Долгожданная неожиданность

20:34 22.09.2013 Вадим Бондарь, аналитик, журналист


По итогам своего заседания 17-18 сентября Федеральная резервная система США приняла решение не сокращать программу количественного смягчения QE3. Долгие недели инвесторы во всем мире ждали решения Федрезерва о дальнейшей судьбе монетарной политики. И вот, наконец, дождались. Сам по себе факт принятия такого решения не является чем-то исторически или коммерчески важным. Во-первых, начало сокращению объема выкупа в ближайшей перспективе всё равно будет положено, и ФРС дала это чётко понять. Согласно последнему отчету о состоянии баланса, ФРС уже снизила свою активность по выкупу ценных бумаг до 32 миллиардов долларов (за последние 4 недели). А во-вторых, принятие новой инициативы Федрезерва может состояться не далее как на следующем, и одновременно первом в новом финансовом году заседании 30-31 октября. Эта дата представляется наиболее вероятной, поскольку предыдущие знаковые решения ФРС принимала именно в начале года. Так было в случае QE2 и QE3.

О том, что в сентябре решение об ограничении работы печатного станка не будет принято, можно было судить по четырем тесно переплетающимся между собой моментам, которые представляются гораздо более важными, чем его отсрочка. Первый заключается в противоречивости сигналов посылаемых американской экономикой. О конкретных таких сигналах я писал не раз, в частности в колонке «Без точки». Отсутствие, несмотря на длящийся уже несколько лет денежный дождь, стабильного и устойчивого выздоровления американской экономики, тем более в условиях неурегулированности проблемы потолка госдолга вызывает активизацию сторонников различных лоббистско-аппаратных группировок. Нежелание ФРС ограничить свободу своих действий до того, как будет урегулирована проблема повышения потолка госдолга, а также обострение внутриистеблишментских страстей, - являются вторым и третьим важными моментами, повлиявшими на решение Федрезерва. Одним из ярких проявлений подобного рода страстей является отказ Ларри Саммерса от борьбы за пост главы ФРС. Данного господина не совсем верно представляют эдаким закоренелым ястребом, - сторонником жесткой монетарной политики, высоких ставок и дорогих денег. При этом почему-то не вспоминают о том, что Саммерс был одним из тех, кто способствовал отмене 4 ноября 1999 года закона Гласса-Стиголла, на протяжении шестидесяти шести лет закреплявшего отделение кредитных операций банков от инвестиционных. Разрушение механизмов контроля и регулирования, основу которых во многом обеспечивал данный закон, привело к безудержным спекуляциям банков Уолл-стрит, возникновению деривативно-долговых пирамид, надуванию «пузырей» на финансовых рынках и рынке недвижимости. Именно с того момента деньги, а потом всё в большей степени основанные на них виртуально-производные финансовые инструменты начали побеждать реальную экономику и увеличивать риски. Разразившийся кризис и в особенности неоднозначная эффективность монетарно-либеральных мер по его преодолению способствовали тому, что целый ряд влиятельных представителей американский политико-экономической элиты стали публично менять окраску. В частности выступать за восстановления закона Гласса-Стиголла. Одним из таких «ястребов» и сторонников жесткого курса позиционирует себя теперь и Ларри Саммерс. Именно по этой причине его якобы «прокатили», дав рынкам сигнал о том, что следующим главой ФРС будет сторонник мягкой стимулирующей монетарной политики, низких ставок, медленного и мягкого сворачивания стимулирующих программ. При ближайшем же рассмотрении все это удивительным образом напоминает игру в злого и доброго следователя, всегда готовых и способных, если понадобится поменяться ролями. О том, что публичное позиционирование и последующая политика могут, мягко говоря, достаточно сильно отличаться, красноречиво свидетельствует миру ни кто иной, как сам хозяин Белого дома. Ведь он позиционировал себе перед нацией и всем миром, прежде всего, как миротворец. Но стала ли при нем Америка более миролюбивым государством, чем при Буше, на антитезе которому строил свою избирательную программу Обама? Сирийские события и высказывания американского президента о безоговорочной исключительности его страны, посылают миру сигнал, что совсем нет. В отношении внутренней политики Обама говорил о серьезной корректировке прежнего экономического курса, исправлении наиболее грубых неолиберальных ошибок, возвращении и создании новых рабочих мест, и многом другом ласкающем слух своей правильностью. А вот как характеризует реальную ситуацию американский ежедневный электронный журнал American Thinker: «Доля работающих (63,2%) является самой низкой за последние 35 лет. Все больше американцев зависят от правительства, и все это выглядит, скорее, как статистика именно тех государств, которые раньше стремились стать похожими на Соединенные Штаты. Рекордное количество американцев получают продовольственные талоны. На самом деле, на каждое рабочее место, созданное во время президентства Обамы, приходятся два американца, включенных в федеральную Программу льготной покупки продуктов (Supplemental Nutritional Assistance Program)». Выходит не все «ястребы» и «голуби» американского Олимпа являются таковыми на самом деле, и подобно герою старой сказки, одинаково хорошо могут, как страдать заиканием, так и нет, в зависимости от ситуации. Об этом не следует забывать и, оценивая нового главу ФРС, кандидатуру которого вскорости обещают обнародовать.

Наконец, четвертым моментом, остановившим руку ФРС, тянувшуюся зачехлить печатно-денежный станок, стала неудачная попытка побомбить Сирию. И ведь шансы были хорошие, да еще и за чужой счет. Но пока не сложилось. Таким образом, положительный результат женевских переговоров, решение Саммерса, макроэкономическая статистика и ситуация с потолком госдолга, вещи хоть на первый взгляд несвязанные между собой и совпавшие по времени случайным образом, очевидно, на самом деле таковыми не являются. Разрешение интриги всего этого клубка «случайных» совпадений, возможно, последует уже в следующие два месяца. Как повлияет разрешение данной интриги на Россию, ее политику и экономику, что придется корректировать, сказать пока сложно. Отечественные официальные лица говорят, что мы готовы практически к любому развитию ситуации, и серьезных опасений ничто, даже стремительно сползающая в рецессию российская экономика, не вызывает. А вот у Банка международных расчетов вызывает. БМР в частности констатирует увеличение диспропорций, перекосов, и проблем с пузырями, повышающих глобальные макроэкономические риски различного характера. Но, пожалуй, самую главную проблему обозначил бывший главный экономист банка, а ныне председатель Наблюдательного комитета по экономическому развитию ОЭСР, Уильям Уайт. По его мнению, мир стал слишком зависим от легких денег. Заметим, не США, а именно мир. Отсюда и столь мучительное и нетерпеливое ожидание инвесторов во всех уголках планеты решений ФРС. Никакие урожаи, никакие научные открытия, никакие ураганы не способны так стимулировать или удручить мировые рыки, как то или иное решение ФРС США. Национальные политики, в большинстве своем, не решаются поднимать данную тему отрыто и остро. И это, безусловно, представляет большую опасность. Почему? Потому что Уайт говорит, что пять лет после краха Lehman были потрачены впустую, и оставили глобальную систему еще более несбалансированной, и, возможно, исчерпывающей жизненные силы. Именно этот последний тезис об исчерпании жизненных сил системы, построенной главным образом усилиями США и ее финансово-экономической верхушки должен заставить задуматься о будущем политиков и экономистов во всем мире. Включая нас. Ведь речь идет не о затруднении роста и влиянии временных факторов неблагоприятной внешней конъюнктуры, а фундаментальных, стратегических рисках.

Ключевые слова: ФРС

Версия для печати