратить огонь. Однако главным препятствием на пути реализации этих договоренностей стала позиция генерала Мохаммеда Фараха Айдида, который, возглавляя крупнейшие военные отряды, не хотел делиться властью на своей обширной территории и перейти под контроль центральных властей Сомали. Айдид заручился поддержкой исламского мира и ряда лидеров фундаменталистских организаций, в том числе Осамы Бен Ладена. Наш пострел и здесь поспел!

В Сомали возобновились бои против миротворцев, в которых американцы потеряли 18 человек погибшими и 73 ранеными, а силы генерала Айдида до полутысячи убитыми. Президент США Билл Клинтон решил поберечь солдат и дал приказ остановить операцию, а затем приказал американским войскам вообще покинуть Сомали. Министр обороны США Лес Аспин в знак протеста подал в отставку. Вторая миссия ООН провалилась. Генеральный секретарь ООН объявил Сомали «государством без правительства»…

С уходом миротворцев гражданская война в Сомали вспыхнула опять. В условиях хаоса объединяющей силой остались, помимо кланов, исламские суды, существовавшие при мечетях. После падения центрального правительства эти суды, взяв вначале под контроль систему образования и здравоохранения, создали собственную правоохранительную систему. Она стала пользоваться популярностью у местных бизнесменов, так как оказалась достаточно эффективной в борьбе против криминала. Имамы начали создавать и вооруженные отряды. К 2000 году Организация исламских судов стала ведущей силой Сомали и начала получать помощь от стран исламского мира, в первую очередь, монархий Персидского Залива.

Полевые командиры согласились создать новое правительство Сомали в ходе специальной встречи в 2004 году. Главными организаторами в данном случае были американские спецслужбы, которые, увидев опасность, исходившую от Организации исламских судов, убедили полевых командиров объединиться в организацию Alliance for the Restoration of Peace and Counter Terrorism (Союз за восстановление мира и борьбы с терроризмом), на базе которой было сформировано Переходное правительство Сомали.

Это правительство сразу же обратилось к Африканскому Союзу с просьбой прислать миротворцев, и с февраля 2007 года в Сомали началось размещение сил Африканского Союза - AMISOM. Но нападение боевиков на президентский дворец в Могадишо в августе 2008 года, когда погибло свыше двух десятков военнослужащих сил Переходного правительства, показал что и само Могадишо не контролируется, и миротворческие силы Африканского Союза, главным образом, защищают от боевиков сами себя.

В этих условиях, отмечает российский эксперт Олег Валецкий, очевидно, что Переходное правительство не в состоянии покончить с пиратством, которое является производным гражданской войны. Ведь захватами кораблей промышляют как боевики Организации исламских судов, так и отряды местных полевых командиров, лишь формально подчиненных Переходному правительству.

 

В нашем доме поселился неуживчивый сосед

 

«Потеряно все, кроме чести», - написал французский король Франциск своей матери после сокрушительного поражения в битве с испанцами в 1525 году. Также, похоже, думают и в Африканском Союзе, желающем исправить свою репутацию после сомалийских неудач их воинства. Оттуда, из АС, осенью 2010 года в Совет Безопасности ООН ушло послание, в котором сказано, что страны-члены Африканского Союза «выступают за операцию против сомалийских боевиков, которая бы включала в себя блокаду страны с моря и воздуха». Такие действия, по их мнению, смогут пресечь каналы поставки оружия и пути передвижения военных группировок.

Страны Африканского Союза можно понять. Сколько еще можно терпеть у себя на континенте это сомалийское «гуляй-поле» с  Бармалеями во главе?!

Но… Насколько заинтересованы в сомалийском урегулировании самые близкие соседи? Вопрос принципиальный, поскольку все не так однозначно.

Официальная позиция безупречна. «Для победы над пиратством следует навести порядок в Сомали, поскольку коалиция военно-морских сил особого результата не дает»,- говорится в заявлении министра иностранных дел Кении Мозеса Ветангулы, которое цитирует ИТАР-ТАСС. «Пиратство зарождается не в море, а на земле. И если государство само способно патрулировать и охранять свои прибрежные воды, то пираты вряд ли появятся и там, и тем более в открытом океане». По словам кенийского министра, флотилию надо распустить, а средства на ее содержание пустить «на возрождение сомалийского государства».

А вот тот же rodon.org в пику министру пишет: «Заинтересована ли Кения в установлении мира в Сомали? По мнению некоторых экспертов, на этот вопрос дать однозначный ответ невозможно. Казалось бы, кому нужна нестабильность на границе? Однако не стоит забывать, что в период обретения Кенией независимости сомалийцы претендовали на северо-восточную часть страны, и дело дошло чуть ли не до открытого вооруженного столкновения. Для Кении встает вопрос, что лучше – нестабильность на границе, которую, хоть и с трудом, но удается сдерживать, или территориальные притязания соседей?»

