Нагорный Карабах: мир до следующей войны

23:44 11.04.2016 Андрей Исаев, журналист-международник


Возобновление боевых действий в Нагорном Карабахе стало неожиданностью для многих, хотя нарастание напряженности отмечалось все последние месяцы. Вопрос о том, кто начал стрелять, как всегда остается открытым. Обе стороны традиционно в нарушении перемирия обвиняют друг друга. Информация с линии фронта поступает противоречивая, но, похоже, что на первом этапе азербайджанская армия захватила часть территории непризнанной Нагорно-Карабахской республики, затем была вынуждена отойти назад. Через несколько дней последовала договоренность о приостановке боевых действий, и к переговорному процессу активно подключились все участники Минской группы ОБСЕ.

Эскалация конфликта явно невыгодна Армении, чей совокупный государственный бюджет уступает военному бюджету Азербайджана и которую, в принципе,  устраивает настоящее положение вещей, а именно – существование второго армянского государства de facto. Причем, государства, фактически ассоциированного с Республикой Армения. В случае с Азербайджаном, ситуация иная. Обвал нефтяных цен привел к экономическим сложностям и росту социального недовольства, а «демократическая атака» (обвинения в массовых нарушениях демократических прав и свобод в стране) на правящий режим, предпринятая недавно США и Европейским Союзом, воодушевила противников клана Алиевых. Так что демонстрация силы и политической решимости посредством «небольшой войны» со стороны официального Баку не выглядит нелогичной – недовольство переключается на внешнего врага, народ сплачивается вокруг властей предержащих. «Реанимируя» подзабытый всеми конфликт, Азербайджан мог таким образом и напомнить мировому сообществу о своем праве на территориальную целостность. Впрочем, как и Армения – о праве армянского народа на самоопределение: ведь сирийские курды, например, такого признания (пусть и молчаливого) практически добились. Во всяком случае, президент Армении Серж Саргсян пообещал официально признать НКР в случае расширения конфликта.

Президент Азербайджана неоднократно подчеркивал: его страна привержена мирному решению карабахского конфликта, но если ситуация не будет разрешаться мирным путем, то придется применять силу для «освобождения своих земель от оккупации» (Цит. по: http://www.letemps.ch) А совсем недавно посол Азербайджана в России Полад Бюльбюль-оглы в эфире одной из российских радиостанций, посетовал на то, что попытки дипломатического урегулирования проблемы оказались неэффективными, и заключил, что не остается иного решения, кроме военного. На вопрос о том, поддерживает ли Турция в военном решении нагорно-карабахского вопроса Азербайджан, посол ответил уклончиво: «Тут не важно, кто кому будет помогать. Вы ищете причины, которые второстепенны. Вопрос - в оккупации азербайджанских земель». (http://www.news.ru)  Анкара, подхватившая выдвинутый в 1992 году Абульфазом Эльчибеем лозунг «Два государства – одна нация», выразила решительную поддержку Баку, обвинив в агрессии Ереван, а заодно и Москву. «Турция с самого начала карабахского кризиса была рядом с Азербайджаном и продолжит оставаться с ним. Однажды Карабах непременно вернется к своему настоящему хозяину, снова станет азербайджанским» - заявил президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. При этом он заодно упрекнул Москву в том, что она, якобы, обвиняет его страну в прямой поддержке Азербайджана. (http://tass.ru) К слову, глава российского МИД в своем заявлении по ситуации вокруг НКР специально подчеркивал: «Мы не обвиняем каких-либо внешних игроков в том, что именно они спровоцировали нынешнюю вспышку напряженности, не обвиняем мы и Анкару». (Там же)

Все это никак не исключает опосредованного  участия  Анкары в конфликте: помимо чувства «общетюркской» солидарности, к этому ее могут подтолкнуть и вполне приземленные интересы. Рассуждая об этом глава правительства РФ обратил внимание на такой момент: «Вместо того чтобы призвать успокоиться, сказать: давайте снова вернемся за переговорный стол, давайте снова начнем обсуждать, давайте прекратим стрельбу, [Турцией] были даны определенные оценки. Для чего? Для того чтобы подлить масла в огонь? Вот это, безусловно, не может не настораживать». (Цит. по: http://www.rbc.ru

Турция стремится стать региональным хабом в системе транспортировки углеводородного топлива, в частности, из Ирана и Туркмении на запад. Нерешенность армяно-азербайджанского конфликта должна, по мнению турецких политиков, облегчить Тегерану выбор трансанатолийского направления. К тому же в Анкаре, похоже, опасаются, что возможное разрешение конфликта в пользу Армении может вдохновить Ереван на территориальные или иные требования к самой Турции.

При этом активно «работать» в Карабахе Турция сейчас не может. Проблемы со «своими» и с сирийскими курдами, с ДАИШ (ИГ), с Дамаском, с Москвой, с внутренней оппозицией не позволяют Эрдогану «отвлекаться» на другие раздражители. Пусть даже у него есть договор с Азербайджаном о взаимном оказании военной помощи в случае агрессии против одной из сторон (а Баку и Анкара сразу же назвали Ереван агрессором). Дело в том, что этот договор прямо противоречит уставу и правилам НАТО, членством в котором Турция так дорожит и так гордится. И выполнение его условий может стоить Анкаре места в альянсе. В данном случае атлантическая солидарность явно превалирует над общетюркской. А ведь Анкара могла бы стать действенным участником процесса карабахского урегулирования. Но только при условии нормализации отношений с Арменией, для чего Анкаре пришлось бы признать факт геноцида 1915 года. А этого, судя по всему,  в обозримом будущем не случится.

