ГЛАВНАЯ > Культурная дипломатия

Отечественная дипломатия в лицах: интервью с Романом Хасиевым

12:58 29.07.2020 •

Беседовала Наталья Трухина, журналист Сообщества жен российских дипломатов

Можно ли в 31 год быть вторым секретарем и иметь при этом несколько благодарностей по МИД, благодарность Министра связи и массовых коммуникаций и даже благодарность Президента России? - «Можно», - спокойно отвечает Роман Хасиев, скромно добавляя, что для него «наиболее ценная профессиональная награда – самая первая – благодарность Посла России в Китае». Роман - китаист.

– Я из Москвы – из семьи военных моряков. Мои дед и отец – капитаны первого ранга, поэтому могу с гордостью сказать, что служба Отечеству - это у нас семейное. Закончил бакалавриат по специальности «Регионоведение» и магистратуру в области международного права и права Евросоюза в МГИМО. Первый язык - китайский, второй - английский, третий - французский.

Выбор института и специальности был, откровенно говоря, обусловлен не столько моими личными устремлениями, сколько случаем и несгибаемой волей и в хорошем смысле слова амбициозностью моего дедушки.

Первым вашим амбициозным проектом стало изучение китайского языка?

– Да, это так (смеется). Иногда, отвечая на часто задаваемый вопрос, почему выбрал именно китайский, говорю, что был молод и самонадеян. Убежден, что, в отличие от многих других языков, китайский иностранцу знать невозможно, к владению им можно только стремиться. Вспоминается фраза коллеги-япониста: «У самурая нет цели – только путь». Это как раз про изучение восточных языков. Чем дольше их учишь, тем яснее осознаешь, что вообще не знаешь.

– В чем главная трудность?

– Многих пугает иероглифика, но для меня главной сложностью китайского всегда была его омонимичность и тональность. Чтобы эффективно воспринимать речь китайца на слух, мозг должен работать как супер-процессор, одномоментно перебирая сотни комбинаций смысловых единиц. Мы с коллегами когда-то шутили: «в китайском языке у тебя есть шанс на вопрос, но ответ ты все равно не поймешь». Это, конечно, преувеличение, но я искренне восхищаюсь теми, кто осваивает этот язык в совершенстве.

Логика построения фразы в китайском и русском принципиально разная, что обусловлено различиями в культуре и менталитете. Поэтому на курсах синхронного перевода в Пекинском институте иностранных языков мой преподаватель - потрясающая русистка профессор Ли Иннань (к слову, дочка китайского революционера Ли Лисаня, одного из сподвижников Мао Цзэдуна) нас учила: «Не нужно пытаться делать из перевода «подстрочник», стремитесь передавать смысл».

Искренне убежден, что тот, кто смог пройти путь изучения китайского языка, уже только благодаря этому очень сильная личность. Среди китаистов никогда не было посредственностей. Думаю, во многом поэтому на китайском направлении в МИД России всегда работают настоящие профессионалы.

– Посольство в Китае - самое крупное среди всех посольств России. Это и не удивительно: богатейшая история отношений, огромный товарооборот, совместное участие в различных стратегических международных программах. В первую командировку вы попали, что называется, из огня да в полымя... Были ли страх перед масштабами и ответственностью, неуверенность в своих силах?

– Да, действительно, направление одно из передовых. Китайцы так и говорят – «很热», то есть «очень горячее». Но страха и неуверенности никогда не было. Мне нравятся вызовы. К тому же, в Посольстве царила атмосфера поддержки и наставничества. Китаисты – большая семья, известная в МИДе своей особой дружностью и даже «коллективизмом».

Мне посчастливилось работать с ярчайшими профессионалами своего дела. Это Посол А.И.Денисов, который всегда подбадривал и наставлял молодых дипломатов, а мы старались оправдать тот огромный кредит доверия, который он щедро давал каждому из нас. Это советник-посланник Е.Ю.Томихин (ныне Посол России в Таиланде), собственным харизматичным примером вдохновлявший нас на смелые поступки и креативные решения.

Когда рядом такие руководители – страха нет, есть чувство ответственности и огромное желание оправдать их доверие. Хочу отметить, что это очень важный момент для работы всего посольства – любой коллектив, его эффективность и настроение определяются руководством.

Поэтому никаких страхов не было – мой новый коллектив в Пекине с первых дней буквально «подхватил» меня, и «плечом к плечу» мы пошли к новым победам российской дипломатии на китайском направлении. Когда ощущаешь такую поддержку коллег, многие из которых стали друзьями, сосредотачиваешься на работе и имеешь возможность проявить себя по максимуму.

