ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Сирия, Турция и израильский газ – кому это выгодно?

10:44 04.06.2020 • Андрей Исаев, журналист-международник

Турция одной из первых признала Государство Израиль, и на протяжении длительного времени Анкара и Тель-Авив поддерживали тесное экономическое и военное партнерство. Однако с момента избрания в 2003 году премьер-министром Турции Реджепа Таййипа Эрдогана, взявшего курс на «монополизацию» опеки над Палестиной, отношения покатились вниз.

Важными вехами на этом пути стали операция ЦАХАЛ «Литой свинец» в Газе (конец 2008 — начало 2009 гг.); демонстративная ссора Эрдогана с израильским президентом Шимоном Пересом на Всемирном экономическом форуме в Давосе (2009 г.); захват израильскими ВМС турецкого судна «Mavi Marmara», пытавшегося прорвать блокаду все той же Газы (2010 г.); перенос посольства США из Тель-Авива в Иерусалим, повлекший жесткое подавление акций протеста палестинцев (2018) и, наконец, недавнее анонсирование так называемой «сделки века» и ее аннонсированное исполнение Израилем в ближайшем будущем.

Эрдоган даже обвинил Израиль в государственном терроризме: «Мы имеем дело с террористами, но террористы - не ваша проблема. Потому что вы сами являетесь террористическим государством».[i] А в прошлом году Турция обвинила Израиль (и Францию, но почему-то – не США!) в попытках создать курдское государственное образование в Сирии на базе «Отрядов народной самообороны» и Рабочей партии Курдистана.

Израиль отвечает почти столь же резкой риторикой и предпринимает соответсвующие шаги на внешнеполитическом поприще. Одним из результатов ухудшения отношений с Турцией стало его сближение с Грецией и Кипром (с армией последнего ЦАХАЛ даже проводит совместные учения), а затем и с другими региональными соперниками Турции: Саудовской Аравией и Объединенными Арабскими Эмиратами.

В октябре 2019 года премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху в своем Twitter-аккаунте, осудив очередную операцию турецких ВС в Сирии, выразил готовность оказать гуманитарную помощь «доблестному курдскому народу». А в январе 2020 г. Министерство обороны Израиля впервые включило Турцию в список угроз еврейскому государству. «Сближение с ХАМАС, громкие оскорбления в адрес Египта и королевств Персидского залива (недавно Турция обвинила их в предательстве за то, что они не осудили план Трампа по мирному урегулированию на Ближнем Востоке) ведут к еще большей изоляции Анкары. Сегодня у Турции очень мало друзей на Ближнем Востоке: это Катар, Иран и ХАМАС», - с удовлетворением отмечала в тогда газета Haaretz.[ii]

В целом ситуация видится следующим образом: Турция выбрала Израиль в качестве объекта противостояния для повышения своего авторитета в регионе. Но такая геополитическая игра оказалась не столь однозначной. Израиль постепенно нормализовал или почти нормализовал отношения с проамериканскими режимами ряда арабских стран. Для него это стало важнее, чем добрые отношения с Турцией, которая, в отличие от монархий Персидского залива, например, сильно испортить жизнь еврейскому государству не может по разным причинам. И тем не менее…

Пандемия коронавируса уже внесла некоторые правки в эту картину. В прошлом апреле Турция «по гуманитарным соображениям» направила Израилю, пусть и на коммерческой основе, крупную партию масок, защитных комбинезонов и одноразовых перчаток. Израиль ответил взаимностью: через месяц грузовой борт авиакомпании El Al, до этого десять лет не летавшей в турецкие аэропорты, доставил в Стамбул медицинские принадлежности и оборудование.

Такими жестами потепление в отношениях может не ограничиться, и наладить долговременное сотрудничество двум странам поможет (!!!) природный газ. В 2009-2013 годах в эксклюзивной экономической зоне Израиле были открыты промышленные запасы газа, и в марте 2017 года начался его экспорт в Иорданию. А турецкий президент тем временем уже давно старается превратить свою страну в энергетический хаб для Европы: раз своих углеводородов нет, значит, надо взять под контроль чужие. И Турция принялась за создание трубопроводной системы, по которой на запад должен пойти российский, азербайджанский, иранский, туркменский, казахстанский газ. И израильский тоже – почему нет?

В последнее время в СМИ разных стран замелькали интригующие публикации. Британский интернет-ресурс Middle East Eye сообщил о намерении израильских властей восстановить в полном объеме дипломатические отношения с Анкарой, отталкиваясь от общих интересов, которыми, по мнению издания, являются ситуация в Сирии и транспортировка природного газа. Далее, некоторые израильские и турецкие СМИ утверждают, что две страны ведут переговоры о демаркации зон экономических интересов в Восточном Средиземноморье и строительстве газопровода. При этом турецкий телеканал TRT World, ориентированный на иностранную аудиторию, особо подчеркнул, что Израиль отказался присоединиться к декларации, осуждающей действия Турции в Ливии. Подписи под тем документом поставили Греция, Египет, Кипр, ОАЭ и Франция. А газета Turkish Daily News в этой связи открыто признала заинтересованность Турции в новом газопроводе.

Тема эта не нова. Еще в июле 2017 года Иерусалим и Анкара договорились о прокладке газопровода между Израилем и Турцией. Одновременно Израиль вел переговоры на ту же тему с Республикой Кипр, Грецией и Италией. В результате в Иерусалиме отдали предпочтение второму маршруту. Интересно, что в самом Израиле многие специалисты склонны считать это соглашение скорее пиар-акцией. По их мнению, проект неоправданно дорогой, технически очень сложный, и к тому же Италия пока официально не подтвердила свое участие в нем.[iii] Добавим: Турция делает и по понятным причинам будет делать все возможное, чтобы торпедировать прокладку трубопровода. Эрдоган уже заявил, что «ни один проект в Средиземноморье без Турции не сможет выжить ни экономически, ни юридически, ни дипломатически».[iv] И это не пустая угроза: турецкие военные корабли уже баражируют в акватории Кипра и «выталвивают» из этого района научно-исследовательские и геолого-разведывательные суда других стран. Однако, турецкий лидер сделал многозначительную оговорку: Анкара заинтересована в переговорах «с любым государственным субъектом, кроме Кипра». Значит, и с Израилем тоже.

При изрядном идеализме внешнеполитической риторики Иерусалима и Анкары их действия на международной арене подчинены принципам Realpolitik – прагматизма ни евреям, ни туркам не занимать. И тот, факт, что сегодня большую часть потребляемой нефти Израиль получает из Азербайджана через турецкую территорию, - тому подтверждение. А Турция, например, установила совсем неплохие отношения с Иракским Курдистаном несмотря на то, что он позиционирует себя в качестве центра курдского движения во всем регионе. В этой ситуации для Анкары достаточно того, что Эрбиль конфликтует с действующей в Турции Рабочей партией Курдистана и ее союзниками в Сирии.

Немаловажно и то, что Израиль занимает более сдержанную, чем даже некоторые союзники Анкары по НАТО, позицию по самым чувствительным для Турции вопросам – оккупации турецкими войсками северной части Кипра и признании геноцида армян в Османской империи.

Развивая тему прагматизма сторон, отметим: прокладка гипотетического газопровода вдоль побережья Сирии или в ее территориальных водах по сравнению с глубоководным маршрутом обойдется гораздо дешевле и будет проще как технически, так и политически. Нереально? Восток – дело тонкое и к тому же плохо предсказуемое. Выбор такого маршрута сулит немалую экономическую выгоду всем участникам проекта. Но даже не это главное. В случае его реализации радикально скорректируются не только взаимоотношения в треугольнике Анкара – Дамаск – Иерусалим, но и геополитическая конфигурация большей части Ближнего Востока.

Да, сирийское руководство считает Израиль и Турцию враждебными государствами, но следует понимать, что такой проект фактически возвращает Сирию в систему международных отношений, открывая возможность притока инвестиций, жизненно необходимых для восстановления страны. Так что даже Иран должен будет принять такое развитие событий, как данность, если он реально заинтересован в возрождении Сирии.

По словам Башара Асада, сирийский кризис был инспирирован извне для того, чтобы предотвратить прокладку иранского нефтепровода через сирийскую территорию. Может случиться так, что строительство нового газопровода станет огромным шагом к урегулированию ситуации.

Что, кстати, должно во многом устроить и США: ведь с одной стороны, Израиль остается их главным стратегическим союзником на Ближнем Востоке, с другой, американцы заинтересованы в нормализации отношений с Турцией, превратившейся в одно из ведущих региональных государств. Не далее, как в марте этого года госсекретарь США Майк Помпео подчеркнул, что улучшение отношений с Израилем выгодно всем странам региона и даже является «главным фактором их процветания». Несомненно, одним из адресатов месседжа была Анкара.

А модератором переговоров между Анкарой, Дамаском и Иерусалимом и, следовательно, получателем политических дивидендов должна стать Россия, принимая во внимание уровень и характер ее отношений со всеми участниками пусть пока гипотетического проекта. Больше просто некому.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати