Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Франции Ж.-И. Ле Дрианом, Москва, 20 июня 2017 года

22:42 21.06.2017

Мы провели хорошие переговоры с Министром иностранных дел Франции Ж.-М. Ле Дрианом, которые проходили в развитие договоренностей Президента Российской Федерации В.В.Путина и Президента Франции Э.Макрона, достигнутых в ходе их недавней встречи в Версале, позволившие обстоятельно и подробно рассмотреть немалый спектр вопросов, наметить приоритетные направления совместного приложения усилий, включая график дальнейших контактов на различных уровнях.

В нынешнем году мы отмечаем знаменательное событие в летописи двусторонних отношений – 300-летие визита во Францию Петра I, которое послужило важным символическим фоном для проведения переговоров между президентами в Версале. Понятно, что сегодня диалог между двумя нашими странами развивается в непростой ситуации на европейском континенте. Как я понял моего коллегу Министра иностранных дел Франции Ж.-М. Ле Дриана, мы готовы делать максимум возможного для сбережения накопленного за долгие годы солидного капитала партнерства, чтобы он не растрачивался. С российской стороны готовы вновь начать работу тех механизмов межгосударственного сотрудничества, которые были заморожены последние четыре года.

Коротко обсудили торгово-экономическое взаимодействие. В прошлом году после резкого падения товарооборот показал тенденцию к росту, которая продолжилась и в первые месяцы нынешнего года. Договорились способствовать дальнейшим усилиям в этом направлении, тем более что со стороны бизнеса ощущается устойчивый интерес к дальнейшему взаимодействию. Все французские компании, которые работали в России остаются здесь, проявляют заинтересованность в развитии контактов со своими российскими коллегами. 80 ведущих компаний Франции были представлены на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ), где впервые в его истории состоялся «круглый стол» по  российско-французскому взаимодействию. Как вам известно, наши президенты обсудили инициативу Э.Макрона о том, чтобы создать постоянную структуру взаимодействия по линии гражданских обществ – «Трианонский диалог». Сегодня обсудили, как сделать эту идею практически реализуемой. Надеюсь, что в самое ближайшее время мы сможем доложить Президенту России В.В.Путину и Президенту Франции Э.Макрону конкретные соображения на этот счет.  

Из международных проблем особое внимание уделили ситуации в Сирии. У нас есть общее понимание, что решать этот кризис необходимо исключительно через инклюзивный национальный диалог при активной поддержке мирового сообщества, как это предусмотрено решениями СБ ООН, при абсолютно бескомпромиссной борьбе с террористическими структурами ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусрой» и прочими организациями, которые признаны террористическими Советом Безопасности ООН.

Рассказали о том, как идет работа в рамках «астанинского формата», в том числе по формированию конкретных параметров концепции «зон деэскалации» с целью консолидации режима прекращения боевых действий, обеспечения свободного доступа гуманитарной помощи, создания благоприятных условий для политического процесса. Понятно, что мы с особым вниманием готовимся к возобновлению межсирийских переговоров, очередной раунд которых откроет 10 июля в Женеве спецпредставитель Генерального секретаря ООН С. де Мистура, а перед этим 4-5 июля состоится очередная встреча в Астане. 

Говорили об Украине. Наша общая позиция – необходимость полного выполнения минского «Комплекса мер». Мы считаем, что альтернативы этому компромиссу не существует. В России исходят из того, что для того, чтобы Минские договоренности были реализованы, необходимо больше доброй воли со стороны властей в Киеве. Будем, конечно, готовы продолжать взаимодействие (об этом сегодня также шла речь) в рамках «нормандского формата» в качестве очень важного внешнего сопровождения Контактной группы, где напрямую могут общаться представители киевских властей и представители тех районов Донбасса, которые контролируются провозглашенными республиками. 

В более широком плане хотел бы упомянуть о том, что на франко-российской повестке дня есть и другие региональные кризисы, в которых мы можем с пользой для дела объединять свои усилия – это ситуация в ЛивииЙемене и целый ряд других. Условились сформировать устойчивый консультативный процесс между нашими министерствами.

В плане наших отношений с Евросоюзом в Российской Федерации заинтересованы в том, чтобы они вернулись на путь нормального развития. По-прежнему привержены тем инициативам и оценкам, которые были переданы год назад Председателю Еврокомиссии Ж.-К.Юнкеру в ходе его встречи с Президентом России В.В.Путиным «на полях» ПМЭФ. Ожидаем ответы на эти предложения. Рассчитываем, что Еврокомиссия отреагирует на предложение о налаживании рабочих контактов с Евразийской экономической комиссией.

Я считаю, что разговор был весьма полезным. Мой коллега Министр иностранных дел Франции Ж.-М. Ле Дриан пригласил меня в удобное время посетить Париж для того, чтобы мы не теряли темпа в реализации договоренностей Президента России В.В.Путина и Президента Франции Э.Макрона, достигнутых на встрече в Версале. Убежден, что наши сотрудники постараются предметно прорабатывать все, о чем мы договариваемся.

Вопрос: Самолеты США, возглавляющих международную коалицию в Сирии, не в первый раз атакуют вооруженные силы САР.Сегодня ими был сбит сирийский военный беспилотник, не так давно -  истребитель ВВС Сирии, в ответ на что Россия приостановила действие Меморандума о сотрудничестве с США по предотвращению инцидентов в воздухе. Одновременно с этим ростом напряженности Иран впервые за долгое время наносит удар по позициям террористов в Сирии. К чему может привести этот новый виток напряженности? Как на эти события будет реагировать Россия?

С.В.Лавров: В Сирии действительно очень «тесно»  -  и на земле, и в воздухе. Там много участников боевых действий - сирийские вооруженные силы; те силы, которые принято называть проправительственными, в том числе «Хизбалла», которую поддерживают иранцы; вооруженная оппозиция; террористы; военные Турции, как вы знаете; спецназ целого ряда западных и региональных стран. Есть и авиация – ВКС России и коалиция, возглавляемая США. Часть этих участников процесса приглашены сирийским правительством, другие не приглашены и пришли «в гости» сами под благородной целью борьбы с терроризмом. Это сейчас то, что всех объединяет. Более того, в рамках тех усилий, которые предпринимают Россия, Турция и Иран и если они будут до конца доведены, достигается очень важная цель - полное прекращение боевых действий между Правительством САР и вооруженной оппозицией, которая отмежевалась от террористов. В случае, если инициативы, которые сейчас продвигаются в виде зон деэскалации, будут реализованы, то мы, наконец, впервые за всю историю сирийского кризиса, будем иметь ситуацию, когда произойдет размежевание между участниками режима прекращения боевых действий и террористами, а также теми, кто с ними заодно, если не хочет присоединяться к прекращению огня. Этот баланс очень хрупкий, но если мы все будем честными, будем руководствоваться целью борьбы с терроризмом, у нас есть все основания не допустить скатывания ситуации к хаосу и непредсказуемым инцидентам.

Как я уже сказал, есть механизм Россия-Турция-Иран, который функционирует при поддержке и с согласия сирийского правительства. Принимаемые в его рамках решения получают одобрение Дамаска. Есть механизм между российскими и американскими военными, который был и неплохо работал, но действительно сейчас приостановлен после того, что сделали США, сбив самолет. Как вы знаете, по линии Министерства обороны мы запросили подробные разъяснения по этому поводу. Ожидаем, что это будет сделано. Естественно, американцы в рамках этого механизма представляли не только себя, но и всю коалицию. Турция как участник «астанинского процесса» влияла на определенные боевые группы «на земле», Иран тоже как участник того же процесса имел влияние на другие группы.

Если посмотреть на складывающуюся ситуацию, особенно после того, как «астанинский процесс» стал устойчивым, есть все основания, чтобы сконцентрироваться на борьбе с терроризмом. Я не хочу делать предположений, что кого-то это не устраивает, что инциденты с ударами по правительственным силам отражают стремление подорвать эффективность антитеррористических усилий, но мы не можем не вспомнить, что на протяжении всего этого кризиса, начиная с того процесса, который мы запускали вместе с Дж. Керри с участием наших военных и спецслужб, складывалось и укреплялось устойчивое ощущение, что «Джабхат ан-Нусра», в отличие от ИГИЛ, всегда вольно или невольно выводилась нашими американскими партнерами из-под удара. Мы откровенно говорим об этом с американцами. Я обязательно в очередной раз поставлю этот вопрос перед Госсекретарем США Р.Тиллерсоном, надеюсь, в самое ближайшее время. Здесь должна быть полная ясность. Самое главное, что имеющиеся факты показывают, что коалиция действительно наносит удары по позициям ИГИЛ, но почему-то мы не припомним, чтобы так же активно осуществлялась борьба с «Джабхат ан-Нусрой» или как там ее теперь называют. Она постоянно мимикрирует, меняет названия, но от этого не меняется ее суть.

Еще одно замечание. Если мы все действительно боремся с терроризмом, то планирование боевых действий всех участников этого процесса на земле должно быть нацелено именно на это. Иногда, анализируя то, как передвигаются различные боевые структуры и какие задачи они решают, создается впечатление, что на их действия влияют попытки внести конфессиональный аспект в эти наши усилия. Нам кажется, более того, мы в этом убеждены, что те нездоровые тенденции, которые проявляются внутри ислама и которые мы наблюдаем и в Сирии, должны быть нейтрализованы. Все страны, в том числе все мусульманские страны должны объединиться вокруг единой цели - борьбы с терроризмом.

Последние осложнения в их рядах нас не радуют. Мы всячески поощряем нахождение компромиссов, будем приветствовать такие действия, которые позволят и ЛАГ, и ССАГПЗ быть едиными и обратить все свои силы и возможности на борьбу с общим для всех злом.   

Вопрос: Считаете ли Вы возможным потепление отношений между Парижем и Москвой после «версальской встречи» двух президентов?