Еще более неоднозначна ситуация с другим соседом – Эфиопией. Официально правительство страны во главе с Мелесом Зенауи активно ратует за мир и стабильность в Сомали. А на самом деле?

Странные совпадения, если приглядеться, можно найти практически на каждом шагу, замечает rodon.org. Например, нестабильность в Сомали началась в 1991 году, когда к власти в Эфиопии пришел Зенауи. Случайность? Неспокоен регион Огаден на востоке Эфиопии, который являлся спорной территорией между Эфиопией и Сомали. На его территории проживают этнические сомалийцы, мечтающие о Великом Сомали (включающем, помимо самой Сомали, часть Кении и часть Эфиопии), а Эфиопии не выгодны возможные территориальные притязания соседей. Не стоит забывать, что в 1993 году, с отделением Эритреи, Эфиопия лишилась выхода к морю. Известно, что сомалийцы называли эфиопов оккупантами, когда те вошли в страну в 2006 году для борьбы с военными формированиями Организации исламских судов. Некоторые эксперты не исключают, что тогда Эфиопия хотела получить «коридор» к Индийскому океану, но мировое сообщество не согласилось ее в этом поддержать.

«Если рассматривать регион Африканского Рога в целом, то наиболее сильным странам – Кении и Эфиопии – стабильная и процветающая Сомали может показаться опасной»,- подводит итог rodon.org.

Журналисты – не дипломаты, поэтому процитированные пассажи будем воспринимать соответствующим образом – автор видит проблему и выражает свое мнение и оценки. То, что сказанное не понравится, например, в Аддис-Абебе, понятно. Но никто не запрещает это обсуждать.

Тем более что из Европы уже прозвучал голос депутата Европарламента от Великобритании Чарльза Таннока. Этот влиятельный представитель Комитета иностранных дел Европарламента заявил в Страсбурге буквально следующее: «Миру пора признать, что после почти двадцати лет существования в качестве несостоявшегося государства раздираемая гражданской войной Сомали в том виде, в котором она есть сейчас, ремонту не подлежит».

 

Косово с Африканского Рога

 

Большие страны, похоже, сделали свой выбор в отношении Сомали. Они решили поддерживать одно из квазигосударств, появившееся на ее территории, – бывшую английскую колонию, именуемую ныне Сомалиленд. И выбор этот продиктован вполне прагматичными мотивами. «Стратегическая позиция Сомалиленда вблизи крупных мировых нефтетранспортных маршрутов, в настоящее время страдающих от пиратства, и хаос на юге страны означают, что такую независимость нельзя больше упускать из-под контроля. В рамках ЕС формируется консенсус о том, что Африканский Союз должен первым признать независимость Сомалиленда»,- пишет Чарльз Таннок.

Кто «за»? Эфиопия с учетом ее обеспокоенности по поводу джихадистских беспорядков на территории Сомали является очевидным кандидатом для инициирования признания, уверен европарламентарий.

Кто «против»? Саудовская Аравия, которая не только выражает недовольство светской демократической моделью, продвигаемой Сомалилендом, но и является сильным союзником Сомали, которая входит и в Лигу арабских государств, и в Организацию исламской конференции. Саудовская Аравия финансово и политически поддерживает Переходное федеральное правительство Сомали.

Чарльз Таннок говорит то, о чем другие только думают. Раздел бывшей Сомали, осуществленный «де-факто», подводят к состоянию «де-юре». Но менторский тон, с которым он это комментирует, наводит на размышления, выходящие очень далеко за акваторию, терроризируемую сомалийскими пиратами. «Ни самоопределение, ни нерушимость национальных границ не могут в каждом случае рассматриваться в качестве чего-то незыблемого», когда на кону «стратегическая позиция Сомалиленда вблизи крупных мировых нефтетранспортных маршрутов»,- заявил Чарльз Таннок.

Стоп! Если кто-то не увидел интерпретацию норм международного права в словах «ни самоопределение, ни нерушимость национальных границ не могут в каждом случае рассматриваться в качестве чего-то незыблемого», прошу сообщать в ООН или сразу в Международный суд в Гааге. В этой фразе содержится презрение к закону и уверенность в праве сильного. А вообще-то таков подход англосакса к своей бывшей колонии, да и ко всем иным, кто слабее. Механизм отработан на Косово. Сомалиленд на очереди.

Забавно, что под этой лихой статьей Чарльза Таннока стоит копирайт «Project Syndicate, 2009». Этот джентльмен не забыл защитить свои глубокие мысли авторским правом! Видимо опасается, что эту идею или слово из текста у него кто-то украдет.

Первым он может предъявить иск в нарушении копирайта к… Соединенным Штатам. Те, по выражению Би-би-си, «протягивают руку республикам, отколовшимся от Сомали». Би-би-си цитирует «главного американского дипломата, курирующего Африку», Джонни Карсона, который заявил, что «Вашингтон продолжит поддерживать слабое центральное правительство Сомали, но при этом резко увеличит помощь в развитии здравоохранения, образования, сельского и водного хозяйства Сомалиленда и Пунтленда».

Хотя Карсон подчеркнул, что признавать независимость двух самопровозглашенных республик или устанавливать с ними официальные дипломатические отношения Вашингтон не будет, Соединенные Штаты явно ступили на путь, указанный Чарльзом Танноком. Как вы думаете, это можно расценивать, как плагиат?..

 

Перспективы

 

«Что день грядущий мне готовит?» Да, как тут Пушкина не вспомнить. Дед его Ганнибал, ведь из этих мест был родом – из Эфиопии. Может и в Сомали забредал?

Так что же день грядущий готовит и самим сомалийцам, и их пиратам, и морякам, плавающим мимо этих берегов, и международному сообществу?

Чтобы это понять, взглянем на географическую карту мира. И увидим, что Африканский Рог и населяющие его сомалийские кланы-народности располагаются рядом со стратегическим маршрутом перевозки нефти из Персидского залива в Европу и Америку через Суэцкий канал. В обратную сторону – с запада на восток – торговый путь не менее важный. Мы уже упоминали о 250 судах, проходящих здесь за сутки.

И держать эту горловину Аденского залива «особо заинтересованные» государства будут под своим контролем. Их, правда, сюда никто не звал. Но они все равно придут, когда градус напряженности поднимется до угрожающей отметки. А когда он сам «поднимется»? Неизвестно. И поднимется ли вообще. Поэтому его надо искусственно поднять!

Вы думаете, что сомалийские пираты для первых набегов выкопали автоматы и пулеметы на своих приусадебных участках? Или же все-таки кто-то их вооружил?

Вот они устроили на южном берегу Аденского залива несколько флибустьерских республик. И никто, заметьте, никто их пальцем за десять лет не тронул! И это после вторжения на Гренаду и высадку десанта в Панаме по менее важным для мирового сообщества поводам. У военных руки чешутся, а команды «фас» хозяин не дает.

Зато с северной стороны Аденского залива вдруг (?!) взорвался забытый всеми (или не всеми?) Йемен – малая и бедная арабская страна. И сразу же йеменские новости на первых полосах американских и европейских газет – «Йемен под угрозой исламистов», «Из Йемена по миру рассылаются посылки со взрывчаткой», «Аль-Каида переносит свои операции в Йемен». И пошла писать губерния... А «заинтересованное государство» уже тут как тут с предложениями помочь уничтожить на территории Йемена ячейки Аль-Каиды.

Увидите, скоро, совсем скоро Аль-Каиду найдут в Сомалиленде, и на обоих берегах залива будут созданы новые базы борцов с международным терроризмом. Тогда-то Осаму Бен Ладена морпехи начнут ловить уже не по горам, а в своей стихии – в море, возможно, под водой.

Не верите?

Познакомьтесь с новостью из Лондона. 20 сентября 2010 года компания BAE Systems получила контракт на создание базы данных «Геоимен» (Geonames) и «Человеческого ландшафта» (Human Terrain System) Сомали (!) и Йемена (!). BAE Systems – это крупная оборонная компания Великобритании. Занимается разработками в области вооружений, информационной безопасности и  аэрокосмической сфере. Последний раз такие работы проводились ею в Ираке и Афганистане. Программа в Ираке стартовала в 2006 году, когда дела у американцев шли хуже некуда, и США искали выход из тупиковой ситуации, пишет принесший новость блоггер Илья Плеханов.

За этим последовало - редкий случай - публичное выступление Джонатана Эванса, главы британской спецслужбы MИ-5. Он сказал, что в Сомали имеется значительное число британских граждан, проходящих боевую подготовку в лагерях исламистского движения «Аш-Шабаб». «Это только вопрос времени, когда мы столкнемся напрямую с террористами, которые находятся под влиянием тех, кто сражается сейчас в рядах «Аш-Шабаб», - заявил Эванс. И добавил, что, помимо Сомали, Йемен является «еще одним поводом для тревоги». Знакомые все имена и адреса…

В сухом остатке.

Во-первых, начата информационно-аналитическая работа по сбору данных о населении и географии Сомали и Йемена.

Во-вторых, глава британской разведки заявил об опасности, исходящей от исламистов в Сомали и Йемене.

В-третьих, в мирных до некоторых пор водах Аденского залива теперь не протолкнуться от военных кораблей.

Геополитика, однако.

А вы говорите – «пираты»…

Версия для печати