Очертания миротворческой миссии на юго-востоке Украины

12:28 13.09.2017 Денис Батурин, политолог, член Общественной палаты Республики Крым


Владимир Путин не делает заявлений, цель и смысл которых пиар и присутствие с информационном пространстве. Между тем его поручение, превратившиеся в проект резолюции ООН было воспринято именно так, получило от некоторых сторон соответствующие комментарии, противники России удовлетворенно ушли в режим ожидания, предвкушая дипломатический провал России. Однако, этого не случилось. Заявление и проект резолюции были только первым звеном комбинации, доказательство этого - готовность Президента России внести изменения в проект резолюции по итогам телефонного разговора с канцлером ФРГ Ангелой Меркель, состоявшегося 11 сентября: «С учётом высказанных Ангелой Меркель соображений российский лидер отметил готовность дополнить предлагаемые в российском проекте резолюции Совета Безопасности функции упомянутой миссии ООН. Имеется в виду, что обеспечение охраны наблюдателей ОБСЕ ооновцами может осуществляться не только на линии соприкосновения после разведения сил и средств обеих сторон, но и в других местах, где СММ ОБСЕ проводит свои инспекционные поездки в соответствии с минским Комплексом мер». (kremlin.ru)

Необходимость реализации Минских соглашений очевидна, и контингент миротворцев это один из эффективных способов достижения мира на юго-востоке Украины. Это признает и Киев, который не стал выступать против введения контингента миротворцев, но высказался против участия россиян в составе миротворческого контингента. Аргументы давно известные, в заявлении Владимира Путина в МИД Украины увидели «стремление России как стороны конфликта представить агрессию внутриполитическим конфликтом и извратить саму идею и цели введения миротворческой миссии». (mfa.gov.ua)

Заявление МИД содержит излюбленные украинской дипломатией словосочетания: «оккупационные войска», «страна-агрессор», «Россия – сторона конфликта». Именно эти ярлыки, устойчивые словосочетания языка украинского внешнеполитического ведомства, не имеющие связью с реальностью, выполняют  роль дипломатических инструментов. В этом фантазийном мире Киев видит основной и первостепенной задачей миротворческого контингента «полный вывод всех российских войск», якобы присутствующих в Донбассе.

За российский проект резолюции СБ ООН в целом выступили и США, однако, высказали мнение, что миротворцы должны быть размещены не только на линии разграничения

(washingtonpost.com) И США и Россия в этом вопросе имеют общее видение, которое, видимо, и было обсуждено 21 августа на закрытой встрече специального представителя Государственного департамента США и Курта Волкера, и помощника Президента России Владислава Суркова. Теперь можно понять, что крылось  за обтекаемыми формулировками, которые после встречи озвучил Сурков: «тороны согласились, что текущая ситуация на юго-востоке Украины не может устраивать ни конфликтующие стороны, ни внешние силы, содействующие урегулированию. Он отметил, что «дискуссия велась в тоне взаимного уважения и заинтересованности, честно, серьезно, без иллюзий и предвзятости». В ходе переговоров была подтверждена приверженность выполнению минских соглашений, а также предложены «свежие идеи и новаторские подходы по их реализации», указал помощник российского президента. «Согласились с тем, что мирный процесс и на политическом треке, и в сфере безопасности может и должен идти быстрее»(lenta.ru

Проблема восприятия действий российского руководства искажает для Украины картину реального мира. Так, некоторые эксперты оценивают первое заявление о миротворцах следующим образом: «Своим заявлением о миротворческой миссии ООН Владимир Путин по сути согласился на ранее предложенный Киевом определенный вектор развития ситуации на Донбассе – международный контроль».  (lb.ua) В заявлении Владимира Путина и проекте резолюции увидели слабость Кремля и отсутствие перспектив у ДНР и ЛНР: «…готовность Москвы к миротворцам ООН отрывает путь для дальнейшего давления на Кремль – чтобы привести этот международный контроль на оккупированном Донбассе к приемлемому для Украины и запада формату». (lb.ua)

Стоит также отметить, что введение миротворцев на юго-восток Украины это вопрос согласованного дипломатического решения, однако, к этому решению должны быть готовы непосредственные участники Минского процесса, прежде всего Украина, так как вопрос реализации Минских соглашений для Киева, это вопрос не только дипломатии, но в еще большей степени – внутренней политики. Об этом Киеву напомнил Полномочный представитель РФ в контактной группе по урегулированию ситуации на юго-востоке Украины Борис Грызлов: «Развертывание контингента ООН на линии соприкосновения в Донбассе станет реальным только после того, как Украина внесет в закон об особом статусе Донбасса принципиально важные поправки. Эти поправки должны быть согласованы в контактной группе. Они будут касаться введения особого статуса на постоянной основе по "формуле Штайнмайера". Кроме того, нужно будет обеспечить разведение сил и средств на всей линии соприкосновения» (tass.ru)

С внутренней политикой у Президента Украины Петра Порошенко  серьезные проблемы -  в условиях формирования антипрезидентской коалиции, представители которой, в частности, Юлия Тимошенко, заявили о необходимости досрочных выборов президента и Верховной Рады Украины (парламента страны). В этих условиях направить парламент на принятие поправок в закон об особом статусе Донбасса задача для Порошенко неподъемная.

Стремительный дипломатический маневр Кремля Украина и запад считают, тем не менее, своей победой. Это объясняется тем, что, по мнению Киева «Путин загнан в угол», что теперь остается только «додавить Кремль, сформировав уже адекватный, приемлемый для мирового сообщества формат этой миссии».

Однако, согласие Владимира Путина на коррекцию ранее предложенного им формата миротворческой миссии под мандатом СБ ООН означает приглашение трезво взглянуть на ситуацию, приглашение тем, кто хочет вывести из самопровозглашенных республик «российские оккупационные войска», эти войска сначала найти на юго-востоке Украины, в ДНР и ЛНР, а потом уж их вывести. Готовность ключевых мировых игроков  обсуждать проект резолюции от России говорит о многом, особенно ярко проявляется на этом фоне ситуация на Украине, которая по внутриполитическим причинам не смогла за несколько лет сформулировать подобный документ и представить его в ООН.

В предыдущей публикации на эту тему была сделана попытка спрогнозировать развитие ситуации, был предложен вариант максимум (принятие СБ ООН резолюции о введении миротворческой миссии в формате максимально близком к российскому проекту), негативный вариант – непринятие российского проекта резолюции ни западом, ни Украиной (https://interaffairs.ru/news/show/18248) Как можно видеть, и США, и Германия заинтересованы в принятии резолюции на основе российского проекта.

Самое замечательное в этой истории то, что, по мнению Украины, Россия дала слабину, предложив приемлемый для Киева и запада формат международного контроля над ситуацией на юго-востоке. Однако, предложение этого формата, ни один раз высказывалось Киевом, это так (еще в 2015 году Порошенко заявил о необходимости миротворческой миссии, затем соответствующая заявка была отправлена Генсеку ООН, где о ней, видимо, благополучно забыли), но как-то несмело высказывалось, и, скорее, для демонстрации миролюбивых намерений, а не с целью воплощения в реальность. Предложение о введении «голубых касок» было услышано всем миром, такими ключевыми игроками мировой политики, как США и Германия, только тогда, когда о миссии миротворцев сказал Владимир Путин. 

Ключевые слова: Украина

Версия для печати