После падения мамлюкского султаната в Египте к наиболее сильным государствам Северо-Восточной Африки в начале XVI века относились Османская империя, султанат фундж1, султанат Адал и Эфиопия.

Султанат фундж, формирование которого относится к 1504 году, располагался на территории современного Судана. С центром в Сеннаре, расположенном на Голубом Ниле, султанат контролировал торговые и паломнические маршруты, распространив свою непосредственную власть до Донголы на севере и обложив данью восточную часть Судана, населяемую племенами беджа. Именно с султанатом в Сеннаре связана постепенная исламизация местного населения, так как ранее в долине Нила располагались христианские государства. Османская империя, присоединив к себе территории бывшего мамлюкского султаната, стала северным соседом султаната фундж, однако они были отделены друг от друга малонаселенными пустынными областями.

Первое упоминание султаната фундж в османских документах связано с отчетом флотоводца Салмана Реиса о Красном море и португальцах в Индийском океане, написанном в 1525 году. В заключительной части своего отчета он излагает некоторые предложения по осуществлению завоеваний, а также дает им экономическое и военное обоснования. Помимо прочего, Салман Реис предложил подчинить султанат фундж: по его мнению, при небольших военных затратах Османская империя могла бы получить контроль над территориями, богатыми полезными ископаемыми, а также различными экзотическими товарами. В своем отчете Салман Реис уничижительно упоминает основателя султаната фундж Амара Дункаса (1504/1505-1533/1534 гг.), которого он назвал «черным рабом».

Среди других целей завоевания в отчете обозначен Суакин - крупный порт, расположенный на красноморском побережье современного Судана. После падения мамлюкского султаната Суакин, вероятно, вошел в состав султаната в Сеннаре, хотя местное население могло обладать широкой автономией. Контроль над Суакином позволил бы Османской империи повысить налоговые поступления, так как многие купцы из Индии предпочитали разгружаться именно в нем по причине больших сборов в контролируемой османами Джидде. Кроме того, через Суакин, согласно отчету, проводились поставки лошадей из Египта «неверным» в Эфиопию, что вызывало недовольство у потенциальных союзников Османской империи в Африке, мусульманских правителей Зейлы [4, с. 196-197].

Суакин вошел в состав Османской империи к 1528 году, так как его доходы включены в финансовый отчет Египта за 1527-1528 годы [11, p. 41]. При этом источники не сообщают о том, как власть над Суакином перешла от султаната фундж к османам. Источники также не сохранили информацию о раннем периоде османской власти в Суакине: скорее всего, центральные власти империи дали значительную автономию местной элите - хадариб [17, p. 33]. Административно новые территории должны были относиться к Египту; суданский автор Анам ал-Каббаши сообщает, что в 1553 году здесь был создан санджак Суакин (какие конкретно территории входили в состав этого административного образования остается неизвестным). Некий Абд ал-Баки бей стал первым назначенным в город представителем центральной власти. Размер его жалования равнялся размеру жалования наместника в Джидде; он выполнял роль командующего османскими войсками на месте, а также осуществлял административное управление санджаком [17, c. 314]. 5 июля 1555 года Суакин вошел в состав новообразованного эялета Хабеш, став на время его административным центром [15, s. 37].

Вскоре султанат в Сеннаре сам заставил обратить на себя внимание: арабские племена, связанные с султанатом фундж, напали на район Суакина. Эти племена не признавали османского контроля и даже осадили столицу эялета. В 1564 году бейлер-бей эялета Хабеш жаловался по этому поводу в Стамбул: «Арабы-фундж из мятежных арабов в окрестностях порта Суакин перекрыли поступление воды в Суакин, убили множество мусульман. Кроме того, они продают воду по чрезмерно высокой цене. Мы знаем о необходимости построить крепость в указанном месте, назначить санджак-бея для контроля провинции» [10, c. 81]. После этого нападения было принято решение построить крепость, а также учредить должность санджак-бея Суакина. Первым санджак-беем стал некий Якуб из Египта. Ему была поставлена задача «защитить эти места и подавить восстание племени фундж» в период отсутствия бейлер-бея в Суакине [8, c. 82]. Название «фундж» в этих документах может означать, что кочевники были в союзе с султанатом в Сеннаре или в зависимости от него. Вероятно, в данном контексте «фундж» является не этнонимом, а указывает на политическую принадлежность. При учете близости к Суакину можно было бы принять это племя за беджа или хадариб [2, c. 188; 18, p. 94].

Известный османский путешественник Эвлия Челеби оставил описание построенных для защиты источников воды укреплений на материке к юго-востоку от острова Суакин. Он отметил: «Если бы не было башен, черные не дали бы Суакину и капли воды и город погиб бы от жажды» [7, c. 448; 12, s. 249-250]. Башни были известны как «Taш-кале» (Каменная крепость), «Орта-кале» (Средняя крепость) и «Богаз-кале» (Крепость пролива). Хотя к моменту поездки Эвлии Челеби в 1670-1671 годах в Судан их возраст достигал 100 лет (предположительно, они не перестраивались с XVI в.), укрепления находились в очень хорошем состоянии, на них была установлена артиллерия [17, p. 40].

Тем не менее постройка «башен» не решила проблему с кочевниками: несколько лет спустя, в 1571 году, бейлер-бей доложил еще об одном крупном нападении, отбитом защитниками с большими потерями. 4 июля 1571 года, в то время пока в Суакине не было бейлер-бея, мятежные племенные вожди напали на город и яростно сражались с его защитниками. Они отступили лишь тогда, когда узнали о возвращении бейлер-бея (и, вероятно, его армии) [15, s. 190-191].

Суданский историк Кайсар Муса Зейн отмечает, что описываемые в османских источниках нападения на Суакин могут быть соотнесены с деятельностью племенного союза ал-абдаллаб: под руководством шейха Аджиба ал-Манджалука он переживал свой расцвет, ему подчинялись племена, проживавшие на территориях в непосредственной близости от Суакина [6, c. 313-314].

Племенной союз ал-абдаллаб, правивший северной частью султаната в Сеннаре, мог действительно представлять серьезную угрозу для османского контроля северной части эялета Хабеш. В то же время все снабжение эялета Хабеш таким важным ресурсом, как зерно, осуществлялось именно через «мятежников с земли фундж» в обмен на хлопковую ткань, которая использовалась в султанате в качестве инструмента обмена. Нападения, описанные выше, могли служить способом оказания давления на местную османскую администрацию для получения каких-либо преференций [15, s. 200, 202].

Кроме того, суданские историки сообщают о посещении Суакина шейхом Аджибом во время совершения хаджа: он узнал о проблемах с водой в городе и даже приказал вырыть колодец неподалеку от него. Также он взял в жены одну из дочерей эмира племени артега и принудил местное население платить налоги правителю султаната в Сеннаре [6, c. 124, 172].

Ко времени правления султана Даура (1585/86-1587/88 гг.) относятся планы вытеснения Османской империи с территории современного Судана. Фактически в это время существовал стратегический союз между Эфиопией и султанатом в Сеннаре. Чтобы предотвратить атаку фундж, бейлер-бей эялета Хабеш Мустафа-паша, который отличался активным развитием агентурных сетей в прилегающих к эялету Хабеш странах, направил в Суакин санджак-бея Аркико Юсуфа с отрядом солдат. Также он запросил в Египте помощь, в том числе 150 неферов, 200 ружей, 200 сабель, порох и другое снаряжение. Однако поход фундж не состоялся из-за разгоревшейся борьбы за власть между султаном и его дядями [15, s. 65].

Другой была ситуация в долине Нила, где Османская империя предприняла несколько экспедиций с территории Египта. Самой южной точкой ее владений стала крепость Сай, расположенная на острове между вторым и третьим нильскими порогами. Наиболее ранний документ, который подтверждает османское присутствие в Нижней Нубии, относится к 1570 году: в нем санджак-бею Ибрима Мустафе разрешалось получить из Египта продовольствие и армию, как это ранее практиковалось в отношении беков и кашифов для защиты территорий [14, p. 145]. Таким образом, османское господство в этом регионе было установлено несколько раньше, в период между 1555 (к нему относится прерванный поход Оздемир-паши в долине Нила) и 1570 годами. При этом запрос на увеличение гарнизона показывает некую угрозу границам империи со стороны султаната в Сеннаре и на этом северном направлении.

Сами османы также предпринимали попытки продвижения в долине Нила. Так, в фирмане от 12 апреля 1577 года в адрес бейлер-бея Египта написано: «Вы сообщаете, что бейлер-бей Хабеш Сулейман до сих пор не направился в командировку, но имеет различные планы по захвату территорий фундж…» [14, p. 151] Если инициативу Сулеймана в регионе можно списать на личные мотивы и нежелание занимать должность бейлер-бея эялета Хабеш, то действия Османской империи в следующем десятилетии определенно носят другой характер. 15 января 1584 года некий Мехмед был назначен на должность санджак-бея Ибрима с существенным увеличением годового содержания до 60 тыс. акче за участие в активных боевых действиях против султаната фундж. Спустя лишь месяц санджак Ибрим был превращен в эялет, а Мехмед стал его бейлер-беем. Ему удалось продвинуться на 90 км от крепости Сай в южном направлении, захватить крепость Сис, чуть севернее третьего порога. Присоединенные территории образовали санджак Махас, его руководителем стал Ридван-бек, бывший санджак-бей в Йемене. Однако вскоре эти административные преобразования были отменены и эялет Ибрим уже в декабре 1585 года был вновь превращен в санджак и присоединен к Египту [14, p. 151].

В 1589 году анонимный путешественник из Венеции посетил этот регион и оставил наиболее полное описание попытки продвижения османов в южном направлении: «Невозможно пройти на лодках [третий порог] из-за очень большого количества крупных скал, которые можно там увидеть. Несколько лет назад турки снарядили несколько лодок для захвата Донголы, которая находится в 10-12 днях от этого порога. Что касается Донголы, все, кого я спрашивал, говорили мне, что там преобладают нубийцы, поэтому турки хотели захватить ее. Она принадлежит правителю фундж. Если бы не препятствие в виде скал на реке, турки легко могли бы захватить ее и весь султанат фундж. Но милосердный, всемогущий Бог установил границы по всему миру. Что касается судьбы лодок, снаряженных турками, только одна вернулась в целости и сохранности, все остальные разбились. Государство турок простирается до Суккота [региона, где располагается крепость Сай]» [18, p. 96-97].

Эти события соотносятся с устными преданиями ал-абдаллаб, согласно которым османы были разбиты у Ханника в районе третьего порога, где была установлена граница между государствами [16, p. 35]. Неудачный поход османов, вероятно, относится к 1584-1585 годам. Он стал последним известным военным походом против султаната в Сеннаре в долине Нила до экспедиции Мухаммада Али 1820-1821 годов.

В XVII веке все возрастающие внутренние проблемы вынудили османов отказаться от своих планов по расширению в Африке. Провинция Хабеш продолжала существовать, но упоминания о ней в документах XVII века встречаются намного реже.

Между странами развивались торговые отношения: Сеннар был связан караванными маршрутами с османским Египтом и эялетом Хабеш. Основными поставляемыми султанатом товарами были рабы, набранные из эфиопских и дарфурских племен, и смолы. Также из Донголы экспортировали лошадей. Кроме того, султанат в Сеннаре участвовал в обеспечении продовольствием Суакина, где в силу климатических условий невозможно вести сельское хозяйство. В обратную сторону, из Османской империи, в султанат направлялись хлопковые ткани. Торговля велась бартерным методом. Доказательством этому служит фирман Селима II (1566-1574 гг.), посланный бейлер-бею Египта о необходимости направить ткани в эялет Хабеш для получения продовольствия от фундж: «Бейлер-бей Хабеш Мустафа направил сообщение, в котором упомянул, что снабжение этого эялета идет от мятежных фундж. За это они каждый год берут из порта 200 рулонов ткани. При этом порты продолжают разрушаться, закончилась ткань и поэтому существует серьезный дефицит снабжения… Я приказываю: если к тебе придет сообщение от указанного с запросом ткани, тебе нужно дать ему ее в форме, которую ты считаешь приемлемой. Не позволяй им страдать от дефицита по вопросу снабжения» [9, c. 97].

Караваны из султаната прибывали в Суакин во время сезона дождей (август-октябрь), а в сторону Египта не зависели от сезонов: небольшие караваны из султаната сходились в Ибриме. До границ Османской империи их охраной занималось племя абабде [15, s. 101].

В XVII веке султанат фундж находился в самом расцвете своего могущества, становясь при этом все более открытым для иностранного влияния. Сеннар с его значительными колониями иностранных купцов стал городом-космополитом, и султаны фундж проводили попытки модернизации армии, импортируя ручное огнестрельное оружие и пушки. Османский Египет и эялет Хабеш стали каналами, через которые в султанат попадали сведения о современных тенденциях развития армии и технологии.

К XVII веку султанат фундж рассматривал Османскую империю скорее не в качестве потенциального противника, а в качестве источника военных технологий и религиозной легитимности, несмотря на различные мазхабы. Известен случай, когда один из величайших суданских шейхов Идрис вад ал-Арбаб обратился за разъяснением по вопросу запрета курения табака к одному из крупных египетских богословов шейху Али ал-Аджхури, который не согласился с мнением шейха Идриса, но в знак уважения и признания его заслуг направил ему в дар наконечник («ал-Аджхурийа») и одежду [2, c. 21].

В свою очередь, позиция Османской империи по отношению к султанату также значительно смягчилась: Суакин играл роль главного порта для султаната, существовало регулярное сообщение между Каиром и Сеннаром. Новое отношение центральных османских властей можно увидеть из сообщения бейлер-бею Хабеш, написанного Портой в июле 1701 года в ответ на письмо султана фундж (им должен был быть Бади III, однако имя в письме не названо). В отличие от османской риторики XVI века, когда фундж упоминались как мятежные племена, сейчас в письме было использовано уважительное обращение «правитель земли Сеннара в Судане». Наместник провинции Хабеш обвинялся Стамбулом во взимании чрезмерных налогов с невольничьих караванов, направляющихся из Сеннара в Хиджаз через Суакин: вместо того чтобы брать одну золотую монету за одного невольника и один кирш за верблюда, взималось пять акче за одного раба, вне зависимости от возраста, и три акче за верблюда. Османские власти потребовали немедленного прекращения этого притеснения торговцев из султаната [15, s. 247-249; 18, p. 110].

Интересно также отметить, что в XVIII веке правители султаната фундж использовали Суакин в качестве места ссылки: считается, что первым таким сосланным на побережье Красного моря стал султан Бади Абу Шулух (1724-1762 гг.). Также Суакин стал местом ссылки для султана Исмаила (1769-1776 гг.) [1, c. 67-69; 6, c. 124; 13, p. 21].

В качестве подведения итогов отметим, что за XVI-XVIII века Османская империя не выработала постоянного политического курса в отношении султаната фундж. В целом, несмотря на удаленность Северо-Восточной Африки от центра Османской империи, проводимая на месте политика напрямую зависела от положения дел в Стамбуле. Можно указать на несколько всплесков активности Османской империи в Красноморском бассейне, которые пришлись на 1525-1528 годы, 1555-1558 годы и 1580-е. Первый период был связан с деятельностью великого визиря Ибрагим-паши и борьбой османов за контроль торговых путей через Красное море из Индии. При великом визире Рустем-паше (1544-1553 гг.; 1555-1561 гг.) Османская империя практически не проявляла интереса к экспансии на данном направлении. Учреждение эялета Хабеш в 1555 году произошло при великом визире Кара Ахмед-паше (1553-1555 гг.). Последний период агрессивной политики Османской империи в регионе приходился на время, когда при дворе султана находилась влиятельная группа, поддерживавшая экспансию на Востоке. Возможно, эта активизация в Восточной Африке связана с желанием взять реванш за крупное поражение османов в битве при Адди Каро против армии Эфиопии в 1579 году. В конце XVI века Османская империя отказалась от дальнейшей экспансии в регионе, наладились связи с соседними государствами. До конца XVIII века характер отношений с султанатом фундж изменений не претерпевал, османы более не имели планов по осуществлению новых завоеваний.

Потеря Османской империей интереса к экспансии в регионе совпала с ростом могущества султаната фундж, который достиг своего расцвета в конце XVII века, а после пережил упадок и распался в конце следующего столетия. Этот период истории султаната отличается обострением конфликта с соседней Эфиопией и попытками экспансии на юго-западном направлении.

 

 

1Под султанатом фундж понимается этноним в значении объединения племен арабского и африканского происхождения, управляемого племенем фундж, в связи с чем название приводится со строчной буквы.

Источники и литература

1. Герасимов И.В. История и культура Судана XVI-XVIII вв. СПб., 2018. 480 c.

2. Герасимов И.В. Особенности установления власти в племенах беджа в XVII-XIX вв. // Аравийские древности: сборник статей в честь 70-летия Александра Всеволодовича Седова / Отв. ред. И.В.Зайцев. М., 2020. С. 186-192.

3. Герасимов И. Священные дары и символы в братствах Судана (братство кадирийа в городке ал-Илафон) // Семинар: Геральдика - вспомогательная историческая дисциплина. СПб., 2015. С. 19-27.

4. Сатаров А.А. Роль Салмана Реиса в завоеваниях Османской империи в Красноморском бассейне // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия: История. Международные отношения. 2020. №2 (20). С. 195-198.

5. Сатаров А.А. Экспансия Османской империи в Красноморском бассейне в XVI в. // Вестник Ярославского государственного университета им. П.Г.Демидова. Серия: Гуманитарные науки. 2019. №1 (47). С. 32-36.

6. Сауакин: дирасат фи ат-тарих, ал-хадарат уа ат-тафа’улят ад-дувалия (Суакин: исследования по истории, цивилизации и международному взаимодействию) / Под ред. Кайсара Мусы Зейна. Хартум, 2013. 376 с.

7. Эвлия Челеби. Ар-Рихла иля Миср уа ас-Судан уа ал-Хабаша (Путешествие в Египет, Судан и Хабеш) / Пер. Муджиб ал-Мисри, Хусейн. Дар Афак ал-арабия, 2006.

8. Başbakanlık Osmanlı Arşivi, Istanbul (BOA), KK. Ahkam, no. 74, sh.525 // Саадави С. Ас-Судан фи ал-ахд ал-усмани: мин хилял уасаик ал-аршиф ал-усмани (Судан в османскую эпоху: в документах османского архива). Стамбул, 2007. С. 82.

9. Başbakanlık Osmanlı Arşivi, Istanbul (BOA), Mühimme Def., no. 28, hkm. 563 // Саадави С. Ас-Судан фи ал-ахд ал-усмани: мин хилял уасаик ал-аршиф ал-усмани (Судан в османскую эпоху: в документах османского архива). Стамбул, 2007. С. 96-97.

10. Başbakanlık Osmanlı Arşivi, Istanbul (BOA), Ruus KK, no. 218, sh.168 // Саадави С. Ас-Судан фи ал-ахд ал-усмани: мин хилял уасаик ал-аршиф ал-усмани (Судан в османскую эпоху: в документах османского архива). Стамбул, 2007. С. 81.

11. Casale G. The Ottoman Age of Exploration. New York, 2010. 301 p.

12. Evliya Çelebi. Ins Land der geheimnisvollen Func: des türkischen Weltenbummlers Evliya Çelebi Reise durch Oberägyptten und den Sudan nebst der osmanischen Provinz Habes in den Jahren 1672/73 / übersetzt und erläutert von E. Prokosch. Graz, 1994. 336 s.

13. Holt P.M. The Sudan of the Three Niles: the Funj Chronicle 910-1288 / 1504-1871. Leiden; Boston; Köln, 1999. 210 p.

14. Menage V.L. The Ottomans and Nubia in the Sixteenth Century // Annales Islamologiques. 1988. №24. P. 137-153.

15. Orhonlu Ç. Osmanlı İmparatorluğu’nun Güney Siyaseti Habeş Eyaleti. Ankara, 1996. 373 s.

16. O’Fahey R.S., Spaulding J.L. Kingdoms of the Sudan. London, 1974. 235 p.

17. Peacock A.C.S. Suakin: A Northeast African Port in the Ottoman Empire // Northeast African Studies. 2012. Vol. 12. №1. P. 29-50.

18. Peacock A.C.S. The Ottomans and the Funj sultanate in the sixteenth and seventeenth centuries // Bulletin of the School of Oriental and African Studies. 2012. Vol. 75. P. 87-111.