– Оправдались ли ожидания от первой командировки?

– Меня сразу распределили в группу гуманитарного сотрудничества (культуры) на должность пресс-атташе - работать с прессой, сайтом и соцсетями Посольства. Сначала это меня огорчило и даже разочаровало. Как и многие другие выпускники МГИМО я наивно полагал, что нас готовили быть «великими стратегами и геополитиками», рассчитывал на работу в группе внешней политики. И только спустя некоторое время я в полной мере оценил мудрость руководства, поскольку именно работа в группе культуры, крайне интересная, подвижная, требующая творческого подхода и поиска нетривиальных решений, открывает уникальные возможности для молодых и деятельных специалистов.

– Какие творческие задачи вам удалось решить на этом направлении?

– Крупнейшим проектом, который я курировал в Посольстве, стали Годы обменов между российскими и китайскими СМИ в 2016-2017 гг. Многого удалось добиться в плане укрепления взаимодействия в информационной сфере. Приведу лишь два примера.

Удалось согласовать выделение нашим киностудиям страновой квоты на ежегодный прокат в кинотеатрах Поднебесной до 10 российских картин. И это при том, что показ иностранных фильмов в китайском прокате строго лимитирован, и ранее они были преимущественно из Голливуда. Также были успешно проведены сложнейшие переговоры по запуску на территории КНР вещания третьего российского канала «Катюша», созданного АО «Первый канал» при участии Центрального телевидения Китая (CCTV).

Кстати, именно за «Годы СМИ» уже спустя полгода после возвращения из командировки я был награжден Благодарностью Президента, которую получил лично из рук Министра С.В.Лаврова.

– За что Посол вручил вам благодарность?

– За разработку нового сайта Посольства. Я в инициативном порядке предложил и реализовал этот проект. Потребовалось несколько месяцев плотной работы как с IT-специалистами и дизайнерами, так и с коллегами по Посольству. Но результатом, не скрою, доволен до сих пор, у нас получился на тот момент лучший сайт РЗУ. Мы старались максимально учесть интересы всех групп и направлений работы нашей дипмиссии так, чтобы сайт при этом был информативен, интуитивно понятен и визуально красив.

– Вы прибыли в Китай в 2013 г. Этот год как раз пришелся на Годы туризма России и Китая. Вы участвовали в этом направлении?

– «Годы туризма 2012-2013» я принял от коллеги «по наследству» уже на завершающей стадии. Приуроченные к ним сотни совместных мероприятий стали реальным импульсом, позволившим существенно нарастить взаимные туристические потоки. Так, ежегодное число китайских туристов в России увеличилось с 280 тыс. в 2013 г. до 1,5 млн. к концу 2017 г.

Продвигая бренд «Visit Russia» на китайском рынке, мы взаимодействовали с местными и российскими туристическими ассоциациями, организовывали ознакомительные туры и их медийное освещение. Также удалось повлиять на совершенствование нормативно-правовой базы в области групповых безвизовых поездок и медицинского страхования туристов. Работа была комплексная, непростая и увлекательная.

– Чем еще примечательна лично для вас командировка в Поднебесную?

Очень многим. Профессия дипломата весьма увлекательна, она открывает массу возможностей, причем самых неожиданных. К примеру, Китай подарил мне любовь к яхтингу. В 2014 году мне довелось принять участие в Международной неделе парусного спорта в г. Циндао. Российские участники регаты предложили подменить заболевшего члена экипажа. Когда-то в детстве я увлекался судомоделизмом, любил истории про мореплавателей, поэтому без особых раздумий согласился. Так я впервые оказался на борту спортивной яхты. А сегодня уже несколько лет хожу под парусами – имею международную лицензию шкипера и регулярно принимаю участие в регатах.

Примечательно, что история в Циндао имела продолжение. На следующий фестиваль в качестве почетного гостя прибыл один из красивейших парусников мира – трехмачтовый российский фрегат «Паллада». Он стал настоящим украшением города. За несколько дней тысячи жителей Циндао, включая мэра и всю партийную верхушку, посетили его с экскурсией, узнали о быте моряков и пообщались с российскими курсантами. Медийный резонанс был колоссальный.

Приобретенные связи с Ассоциацией парусного спорта и Олимпийским комитетом Китая позволили нам в дальнейшем реализовать еще один знаковый проект. При содействии Посольства была организована экспедиция, установившая рекорд скорости прохождения Северного морского пути под парусом (без использования двигателя). От Мурманска до бухты Провидения на востоке нашей страны сверхсовременный российско-китайский тримаран, больше похожий на гоночный болид, дошел всего за двенадцать дней. Результат вошел в книгу рекордов Гиннеса. Этот переход, приуроченный к 70-летию Великой Победы был призван продемонстрировать близость подходов России и Китая к истории Второй мировой войны и противодействию фальсификации исторической правды. Кроме того, целью ставилось публичное продвижение российского Северного морского пути как альтернативного транзита из Азии в Европу.

– Если четыре года, проведенные в Китае, были такими интенсивными, чем же тогда обусловлена ваша радикальная смена направления с восточного на западное?

– Это случилось не в одночасье. Две командировки разделяют полтора года работы в секретариате Заместителя Министра И.В.Моргулова. Именно работа под руководством Игоря Владимировича, одного из наиболее видных российских дипломатов современности, позволила мне совершить переход к серьезной внешнеполитической деятельности. Полученный в секретариате опыт оказался крайне востребован и на белорусском направлении.

Когда принимал решение о временной смене специализации, исходил из того, что Белоруссия – всегда была и остается наиболее приоритетным направлением нашей дипломатии. Тема союзного строительства, когда было объявлено главами наших государств об ее «оживлении», сразу меня заинтересовала. Поэтому, когда в мае 2019 года узнал о назначении Послом в Минск Д.Ф.Мезенцева, опытного политика и большого профессионала, бывшего Генеральным секретарем ШОС (в Пекине), долго не сомневался.

Один из моих наставников говорил о необходимости «диверсифицироваться» как специалисту. Полагаю, работа в Минске такую возможность предоставит. Но рано или поздно я хотел бы вернуться на свое «родное» китайское направление.

– Роман, вы также увлекаетесь живописью. Случайно ли, что волею судьбы вы родились на улице Верещагина?

– Да, это невероятное совпадение. Рождение в так называемом «поселке Художников» на улице Верещагина теперь видится не столь случайным. Этот великий российский живописец (один из моих любимых) был интереснейшей личностью, ведь по сути он наш коллега-дипломат. Работая в том или ином регионе, Василий Верещагин не только создавал свои знаменитые серии картин, но и регулярно писал доклады в Министерство обороны Российской империи о военно-политической, экономической, религиозной ситуации – фактически исполнял функции мини-посольства. Детальное знакомство с его деятельностью стало еще одним подтверждением правильности моего жизненного выбора.

–Что в вас проснулось раньше - желание творить или договариваться?

–Думаю, договариваться. Я был общительным и приветливым ребенком. Дипломатия всегда была основой моих увлечений – мне нравилось расширять горизонты, общаясь с людьми различных профессий и интересов.

Министр С.В.Лавров однажды сказал, что именно дипломат – древнейшая профессия… «ведь сначала надо договориться». Так и с творчеством – прежде чем браться за холст и кисти надо договориться… прежде всего с самим собой, определить замысел картины.

Мой интерес к живописи проявился в детстве. Все началось с перерисовывания изображений животных. Усидчивость и терпение помогали достаточно точно копировать мельчайшие детали, что впоследствии, полагаю, помогло и в изучении иероглифики.

Тогда же было увлечение скульптурой. Я был поражен тем, как глыба по воле скульптора становится шедевром. Как говорил Микеланджело: «Я видел ангела в куске мрамора и резал камень, пока не освободил его». Это что-то потрясающее. До сих пор скульптура остается для меня чем-то метафизическим. Скульпторы – настоящие стратеги, люди с видением. Их работа похожа на дипломатию, где необходимо думать наперед, и требуется выверенность действий. И там, и там цена ошибки слишком высока – работа складывается из цепочек маленьких, но уверенных шагов.

Сегодня также увлекаюсь фотографией – преимущественно портретной съемкой, а также съемкой местных жителей во время путешествий, особенно в азиатской глубинке. Мечтаю о персональной выставке.

Кроме того, с пяти лет играю в большой теннис. Считаю его одним из дипломатических видов спорта. В 2019 г. стал победителем чемпионата МИД по теннису в одиночном разряде и занял второе место в парном.

– Винсент Ван Гог однажды сказал: «Я хочу, чтобы люди говорили о моей работе: этот человек глубоко чувствует». Как бы вы хотели, чтобы люди сказали о вас как о дипломате и художнике? 

– Этот человек глубоко живет.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати