ГЛАВНАЯ > Культурная дипломатия

Балалайка! Это русское слово известно во всем мире

13:02 18.02.2021 • Ольга Громова, музыковед, заслуженный работник культуры РФ, основатель и первый генеральный директор - главный редактор государственной радиостанции классической музыки «Орфей»

Балалайка вышла из забытья в XIX веке. Она получила вторую жизнь, став гордостью и достоянием России. Федор Иванович Шаляпин так сказал о гении, благодаря которому это и случилось: «Ты пригрел у своего доброго сердца сиротинку балалайку. От твоей заботы, любви она выросла в чудесную русскую красавицу, покорившую своей красотой весь мир».
Сегодня мы вспоминаем о Василии Васильевиче Андрееве - музыканте-просветителе, создателе и руководителе первого Великорусского оркестра народных инструментов. В этом году исполняется 160 лет со дня его рождения.

Василий Васильевич Андреев (1861- 1918) был музыкантом-самоучкой. Родился в купеческой семье в Тверской губернии, но всю свою жизнь посвятил музыке.

Вот как сам Андреев рассказывает о своей первой встрече с балалайкой: «В имении Марьино, с окончанием полевых работ, всё как то сразу погружается в тишину сладкого отдыха, оберегаемого самой природой. Кажется, что деревья боятся пошевелить листьями, чтобы не нарушить необходимый покой… В такой именно вечер … я вдруг услыхал неведомые для меня звуки. Я различил ясно, что играли на струнном инструменте. Игрок наигрывал плясовую песню, вначале довольно медленным темпом, а потом все быстрее и быстрее. Звуки разгорались все ярче, мелодия лилась полная ритма, неудержимо подталкивая к пляске. На ступенях крыльца сидел мой работник, крестьянин Антип и играл на балалайке! Я был поражен ритмичностью и оригинальностью приема игры и никак не мог постичь, как такой с виду убогий, несовершенный инструмент, только с тремя струнами, может давать столько звуков! Присмотревшись внимательно, как играл Антип, и, попросив его тут же показать некоторые приемы игры, я взял у него балалайку …. Помню, что тогда же, как каленым железом выжглась в мозгу мысль: играть самому и довести игру на балалайке до совершенства! Не знаю, что сильнее руководило мной – инстинкт или национальное чувство. Я думаю, что было и то, и другое, а соединение дало мне ту силу, которая не знает на своем пути преград и не останавливается ни перед какими жертвами, чтобы довести дело до конца».  

Главной идеей Андреева было «соединить фрак с балалайкой». То есть создать полноценный оркестр из народных русских инструментов. Такой оркестр, которому под силу было бы выразить всю богатейшую палитру чувств народной музыки: от тончайшей лирики «Лучинушки», глубины былинных сказов до виртуознейшей искромётной «Камаринской». А для этого надо было усовершенствовать простой диатонический народный инструмент.

И Андреев создаёт первую хроматическую балалайку, которая стала академическим инструментом, но при этом сохранила характерные фольклорные свойства: количество струн, треугольную форму деки, приемы игры, строй. Андреев становится также и реформатором исполнительской техники. Всё это вместе было подлинной революцией в народном исполнительстве.

С поставленной задачей Андреев справился блестяще. Он создал оркестр, который стал явлением не только отечественной, но и мировой музыкальной культуры. Слушая концерты оркестра, чистое звучание балалаек, домр, гуслей, иностранная публика стала говорить не только об особой красочности звучания, но об удивительной красоте и загадочности русской души.

Из воспоминаний Юлия Августовича Мансфельда, потомственного дворянина, владельца типографии и переплётного цеха на Васильевском острове в Санкт-Петербурге, приглашённого В. В. Андреевым в качестве секретаря, переводчика и антрепренера на время гастролей Великорусского оркестра в Англии в 1909 - 1910 годах.

