Европа под прицелом

00:44 25.07.2016 Пётр Искендеров, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук


Первое выступление нового премьер-министра Великобритании Терезы Мэй перед депутатами британского парламента должно было прояснить ситуацию, связанную с внешнеполитическими приоритетами страны в новых условиях, создавшихся после того, как участники референдума 23 июня проголосовали за выход Туманного Альбиона из состава Европейского союза. В качестве причин подобного исхода плебисцита изначально фигурировали недовольство британцев неспособностью руководства ЕС справиться с наплывом мигрантов, всплеск международного терроризма, социально-экономические проблемы в Евросоюзе, несовершенство трудового законодательства.

Однако все эти действительно актуальные для Великобритании и всей Европы проблемы госпожа Мэй отложила в сторону. Главной угрозой для европейцев она считает Россию и КНДР. «Угроза, исходящая от таких стран, как Россия и Северная Корея, остается реальной», - подчеркнула глава британского правительства. В этом контексте Тереза Мэй высказалась за то, чтобы Великобритания сохранила в своем распоряжении ядерное оружие. ​«Некоторые предлагают нам избавиться от ядерных средств сдерживания. Они были неотъемлемой частью нашей национальной безопасности и обороны на протяжении примерно половины века, и было бы неверно отступать от этого пути», - заявила она. (rbc.ru)

Разумеется, трудно спорить с тем, что ядерное оружие в послевоенную эпоху являлось важным средством сдерживания и сыграло во многом ключевую роль в предотвращении третьей мировой войны. Однако с тех пор мир и Европа кардинально изменились – точно также как изменилась иерархия угроз. Как показывает череда террористических актов в европейских городах, главной угрозой сегодня выступает международный терроризм, а питательной средой для радикальных исламистов – неконтролируемый приток беженцев в страны ЕС. В последнем случае главным вызовом для Евросоюза выступает политика Турции, в руках которой находятся «ключи» от миграционных потоков. Согласно приблизительным оценкам, в настоящее время на территории Турции находятся от двух до трех миллионов беженцев, которые могут в любой момент быть переброшены по сухопутному «балканскому» или морскому «эгейскому» маршрутам в Евросоюз.

А сложившаяся после провала попытки военного переворота в Турции ситуация объективно усилила позиции президента страны Реджепа Тайипа Эрдогана не только внутри страны, но и во взаимодействии с Брюсселем. И теперь перед руководством Евросоюза стоит трудный выбор: либо пойти на дальнейшие уступки турецкой стороне в вопросах размораживания переговоров о приеме Турции в ЕС, скорейшего предоставления ее гражданам безвизового режима и выделения финансовой помощи в размере до 20 млрд евро (такие цифры озвучивают источники в Анкаре) – либо ужесточить позицию на переговорах, используя в качестве аргумента нарушение прав человека турецкими властями, введение в стране режима чрезвычайного положения и приостановку действия Европейской декларации прав человека. (reuters.com)

Первые заявления, прозвучавшие в Европе «по горячим следам» событий в Турции, говорят о том, что в Евросоюзе пока склонны ужесточить риторику в отношении президента Эрдогана. Верховный представитель Европейского союза по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини заявила, находясь в Вашингтоне, что Турция не должна реагировать на попытку военного переворота в стране нарушением прав граждан. «Мы отчетливо даем понять нашим турецким друзьям, что мы всецело поддерживаем демократические институты, легитимные институты. Не может быть оправдания ситуации, при которой реакция может нарушать фундаментальные свободы и права», - подчеркнула Могерини, назвав «недопустимой» ситуацию, сложившуюся в Турции вокруг средств массовой информации, университетов и судебных органов. (rbc.ru)

Однако проблема для Евросоюза заключается в том, что «смена курса» в отношении Турции должна сопровождаться выработкой более жесткой политики в отношении беженцев и мигрантов, а также пересмотром других внешнеполитических приоритетов организации – в том числе на российском и сирийском направлениях. А пойти на это ЕС в своем нынешнем институциональном состоянии не способен. Такое мнение уже в открытую высказывают в том числе в государствах Центральной и Восточной Европы. Это наглядно продемонстрировала прошедшая 21 июля встреча премьер-министров стран Вишеградской группы (Польша, Венгрия, Чехия и Словакия). (vestifinance.ru)

Глава польского правительства Беата Шидло прямо заявила о том, что Европейскому союзу необходимы реформы и в своем нынешнем виде организация не оправдывает ожидания европейцев. «Мы пришли к единому мнению о том, что Европейский союз для нас, европейцев, является ценностью, которую необходимо беречь. Мы должны ее развивать, но также и менять. Вызовы современности и текущие события показывают, что институциональный Европейский союз в прежнем виде не оправдывает ожиданий европейцев» - подчеркнула она и при этом привела ключевой довод, который используют евроскептики: о необходимости «усиления контроля стран-членов ЕС над евросоюзными процессами в принятии решений». (polradio.pl)

При этом, согласно имеющейся информации, в руководстве Евросоюза достигнуто негласное соглашение о «заморозке» любых новых инициатив по реформированию организации и тем более пересмотру внешнеполитических ориентиров до ноябрьских президентских выборов в США – что лишь приведет к потере времени, которым сполна могут воспользоваться как террористы, так и Турция, и другие геополитические игроки.

Обострение отношений по линии Брюссель-Анкара при одновременной активизации исламского фактора в Европе в ближайшее время станет ключевым фактором, определяющим ситуацию в Европе. И если европейские средства массовой информации пока в целом не решаются открыто заявить об этом, то публикации турецких изданий говорят сами за себя. В частности, издание Haber7 называет в качестве одной из причин военного мятежа в Турции попытку предотвратить намеченную на август встречу президентов России и Турции Владимира Путина и Реджепа Тайипа Эрдогана и прямо указывает в этой связи на внешние факторы: «Назовем один из основных поводов этой террористической атаки под видом переворота: каждый раз, когда Турция разоблачает грязные игры США и ЕС и поворачивается в сторону Евразии, в стране обязательно происходят незаурядные события». (haber7.com)

Что же касается терроризма, то вряд ли следует ожидать от Турции реального содействия европейцам в борьбе с этим злом. Турецкое общественное мнение считает запрещенную в России организацию «Исламское государство» продуктом Запада и, прежде всего, США, а, кроме того, обвиняет европейцев в поддержке курдского сепаратизма и Рабочей партии Курдистана – что еще более сужает возможности достижения соглашения Брюсселя и Анкары по объединению усилий в борьбе с терроризмом. Процитируем, в частности, характерную публикацию турецкого издания Yeni Çağ. В ней подчеркивается, что «центры влияния, ведущие войны чужими руками, используют терроризм как инструмент для подчинения стран, с которыми они конкурируют. Страны, интересы которых сталкиваются, рассматривают теракты как слабое звено друг друга. Практически каждая страна при условии ослабления своих конкурентов поддерживает и подпитывает теракты». «Кажется, нет ни одной европейской страны, которая не поддерживала бы Рабочую партию Курдистана (РПК) против Турции» - указывает издание и напоминает, что ничто иное как «американская оккупация Ирака послужила причиной возвращения «Аль-Каиды» в качестве ИГИЛ». «Особенность терроризма ИГИЛ состоит в том, что он в большей мере западный, чем исламский» - заключает Yeni Çağ. (yenicaggazetesi.com.tr)

Однако, помимо роста террористической угрозы в связи с общей активизацией исламистского фактора и нарастанием противоречий между ЕС и Турцией, на развитие ситуации в Европе будет оказывать возрастающее влияние фактор Ирана. Официальный Тегеран оперативно поддержал Эрдогана в его противостоянии с путчистами. Президент Хасан Рухани подчеркнул, что «решение проблем на Ближнем Востоке заключается не в применении силы, а в уважении к демократии», а «эпоха военных переворотов в регионе подошла к концу». (regnum.ru)

Однако несмотря на данное заявление, Иран и Турция остаются принципиальными геополитическими конкурентами не только в регионе, но и в своих более широких амбициях – в том числе в энергетической сфере. И Анкара, и Тегеран стремятся замкнуть на себя идущие в Европу энергетические потоки, причем, если Турция пытается максимально использовать свое географическое «транзитное» положение, то Иран выступает и в качестве поставщика энергоресурсов – возобновив, в частности, поставки в Европу собственной нефти. Что же касается маршрутов транспортировки сырья, то обсуждаемый в Иране проект сооружения газопровода в Евросоюз через Армению, Грузию и Болгарию способен кардинально изменить инфраструктуру поставок – в том числе поставив определенные вопросы перед Россией.

Даже вышеперечисленных факторов достаточно, чтобы согласиться с выводом, который озвучил на страницах итальянского издания Il Giornale журналист Эмануэле Рикуччи: страшно жить в Европе – «ты постоянно ощущаешь себя мишенью». Однако еще более опасным для европейцев является неспособность руководства Евросоюза адекватно расставить внешнеполитические приоритеты организации. Не желая отказываться от конфронтационной линии в отношении с Россией, окончательно запутавшись в своих отношениях с Турцией и не решаясь выработать собственные адекватные меры в решении миграционной проблемы ЕС не только фактически потворствует терроризму, но и делает континент заложником и эпицентром геополитических игр, в том числе таких государств, как США.

Ключевые слова: Россия Европа Европейский союз НАТО США Великобритания Франция Польша Чехия Словакия Венгрия Вишеградская группа Турция Иран международный терроризм миграционный кризис Рабочая партия Курдистана энергетика

Версия для печати