Грузия также солидаризировалась с Азербайджаном. В региональном политическом плане Тбилиси все больше тяготеет к оси Анкара – Баку. Турецкие инструкторы активно работают с грузинской армией, регулярно проводятся совместные трехсторонние учения. По словам министра обороны Азербайджана Закира Гасанова,  главной причиной проведения совместных учений стала необходимость обеспечить защиту инфраструктуры трубопроводов и железной дороги, проходящих по территории трех стран. (https://www.stratfor.com)  От кого союзники собираются защищаться, министр не пояснил, но очевидно, имелась в виду мифическая «угроза с севера».

В отличие от Грузии, Иран, как крупный региональный игрок, старается сохранять равноудаленную позицию от враждующих сторон. Тегеран, явно не заинтересованный в новом очаге напряженности у своих границ (ему и старых «хватает»), сразу же предложил сторонам конфликта стать посредником для переговоров. Как отмечалось выше, иранское руководство ищет пути для экспорта своих нефтепродуктов на западные рынки. Путь через Ирак и Сирию закрыт для всех и, похоже, надолго. Отношения с Турцией на протяжении последних 500 лет особой теплотой не отличались, как не отличаются и сейчас. Так что остается путь через Армению к грузинским портам. При этом к союзному Турции Азербайджану иранцы относятся настороженно: их беспокоят и дружба Баку с Анкарой, и заигрывания его с Вашингтоном и с иранскими азербайджанцами.

Подчеркнуто нейтральной линии поведения придерживается Китай, чье влияние в Закавказье в последние годы значительно выросло. Любая дестабилизация обстановки в регионе угрожает осуществлению китайского мегапроекта «Шелкового пути», во многом определяющего политическую парадигму Срединного государства в Евразии.

Что до остальных великих держав, то в Вашингтоне высказались в пользу армянской стороны. Официальный представитель Госдепа Марк Тонер объявил, что при урегулировании карабахского конфликта необходимо учитывать право народов на самоопределение. Обозреватели отмечают, что столь акцентированно тезис о «праве народов на самоопределение» в заявлениях Вашингтона по ситуации вокруг НКР никогда не звучал. А значит, азербайджанскому руководству сделано серьезное предупреждение. «Демократическая атака» продолжается.

Не умаляя влияния Белого Дома на Анкару и Баку, следует признать, что именно России, по формулировке иранского эксперта по Евразии Бахрама Амира Ахмадиана, принадлежит «ключевая роль в урегулировании конфликта». (http://inosmi.ru)  С ним солидаризируются многие комментаторы. Показателен уже тот факт, что о прекращении огня начальники генштабов Армении и Азербайджана договорились в Москве. По словам российского политолога Сергея Маркова: «В отличие от Франции и США, в России существует тесная связь и с Арменией, и с Азербайджаном. И Россия в этом смысле занимает более центристскую позицию, чем США и Франция, где какие-то движения дипломатов парализуются очень сильными армянскими общинами». (http://inosmi.ru). Хотя объективно более тесные политические, да и экономические (пусть не по объему, но по характеру) связи Москва установила все-таки с Ереваном. Членство Армении в Организации договора о коллективной безопасности и российская военная база в этой стране делают Россию и Армению близкими союзниками. В этой связи обращает на себя внимание посещение Дмитрием Медведевым мемориала памяти жертв геноцида армян в Османской империи, сам факт которого отрицают и в Турции, и в Азербайджане. Примечательно, что посещение состоялось накануне отлета в Баку на переговоры по карабахскому урегулированию. 

Конечно, отрадно, что решение проблемы перешло с военного на дипломатический уровень, пусть усилия, предпринятые МГ ОБСЕ и руководством России, пока не увенчались прорывом. По словам Дмитрия Медведева, удалось лишь добиться того, что  Баку и Ереван выразили готовность соблюдать перемирие. Но сколько продлится затишье на фронте? До очередного нервного срыва у одного из снайперов?

Судя по высказываниям обеих сторон конфликта, большой войны не хочет никто, но и мириться никто не спешит. В такой ситуации видится три варианта развития событий.

Первый: Все остается «как есть», и регион живет от перестрелки к перестрелке в ожидании большой войны. В такой ситуации она рано или поздно случится и будет иметь катастрофические последствия. Масштабные боевые действия поставят армянскую экономику на грань коллапса и нанесут серьезнейший удар по азербайджанской, о чем мы уже говорили выше. При этом на легкую и быструю военную победу над Арменией рассчитывать не приходится. Более того, победа Азербайджану вовсе не гарантирована.

Второй: На линии противостояния размещаются миротворцы. Стрельба прекращается, и урегулирование откладывается на неопределенный, скорее всего, на очень долгий, срок (как на Кипре). Этот вариант в целом приемлем для Еревана, но не для Баку. По словам Сержа Саргсяна, его страна уже давно дала согласие на ввод миротворцев, «но Азербайджан этого не захотел». (Цит. по: http://eadaily.com)

Третий: Сторонам удается договориться. Предмет «торга» есть: в экспертном сообществе активно обсуждается возможность «обмена» нескольких районов Азербайджана, занятых армянскими войсками помимо территории собственно Арцаха (Нагорного Карабаха) в 1992-1994 годах, на признание независимости второго армянского государства. Слова Сергея Лаврова в недавнем интервью ТАСС о том, что «разблокировать ситуацию в нагорно-карабахском конфликте позволит освобождение районов вокруг Карабаха при одновременном решении вопроса о его статусе», такое предположение как будто подтверждают. Но даже если допустить, что азербайджанские власти пойдут на это, попытка объяснить населению необходимость такого шага после многих лет алармистской риторики поставит под вопрос само существование нынешнего бакинского режима.

Пока же закончился (будем надеяться!) очередной акт кавказской драмы.

Ключевые слова: Нагорный Карабах

Версия для печати