С.В.Лавров: На вопрос, можно ли нынешний этап отношений между Францией и Россией назвать этапом потепления, я предложил бы ответить Вам самому - всё-таки Вы журналист. Вы должны анализировать происходящее и оценивать ситуацию. Решайте сами.

Вопрос: В связи с ситуацией на Украине США ввели новые санкции против России. Какой фон это создает в преддверии грядущего двустороннего саммита?

С.В.Лавров: Атмосферу это не улучшает. Санкции в очередной раз принимаются на ровном месте. По-моему, ссылка на ситуацию на Украине у всех серьезных наблюдателей за этим процессом уже вызывает улыбку.

К сожалению, наши коллеги в Европейском союзе спрятались за лукавую формулу – санкции будут сняты, как только Россия выполнит Минские договоренности. Мы призываем наших европейских коллег прочитать еще раз Минские договоренности. Там достаточно понятно, кто и что должен делать и в какой последовательности. Не могу ничего сказать, кроме сожаления по поводу русофобской одержимости наших американских коллег, которая переходит уже все грани.

Президент Украины П.А.Порошенко не может выполнить свои обязательства по Минским договоренностям – вводятся санкции против России, в Сирии происходят очень сложные процессы – виновата исключительно Россия и, естественно, режим Б.Асада. Можно привести много примеров, когда любое развитие в каком бы то ни было регионе мира, который не нравится американским конгрессменам, тут же пытаются свалить на нас. Даже когда произошла так называемая размолвка между рядом арабских стран и Катаром, появились «утки» о том, что всё было организовано русскими хакерами. Естественно, через пару часов эту информацию убрали, когда поняли, что это бред. Однако никто за это не извинился.

В России есть традиция -  идешь домой, а на лавочке сидят бабушки и рассказывают друг другу истории. Так что мы привыкли.

Вопрос (адресован обоим министрам): Вы, говоря о диалоге по линии гражданского общества, сказали, что он будет называться «Трианонский диалог». Что он в себя включает? Будет ли он связан с правами человека, свободой слова и демонстраций ЛГБТ?

С.В.Лавров (отвечает после Ж.-И. Ле Дриана): По большому счету все в этой жизни связано с правами человека. С ними связано решение экономических проблем, обеспечение занятости. В середине 60-х гг. были одобрены два пакта о правах человека -  Международный пакт о гражданских и политических правах и Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах. Это было сделано пакетно, потому что нельзя забывать о том, что люди должны пользоваться правами в сфере своей социально-экономической деятельности. В этом убеждены я и другие люди, которые пытаются разобраться в том, что сейчас происходит во многих странах Европы и в мире. Я абсолютно согласен с Министром иностранных дел Франции Ж.-И. Ле Дрианом в том, что общественный диалог должен быть всеохватным. В нем, наверняка, необходимо присутствие гражданского общества во всех его ипостасях, в т.ч. правозащитников, лиц, заинтересованных в сближении культур, бизнесменов, заинтересованных в укреплении фундамента отношений между нашими народами.

Повторю, сейчас мы работаем над рамками этой структуры. Они будут отражать всеохватывающий характер наших отношений. Это развивает то, что уже было сделано в прошлом. У нас существовал российско-французский общественный форум, но он был больше «заточен» на экономические аспекты взаимодействия. Мы хотим, чтобы это было гораздо шире. Отмечу, что в этом году у нас заканчивается Перекрестный год российско-французского культурного туризма. Обсуждаются параметры нового перекрестного мероприятия на будущий год – Перекрестного года русского и французского языков и литературы.

Вопрос: Как Вы отреагируете на решение ЕСПЧ, признавшего дискриминационным российский закон о запрете пропаганды гомосексуализма?

С.В.Лавров: Я не помню, чтобы я что-то слышал или читал о таком решении - таковых много. Многие жалуются. Я повторю то, что мы неоднократно излагали. У нас нет никакого преследования за ту или иную ориентацию в той или иной области, включая ориентацию в ЛГБТ-сфере. Единственное, чего мы не хотим и что запрещается нашим законом – это навязывание этой ориентации несовершеннолетним гражданам Российской Федерации. Если мы и заговорили на эту тему, то я не буду сейчас вдаваться в детали. Но раз Вы так ей озабочены, то, наверное, эта озабоченность распространяется на все страны мира. Вы можете сравнивать.

Вопрос (адресован Ж.-И. Ле Дриану): Сейчас в зале присутствуют многочисленные иностранные журналисты. Почему в России они имеют право посещать мероприятия подобного рода, в то время как во Франции нас обвиняют в том, что мы не делали – в клевете. Это просто проверить на нашем сайте. Почему нам не дают аккредитацию для полноценной работы, это ли не цензура?!

Ж.-И. Ле Дриан: Президент Франции Э.Макрон выразился по этому поводу. Он сказал то, что хотел сказать. Не думайте, что я буду противоречить моему Президенту сегодня, когда я нахожусь в Москве.

С.В.Лавров: Я своему Президенту тоже противоречить не буду.

 

mid.ru

Ключевые слова: МИД РФ Сергей Лавров

Версия для печати