ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Польша: «что случилось бы с нашим народом, если бы Германия ту войну выиграла?»

11:41 03.02.2020 • Дмитрий Бабич, журналист-международник

В недавнем интервью лидера правящей в Польше партии «Право и справедливость» (PiS) Ярослава Качинского немецкой газете Bild, «самый влиятельный человек Польши» (а именно так называют Качинского при действующих президенте и премьере) потребовал от России репарации за военный ущерб. Это интервью вызвало в России предсказуемое возмущение. Забыв о 600 тысячах погибших в борьбе с нацизмом советских солдат, Качиньский видит в тех событиях, странным образом, «уничтожение экономики Польши» в 1939-1945 гг. (1) И это интервью вновь приводит к печальным, но справедливым выводам относительно природы сложившегося в Польше после 1989 года режима.

Это заявление как бы повторяет прошлые надуманные претензии прибалтийских государств, которые еще до поляков подняли вопрос о «репарациях» от России за «грехи» СССР. Так, в Латвии председатель комиссии по международным делам Александр Кирштейнс еще в 2005 году потребовал от России компенсацию в размере от 60 до 100 миллиардов долларов. (2) Латвийского депутата Кирштейнса и представленный им сейм Латвии тогда не остановила даже 60-я годовщина Победы, на которую в Москву тогда все-таки приехала Вайра Вике-Фрейберга, президент Латвии.

Но уже на следующий юбилей, в 2015 году, никто из лидеров восточноевропейских стран в Москву не приехал. Зато продолжилась начатая еще в 1990-е годы череда материальных претензий. Эрозия исторической правды за 10 лет произошла огромная и стала основным идеологическим трендом в Европе. В Эстонии на основе «Белой книги об ущербе, нанесенном народу Эстонии оккупациями» потребовали 17,5 млрд. долларов, а сейм Литвы ограничился официальным требованием 20 миллиардов американских денежных единиц. Постоянные призывы вытребовать у Москвы компенсации звучат и со стороны Украины, и со стороны Румынии.

Какой из этого вывод? Остатки надежды, что с новыми режимами Восточной Европы после спешного их признания Москвой в 1989-1991 гг. можно будет поладить на основе диалога и понимания миссии Советской армии по освобождению Европы от фашистской чумы, давно исчезли. А сейчас гибнут последние конструкции этого воздушного замка. К сожалению, подобное развитие событий было закономерно, и стало оно следствием создания «новой истории» тотального отрицания всего послевоенного периода Польши, Прибалтики и Украины в общественном сознании этих стран. Тем не менее, реалистичные оценки истории раздаются из уст некоторых польских историков и журналистов.

Вот, например, предисловие к книге далеко не русофила - профессора Бронислава Лаговского, преподавателя Ягеллонского университета и автора книги «Как Польша болеет Россией»:

«Современная русофобия не имеет под собой никакого реального основания. Перелом 1989 года стал возможен в Польше благодаря переменам в СССР, которые были связаны с фигурой Михаила Горбачева. Крах коммунизма в Советском Союзе означал конец холодной войны. После распада этого государства вместо польско-советской границы длиной в 1241 километр осталось чуть больше 200 километров границы с Россией, точнее, с ее небольшим калининградским эксклавом. Мечта Ежи Гедройца (Jerzy Giedroyc) стала реальностью: Польша отделена от России полосой независимых государств, причем эти государства созданы не польскими руками, а стали результатом реформ из Москвы. Москва на данный момент не владеет ни одной пядью довоенного польского государства, зато поляки приобрели 100 тысяч квадратных километров, которые в 1945 году присоединили к нашей стране». (3)

Заканчивает сборник своих статей о России в журнале «Пшегленд» профессор Лаговский такой фразой: «Польский политический класс никак не может принять к сведению, что Россия больше не является коммунистическим государством и что она нам не угрожает».

Что же касается предвоенного польского режима, созданного маршалом Юзефом Пилсудским в результате военного переворота 1926 года, то о его русофобском характере очень много пишется и в современной Польше.

Вот, например, что написали о сущности политики Пилсудского на восточном направлении польские историки Дарья Липинская-Наленч и Томаш Наленч в совместном издании российско-польской Группы по трудным вопросам – книге «Белые пятна – черные пятна» (2010-й год):

«Одно не подлежало обсуждению: восточноевропейская уния, создававшаяся Пилсудским (в составе Польши, Литвы и Украины – прим. ред.), должна была затруднить восстановление мощи России, оттеснить ее от Европы и вынудить довольствоваться завоеваниями в Азии. А это означало войну с Россией не на жизнь, а на смерть, независимо от существовавшего в ней режима». (5)

Что же касается проявлений антисемитизма в Польше в предвоенные и первые послевоенные годы, то отрицать это – довольно бесполезное занятие. Достаточно привести обнародованную Еврейским музеем в Варшаве статистику по регионам. Так, например, в одном только Жешувском воеводстве до войны жило 140 119 «лиц иудейского вероисповедания». Уже к марту 1945 года, после ухода нацистов, их осталось всего 2 902 человека. А к октябрю 1945 года в Жешувском воеводстве остались всего 414 евреев. Эти цифры и факты можно было списать на нацистов. Но: «Такое уменьшение количества евреев объяснялось в первую очередь погромами, которыми некоторые связанные с Армией Крайовой группы стремились убыстрить и так очевидную тенденцию к выезду еврейского населения»,- комментирует эту ситуацию книга, изданная с участием Еврейского музея в Варшаве. (6)

Даже в исследованиях крайне антироссийского Института национальной памяти (ИНП) Польши признаются те вещи, о которых говорил в своем декабрьском выступлении 2019-го года президент России Владимир Путин.

«Главной причиной выезда евреев с территории Польши был страх. Послевоенные отношения между поляками и евреями складывались не лучшим образом. В каждом слое общества были люди, которые проявляли ненависть к евреям. Всюду выражается радость по тому поводу, что евреев в этой местности больше нет или выражается ненависть к ним. Все это следствия воспитания молодежи в период оккупации и в санационный период до войны»,- такой документ 1947-го года цитирует Институт национальной памяти из своего собственного архива в Жешуве. (7)

В целом, эту непростую дискуссию можно подытожить словами профессора Вавжинца Конарского, ректора Академии финансов и бизнеса «Висла»: «Из баталии вокруг празднования 75-й годовщины освобождения Аушвица мы выходим пораненными и опозорившимися. Правда состоит в том, что польская элита акцентирует внимание на участии Красной Армии в агрессии против Польши 17 сентября 1939 года, но при этом она полностью стирает из своего повествования вопрос о том, что случилось бы с нашим народом, если бы Германия ту войну выиграла».

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


1. Bild-Zeitung, 25.01.2020 https://www.bild.de/politik/ausland/politik-ausland/polen-kaczynski-im-interview-warum-wollen-sie-noch-immer-geld-von-uns-67543114.bild.html

2. Delfi, 11 мая 2005 года.

3. «Пшегленд», 24 февраля 2017 года. https://wiadomosci.onet.pl/kraj/chorzy-na-rosje/cpeskd1

4. «Пшегленд», 5 апреля 2014 года.

5. «Белые пятна – черные пятна. Сложные вопросы в российско-польских отношениях». Москва, Аспект-пресс. Стр. 57.

6. «Z dziejów stosunków polsko-żydowskich w XX wieku», Жешув, 2009, стр.129-130.

7. Там же, стр. 131.

8. Interia.pl 29.01.2020

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати