«Готова ли Европа объединяться в борьбе с терроризмом»?

11:46 28.04.2017 Александр Моисеев, обозреватель журнала «Международная жизнь»


Пока западноевропейские и североамериканские политики ведут разговоры о возможностях совместной борьбы с терроризмом, сторонясь в то же время предложений России, игнорируя или даже осуждая ее инициативы, исламские радикалы продолжают проливать кровь невинных граждан и в самой Европе, и на Ближнем Востоке, и в других частях света.

И все-таки обсуждение вопросов объединения стран в борьбе с международным терроризмом не только нарастает в мировом сообществе, но и порой все-таки приносит позитивные результаты. Почему процессы объединения против человеконенавистнических объединений типа запрещенного в России ИГ развиваются так медленно? И есть ли альтернатива совместному противоборству с этим глобальным злом?    

На этот и ряд других вопросов отвечает Элла Ермакова, кандидат исторических наук (МГИМО (У) МИД РФ)

 

- Элла Владимировна, тема международного терроризма сегодня стоит на повестке дня всего человечества чрезвычайно остро. Одни политологи считают террор местью Исламских радикалов за вторжение Запада в их ближневосточный мир. Другие видят в их действиях плату за глобализацию с применением рабского труда иммигрантов на благополучных европейцев, третье называют прелюдией с целью запугать и духовно сломить западный мир перед массовым захватом Европы ордами мигрантов. Что же, на ваш взгляд, происходит в странах Евросоюза хотя бы на примере Франции и Бельгии, которые вы как ученый особенно глубоко исследуете?

- Для начала давайте вспомним череду всех кровавых событий в Европе. Не успели в Старом Свете отметить скорбную годовщину терактов 22 марта 2016 года в бельгийской столице, как уже новые информационные молнии сотрясли мировой эфир. Сначала прогремел теракт в Лондоне, в результате которого погибло пятеро, ранено сорок человек. Произошёл он день в день с брюссельской трагедией только с разницей в год. Потом 3 апреля мир снова содрогнулся вместе со взрывом в метро Санкт-Петербурга. Ещё четырнадцать погибших и более пятидесяти раненых. Затем 7 апреля в Стокгольме террорист-смертник врезался в случайных прохожих на грузовике. В результате этого безумного преступления погибло три человека пятнадцать ранено. Так же, как и год назад, все террористы были напрямую связаны с террористической группировкой Исламское государство (запрещённой в России). И этот список преступлений радикалов можно продолжать и продолжать.

Хронология кровавой вереницы терактов в европейских столицах остро очерчивает ключевые проблемы, которые ещё долгое время будут стоять на международной повестке дня. Помимо широкой дискуссии о последствиях миграционных процессов и о явных провалах европейской миграционной политики, и о необратимых глобальных изменений, происходящих в мире и приведших к кровавым терактам, эксперты активно обсуждают в этой связи более узкую, но не менее важную тему - роль правоохранительных органов и спецслужб в противодействии терактам. В данном контексте пример Франции и Бельгии является наиболее характерным, поскольку именно эти две европейские страны оказались в эпицентре террористических атак последних лет в силу исторических причин, приведших к самому мощному притоку иммигрантов с Ближнего Востока. Именно в этих двух странах от рук террористов погибло наибольшее количество людей в Европе.

Первый удар на себя принял Париж, где 7 января 2015 года братья Куаши беспрепятственно вошли в редакцию теперь уже известного на весь мир сатирического журнала «Шарли-эбдо» и хладнокровно расправились с двенадцатью журналистами. Через два дня – уже новое преступление - в кашерном супермаркете. Четыре человека погибло во время операции по освобождению заложников. Нападавший также действовал от имени террористической организации Исламское государство. В обоих случаях французская полиция уничтожила террористов.

13 ноября 2015 года стал чёрным днём в современной истории Франции. В Париже и его пригороде произошли сразу несколько террористических атак: взрыв около стадиона «Стад де Франс»; вооружённые нападения на посетителей нескольких ресторанов и, беспрецедентный по жестокости и циничности захват террористами концертного зала «Батаклан» . 130 погибших, 350 раненых, паника, кровь… Тем страшнее, что происходила эта бойня в прямом эфире в самом красивом городе мира. И снова террористическая группировка Исламское государство взяла на себя ответственность за то, что она с варварской иронией назвала «11 сентября по-французски».

2016-й не принёс спокойствия гражданам Франции. Теперь уже к Ницце приковано внимание всего мира. На знаменитой Английской набережной в канун национального праздника 14 июля 31-летний выходец из Туниса, одурманенный джихадистской ересью, направил грузовик в толпу людей, собравшихся посмотреть салют. 86 погибших и 400 раненых. Нападавший был застрелен полицией. Эти теракты стали крупнейшими по числу жертв за всю историю Франции. и самым масштабным по числу жертв нападением на Париж со времён Второй мировой войны. Общее число погибших от рук террористов за 2015-2016 гг. составило 238 человек. Цифра говорит сама за себя. (lemonde.fr)

Впоследствии выяснилось, что теракты во Франции напрямую связаны с соседней Бельгией. 18 марта 2016 года, за 4 дня до взрывов в брюссельском аэропорту и метрополитене был задержан некий Салах Абдеслам, которого считают главным организатором парижских терактов. На следующий день премьер-министр Бельгии Шарль Мишель объявляет об угрозе крупного теракта в Брюсселе и повышает уровень опасности до «серьёзного и неотвратимого». Но, предпринятые меры безопасности не помешали террористам уже 22 марта дважды привести в действие взрывные устройства в брюссельском аэропорту, а затем и в брюссельском метро. Название станции «Мальбек» навсегда вошло в трагическую историю террористических преступлений в Европе. В итоге этих двух терактов в Бельгии погибло 32 человека, ранено 340.

До сих пор во Франции и Бельгии представители силовых структур обмениваются упрёками по поводу ответственности за подобные трагедии. Главные вопросы «кто виноват?» и «что делать?» пока повисли в воздухе. Все помнят кадры хроники, на которых хорошо экипированные военные патрулируют улицы двух европейских столиц. Однако ни их количество, ни оснащение, ни объявленный «наивысший» уровень опасности не смогли помешать преступникам реализовать кровавый сценарий.

Символично, что в канун терактов 2016 года во французском издательстве «Диферанс» Франции вышла в переводе с фламандского языка книга бельгийской журналистки марокканского происхождения Хинд Фраихи «Погружаясь в Моленбек». На обложке книги напечатан подзаголовок: « Расследование, которое могло бы нас предупредить». Книга посвящена личному опыту автора, которой удалось внедриться в этот мусульманский квартал в самом центре бельгийской столицы, населённый в основном выходцами из Марокко. Книга сразу же стала бестселлером и своего рода хрестоматией мусульманских нравов в Европе. В 2005 году Хинд Фраихи на два месяца поселилась в Моленбеке под видом студентки-мусульманки. В силу своего происхождения и знания арабского языка ей удалось проникнуть в самые скрытые уголки жизни бельгийских мусульман. Уникальный опыт для страны, которая стала одним из любимых европейских направлений иммигрантов с Ближнего Востока. Но вот, что любопытно: Хинд Фраихи понадобилось 10 лет, чтобы опубликовать беспрецедентный отчёт о личных впечатлениях об этом центре исламского радикализма. До этого времени ни во Франции, ни в Бельгии её исследованием никто не заинтересовался, хотя всем было хорошо известно, что в начале XXI века Моленебек стал настоящей «кузницей кадров» для будущих террористических операций в Европе. Именно оттуда происходили исполнители терактов в Париже и Брюсселе. В одном из интервью Хинд Фраихи вспоминает, что тогда в 2005 –ом её даже обвинили в «преувеличивании» опасности и в «поисках дешёвых сенсаций». Никаких мер принято, конечно же, не было. (bfmtv.com).

Описания жизни в Моленбеке очень далеки от политкорректного игнорирования проблем интеграции мусульман в европейскую систему. Слишком резкими казались описания иммигрантского быта и нравов. Выяснилось, что мусульманские бельгийцы смотрят только арабские каналы, говорят между собой только на своём языке, интересуются только событиями на Ближнем Востоке. Подпольные мечети, расположенные в автомастерских, мусульманские священники, открыто призывающие к джихаду и получающие финансовую поддержку от Саудовской Аравии, высокий уровень безработицы, множество молодых людей, которые так и не почувствовали себя равными с коренными бельгийцами и поэтому страдающие от всевозможных комплексов, женщины в парандже, живущие в пограничном измерении между Средневековьем и современной западной цивилизацией – вот основные элементы мусульманского социума Моленбека. Кстати, за прошедшие десять лет подпольные мечети, равно как и радикальные проповедники, перекочевали из автомастерских в интернет, что позволило многократно увеличить число адептов, а также сэкономить и время, и деньги. Все эти компоненты превратили печально известный квартал в самом центре Брюсселя в государство в государстве, которое очень трудно контролировать, а тем более вести там разъяснительную работу или иметь своих агентов. Уникальный опыт Хинд Фраихи оказался востребованным только тогда, когда в прямом смысле слова грянул гром террористических атак. Хинд Фархи обращает особое внимание на тех бельгийских мусульман, которые исповедую умеренный ислам и живут нормальной жизнью. Эта категория страдает вдвойне, оказавшись в заложниках с одной стороны радикальных исламистов, которые ищут среди них новых последователей и крайне правых националистов и исламофобов, призывающих к депортации всех иммигрантов без исключения. До тех пор, пока у этой категории (умеренным мусульманам – авт.) будет ощущение, что к ним относятся как к чужакам, разрыв между ними и обществом будет расти,- делает вывод автор книги, - что может в свою очередь также привести к росту терроризма. (bfmtv.com).

 

- Критика спецслужб и правоохранительных органов, как Франции, так и Бельгии вызвала в обществе бурную дискуссию. Можно ли в принципе предотвратить теракт? Какие ошибки допустили французские и бельгийские правоохранительные органы или они сделали всё, что могли?

- Более того, скажу я вам, теракты в Париже дали повод французским и бельгийским спецслужбам обвинять друг друга в нерешительности, в неиспользовании превентивных мер для пресечения подозрительных действий, а также за недоверие друг к другу и за нежелание делиться разведывательной информацией. И хотя ни одна из сторон не признаёт упрёки, всё же бельгийский Комитет по надзору над действиями полиции (Комитет П) был вынужден констатировать, что «авторы терактов оказались вне зоны пристального внимания полиции и правосудия в Бельгии». Специально созданная Комиссия парламента страны по расследования терактов в аэропорту Завентем и на станции метро Мальбек после долгих обсуждений признала, что исполнители терактов 13 ноября 2015 года в Париже происходили из печально известного бельгийского квартала Моленбек и находились в непосредственной связи с исполнителями терактов в Брюсселе. В докладе Комиссии указывается на вызывающие недоумение действия федеральной прокуратуры Бельгии в июне 2015 года, которая из-за недостаточности информации от антитеррористического подразделения федеральной полиции и вовсе закрыла дело организаторов парижских терактов братьев Салаха и Брахима Абдеслама. В докладе указывается в частности на несогласованность действий различных полицейских подразделений, местных и федеральных, а также на нехватку аналитических кадров для грамотной обработки информации. Например, данные о телефонных переговорах террористов были собраны в полном объёме, но не обработаны должным образом и не проанализированы. Объяснение последовало самое простое: не хватило сотрудников! А дело ещё одного террориста-смертника Билала Хадфи, подорвавшего себя на «Стад де Франс» 13 ноября 2015 года и также происходившего из Моленбека, ещё задолго до этой чёрной даты было отложено бельгийскими следователями на неопределённый срок как «второстепенное», учитывая их «чрезвычайную загруженность по более важным преступлениям». По словам Эдвин Баккера, ведущего специалист Центра исследования проблем терроризма и борьбы с ним при фламандском университете в Лейдене, подобные казусы происходят в стране из-за её сложного федерального устройства. Многоуровневая государственная структура вносит неразбериху в координацию действий различных подразделений полиции и спецслужб. Да и бельгийское законодательство не отличается жёсткостью в отношении преступников. Так, в Бельгии полицейское задержание возможно только на сутки. К примеру, во Франции эта мера может продлеваться до шести дней. (francetvinfo.fr).

Борьба с терроризмом постоянно обсуждается и на уровне ЕС. Общеевропейское сотрудничества в этой области также наталкивается на такие известные проблемы как недостаточное финансирование, нехватка высокопрофессиональных кадров, а также сложности в обмене разведывательной информацией между странами-членами ЕС. Каждая из них опасается, что вместе с секретными данными придётся поделиться с коллегами и частью своего национального суверенитета.

В этой связи было бы несправедливо не остановиться на деятельности Европола – этой общеевропейской полицейской службы ЕС. Европол, согласно своему уставу, должен координировать работу национальных служб в борьбе с международной организованной преступностью и улучшать обмен информацией между национальными полицейскими подразделениями. В связи с волной терактов в Европе депутаты Европарламента в мае 2016 года одобрили новые правила, позволяющие Европолу более эффективно и быстро реагировать на террористическую угрозу. Новые правила предусматривают в частности экстренное создание специальных подразделений быстрого реагирования, наделённое чрезвычайными полномочиями и дополнительным правом принимать решения на месте. Также, согласно новым расширенным полномочиям, Европол получает возможность обмениваться информацией с различными частными структурами, например, с фирмами или предприятиями. К примеру, Европол может обратиться к руководству Фейсбука и потребовать закрыть страничку, которую ведёт террористическая группировка Исламское государство. Соглашение о расширении полномочий Европола должно вступить в силу 1 мая 2017 года. (europarl.europa.eu)

В рамках этого соглашения также предполагается создать Комитет операционного руководства антитеррористической борьбой, объединяющий руководителей национальных служб. Основные направления новой политики Европола были определены его диретором Робом Уэйнрайтом: « Европа противостоит самой серьёзной террористической угрозе за последние десять лет. Всё более очевидный транснациональный характер террористических группировок и их действий требует всё более тесного сотрудничества между компетентными организациями для обеспечения верховенства закона во всей Европе».(lopinion.fr).

