Версии, гипотезы, размышления, мифы, фантазии о начале Великой Отечественной войны, целях агрессора, «кто готовился к нападению, сколько и каких карт и пар сапог доставляли на границу и т.д. и т.п.». Чего только нет на страницах печатных и электронных СМИ. Думается, что наш предлагаемый уважаемому читателю анализ расставит точки над «i» и даст ответы на многие вопросы.

Преступные цели руководства нацистской Германии в войне против СССР, если изложить их в нескольких строках, сводились к следующему: уничтожение Советского Союза как государства, захват его богатств и земель, истребление наиболее активной части населения, прежде всего представителей партийных и советских органов, интеллигенции, евреев и всех тех, кто вел борьбу против агрессора. Остальным гражданам было уготовано либо изгнание в Сибирь без средств к существованию, либо участь рабов арийских хозяев. Обоснованием этих целей служили расистские взгляды нацистского руководства, презрение к евреям, славянам и другим народам-«недочеловекам», мешающим обеспечить «существование и размножение высшей расы» якобы из-за катастрофической нехватки ей «жизненного пространства».

«Расовая теория» и «теория жизненного пространства» зародились в Германии задолго до прихода нацистов к власти, но лишь при них приобрели статус государственной идеологии, охватившей широкие слои населения1. Война против СССР рассматривалась нацистской верхушкой прежде всего как война против славянских народов. В разговоре с президентом Сената Данцига Г.Раушнингом Гитлер объяснял: «Одна из основных задач германского государственного правления заключается в том, чтобы навсегда предотвратить всеми возможными средствами развитие славянских рас. Естественные инстинкты всех живых существ подсказывают нам не только необходимость побеждать своих врагов, но и уничтожать их»2.

Аналогичной установкой руководствовались и другие руководители фашистской Германии, в первую очередь один из ближайших соратников Гитлера рейхсфюрер СС и глава германской полиции Г.Гиммлер, который 7 октября 1939 года одновременно занял пост «рейхскомиссара по укреплению немецкой расы». Гитлер поручил ему заняться вопросами «возвращения» из других стран имперских немцев и «фольксдойче» и создания новых поселений по мере того, как в ходе войны будет расширяться немецкое жизненное пространство на востоке. Полагая, что Красная армия очень скоро будет разбита, 24 июня 1941 года Гиммлер дает задание начальнику планового отдела при рейхскомиссаре по укреплению немецкой расы, директору Института по аграрному делу и аграрной политике Берлинского университета профессору К.Мейеру-Хетлингу подготовить план массовой депортации коренного населения из Центральной и Восточной Европы, чтобы высвободить пространство для заселения немцами.

16 июля на совещании в своей ставке с участием Геринга, Розенберга, Ламмерса, Бормана и Кейтеля Гитлер определил задачи национал-социалистической политики в России: «Основной принцип заключается в том, чтобы этот пирог разделить наиболее сподручным способом, для того чтобы мы могли: во-первых, им владеть, во-вторых, им управлять и, в-третьих, его эксплуатировать»3. На этом же совещании Гитлер решил, что после разгрома СССР территория Третьего рейха должна быть расширена на востоке, по крайней мере до Урала. Он заявил: «Вся Прибалтика должна стать областью империи, Крым с прилегающими районами, волжские районы должны стать областью империи точно так же, как Бакинская область»4.

 Инициированный Гиммлером секретный документ под названием «Генеральный план «Ост» был представлен ему 15 июля. Планом предусматривалось в течение 25-30 лет депортировать 80-85% населения Польши, 85% - Литвы, 65% - Западной Украины, 75% - Белоруссии и по 50% жителей Латвии, Эстонии и Чехии. По подсчетам Мейера, на пространстве, подлежащем немецкой колонизации, проживало 45 млн. человек. Не менее 31 миллиона тех из них, кто будет объявлен «нежелательным по расовым показателям», предполагалось выселить в Сибирь и  сразу после разгрома СССР переселить на освободившиеся территории до 840 тыс. немцев. В течение последующих двух-трех десятилетий планировались еще две волны поселенцев численностью в 1,1 и 2,6 млн. человек5.

Объясняя, откуда взять столько людей для заселения, в сентябре 1941 года Гитлер заявил, что на советских землях, которые должны стать «провинциями рейха», необходимо проводить «планомерную расовую политику», направляя туда и наделяя землями не только немцев, но и родственных им по языку и крови норвежцев, шведов, датчан и голландцев6. «При заселении русского пространства, - говорил он, - мы должны обеспечить имперских крестьян необычайно роскошным жильем. Германские учреждения должны размещаться в великолепных зданиях - губернаторских дворцах. Вокруг них будут выращивать все необходимое для жизни немцев. Вокруг городов в радиусе 30-40 км раскинутся поражающие своей красотой немецкие деревни, соединенные самыми лучшими дорогами. Возникнет другой мир, в котором русским будет позволено жить, как им угодно. Но при одном условии: господами будем мы. В случае мятежа нам будет достаточно сбросить пару бомб на их города, и дело сделано. А раз в год проведем группу киргизов по столице рейха, чтобы они прониклись сознанием мощи и величия ее архитектурных памятников. Восточные пространства станут для нас тем, чем была для Англии Индия. Если бы я мог втолковать все это, как они важны для будущего!»7

После поражения под Москвой Гитлер утешал собеседников: «Потери будут восстановлены в многократно превосходящем их объеме в поселениях для чистокровных немцев, которые я создам на Востоке… Право на землю, согласно вечному закону природы, принадлежит тому, кто завоевал ее, исходя из того, что старые границы сдерживают рост численности народа. И то, что у нас есть дети, которые хотят жить, оправдывает наши притязания на вновь завоеванные восточные территории»8. Продолжая эту мысль Гитлер говорил: «На Востоке есть железо, уголь, пшеница, древесина. Мы построим роскошные дома и дороги, и те, кто вырастет там, полюбят свою родину и однажды, как немцы Поволжья, навсегда свяжут с ней свою судьбу»9.

О глубокой враждебности Гитлера к славянам свидетельствуют записи его застольных разговоров, которые с 21 июня 1941 года до июля 1942 года вели сначала министерский советник Г.Гейм, а затем доктор Г.Пикер10, а также записи о целях и методах оккупационной политики на территории СССР, сделанные представителем Восточного министерства в ставке Гитлера В.Кёппеном11 с 6 сентября по 7 ноября 1941 года. Записи Гейма и Пикера отличаются от записей Кёппена тем, что велись по поручению самого Гитлера под контролем его заместителя по нацистской партии и руководителя партийной канцелярии М.Бормана, тогда как Кёппен вел свои записи неофициально по поручению А.Розенберга, назначенного имперским министром оккупированных восточных областей. В первом случае авторы преследовали цель представить Гитлера  деятелем, желающим обеспечить немцам процветание посредством захвата земель на Востоке, Кёппен же стремился фиксировать каждое указание фюрера относительно того, каким образом должен быть насаждаем на советских территориях «новый порядок».

Из записей Кёппена явствует, что русских, украинцев и белорусов Гитлер и его окружение называли не иначе как «славянским сбродом», неспособным к самоуправлению. Гитлер заявлял, что не следует даже думать о предоставлении русским и украинцам возможности получить какое-либо образование. Их нужно будет использовать исключительно как рабочую силу при освоении Востока «имперскими и зарубежными немцами» (последних, по его словам, насчитывалось 1,5 млн. человек)12.

Видя в русских лишь «рабскую силу», Гитлер замечал: «В данном случае было бы совершенно бессмысленно говорить о трудовой морали и долге, люди этого не поймут, так как привыкли реагировать только на удары кнута». После поездки Гитлера на Украину в сентябре 1941 года Кёппен фиксирует разговоры в ставке: «В Киеве сгорел целый квартал, но в городе проживает все еще довольно большое количество человек. Они производят очень плохое впечатление, внешне походят на пролетариев, и поэтому их численность следовало бы сократить на 80-90%. Фюрер немедленно поддержал предложение рейхсфюрера [Г.Гиммлера] конфисковать расположенный неподалеку от Киева древний русский монастырь, - как он называется, нам не сказали, - чтобы он не превратился в центр возрождения православной веры и национального духа»13.

И русские, и украинцы, и славяне в целом, по мнению Гитлера, принадлежали к расе, недостойной гуманного обращения и затрат на образование: «С них будет вполне достаточно умения читать дорожные указатели, немецкому учителю там нечего делать. Под свободой украинцы понимают разрешение мыться только один раз в месяц, а не два раза, как прежде, немец со своей зубной щеткой вскоре будет вызывать у них только раздражение. Он лично, будучи фюрером немецкого народа, принял достаточно хорошо продуманное решение управлять именно в соответствии с этими принципами, и его совершенно не интересует мнение славян по этому поводу»14.

После разговора с Гитлером 8 июля 1941 года начальник Генерального штаба сухопутных войск генерал-полковник Ф.Гальдер пишет в дневнике: «Непоколебимо решение фюрера сровнять Москву и Ленинград с землей, чтобы полностью избавиться от населения этих городов, которое в противном случае мы потом будем вынуждены кормить в течение зимы. Задачу уничтожения этих городов должна выполнить авиация. Для этого не следует использовать танки. Это будет народное бедствие, которое лишит центров не только большевизм, но и московитов (русских) вообще»15.

Разговор Гальдера с Гитлером, посвященный уничтожению населения Ленинграда, Кёппен конкретизирует следующим образом: «Город нужно будет лишь взять в кольцо, подвергнуть артиллерийскому обстрелу и взять измором. Не имеет значения, сколько это займет времени - несколько дней или даже недель. Осуществить предложенный финнами план отвода воды расположенного на возвышенности Ладожского озера в Финский залив и тем самым затопить Ленинград технически довольно сложно»16.

Оценивая положение на фронте, 9 октября Кёппен записывает: «Фюрер дал распоряжение о запрете немецким солдатам вступать на территорию Москвы. Город будет окружен и стерт с лица земли». Соответствующий приказ был подписан 7 октября и подтвержден главным командованием сухопутных войск в Указании о порядке захвата Москвы и обращении с ее населением от 12 октября 1941 года18. Группе армий «Центр» запрещалось принимать капитуляцию Москвы. Также  ни один немецкий солдат не должен вступать в город до тех пор, пока он не будет превращен в руины артиллерийским обстрелом и воздушными налетами, а гражданское население не будет обращено в бегство. В указании подчеркивалось, что «совершенно безответственно было бы рисковать жизнью немецких солдат для спасения русских городов от пожаров или кормить их население за счет Германии». Аналогичную тактику немецким войскам предписывалось применять ко всем советским городам, при этом разъяснялось, что «чем больше населения советских городов устремится во внутреннюю Россию, тем сильнее увеличится хаос в России и тем легче будет управлять оккупированными восточными районами и использовать их». В записи от 17 октября Кёппен отмечает также, что Гитлер дал понять генералам, что после победы намерен сохранить лишь немногие русские города19.

В начале января 1942 года Гитлер делает очередное заявление по поводу политики в области образования на оккупированных советских землях. «Прежде всего, мы не должны направлять немецких учителей на восточные территории. Иначе мы потеряем и детей, и родителей. Мы потеряем весь народ, так как вбитые в его головы знания впрок не пойдут. Самое лучшее было бы, если бы люди освоили там язык жестов. По радио для общины передавали бы то, что ей полезно: музыку в неограниченном количестве. Только к умственной работе приучать их не следует. Не допускать никаких печатных изданий. Кто-нибудь видел, чтобы европейская культура дала там достойные плоды? Возник духовный анархизм! Эти люди будут считать себя самыми счастливыми, если их по возможности оставят в покое. Иначе мы вырастим там наших злейших врагов!»20

Записи, сделанные Геймом, Пикером и Кёппеном, лишь отчасти раскрывают замысел нацистов относительно будущего славян на Востоке после победы Германии - довести их до первобытного состояния. В этих записях отсутствует главное - намерение физически уничтожить славянское население Центральной и Восточной Европы.

К концу декабря 1941 года значительная часть СССР оказалась оккупированной. На территориях, прилегавших к линии фронта, власть принадлежала немецкой военной администрации. Во главе ее стоял генеральный квартирмейстер главного командования сухопутных войск Э.Вагнер. Начальниками военной администрации при группах армий «Север», «Центр» и «Юг» в их тыловых районах являлись командующие генералы сухопутных войск, а при армиях - коменданты тыловых районов. Они опирались на многочисленные гарнизоны, полевые, поселковые и городские комендатуры. В их распоряжении находились охранные дивизии, караульные и полицейские батальоны, части полевой жандармерии. Помощь в «обеспечении безопасности пространства» в оперативном тылу командующим оказывали начальники СС и полиции, в распоряжении которых имелись три бригады СС и ряд самостоятельных полицейских подразделений21.

По мере продвижения на Восток за тыловыми районами групп армий устанавливалось управление немецкой гражданской администрации. Общее руководство ею осуществлялось созданным в Берлине 17 июля 1941 года на основании указа Гитлера «О гражданском управлении в оккупированных восточных областях» Имперским министерством по делам оккупированных восточных областей (Восточное министерство). Возглавил его рейхслейтер А.Розенберг. В состав министерства вошли гаулейтер земли Вестфален-Норд и наместник земли Шаумбург-Липпе А.Мейер (заместитель Розенберга). Главный отдел «Политика» возглавил Г.Лейббранд, прежде отвечавший за антикоммунистическую пропаганду во внешнеполитическом управлении НСДПА. Его заместителем стал профессиональный дипломат О.Бройтигам, одновременно обеспечивавший связь Восточного министерства с командованием вермахта. В главном отделе «Хозяйство» промышленным сектором руководил Г.Шлоттерер, сельскохозяйственным - Г.-И.Рике. Годом ранее Шлоттерер работал в Министерстве экономики, занимаясь хозяйственными проблемами установления «нового порядка в Европе». Будучи прикомандированным к Восточному министерству, он оставался начальником восточного отдела своего прежнего министерства и руководителем группы промыслового хозяйства в Экономическом штабе «Восток», членом административного совета общества «Берген унд Хюттен Ост». На новой для себя должности в Восточном министерстве Рике одновременно оставался начальником отдела Министерства продовольствия и сельского хозяйства и начальником главной группы продовольствия Экономического штаба «Восток».

Региональными гражданскими сферами власти оккупантов являлись рейхскомиссариаты. Рейхскомиссариат «Остланд» во главе с гаулейтером земли Шлезвиг-Гольштейн Г.Лозе включал Прибалтийские республики и часть Белоруссии. В рейхскомиссариат «Украина», управлявшийся гаулейтером Восточной Пруссии Э.Кохом, была включена большая часть Украинской ССР. Рейхскомиссариату «Остланд» подчинялись областные генеральные комиссариаты Эстонии, Латвии, Литвы и части белорусской территории, которая, дабы завуалировать историческую связь русского и белорусского народов, была переименована в Белую Рутению (Weissruthenien). В составе рейхскомиссариата «Украина» были созданы генеральные комиссариаты
(в Волыне-Подолии, Николаеве, Житомире, Киеве и Днепропетровске). Генеральные комиссариаты включали в себя комиссариаты окружные и городские с районными и местными органами управления.

На рейхскомиссаров возлагалось руководство «всеми сферами гражданского управления их областями». Командующим оккупационными войсками генералам В.Бремеру («Остланд») и К.Критцингеру («Украина»)  было дано указание оказывать поддержку рейхскомиссарам в политической и управленческой работе и обеспечивать внутреннюю военную безопасность. К рейхскомиссарам были прикомандированы руководители СС и полиции - обергруппенфюреры СС Ф.Йеккельн («Остланд») и Г.Прютцманн («Украина»). При окружных генеральных комиссарах действовали руководители СС и полиции. Рейхсфюрер СС Г.Гиммлер обладал правом через этих руководителей «отдавать директивы» рейхскомиссарам по вопросам, относящимся к обеспечению политической безопасности. Для решения хозяйственных вопросов рейхскомиссарам придавались учреждения Экономического штаба «Восток», которыми руководили люди, обладающие опытом работы на частных предприятиях.

Ввиду нарастающего сопротивления Красной армии создание рейхскомиссариатов растянулось до конца 1941 года. В ходе этого разрушалась территориальная целостность и перекраивались границы оккупированных советских республик. 1 августа  белорусский округ Белосток и город Брест были включены в состав Восточной Пруссии, а Западная Украина (Галиция) - в состав «генерал-губернаторства Германской империи», образованного 29 октября 1939 года в восточной части захваченной польской территории. Одновременно было объявлено о включении в рейхскомиссариат «Остланд» Литовской ССР. 30 августа украинские земли между Днестром и Бугом и Молдавию, названные Транснистрией, Германия передала союзной ей Румынии. 1 сентября в рейхскомиссариат «Остланд» были включены также Минск с прилегающей к нему областью, Латвийская ССР, а в рейхскомиссариат «Украина» - территория между Пинском, Брестом, Каменец-Подольским и Могилевым. 20 октября в составе того же рейхскомиссариата оказались области Винницы, Первомайска, Черкасс, Киева и Житомира, 15 ноября - Николаева, Херсона, Никополя и Днепропетровска. 5 декабря «Остланд» пополнился Эстонией с сохранением в ней немецкой военной администрации22. Созданию запланированного перед нападением на СССР рейхскомиссариата «Москва», территория которого должна была простираться от западных границ России далеко за Урал, а также рейхскомиссариата «Кавказ» препятствовала Красная армия.

Пытаясь разобщить население оккупированных территорий, в областях, где советская власть была образована лишь в 1939-1940 годах (Западная Украина, Западная Белоруссия, Прибалтика), фашисты установили тесные контакты с националистами. Чтобы стимулировать их, было решено допустить «местное самоуправление». Однако в восстановлении собственной государственности народам Прибалтики и Белоруссии было отказано. Когда вслед за вступлением немецких войск в Литву националисты без их санкции создали правительство во главе с полковником К.Скирпой, германское руководство отказалось его признать, заявив, что вопрос об образовании правительства в Вильне будет решаться только после победы в войне23. Берлин не допускал мысли о восстановлении государственности в Прибалтийских республиках и Белоруссии, решительно отвергая просьбы «расово неполноценных» коллаборационистов создать собственные вооруженные силы и прочие атрибуты власти. Вместе с тем руководство вермахта охотно использовало их для формирования добровольческих иностранных частей, которые под командованием немецких офицеров участвовали в боевых действиях против партизан и на фронте. Они же служили в качестве бургомистров, деревенских старост, во вспомогательных подразделениях полиции и т.д.

В рейхскомиссариате «Украина», от которого была отторгнута значительная часть территории, включенная в состав Транснистрии и генерал-губернаторства в Польше, пресекались любые попытки националистов не только возродить государственность, но и создать «украинское самоуправление в политически целесообразной форме»24.

Вопреки надеждам нацистов благоприятных условий для развития коллаборационизма на оккупированных западных территориях РСФСР не возникло и единой гражданской администрации, существовавшей на Украине,  создано не было. Занятые вермахтом русские области были поделены на округа, во главе которых стояли обер-бургомистры. Округ объединял семь-восемь районов. В каждом имелась районная управа, район делился на шесть-семь волостей, возглавляемых волостным старшиной25.

В марте 1941 года для эксплуатации оккупированной территории СССР в Берлине была создана военизированная государственно-монополистическая организация - Штаб экономического руководства «Восток». Его возглавили два старинных соратника Гитлера - заместитель Г.Геринга, председатель Наблюдательного совета концерна «Герман Геринг» статс-секретарь П.Кёрнер и начальник Управления военной промышленности и вооружения объединенного командования вермахта (ОКВ) генерал-лейтенант Г.Томас. В их подчинении находился Экономический штаб «Восток» во главе с генерал-лейтенантом В.Шубертом, сфера деятельности которого распространялась на всю экономику оккупированных восточных земель. Кроме «руководящей группы», которая занималась также рабочей силой, в состав штаба входили группы промышленности, сельского хозяйства, организации работы предприятий и лесного хозяйства. С самого начала в нем доминировали представители немецких концернов: Мансфельда, Круппа, Цейса, Флика, «И.Г.Фарбен». На 15 октября 1941 года без учета экономических команд в Прибалтике и соответствующих специалистов в армии штаб насчитывал около 10 тысяч, а к концу года - 11 тыс. человек26.

Штабу экономического руководства «Восток» подчинялись экономические инспекции, действовавшие в оперативном тылу немецких войск на Восточном фронте, экономические отделы в тылу армий, включая технические батальоны, специалистов горнодобывающей и нефтяной промышленности, части, занятые изъятием сырья, сельскохозяйственной продукции и орудий производства. Экономические команды были созданы в дивизиях, экономические группы - в полевых комендатурах. В частях, экспроприирующих сырье и контролирующих работу захваченных предприятий, состояли советниками специалисты немецких концернов. Уполномоченному по металлолому ротмистру В.-Г.Шу и генерал-инспектору по изъятию сырья В.Виттингу предписывалось сдавать трофеи военным концернам Флика и «И.Г.Фарбен»27.

В программном выступлении на совещании эсэсовских руководителей 2 октября 1941 года начальник Главного управления имперской безопасности Р.Гейдрих заявил, что после войны Европа будет делиться на «германское великое пространство», где будет жить германское население - немцы, голландцы, фламандцы, норвежцы, датчане и шведы, и на «восточное пространство», которое станет сырьевой базой для германского государства и где «немецкий высший слой» будет использовать покоренное местное население в качестве «илотов», то есть рабов28.

У Г.Гиммлера на этот счет было иное мнение. Его не устраивала проводившаяся кайзеровской Германией политика германизации населения захваченных территорий. Он считал ошибочным стремление старых властей заставить покоренные народы отказаться лишь от родного языка, национальной культуры, вести немецкий образ жизни и исполнять немецкие законы. Славяне, как и евреи, и цыгане, вообще не должны проживать на территории, которую захватывает вермахт. В газете «Дас шварце кор» от 20 августа 1942 года в статье, озаглавленной «Германизировать ли?», Гиммлер писал: «Нашей задачей является не германизировать Восток в старом смысле этого слова, то есть привить населению немецкий язык и немецкие законы, а добиться того, чтобы на Востоке жили люди только действительно немецкой, германской крови»29.

Достижению этой цели служило массовое уничтожение мирного населения и военнопленных, происходившее с самого начала вторжения немецких войск на территорию СССР. Одновременно с планом «Барбаросса» вступил в действие приказ ОКХ от 28 апреля 1941 года. «Порядок использования п