Россия-Турция: взаимодействие в региональном контексте (к визиту В. Путина в Турцию)

12:35 29.09.2017 Пётр Искендеров, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук


Состоявшаяся 28 сентября рабочая встреча президента России Владимира Путина и его турецкого коллеги Реджепа Тайипа Эрдогана подтвердила намерение двух стран укрепить двустороннюю военно-политическую, энергетическую и торгово-экономическую «ось» Москвы и Анкары. Учитывая нарастающую нестабильность в ближневосточном регионе, углубляющиеся взаимные противоречия в треугольнике США-Израиль-Иран, а также активизацию «курдского фактора» - указанная «ось» способна стать ключевым элементом новой геополитической системы, складывающейся на широком пространстве от Европейского союза до Китая.

В ходе состоявшегося в преддверии нынешней российско-турецкой встречи на высшем уровне в Анкаре телефонной беседы лидеры двух стран договорились «продолжить обстоятельный обмен мнениями по региональной и двусторонней повестке дня». И такой обмен действительно затронул все ключевые проблемы, так или иначе «завязанные» сегодня на взаимодействие Москвы и Анкары.

Первая проблема – сирийская. В данном вопросе можно говорить об уже сформировавшемся треугольнике Москва-Анкара-Тегеран (с перспективным подключением Багдада), которому удалось фактически занять ведущие роли в военно-политическом урегулировании ситуации в Сирии. Конфигурация «зон деэскалации», создающихся на основе договоренностей России, Турции и Ирана, предельно сужает пространство для маневров и тем более одностороннего вмешательства другим заинтересованным игрокам.

Создание четырех «зон деэскалации» в Сирии было окончательно согласовано 15 сентября по итогам очередных переговоров в «астанинском формате». Первоначальный срок их функционирования определен в шесть месяцев с возможностью автоматического продления в дальнейшем. Указанные зоны будут находиться в Восточной Гуте, в районах на севере провинции Хомс, в провинции Идлиб, а также в районах провинций Латакия, Хама и Алеппо. (rbc.ru)

На переговорах 28 сентября Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган подтвердили единство позиций России и Турции по данному вопросу. «Фактически созданы необходимые условия для прекращения братоубийственной войны в Сирии, окончательного уничтожения террористов и возвращения сирийцев к мирной жизни, к своим родным очагам, - подчеркнул в своем выступлении по итогам российско-турецких переговоров Владимир Путин. - Это абсолютно принципиальная вещь, которая важна не только для сирийского народа, не только для региона, но и для всего мира: мы создаем условия для возврата беженцев домой. И это принципиально важно для активизации процесса поиска долгосрочного политического урегулирования в Женеве под эгидой ООН». «Мы обсудили работу, направленную на придание функциональности зоне деэскалации в Идлибе», - подтвердил со своей стороны президент Турции. (kremlin.ru)

При этом особый интерес для турецкой стороны представляет именно провинция Идлиб, расположенная в непосредственной близости к районам, контролируемым военными формированиями сирийских курдов – в частности, к городу Африн, где сильны позиции Рабочей партии Курдистана, объявленной Анкарой террористической организацией. Согласно имеющейся информации, укрепление военных позиций Турции в северном Идлибе может стать прелюдией к последующей военной операции в районе Африна по сценарию, сходному с недавней операцией «Щит Евфрата» в приграничных с Турцией районах Сирии.

Принимая участие ранее в сентябре в работе сессии Генеральной Ассамблеи ООН, президент Турции в ходе своих интервью дал понять, что его страна выступает за «разделение полномочий» российских и турецких военных в вышеуказанном районе Сирии: российские военные будут поддерживать безопасность за пределами Идлиба, а Турция станет поддерживать безопасность в самом городе, для чего разместит своих военнослужащих в его северной части. «Задача непростая», но она должна быть решена, чтобы «раз и навсегда ликвидировать террористов и восстановить мир», - подчеркнул при этом турецкий президент. (rbc.ru)

Вторая проблема – ситуация в Иракском Курдистане. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган крайне жестко отреагировал на состоявшийся 25 сентября в этом иракском автономном районе референдум о независимости, назвав его «незаконным» и создающим «нежелательный региональный кризис», – в чем нашел поддержку со стороны не только Ирака и Ирана, но и других региональных игроков. В частности, иорданская национальная авиакомпания Royal Jordanian c 29 сентября приостанавливает полеты в города Эрбиль и Сулеймания в Иракском Курдистане по просьбе иракских властей. Ранее она выполняла десять рейсов в Эрбиль и три рейса в Сулейманию еженедельно. Кроме того, свои рейсы в Эрбиль с 30 сентября по аналогичной причине приостанавливает государственная авиакомпания Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) FlyDubai. (rbc.ru)

«Поворачивать вентиль нужно медленно!» - призывает президента Эрдогана к введению топливо-энергетической блокады Иракского Курдистана турецкая газета Habertürk: «Сейчас Турции очень важно не создавать образ страны, которая играет с вентилем всякий раз, когда разозлится, и учитывать подходы США и России к курдам в Сирии». (haberturk.com)

В отличие от соседей Ирака, Россия занимает более сдержанную позицию в отношении развития ситуации в Иракском Курдистане. Как отметил в своем комментарии в связи с курдским референдумом Департамент информации и печати российского министерства иностранных дел, Москва «считает принципиально важным избежать всего того, что рискует дополнительно осложнить и дестабилизировать ближневосточный регион, и без того перегруженный конфликтными ситуациями. Неизменной остается наша поддержка суверенитета, единства и территориальной целостности дружественного Ирака, других государств Ближнего Востока». Одновременно «в Москве с уважением относятся к национальным устремлениям курдов. Исходим из того, что все спорные вопросы, существующие между федеральными властями Ирака и руководством Курдского автономного  района, могут и должны решаться на путях конструктивного и уважительного диалога, призванного выработать взаимоприемлемую формулу сосуществования в рамках единого иракского государства», - подчеркивается в комментарии российского внешнеполитического ведомства. (mid.ru)

Эту позицию подтвердил в ходе встречи со своим турецким коллегой президент России Владимир Путин. Он подчеркнул, что в вышеизложенном заявлении министерства иностранных дел сформулирована «принципиальная позиция России» в отношении референдума о независимости в Иракском Курдистане, но при этом отказался озвучивать какие-либо дополнительные оценки и прогнозы со своей стороны.

Однако в том, что касается экономического измерения проблемы Иракского Курдистана – здесь позиции Турции и России гораздо ближе, чем в политическом разрезе, хотя тоже имеют свои нюансы. Президент Эрдоган уже выразил готовность организовать топливно-экономическую блокаду курдских провинций в Северном Ираке в развитие соответствующих шагов Багдада. В частности, Центробанк Ирака принял оперативное решение о приостановке финансовых операций с Иракским Курдистаном. Кроме того, в соответствии с резолюцией иракского парламента должны быть закрыты пограничные терминалы, которые не контролируются федеральными властями, и приостановлены все международные рейсы в аэропорты курдского региона. (vestifinance.ru)

Что же касается российского бизнеса, то он – по крайней мере, временно – тоже сворачивает свое присутствие в этих районах по причине растущей нестабильности и геополитических рисков. В частности, действующее в Иракском Курдистане подразделение компании «Газпром нефть» - Gazprom Neft Middle East - приняло решение отказаться от участия в дальнейшей разработке проекта Halabja. Генеральный директор Gazprom Neft Middle East Сергей Петров признает, что геологоразведочные работы, ранее проведенные на территории Halabja, показали перспективы к открытию газового месторождения, однако эконмические и политические риски перевешивают возможную прибыль: «Halabja находится в горной местности на высоте до 2 тысяч метров, где почти полностью отсутствует любая инфраструктура, но со времен последних боевых действий остались минные поля». По его словам, чтобы снять неопределенности, необходимы «существенные инвестиции», но на них в нынешних условиях рассчитывать не приходится. (vedomosti.ru) (vestifinance.ru)

Третья проблема – сотрудничество в энергетической сфере в «привязке» к двум ключевым совместным проектам – сооружение в Турции АЭС «Аккую» и строительство газопровода «Турецкий поток». «Энергетика также является одной из основных частей наших отношений. «Турецкий поток», проект атомной электростанции «Аккую» – эти проекты продолжаются, мы придаем большое значение их быстрейшей реализации», - подтвердил по итогам переговоров в Анкаре Реджеп Тайип Эрдоган. «Совсем недавно, в июне, мы с президентом Турции дали старт укладке глубоководной части «Турецкого потока». В настоящее время все строительные работы ведутся строго по графику», - подтвердил со своей стороны Владимир Путин и добавил, что стороны рассчитывают «в сжатые сроки построить и запустить в эксплуатацию первый энергоблок атомной электростанции».

Что касается «Турецкого потока», то в настоящее время наиболее оживленные дискуссии разворачиваются по вопросу продолжения трубопровода в страны Европейского союза. По свидетельству российского Минэнерго, рассматриваются варианты подключения к инфраструктуре «Турецкого потока» Болгарии, Италии и Греции. Особую активность проявляет болгарская сторона в силу того, что ранее российское ПАО «Газпром» уже дало понять, что с вводом в эксплуатацию морского участка «Турецкого потока» компания прекратит поставки газа в Турцию через Румынию и Болгарию, и эти страны лишатся транзитных доходов. Министр энергетики Болгарии Теменужка Петкова на днях лично обсуждала в Москве вопросы поставок и транзита российского газа с председателем Правления ПАО «Газпром» Алексеем Миллером. Как подчеркнули участники переговоров, «особое внимание было уделено поставкам российского газа в Болгарию и его транзита через территорию республики в контексте реализации проекта «Турецкий поток». (gazprom.ru)

При этом следует особо отметить, что активизация дискуссий в рамках Евросоюза  вокруг перспективного продолжения «Турецкого потока» далее в Европу объективно выгодна России, поскольку содействует укреплению в самом ЕС позиций стран, заинтересованных во взаимодействии с Москвой и предоставляет им дополнительные финансово-экономические аргументы, а, кроме того, способно отвлечь внимание определенных антироссийских сил от проекта «Северный поток – 2».

Наконец, в последнее время в отношениях России и Турции возникла еще одна плоскость сближения – особенно тревожащая США и других союзников Анкары по блоку НАТО. Это – достигнутые договоренности о покупке Турцией российских зенитно-ракетных систем дальнего действия С-400 «Триумф». Турецкая сторона надеется получить их в течение ближайших двух лет. (vestifinance.ru)

«С-400 обеспечат безопасность Турции» - напоминает в этой связи турецкое издание Akşam и продолжает: «Времена, когда Турция была «сторожевой заставой» НАТО на Ближнем Востоке, давно прошли. После «холодной войны» Турция обрела новое геополитическое значение и столкнулась с массированной террористической атакой. Сейчас Турция пытается свести к минимуму зависимость национальной оборонной промышленности от зарубежных государств. Покупка С-400 у России - продукт такой политики». (aksam.com.tr)

Обострение ситуации в Иракском Курдистане и нарастание противоречий с США и Израилем, в свою очередь, способно стимулировать Турцию к еще более активному взаимодействию с Россией как в экономической, так и в военно-политической сферах. И данное обстоятельство следует максимально использовать – при условии, разумеется, уважения интересов других партнеров в ближневосточном регионе и за его пределами.

Ключевые слова: нефть Россия Иран Сирия Болгария курды Турция Греция Италия Ирак газ энергетика референдум «Турецкий поток» ОАЭ Иордания Иракский Курдистан «зоны деэскалации» «Аккую» С-400 «Триумф»

Версия для печати