ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Мьянма – важный партнер для региональных держав

09:05 15.02.2020 • Владислав Гулевич, эксперт журнала «Международная жизнь»

С 2017 г. наблюдается активизация сотрудничества Китая и Мьянмы на фоне проблемы с мусульманскими беженцами рохинджа, с которой столкнулось мьянманское правительство. В условиях давления по этой проблеме, оказываемого Западом на Нейпьидо, Пекин готов оказать этой стране инфраструктурно-экономическую поддержку. Об этом шла речь в ходе недавнего визита в Мьянму лидера КНР Си Цзиньпина (1). Стороны договорились стимулировать развитие двусторонней торговли и сотрудничать в рамках проекта «Один пояс, один путь», специальной экономической зоны Чаупхью и создаваемого китайско-мьянманского экономического коридора.

В настоящее время для Мьянмы Китай – ключевой внешнеэкономический партнёр, которого трудно заменить. Он уступает только Сингапуру по объёмам инвестиций в ее экономику, но, судя по темпам взаимодействия между странами, это временное явление. Пекин нацелен на планомерное достижение статуса главного экономического лидера в регионе. Поэтому учитывая динамику развития отношений, можно предположить, что в дальнейшем сотрудничество Мьянмы и Китая гарантированно выйдет за пределы только экономических отношений.

При этом вопросы экономики и национальной безопасности в диалоге Пекина и Нейпьидо тесно переплетены. Мьянма для Китая – ворота в Индийский океан. В этой связи Пекин готов вложить $1,3 млрд. в строительство порта в штате Ракхайн, через который может получить прямой выход в эту акваторию. Это позволит снизить зависимость от импорта энергоносителей через Малаккский пролив (сейчас на него приходится 80% импортируемой Китаем нефти) и сделать путь из Ормузского пролива (не менее значимый в инфраструктурном плане пункт импорта энергоносителей в Китай) намного короче (2) при условии создания наземной части этого транспортного коридора.

Такого рода действия Пекина могут возникать по разным причинам - общей геополитической нестабильности в мире, а также из-за потенциальных опасений того, что его ближайший сосед - Индия может использовать лежащие на выходе из Малаккского пролива Андаманские и Никобарские острова в качестве силовой поддержки и проекции своего влияния в Индо-Тихоокеанском регионе. Теоретически, используя эти острова, Индия сможет осложнить проход китайских судов через Малакку. Эксперты считают, что компенсировать эту возможную проблему для Китая как раз и призвано сотрудничество с Мьянмой. Возможность одновременного использования портов в Мьянме и Пакистане (Гвадар) во многом решает эту потенциальную геоэкономическую проблему для Китая.

Помимо этого развиваемое партнёрство с Мьянмой позволит Пекину частично нейтрализовать антикитайскую стратегию США в Южно-Китайском море, поскольку через Мьянму может быть проложен прямой путь из Индийского океана вглубь материкового Китая. Уже есть проект скоростной автомагистрали из Мьянмы в соседнюю китайскую провинцию Юннань. С целью обеспечения дальнейшей стабильности и использования 2200-километровой мьянманско-китайской границы Пекин и Нейпьидо ведут соответствующие консультации.

Сопутствующим эффектом от сотрудничества с Мьянмой для Пекина может стать посредническая роль в диалоге официального Нейпьидо с антиправительственными повстанческими формированиями, в первую очередь, с Армией спасения рохинджа Аракана, поскольку Китай имеет на неё определённое влияние. Китай заинтересован в скорейшем разрешении гражданского противостояния в Мьянме, чтобы приступить к реализации совместных экономических и инфраструктурных проектов. Что важно, дипломатические усилия Пекина приветствуются Армией спасения рохинджа Аракана. Всё указывает на то, что мьянманские власти готовы допустить китайских партнёров к урегулированию данного кризиса, поскольку других влиятельных переговорщиков по этой проблеме нет. Правозащитную риторику США на тему беженцев рохинджа Нейпьидо воспринимает как метод давления с целью ограничения внешнеполитической свободы Мьянмы. В контексте ситуации с рохинджа раздаётся критика со стороны западных стран и в адрес Пекина, хотя китайская сторона не является участником этого кризиса (3).

При этом можно с определенной уверенностью предположить, что активность Китая на мьянманском направлении вызовет ответные инициативы со стороны Индии. Мьянма расположена на стыке формируемого Индией пространства двух геополитических стратегий Neighborhood First и Аct East. Нью-Дели видит в Мьянме географическую точку, через которую возможно реконфигурировать баланс сил в Юго-Восточной Азии.

Однако для этого необходима долговременная стабильность географического пространства от восточных границ Индии через Бангладеш и до территории Мьянмы. И здесь индийской дипломатии придётся серьезно поспособствовать поиску баланса интересов между мусульманской Бангладеш и буддистской Мьянмой.

Географически опираясь на Мьянму, Нью-Дели мог бы придать дополнительный импульс развитию зоны свободной торговли Индия – АСЕАН. Без этого Индии будет сложно превратиться в $5-триллионную экономику к 2024 г.- цели, поставленной правительством премьера Нарендра Моди.

Подводя итог, можно сказать, что Мьянма, в условиях региональной конкуренции между Китаем и Индией, становится важной точкой приложения усилий для этих крупнейших региональных держав, что в свою очередь, при условии соблюдения ею баланса взаимоотношений с этими странами, создает возможности для ее успешного экономического развития.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


1) http://russian.news.cn/2020-01/17/c_138713227.htm

2) https://bpr.berkeley.edu/2019/08/26/the-malacca-dilemma-a-hindrance-to-chinese-ambitions-in-the-21st-century/

3) https://www.aljazeera.com/news/2020/01/china-xi-turns-myanmar-push-belt-road-plan-200116235227905.html

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати