Увидеть Евросоюз… или Литва как зеркало евроинтеграции


На состоявшемся в ноябре 2013 года саммите так называемого «Восточного партнерства» Евросоюза целый ряд бывших советских республик отказались от сближения с ЕС.

Особое внимание оказалось прикованным к Украине, также не пожелавшей пожертвовать своей экономикой в угоду призрачным мифам «светлого европейского будущего». Противники действующей украинской власти использовали это в своих внутриполитических целях, попытавшись с помощью неискушенной молодежи свалить правительство. Никогда не стоявшие у станков или штурвалов комбайнов студенты из Западной Украины с пафосом скандировали на киевском «евромайдане», что жить в Париже лучше, чем в Курской области.

Во-первых, это не так, и вовсе не обязательно ссылаться на Жерара Депардье. Достаточно пройтись вечером по некоторым районам Парижа и Курска. В последнем случае гораздо больше шансов остаться здоровым и не лишиться кошелька. Во-вторых, никто из «евромайданщиков» не пожелал говорить с оппонентами на языке экономических и социальных фактов и категорий: зарплат, пенсий и уровня жизни людей в целом. И наконец, в-третьих, почему бы не обратиться к конкретному опыту тех советских республик, которые уже имели счастье «очутиться в Европе»?

Здесь прямо-таки напрашивается хозяйка упомянутого выше вильнюсского саммита - Литва.

После включения Литвы в состав Российской империи на рубеже XIX века (одним из первых генерал-губернаторов Литовского края был М.И.Кутузов) отмечался небывалый рост численности населения Литвы, что объяснялось столетним отсутствием войн и повышением жизненного уровня населения (что влекло увеличение продолжительности жизни). В 1867-1909 годах население Литвы выросло с 1,9 до 2,8 млн. человек. Так как в царский период промышленность Литвы развивалась плохо, то на селе сложился громадный переизбыток рабочей силы. Десятки тысяч литовских крестьян, не имевших земли, выезжали в Северную Америку. В Петербурге не противились такой эмиграции, так как литовцы были католиками, а государственная православная церковь в Литве приживалась плохо. Поэтому сокращение численности католических подданных вполне устраивало российских самодержцев.

При этом характерно, что после начала Первой мировой войны и оккупации всей территории Литвы немецкой армией сотни тысяч литовцев предпочли уйти вместе с отступавшими русскими войсками в глубь России.

В 1919-1940 годах Литва уже была независимой, и если обратиться к тому отрезку ее истории (который сейчас в Вильнюсе считается неким «золотым веком»), то прямо-таки напрашиваются аналогии с сегодняшним днем. Только отнюдь не «золотые».

Довоенная Литва практически не имела никакой промышленности и являлась аграрным придатком Европы. Литовские товары сбывались в Англии и Скандинавских странах потому, что были дешевыми (пусть и не очень качественными). Эта дешевизна обусловливалась крайне низкими доходами литовских крестьян, у которых не было денег ни на удобрения, ни тем более на сеялки или комбайны. Литва поставляла в Европу лен, говядину, свинину, сливочное масло и яйца, а также древесину.

Низкий технический уровень литовского сельского хозяйства был следствием и политики правительства, которое делило деревни на мелкие хутора, стремясь создать «литовского фермера». Ясно, что никаких машин мелкие частные хозяйства позволить себе просто не могли. 53% всех «фермерских» хозяйств в 1939 году имели площадь менее 10 га. Зато 450 помещиков владели 22% всей земли.

Во время мирового кризиса, начавшегося в 1929 году, литовский экспорт упал в два раза, так как европейские страны в целях поддержки собственного производства стали отгораживаться от остального мира высокими таможенными пошлинами.

Никакой современной промышленности в Литве за годы независимости так и не сложилось - в 1930-х годах 77% населения было занято в сельском хозяйстве (в Латвии, считавшейся промышленно развитой, - 66%).

12-15% литовцев в 1939 году были неграмотными (в 1920 г. таковых было еще больше - 44%). Только 24% литовцев в 1940 году жили в городах.

Что касается политической жизни, то после победы левых сил на парламентских выборах 1926 года в Литве был совершен военный переворот и к власти пришли крайние националисты. Фактически страна стала полуфашистской диктатурой с новым «фюрером» Антанасом Сметоной. Права национальных меньшинств, прежде всего поляков и евреев, жестко подавлялись. Президент Сметона - после  прихода к власти Гитлера - по образцу последнего принял в 1933 году титул «национального вождя».

«Независимая» Литва была игрушкой в руках соседних европейских стран. Поляки еще в 1920 году захватили литовскую столицу Вильнюс, а в 1938 году под угрозой войны заставили Литву и формально отказаться от всех прав на этот исконно литовский город. Германия тоже ультиматумом вернула себе в марте 1939 года Клайпеду (Мемель), лишив Литву единственного глубоководного порта.

Жить в таком «раю» литовцам как-то не очень хотелось, и почти треть из них уехала в эмиграцию, прежде всего по экономическим причинам. Особенно рвались почему-то не в Европу, а в Канаду и США. Например, согласно переписи 1980 года, в США насчитывалось примерно 0,7 млн. жителей литовского происхождения. Однако в 1930-х годах экономика Западной Европы и США так и не смогла оправиться от Великой депрессии 1929 года. Поэтому литовцы нигде не были нужны. Соединенные Штаты в конце концов вообще перестали выдавать гражданам Литвы иммиграционные визы.

Тогда десятки тысяч литовцев (прежде всего крестьян) устремились в Аргентину и Бразилию. Только в 1926-1930 годах в Южную Америку переехало более 52 тыс. литовцев. Еще 10 тысяч осели в Австралии.

Всего Литву в 1920-1940-х годах только официально покинули более 100 тыс. человек. Правительства независимого государства при всей националистической фразеологии поощряли эмиграцию, так как денежные переводы зарубежных литовцев становились важной статьей госбюджета и давали в 1930-х годах 10-15% его доходной части.

Уже в 1923 году в Литве проживало всего 2 млн. человек, а в 1939 году в стране жили всего на 52 тыс. человек больше, чем в 1913 году. В отличие от царского периода массовая эмиграция литовцев во времена независимости уже не компенсировалась большой рождаемостью. Все годы независимости она падала, так как люди не были уверены в своем завтрашнем дне.

В 1939 году после разгрома Польши немцами СССР вернул Литве 6665 кв. км (примерно 10% всей площади Литвы) ее былой территории вместе со столицей - Вильнюсом. В августе 1940 года, уже после вхождения Литвы в состав СССР (это произошло 3 августа 1940 г.), ей передали еще 2600 кв. км территории из Белорусской ССР. В 1948 году Литва получила из состава Калининградской области РСФСР (бывшей северной части Восточной Пруссии) Клайпеду. Таким образом, впервые в новейшей истории все литовские исторические земли были объединены в одном государстве - Литовской ССР.

Заметим, что Литва стала в советское время еще более однородным в национальном смысле образованием. До войны из Литвы в Германию было переселено более 50 тыс. немцев. Все еврейское население Литвы было зверски уничтожено литовскими националистами и нацистами в 1941-1944 годах. Причем уже в июне-октябре 1941 года истребили 80 тыс. евреев. Гитлер планировал после победоносного окончания войны выселить из Литвы в Сибирь 85% литовцев и заменить их немецкими колонистами.

В 1947 году из Литвы (прежде всего Виленского края) было переселено в Польшу по согласованию с польским правительством 178 тыс. поляков. После этого впервые большинство населения литовской столицы составили… литовцы.

В советские годы 80% всего населения Литовской ССР всегда составляли литовцы. В 1970 году в Литве впервые в ее истории городское население превысило сельское.

В 1940-1941 годах в стране в ходе земельной реформы землю получили 75 тыс. крестьян. Зарплата рабочих выросла более чем в два раза.

В советское время в Литве (как и во всем СССР) были образованы крупные сельскохозяйственные кооперативы (колхозы), что привело к кратному повышению уровня механизации и как следствие - резкому росту производства продукции. В советское время в Литве, «славившейся» своими непроходимыми болотами, было осушено и введено в оборот 2,9 млн. га сельхозугодий.

Не будет преувеличением сказать, что уровень снабжения населения продукцией аграрного сектора в Литовской ССР (особенно мясной и молочной продукцией) был лучшим во всем Советском Союзе.

По уровню развития мясного и молочного животноводства Литва ничуть не уступала лучшей в этом отношении стране ЕС - Дании. В Литовской ССР (1986 г.) было 2,5 млн. голов крупного рогатого скота, 2,8 млн. свиней.

В 1945-1990 годах в Литве была создана с нуля мощная современная промышленность, а строительство Игналинской АЭС (1983 г.) вкупе с дешевыми поставками нефти и газа из РСФСР решили все энергетические проблемы республики. В Литве производились станки, суда, телевизоры, искусственные волокна, пластмассы, удобрения, все стройматериалы и т. д.

Несмотря на ложь современной националистической пропаганды, индустриализация Литвы в советское время не сопровождалась ее «колонизацией» или «русификацией». Только 29% занятых в промышленности Литовской ССР в 1987 году были русскими. Следует отметить, что за пределами Литовской ССР в советское время жили лишь 4% литовцев.

Впервые за все время существования литовской нации все взрослые литовцы стали грамотными. В стране появилась Академия наук, а Литовская киностудия выпустила десятки фильмов, большинство из которых собирало очень хорошую «кассу» во всем Советском Союзе. В год производилось два-три художественных и 30-40 документальных фильмов. Литовских киноактеров (Адомайтиса, Баниониса, Будрайтиса и др.) знали и любили десятки миллионов зрителей СССР и социалистических стран. Литовские фильмы завоевывали премии самых престижных кинофестивалей мира.

На литовском языке в советское время издавалось гораздо больше книг, чем во времена независимости. В Литве возник сильный спорт - как массовый, так и профессиональный. Литовские баскетболисты были основой сборной СССР. На Олимпиаде 1988 года четыре литовца выиграли золотые медали в составе советской команды. В 1985-1987 годах литовский баскетбольный клуб «Жальгирис» три раза подряд выигрывал чемпионат СССР.

В советский период в Литве отмечался пик рождаемости, продолжительности жизни и роста численности населения. В 1959 году в Литовской ССР жили 2,7 млн. человек, в 1970-м - 3,1 миллиона, а в 1989 году - 3,7 млн. человек.

После обретения независимости от СССР (а Литва была здесь «пионером» среди союзных республик) страна, как на машине времени, начала стремительно скользить назад в прошлое. Колхозы были разгромлены, а вместо них появились около 130 тыс. мелких хозяйств (данные 2001 г.). 60% новых «фермеров» опять, как и в довоенное время, имели не более 10 га земли. Даже в маленькой Дании, например, средний фермер имеет 33 га и 30 голов скота.

От российского рынка в Литве поначалу гордо отказались, но ЕС отнюдь не горел желанием закупать литовскую сельхозпродукцию. Посевы картофеля в Литве (основы национальной литовской кухни) в 2013 году упали по сравнению с советским периодом в три раза.

Промышленность Литвы умерла вместе с крахом общесоюзной системы кооперации и разделения труда. Западные компании не хотели возводить в Литве новые предприятия, так как страна была слишком маленькой для налаживания рентабельного крупносерийного производства. В 2004 году промышленность давала лишь 23% ВВП.

Массовая безработица возродила столь же массовую эмиграцию из Литвы, причем прежде всего молодого трудоспособного населения. Если в 2001 году в Литве жили 3,48 млн. человек, то в 2011-м - 3 миллиона. Только по официальным данным, в 2001-2011 годах из страны уехали 328 тыс. человек (т. е. каждый десятый).

Многие в Литве на рубеже XXI века, как и в сегодняшней Украине, связывали надежды на лучшее будущее со вступлением страны в ЕС. При этом следует признать, что работящие литовцы в этом отношении были куда реалистичнее западноукраинской студенческой молодежи, не привыкшей работать руками. По данным опросов 2000-2001 годов, лишь 13% литовских фермеров считали, что евроинтеграция улучшит их положение. Обратного мнения придерживались 27,8%, остальные затруднялись с ответом. Причем 82% опрошенных заявили, что они с радостью бросили бы свои хозяйства, но не имеют других источников доходов.

Литва стала членом ЕС в 2004 году, но никакого экономического чуда не случилось. Правда, шенгенские визы усилили эмиграцию трудоспособного населения в «старую» Европу.

ЕС нанес сильнейший удар по промышленности Литвы, заставив Вильнюс закрыть в декабре 2009 года Игналинскую АЭС, как якобы не очень безопасную. ЕС даже выделил «помощь» в 450 млн. евро на закрытие станции. Всего на демонтаж АЭС придется потратить 2,3 млрд. евро, то есть 7% ВВП Литвы (причем ЕС сначала оценивал расходы «всего» в 1,3 млрд. евро). Без работы осталось более 2 тыс. высококлассных специалистов. Заметим, что в 1993 году станция давала 88% всей генерации электроэнергии в Литве. Вместе со скандинавами Литва работала над программой продления срока эксплуатация станции, против чего немедленно выступил Евросоюз.

При этом на референдуме 2008 года 89% литовцев выступили против закрытия Игналинской АЭС. Однако кичащийся своими демократическими ценностями Евросоюз вместе с литовским правительством проигнорировал мнение граждан страны.

В результате такой «помощи» ЕС Литве пришлось сильно нарастить импорт нефти и газа, что взвинтило себестоимость производства. Уже в 2010 году расходы жителей Литвы на отопление и электричество выросли в три раза. Многие литовские пенсионеры отдают на это почти всю пенсию, а средний работающий литовец - половину дохода.

Теперь Латвия, Литва и Эстония задумались над совместным строительством новой АЭС, но даже «вскладчину» им это не по карману. Интересно, что в 2012 году почти 65% населения Литвы на очередном референдуме выступили против строительства новой «европейской» АЭС.

Крах литовской промышленности несильно расстраивал Евросоюз, ведь и сама Европа до 2008 года идеологически ориентировалась на «постиндустриальную» экономику. Видимо, в не столь «гламурной» промышленности должны были работать только китайцы. В Литве, как и в других странах ЕС (особенно Испании и Ирландии), развивалась «сфера услуг», а проще говоря, спекуляции на рынке жилья.

В 2008 году покупательная способность среднего литовца составляла 60% от среднего уровня ЕС. Кто-то даже начал называть Литву «балтийским тигром», якобы за беспримерный рост «инновационной» экономики.

Однако мировой кризис 2008 года привел к стремительному падению и так неразвитой «постиндустриальной» экономики Литвы. Спекулятивный строительный рынок рухнул на 40%, вся сфера услуг - на 20%, а ВВП страны только в 2009 году в целом снизился на 14,7% - один из самых плохих показателей в мире. Розничная торговля в 2009 году сократилась на 30% в связи с резким падением покупательной способности населения. В 2009 году средний литовец зарабатывал примерно 500 евро в месяц.

Литва попыталась привлечь европейских инвесторов за счет низкой стоимости рабочей силы, но те направили капиталы в Болгарию, Хорватию и Румынию, где можно было платить рабочим еще меньше.

В 2006 году 16% литовцев считались бедными, 3% - нищими.

Страна фактически обанкротилась, и в 2009 году прямая финансовая помощь ЕС стала главной статьей дохода литовского бюджета - более 30%. В 2012 году субсидии ЕС Литве составили 7 млрд. литов (меньше, чем расходы на демонтаж Игналинской АЭС).

В 2011 году из Литвы, по официальным данным, эмигрировали 53 900 человек, 50% из них - в Великобританию, 10% - в Ирландию, 7% - в Норвегию.

Продолжительность жизни мужчин в Литве (67 лет) - одна из самых низких в ЕС (в ФРГ - 76 лет). С советских времен она практически не выросла, и одной из причин этого является рост алкоголизма в Литве. Он, в свою очередь, вызван ухудшением уровня жизни и боязнью потерять работу.

В 2005 году, по данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), Литва заняла первое место в мире по уровню самоубийств - 38,6 человек на 100 тыс. жителей. Причем 80% самоубийств также связано с алкоголизмом. Больше всего уходит из жизни мужчин в возрасте 45-54 лет, которые так и не смогли приспособиться к рыночной, «постиндустриальной» экономике.

В Литве продолжается депопуляция, ее население уменьшилось в 2013 году на 0,28%. На 1 тыс. человек в этом году родилось 9,36 новых граждан, умерло - 11,48. Интересно, что за счет эмиграции сокращается и число городского населения в стране - феномен даже в мировом масштабе.

Сегодня в Литве 14% населения не имеют работы, что, впрочем, лучше, чем в Испании или Греции. Положение усугубляется тем, что после кризиса 2008 года тысячи литовских гастарбайтеров оказались не нужны в Евросоюзе и вынуждены возвращаться на родину. Еще один бывший «постиндустриальный тигр» Евросоюза - Ирландия, куда уезжали многие литовцы, сама находится на содержании международных финансовых организаций.

ВВП на душу населения (номинальный) Литвы составляет примерно 14 тыс. долларов в год. В 2013 году Литва занимала по этому показателю 47-е место в мире, отставая в том числе от России, Эстонии, Тринидада и Тобаго, Барбадоса и т. д., но превосходя еще одного партнера по ЕС - Латвию.

Литва лишилась собственной банковской системы - 90% всех банков принадлежат иностранному капиталу. Когда случился кризис, эти банки начали массовый вывод капитала из Литвы, чем еще больше усугубили проблемы страны. При этом именно в банках, а отнюдь не в производстве, создается больше всего добавочной стоимости в литовской экономике.

Сельское хозяйство Литвы держится на плаву лишь потому, что три четверти своей продукции она отправляет в Россию. В Евросоюзе прекрасные литовские сыры и колбасы никому не нужны. Количество поголовья крупного рогатого скота упало по сравнению с советскими временами до 770 тыс. голов, в том числе молочных коров - до 395 тысяч. Примечательно, что в самой Литве потребление молочных продуктов на душу населения в 1992-2008 годах снизилось на 21% (до 268 кг).

В 2012 году Россия была крупнейшим покупателем литовской продукции - на 1,5 млрд. литов, в то время как крупнейшая страна ЕС - ФРГ купила литовских товаров всего на 610 млн. литов, зато сама продала Литве на 810 миллионов. В 2012 году на Россию приходилось 19% всего литовского экспорта, на Германию - 7,9% (меньше, чем на Латвию), на Беларусь - 4,5%. 57 тыс. литовцев заняты в переработке сельскохозяйственной продукции, и их рабочие места во многом зависят от России.

По импорту позиции России еще значимее - 32,5% всего литовского ввоза идет из Российской Федерации (в основном энергоносители) и лишь 9,8% - из Германии.

Торговый баланс Литвы со странами ЕС отрицательный - страна используется европейскими партнерами как классический рынок сбыта. Такая тенденция никогда не позволит возродиться литовскому производству. Впрочем, внешнеторговый баланс Литвы был отрицательным начиная уже с 1995 года - следствие выхода Литвы из Советского Союза и распада литовской промышленности.

Внешний долг Литвы в 2012 году (31 млрд. долл.) почти «догнал» по объему ВВП страны. Он в разы превосходит скромные золотовалютные резервы страны - 8,8 млрд. долларов.

Светлым для Литвы пятном на мрачном европейском фоне является отказ ЕС разрешить введение евро в Литве. Благодаря этому, цены на продукты и услуги в Литве пока еще ниже среднеевропейских, а это привлекает туристов, однако отнюдь не из Евросоюза.

Вся литовская сфера обслуживания, как манну небесную, ждет начала января и начала мая, когда в Литву устремляются тысячи туристов из России. В отличие от европейцев, многие из которых вообще не знают, где находится их партнер по Евросоюзу - Литва, русские тратят в Литве много и щедро. Неслучайно, что все в Литве, несмотря на оголтелую антисоветскую и русофобскую пропаганду последних лет, прекрасно знают русский язык, в том числе и молодое поколение. А вот никакого наплыва немцев или британцев нет, поэтому без английского языка в Литве можно обойтись весьма спокойно. На второе место после русских туристов по тратам в Литве выдвигаются… китайцы, тоже не входящие в ЕС.

В среднем в год Литву посещают 2,2 млн. иностранных туристов. При этом только из Калининградской области в Литву в 2012 году приехали 124 тыс. гостей, а из России в целом - 310 тысяч, что на 21% больше, чем годом ранее.

Но и в сфере туриндустрии Евросоюз не мог не «помочь» Литве. С введением виз против россиян (Литва - член Шенгенского соглашения ЕС) поток туристов из России сократился. Да и многочасовые ожидания российских автомобилистов на границах «европейской» Литвы явно не способствуют развитию литовской же сферы услуг.

Культура в Литве в постсоветский период влачит довольно жалкое существование. В 2006 году государство потратило на кино 1,5 млн. евро, экраны литовских кинотеатров прочно оккупированы даже не европейскими, а американскими фильмами. Литовские картины если и производятся, то, как правило, совместно с другими странами.

Почти исчезла и литовская художественная литература. В 2012 году в стране было издано 288 книг американских авторов, 115 - английских, 68 - русских (в том числе 42 наименования - на литовском языке; совокупный тираж - более 81 тыс. экземпляров). Правда, друзей по ЕС издают еще меньше - 38 немецких и 30 французских авторов.

Что касается спорта, то на летних Олимпийских играх в Лондоне в 2012 году литовские спортсмены завоевали пять медалей (в том числе две - золотые) и заняли в общекомандном зачете 34-е место, отстав, например, не только от Казахстана, но и от Азербайджана.

Конечно, быть или не быть в ЕС, должно самостоятельно решать население той или иной страны. Но тот, кто не учитывает чужой опыт, обречен на его мучительное повторение. Это грустно звучит и в абстрактном смысле, но в данном случае относится к жизни миллионов людей. А повторить свою жизнь, переписать ее «набело» не дано, увы, никому. Поэтому и к решениям такого рода, как «евроинтеграция», надо относиться взвешенно, вдумчиво, руководствуясь хотя бы простым и старым как мир принципом - «не навреди».

Пока же исторический опыт Литвы говорит об одном - живя вместе или в дружбе с Россией, страна достигала наилучших результатов в социальном и культурном развитии.

Отправить статью по почте