Сокровища французских музеев в Москве

00:00 01.10.2010 Ольга Иванова, редактор журнала «Международная жизнь»

Выставка «Наполеон и Лувр» в Государственном Историческом музее продолжает программу перекрёстного Года «Россия-Франция-2010». О качестве и представительности выставки говорит тот факт, что она стала ответом французской стороны на "Святую Русь", титульную выставку Года России во Франции, показанную в «Лувре» весной.

О победах и поражениях, власти и семье Бонапарта рассказывают экспонаты (их более 100) из Лувра, Версаля, Фонтенбло и десятка других не менее знаменитых коллекций Франции. «Все дело в том, - рассказывает куратор выставки Изабель Лерой-Жей-Леместр, - что дюжину французских музеев, готовивших выставку, возглавляет Лувр, а у него с Наполеоном особые отношения. Музеем Лувр стал еще в первые революционные годы, но вскоре его закрыли: и властям, и населению Парижа было не до изящных искусств. Вновь открыл его Наполеон, тогда еще первый консул, с легкой руки которого в серьезно расширенный Лувр (Музей Наполеона, как его тогда называли) стали стекаться бесчисленные произведения искусства, захваченные французами в ходе военных кампаний. Следующее большое расширение случилось при Наполеоне III, старавшемся подражать своему дядюшке. И даже появившаяся при Миттеране знаменитая луврская пирамида смотрится еще одним наполеоновским монументом — в конце концов, первой порцией поступивших благодаря Бонапарту в музей ценностей была добыча его египетского похода». 

«Мы морщимся, - продолжает куратор выставки Изабель Лерой-Жей-Леместр, - думая обо всех этих грабительских приобретениях, но с другой стороны, император делал это не для того, чтобы скупым рыцарем любоваться художественными сокровищами в одиночку. В годы первой империи в Лувр приходили с мольбертами толпы художников, для которых драгоценна была сама возможность изучать и копировать мировые шедевры,— и лучшего способа поддержать национальное искусство тогда не существовало». 

Собственно, на эту грань личности Наполеона выставка и обращает в первую очередь внимание посетителей. Не просто завоеватель, равнодушно посылающий на смерть "двуногих тварей миллионы", а человек, писавший в молодости сентиментальные романы и пускавший слезу в опере, по своему любящий искусство и уж точно хорошо знавший его пропагандистские возможности. «Именно поэтому,- отмечает Изабель Лерой-Жей-Леместр, - на выставке оказалось не только искусство Давида и Энгра, Гро и Кановы, но и прикладные вещи, несущие на себе отпечаток и эпохи, и личности того человека, который эту эпоху олицетворял,— мебель, гобелены, фарфор, оружие».

Батальная тема не в почете, но персональные и человечные моменты — пожалуйста. Большая часть экспонатов — вещи, которыми "сей муж судьбы, сей странник бранный, пред кем унизились цари" пользовался в самом повседневном быту.

Задумывая эту экспозицию, ее устроители вынашивали в прямом смысле наполеоновские планы. Император французов прибыл в Москву в двух вариантах – скульптурном и живописном. Прежде всего, это - копия трехметровой статуи Наполеона и знаменитое полотно Давида "Бонапарт на перевале Сен-Бернар". Есть и другие картины, которые россияне никогда не видели в оригинале, а только в репродукциях.

Войдя в выставочный зал, зритель сразу видит трон императора из резного золоченого дерева, расшитого серебряными нитями, который дополнен ковром королевской мануфактуры Савонри из тронного зала Тюильри и вазой севрской мануфактуры с сюжетом "Прибытие в Париж главных памятников, составляющих музей Наполеона", то есть как раз тот самый Лувр.

Рядом расположился раздел, посвященный первой супруге императора Жозефине. Здесь можно увидеть ее придворное платье и мантию, подбитые мехом ботильоны и столик для бумаг, изготовленный для будуара императрицы в замке Мальмезон.

Демонстрируются и личные вещи Наполеона. К примеру, его походный несессер, который говорит о точности и практичности Наполеона. В чемоданчике, который всегда был с полководцем, 92 предмета: от щеточки для чистки ушей до сахарницы. При перевозке в Россию его даже не пришлось специально упаковывать. Приехали в Москву и такие императорские сокровища, как шпага и Орден Почетного Легиона. Также в этой секции можно посмотреть на складные стулья и походный стол императора, треуголку, которую Наполеон носил во время компании 1812 года.

В одном из разделов демонстрируются разработанные Шарлем Персье, помощником главного архитектора Лувра Пьера Фонтена, два проекта убранства зала Венеры, которые, впрочем, так и не были реализованы. Рядом - масштабное живописное полотно кисти Огюста Куде "Наполеон посещает лестницу Лувра, ведомый архитекторами Персье и Фонтеном".

О походах Наполеона рассказывают, в частности, картина Жака Луи Давида "Наполеон на перевале Сен-Бернар 20 мая 1800 года", где художник, по просьбе портретируемого, изобразил его "спокойным на вздыбленном коне".

Есть в составе выставки и русский раздел, где представлены экспонаты из собрания ГИМа - например, акварель Георга-Эммануэля Опица "Казаки в Париже в 1814 году у статуи Аполлона в Лувре" и потир неизвестного мастера, принадлежавший графу Аракчееву, который входил в состав свиты Александра I во время заграничных походов 1813 и 1814 годов.

Завершают выставку экспонаты, связанные со смертью Наполеона. И здесь, например, можно узнать, что его посмертная маска имела огромный успех, отливки с нее стали спустя некоторое время продаваться по подписке, а их подлинность удостоверяла специальная медаль с профилем императора. Здесь же находится картина Жан-Пьера Мари Жазе "Я желаю, чтобы мой прах покоился на берегах Сены", изображающая Наполеона, как ни в чем не бывало вышагивающего из могилы.

Всех сокровищ и чудес, которые в концентрированном виде собраны в новом зале Исторического музея, и не перечесть.

Помимо несомненного художественного достоинства, выставка несет и мощный, но совсем не утомительный, образовательный заряд: каждый ее экспонат сопровожден подробной этикеткой с увлекательной историей об истории создания и бытования той или иной вещи.

Выставка работает до 10 декабря.

 

Фоторепортаж

Версия для печати