 

- Однако помимо координации усилий в борьбе с терроризмом на общеевропейском уровне, каждое из государств – членов ЕС уделяет всё больше внимание развитию такой традиционной и испытанной временем форме взаимодействия как трансграничное сотрудничество…

- Естественность упора на это направление очевидна. Прозрачность границ между европейскими странами, установленная Шенгенским соглашением, привела к значительному сокращению пограничного контингента, превратив одно из главных демократических завоеваний – свободу передвижения - в удобную форму для манёвров террористов. Неудивительно, что руководители национальных полицейских служб стран – членов ЕС параллельно с расширением полномочий Европола договорились срочно создать трансграничные полицейские подразделения быстрого реагирования для срочных действий в случае террористической угрозы. Особую активность в реализации планов регионального трансграничного взаимодействия проявили Франция и Бельгия, которые оказались на «передовой» в противостоянии терроризму. В пользу такого вида сотрудничества говорит тот факт, что оно может позволить быстро, с наименьшими бюрократическими проволочками реализовать поставленные задачи. Эффективность этого вида взаимодействия определяется разными факторами: от общей границы до одинаково сложной ситуации с иммиграцией, в частности ближневосточной. Так 19 марта 2013 года было подписано новое франко-бельгийское соглашение Турне II (по названию города в Валлонии) о полицейском и таможенном сотрудничестве. Однако, это соглашение вступило в силу лишь 1 октября 2015 года, почти через два с половиной года, как раз накануне ноябрьской трагедии в Париже. По иронии судьбы соглашение, призванное быстро и эффективно на месте сообща противодействовать террористам, снова натолкнулось на крайне сложную и неповоротливую бюрократическую процедуру по ратификации в духе общеевропейской практики. А документ этот важен, поскольку затрагивает проблемную трансграничную зону между двумя странами – Лилль – Куртре – Турне – с традиционно высоким уровнем преступности. Не вдаваясь в юридические подробности этого документа, всё же необходимо отметить такие важные пункты, как : совместное усиленное патрулирование приграничной территории; неоспоримое право ареста на месте преступления; предоставление полицейским обеих стран права вторгаться на территорию второго государства для сокращения времени в пути; право при необходимости проводить полицейские операции на территории сопряжённого государства; создание единого банка данных преступников, упрощённый обмен информацией; увеличение территориальной зоны охвата действия соглашения.

 

- …Кто знает, возможно, своевременная реализация этого важного соглашения могла бы предотвратить парижскую и брюссельскую драмы, если бы его вступление в силу не затянулось. Как вы полагаете?

- Поскольку мы уже заговорили о правовой составляющей общего франко-бельгийского взаимодействия в борьбе с терроризмом, то нельзя не упомянуть ещё один документ, определяющий основные направления их сотрудничества в этой области - совместную декларацию от 1 февраля 2016 года, которая так и называется: «Укреплять франко-бельгийское партнёрство в борьбе с терроризмом». В Декларации первое место отводится полицейскому сотрудничеству и обмену разведывательной информацией. Координация судебных практик, борьба с распространением радикального ислама, а также объединение усилий на общеевропейском уровне - вот основные направления антитеррористической программы двух стран.

Однако даже самые конкретные меры, прописанные в различных документах, на практике наталкиваются на непреодолимые преграды. Эксперты считают, что в основном эти препятствия находятся в стандартной плоскости противоречий между высокой технологической оснащённостью силовых структур с одной стороны и дефицитом профессиональных кадров, которые не на экране, а на улице противостоят террористам. При том, что киберборьба с преступностью остаётся одним из главных направлений противодействия терроризму, нельзя забывать, что в конечном итоге реальный, а не виртуальный террорист взрывает реальную бомбу на вполне реальной улице. И кровь льётся тоже реальная. Об этом свидетельствуют чудовищные преступления экстремистов, прокатившихся в последние годы не только по Европе, но и по всей нашей планете. Во Франции и Бельгии теперь уже без ложного стеснения говорят о явной нехватке специально обученных полицейских и специальных агентов, об их недостаточном финансировании в отличие от чрезмерно раздутых расходов на техническую оснащённость. Ни одна компьютерная программа не может заменить человеческую способность творчески анализировать информацию и нестандартно действовать на месте. Ни один робот не способен внедриться на территорию врага и стать «своим» среди «чужих». Это может сделать только человек, обладающий помимо высокопрофессиональных навыков ещё и интуицией, смелостью, убеждённостью, а также здравым смыслом. К сожалению, именно этого последнего элемента так недостаёт современному миру, чтобы стать лучше.

 

- Спасибо, Элла Владимировна, за интересный разговор на столь сложную и чувствительную тему, как борьба с международным терроризмом.

Ключевые слова: Франция терроризм Бельгия

Версия для печати