ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Мифы польской политики

09:06 28.03.2020 • Владислав Гулевич, эксперт журнала «Международная жизнь»

Ведущими элементами идеологии польской государственности в её мифолого-патриотическом измерении являются тезисы:

- Польша - защитница католичества;

- поляки - народ с врождённым чувством нетерпимости к несправедливости, готовый бескорыстно сражаться за свободу других народов.

Попробуем разобраться с этими утверждениями.

Первый тезис основывается на взгляде на польское государство как передовой бастион для исполнения духовно-цивилизационной миссии antemurale Christianitatis (форпост христианства) на пограничье цивилизации и варварства, Европы и Азии, форпост католичества у границ «схизматической ойкумены». В этом черпает вдохновение идея извечного исторического противостояния католической Польши с православной Россией. Геополитическая природа и взаимоотношение этих двух концепций – предмет отдельной статьи.

Второй тезис нашёл в польской исторической практике выражение в лозунге «За нашу и вашу свободу» авторства националиста-историка Иоахима Лелевеля (1786-1861). Под этим лозунгом польские восстания XVIII-XIX вв. стремились расшириться на Литву, Белоруссию, Малороссию. При этом польские тайные общества пытались сформировать лояльную Западу прослойку в российской среде.

Оба тезиса не почили в веках и на уровне коллективного бессознательного остаются для польской политической идеологии актуальными до сих пор.

В настоящее время из мифологемы о врождённом стремлении к свободе для себя и других народов выводится утверждение о польском народе как прирождённом демократе и охранителе прав человека, чей национальный характер находится в согласии с современным миропорядком, основанным и поддерживаемым международными институтами (ООН, ЮНИСЕФ, ЕСПЧ и др.). На выходе имеем старательно созданный образ Польши, которая «за всё хорошее против всего плохого». Но так ли это в реальности?

С лозунгом «За нашу и вашу свободу» Варшава готова и сегодня поддерживать сепаратистские движения внутри России так же, как и во время военной кампании в Чечне в 1994-1996 гг., и антироссийские режимы в постсоветских республиках, опираясь на одобрение подобной политики большинством граждан. При этом оба тезиса не соответствуют исторической правде. Польша оказалась не в состоянии нести добровольно и горделиво взятое на себя бремя. Она не может претендовать на звание защитницы католичества, поскольку во внешней политике часто жертвует интересами католиков. И не может быть защитницей демократии, потому что своими союзниками на постсоветском пространстве зачастую видит националистические партии и экстремистские группировки, стоящие в оппозиции к неугодным для Варшавы правительствам (Белоруссия при президенте Александре Лукашенко, Молдавия при президенте Игоре Додоне, Украина времён президента Виктора Януковича).

Приведём другие исторические примеры. В конце XIX в. польские легионы воевали в рядах турецкой армии на Балканах, содействуя уничтожению балканских христианин – сербов, румын, болгар, греков. Для государства-antemurale Christianitatis, скажем нейтрально, это не совсем свойственное занятие. В составе армии Наполеона польские легионеры участвовали в оккупации католической Испании (1808-1809) и подавлении восстания рабов на Гаити (1801-1805). Согласитесь, странное поведение для «народа с врождённым чувством справедливости». Ситуация в Северной Ирландии, где ирландцы-католики оказались под властью протестантско-англиканской Великобритании, также никогда особо не привлекала и не привлекает внимание польской дипломатии. Северная Ирландия – единственное место на планете, где католики с оружием в руках боролись за сохранение своей религиозно-национальной идентичности, но Польши там не было и нет даже на вербальном уровне.

Варшава предпочитает дрейфовать в фарватере англосаксонской политики Лондона и Вашингтона, а не заниматься «защитой католичества». Польша выступает против законно избранных властей Сирии, поддерживая США и опекаемые американцами террористические группировки. Правда, для поправки имиджа Варшава реализует гуманитарные проекты для сирийских католиков (2), что не отменяет факта причастности Польши к процессу вытеснения христианства с Ближнего Востока руками исламистов и попыток помешать России в её борьбе с террористическим интернационалом.

Демократическая риторика используется Варшавой и для оправдания вмешательства во внутриполитические дела восточных соседей (Российской Федерации, Украины, Белоруссии, Литвы, Молдавии). Раньше свой натиск на восток Польша оправдывала культурной и духовной «отсталостью» тамошних народов, сегодня – «отсталостью» их политических институтов.

Эта «отсталость» мыслится либо как приемлемая, когда какая-либо постсоветская республика начинает подчиняться диктату Запада и открывает двери для западных «реформаторов», либо как враждебная, когда она отстаивает свой суверенитет, и тогда её хотят реформировать насильно. В любом случае, «отсталость» соседних стран мыслится как нечто постоянное и неизменное. И это якобы даёт Польше повод вмешиваться в их внутренние дела всегда и с благой целью, даже если ее об этом никто не просил.

Польская литература также даёт множество свидетельств о том, что никаким врождённым, примордиальным чувством уважения к правам личности поляки не обладают. Напротив, польский взгляд на политическую реальность в прошлом часто подкреплялся агрессивным колониальным мышлением. Поляки изображали себя народом господ (naród panów), который промыслительно соседствует с народами, которым якобы необходимо насильственное вразумление (4). Так старинный памятник польской литературы «Колядка московская» Павла Пальчовского (Paweł Palczowski “Kolęda moskiewska”, 1609) даже содержит удивительные и циничные сравнения русских с индейцами, а поляков – с испанскими конкистадорами (3). Такие сравнения не были редкостью, пишет историк Януш Тазбир в работе «Шляхта и конкистадоры» (Janusz Tazbir “Szlachta a konkwistadorzy”). Причём под русскими в данном случае следует понимать население Украины и Белоруссии. Конкретно отделять их в культурно-политическом смысле от русских польская политическая мысль стала гораздо позже. Удивительным образом, стихотворение Мечислава Романовского «Польские штандарты в Кремле» (Sztandary polskie w Kremlu,1857), где звучит рефреном «За нашу и вашу свободу», до сих пор вдохновляет националистическую часть современного польского искусства (1). 

Не секрет, что уважение к правам человека в Европе не совместимо с политическим экстремизмом и национализмом. Но, являясь частью ЕС, Польша до сих пор, странным образом, по-прежнему поддерживает различные националистические и праворадикальные организации и режимы на постсоветском пространстве, такие как правительства Ющенко и Порошенко на Украине, антиправительственную национал-оппозицию в Белоруссии и т.д. В настоящее время национал-радикализм активней всего процветает там, куда на данном этапе более всего простирается польское политическое влияние – на Украине. И тут - либо неонацизм на Украине нет, либо Польша не имеет ничего общего с защитой демократии. Поскольку неонацизм на Украине, как это ни печально, есть, верна вторая часть утверждения.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 

1) http://hallmann.art.pl/piesni_rzeczpospolitej/sztandary_polskie_w_kremlu.html

2) https://www.przewodnik-katolicki.pl/Archiwum/2016/Przewodnik-Katolicki-10-2016/Wiara-i-Kosciol/Nasi-bracia-w-Syrii

3) http://www.ejournals.eu/pliki/art/9232/

4) http://www.perspektivy.info/book/rusofobija_kak_ideologija_2015-09-07.htm

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати