Четвертый срок Ангелы Меркель

10:27 20.03.2018 Пётр Искендеров, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук


Избрание федеральным канцлером Германии уже на четвертый срок Ангелы Меркель само по себе свидетельствует об определенной  стабильности - если не сказать, инерционности – внутриполитических процессов в стране. Однако если в плане проведения внутренней политики воссоздание «большой коалиции» христианских демократов и социал-демократов действительно не сулит немцам особых перемен, то в плане шагов Берлина на международной арене новые развороты вполне возможны. Об этом говорят персональные подвижки в структуре правительства.

Ангела Меркель была переизбрана 14 марта незначительным большинством голосов. В первом туре голосования в бундестаге она получила 364 голосов, что составило всего 51,3% от общего числа депутатов (709 человек). Всего в голосовании приняли участие 692 депутата, против Меркель и нового состава правительства высказались 315 парламентариев, девять депутатов воздержались, еще четыре бюллетеня были признаны недействительными. При этом в состав правительственной коалиции ХДС/ХСС и СДПГ, сформированной по итогам почти что полугодовых напряженных переговоров, входят 399 депутатов. (rbc.ru)

«Никогда правительственное большинство Меркель не было таким минимальным», - констатировала в этой связи германская газета Die Welt. А заместитель главы либеральной Свободной демократической партии (СвДП) Вольфганг Кубицки назвал новый кабинет не «большой», а «малой коалицией». (rbc.ru)

После состоявшихся в сентябре 2017 года выборов в бундестаг именно свободные демократы, а также Партия «зеленых» принимали участие в первом раунде переговоров с христианскими демократами о создании правящей коалиции, однако затем демонстративно вышли из диалога – в том числе по причине серьезных расхождений с Ангелой Меркель по миграционным проблемам. Именно после этого демарша СвДП «новый старый канцлер» вновь оказалась вынужденной искать компромиссы со своими традиционными оппонентами в лице социал-демократов.

В итоге завершившее ожесточенные межпартийные дискуссии голосование членов СДПГ по коалиционному соглашению с ХДС/ХСС прошло спустя 161 день после сентябрьских выборов в парламент, что сделало соответствующий политический процесс формирования коалиции самым длительным за всю историю послевоенной Германии. (rbc.ru)

Нынешняя «большая коалиция» ХДС/ХСС и СДПГ – третья за всю историю канцлерства Меркель. Ранее аналогичный формат правящего большинства существовал в 2005–2009 года и с 2013 года – до сентябрьских выборов 2017 года. Формально расклад по министерствам в новом правительстве аналогичен модели 2013 года: семь министров (включая саму бундесканцелин) - от ХДС, шесть - от СДПГ, три - от баварского Христианско-социального союза. Однако в персональном плане изменения произошли существенные (лишь два министра сохранили свои посты) – и они окажут первоочередное влияние именно на внешнюю политику Германии, в том числе на ее российском направлении.

Во-первых, обращает на себя внимание явная эрозия системы межпартийных сдержек и противовесов, которая в прежние годы базировалась, прежде всего, на роли и позиции двух ключевых фигур из лагеря социал-демократов – Франка-Вальтера Штайнмайера и Зигмара Габриэля. Первого сама Ангела Меркель в результате несложной комбинации вывела из игры еще в преддверии парламентских выборов, поддержав его кандидатуру на высокий, но скорее церемониальный пост президента Германии.

Что же касается теперь уже бывшего вице-канцлера и министра иностранных дел Зигмара Габриэля, то он оказался «выведен за скобки» нового кабинета уже в ходе коалиционных переговоров. Согласно имеющейся информации, это стало результатом тайной сделки Ангелы Меркель и части активистов СДПГ, убравших харизматичного конкурента, который, к тому же, по многим вопросам занимал принципиальные и отличные от мнения самой Меркель позиции – в том числе выступая за нормализацию отношений с Россией и активную реализацию российских энергетических проектов.

Сам Зигмар Габриэль обнародовал соответствующую информацию на своей странице в Facebook. По его словам, 8 марта два члена СДПГ (Андреа Нахлес и Олаф Шольц) сообщили ему, что он больше не будет членом нового правительства. «Наступает время, когда я выполнил все задачи для политического руководства СДПГ», - философски заметил в этой связи Габриэль, подчеркнув при этом, что остается депутатом бундестага - прозрачный намек на возможный переход в оппозицию к новому кабинету. Зигмар Габриэль напомнил, что его политическая карьера насчитывает 30 лет, из которых 18 лет он посвятил служению своей стране и занимал руководящие должности в Социал-демократической партии: «Это было захватывающее и насыщенное событиями время, которое дало мне большие возможности и впечатления, которые вышли далеко за рамки того, о чем я осмелился бы мечтать, когда был молодым».

Уход из реальной правительственной политики Штайнмайера и Габриэля – относящихся к России более объективно и позитивно, нежели сама Ангела Меркель и многие ее единомышленники – безусловно, может оказаться серьезным негативным фактором в плане перспектив дальнейшего развития российско-германских отношений. Не случайно уже сейчас в Берлине стала циркулировать информация о возможном отказе Берлина от сотрудничества с Россией по энергетическим проектам в условиях обострения российско-британских отношений.

Не менее характерным для четвертого срока нахождения Ангелы Меркель на посту канцлера может оказаться дрейф Германии в сторону обеспечения большего европейского единства – причем не только в отношении России, но также США и еще одного важного международного игрока – Турции. Сменивший Зигмара Габриэля на посту главы германского внешнеполитического ведомства бывший министр юстиции также социал-демократ Хайко Маас не обладает серьезным международным весом, но зато известен своим показательным высказыванием, опубликованным в марте 2017 года на страницах газеты Die Zeit: «Мир в Европе нельзя считать чем-то само собой разумеющимся - посмотрите на восток Украины. Сейчас у самих ворот Европы стоят агрессивные авторитарные режимы, именно поэтому наш континент должен в едином порыве показать Путину и Эрдогану свою силу». Не совсем понятно, каким образом Хайко Маас сможет с таким багажом конструктивно выстраивать восточную политику Берлина.

Россия же, со своей стороны, уже подтвердила свою готовность взаимодействовать с новым германским правительством. Российский президент Владимир Путин одним из первых мировых лидеров направил 14 марта поздравительную телеграмму Ангеле Меркель в связи с ее переизбранием на пост федерального канцлера Германии. Согласно сообщению пресс-службы Кремля, глава Российского государства подчеркнул важность развития двустороннего российско-германского сотрудничества в различных сферах, а также конструктивного взаимодействия стран на международной арене. Владимир Путин также пожелал Ангеле Меркель и всем членам нового правительства Германии крепкого здоровья, благополучия и успехов. (kremlin.ru)

Наконец, следует подчеркнуть еще одно немаловажное обстоятельство. Есть серьезные основания предполагать, что политико-дипломатический аспект в деятельности нового кабинета министров Германии в целом может оказаться в тени финансово-экономических вопросов. Ключевой фигурой в новом составе кабинета, несомненно, является не глава министерства иностранных дел, а министр финансов и одновременно вице-канцлер социал-демократ Олаф Шольц, ранее занимавший пост бургомистра Гамбурга.

Перенос центра тяжести в политике Германии с политического на финансово-экономический вектор, согласно имеющейся информации, является продуктом маневров руководства ХДС/ХСС и СДПГ еще в период коалиционных переговоров с тем, чтобы обеспечить поддержку итогового соглашения со стороны членов Социал-демократической партии. Источники в рядах социал-демократов сообщали, что без подобной корректировки коалиционное соглашение могло было быть провалено на внутрипартийном референдуме – что усугубило бы внутриполитический кризис в Германии. В итоге даже итоговый компромиссный документ отнюдь не встретил однозначной поддержки со стороны социал-демократов. За формирование коалиции в ходе социал-демократического референдума проголосовали 66,02% членов партии, против высказались 33,98%. Для сравнения – в ходе состоявшегося в конце февраля текущего года съезда ХДС против коалиции с СДПГ проголосовали всего около 3% делегатов съезда. (rbc.ru)

Впрочем, сама Ангела Меркель по понятным причинам не скрывала своего удовлетворения от итогового расклада в рядах социал-демократов. «Я поздравляю СДПГ с этим ясным результатом, рада дальнейшему сотрудничеству во благо нашей страны», - заявила она. (rbc.ru)

Выступая на съезде ХДС, федеральный канцлер призвала однопартийцев поддержать соглашение с СДПГ: «Мы долго над этим бились, пришлось идти на компромиссы, но в итоге достигли мы многого». По ее словам, главное теперь для Германии, а также и для Европы - это построение стабильного правительства. Европа же, по ее словам, становится «слишком слабой и слишком медленной» во многих сферах одновременно и даже стала напоминать «лоскутное одеяло» с сильной политической разобщенностью и экономическими проблемами. Сейчас континенту нужно большее единство: в охране внешних границ союза, оборонном сотрудничестве, на цифровом и финансовом рынках, – заявила Ангела Меркель. (de.reuters.com)

Однако персональный состав кабинета, значительное по германским меркам омоложение министерского корпуса (четырем министрам не исполнилось еще 50 лет), а также никуда не исчезнувшие внутренние  коллизии в отношениях христианских демократов и социал-демократов пока оставляют больше вопросов, нежели дают ответов, – особенно в плане внешнеполитического курса Берлина.