 «…За границей поначалу были настроены скептически…  Первый концерт оркестра. Выходит Андреев, занимает место дирижера. Раздались два-три поощрительных хлопка, пока никаких аплодисментов. Мол, посмотрим, послушаем. Пошел первый номер программы. По окончании его какой-то шепот пошел по залу. Аплодисментов никаких. После второго номера публика зашевелилась… Потом все больше и больше слушатели проникались, а после исполнения «Эй, ухнем» наступила сначала гробовая тишина, а потом началась просто буря аплодисментов. Англичане, сдержанные англичане требовали повторить. Андреев не знает, что делать. Ему режиссер перед началом концерта сказал, что здесь не вызывают на повтор и повторов не будет. Что делать? Подбегает режиссер и просит срочно повторить на «бис». Занавес распахивается - и снова звучит наша великая волжская песня... /После концерта/ срочно переписывается контракт, оркестру продлевают пребывание в Англии. К Андрееву приходят английские музыканты, просят дать ноты некоторых русских народных песен. Во всех самых фешенебельных ресторанах начинает звучать русская музыка…»

Весь Лондон был в неописуемом восторге от игры Андреевского оркестра и от русской музыки. В самом воздухе английской столицы стоял не только восторг, но и восхитительные ароматы русского искусства. Старейшая английская парфюмерная фирма Belley&Company срочно выпустила элитные духи  «Andreeff» и роскошное мыло «Balalaika». Тут же известная сапожная фирма презентовала новый фасон обуви под названием: «Andreeff’s Star». Кроме того, повсюду как из рога изобилия стали появляться открытки с портретом Василия Васильевича Андреева и с изображением русских народных инструментов. Все газеты дружно восхваляли «небесную» музыку. А в концертном зале Coliseumа, как бы теперь сказали, - сплошные «переаншлаги»…

На этих гастролях в Англии состоялось знакомство русских музыкантов с великой актрисой Саррой Бернар, которая и назвала игру оркестра «небесным песнопением»,  знаменитым английским трагиком Сеймуром Гиксом и три памятных встречи-концерта в резиденции Эдуарда VII, причём все три по личной просьбе короля…

И вот окончание гастролей, последний, 192-й, концерт: «При появлении оркестра … раздались нескончаемые аплодисменты. Пока Андреев раскланивался, он стоял буквально под непрерывным дождем цветов. Затем начались подношения. Театр гудел. Когда, наконец, Андреев встал на возвышение и хотел начать свою программу, внезапно театральный оркестр заиграл русский гимн... Пятитысячная толпа неумолчно аплодировала во все время исполнения русского гимна, он был повторен три раза, когда, наконец, публика несколько успокоилась и стала занимать места. Андреев, обернувшись к публике лицом, начал играть английский гимн. На сцену полетели опять цветы. Весь театр пел, аплодисменты покрывали голоса и оркестр... В этот вечер в предвидении оваций программа была не особенно большая. По окончании всех номеров Андреев выходил несколько раз на аплодисменты и после четвертого или пятого вызова взошел на возвышение и, опять обернувшись лицом к публике, начал играть прощальную песню. Тишина в зрительном зале. Как будто никто не узнал первых звуков. Но через несколько мгновений произошло что-то такое, чего нет возможности описать. Что-то похожее на прорвавшуюся чудовищно-огромную плотину, на рев бури огласило весь театр. Крики, свист, аплодисменты - все слилось в какой-то общий хаос. А когда на половине исполнения этой песни оркестром Андреева взмахнул палочкой и г. Ля Рондель, капельмейстер театрального оркестра, и присоединился с последним к Андрееву, и в воздухе витали две дирижерские палочки, то казалось, вот-вот разрушится все здание театра и обломки его смешаются с неиствовавшей толпой. Что это был за момент! Немудрено, что среди этого торжества мелькали носовые платки около глаз плачущих. Какое единение сердец. Это чувствовалось. Вся атмосфера театра дышала дружбой и братством».

Музыка для Андреева - вся его жизнь. Семьи у него не было. Но были верные друзья, среди которых и великий русский бас Федор Шаляпин. В декабре 1918 года во время выступления перед красноармейцами на Северном фронте, Василию Васильевичу стало плохо. Спасти его не удалось. Шаляпин глубоко переживал смерть друга. На отпевании в Александро-Невской лавре, он всё повторял: «Вася, Вася! Что же ты сделал, что?» Поцеловал Андреева в лоб, погладил с нежностью его голову и отошел с глазами полными слез…

Благодаря деятельности Андреева, русская народная музыка стала исполняться в крупнейших залах России и зарубежных стран. Поездки Андреевского оркестра по городам Европы и Америки превращались в настоящее триумфальное шествие. После этих концертов в музыкальном мире начали появляться общества любителей игры на домрах и балалайках. Зазвучали на сценах мира  «Вдоль по Питерской», «Светит месяц», «Камаринская», «Под яблонькой», «Степь широкая» и другие русские песни… А самого Василия Васильевича Андреева за великие заслуги прозвали «дипломатом без портфеля».

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати