«Гигантский» улов алмазов в аэропорту Брюсселя!

16:38 27.02.2013 Анна Томкинс, журналист

19 февраля сего года, во вторник вечером под видом полиции  грабители прорвали ограждение в аэропорту Брюсселя во время погрузки в самолет большой партии алмазов. Груз направлялся в Швейцарию. Стоимость похищенного товара оценивается в 50 миллионов долларов.

В  Брюсселе в интервью пресс-секретарь прокуратуры  сказал, что воры были в масках, хорошо вооружены, использовали два черных полицейских автомобиля.  И есть опасения, что этот случай может нанести  удар по репутации Антверпена в качестве безопасного  алмазного центра. Антверпен является центром мировой торговли алмазами с оборотом стоимостью около 150 миллионов евро в день. Антверпен, это небольшой городок в Бельгии,  где почти весь основной бизнес  связан с драгоценностями - покупка в неограненном виде, гранение, создание ювелирных украшений и продажа по всему миру. Очень интересное место, открытое. По просьбе клиента, можно присутствовать при работе ювелира. Каждый бар в городе имеет своего «специалиста-оценщика».

«Это невероятно, как легко все прошло. Это вызывает озабоченность с точки зрения конкурентоспособности. Мы не можем объяснить нарушения безопасности. Мы соблюдали самые строгие правила», - сказал  представитель аэропорта.

Эта история напомнила мне  одну из своих  поездок в Сьерра-Леоне. Несколько лет тому назад я работала как партнер в одной компании, занимавшейся экспортом  различных товаров в Западную Африку, в основном продуктами питания и различным оборудованием. Один из наших партнеров попросил найти покупателя неограненных бриллиантов для своего знакомого из Фритауна. С  этого все и началось.

Междоусобная война закончилась, и вывоз неограненных драгоценностей из Сьерра-Леоне можно осуществлять абсолютно законным путем. Если с документами все в порядке, то проблем с экспортом нет. Проблема в том, что система достаточно сложная и мало изучена. Очень трудно соединить нужные департаменты между собой, так что многие дилеры еще идут старой проторенной дорогой, провозят камни через границу в «разных упаковках» и самыми разнообразными путями.

Чтобы вести бизнес, связанный с покупкой-продажей драгоценных камней, для этого требуются знание дела, большие капиталовложения и  время. Ведение сделок на территории африканского континента - большой риск. Жизнь здесь много не стоит. Сама прибыль от совершения сделок купли-продажи неограненных камней составляет примерно 20%.  И никто этого не знает лучше, чем «господа» в Антверпене.

Мы в офисе дилеров алмазов во Фритауне. Невозможно поверить, что это компания, легально ведущая бизнес. Простота и, правильнее сказать, нищета обстановки в офисе:  старый стол, поломанные стулья, окна в решетках,  без стекол.
Но чтобы получить лицензию дилера в Сьерра-Леоне годовой оборот продажи должен составлять несколько миллионов долларов.

Наши партнеры - Сирул Томас и Аба Бака. Сирул по национальности креол, Абу принадлежит к народности фула. Представители этих народностей в Сьерра-Леоне контролируют самые  прибыльные бизнесы в стране,  и поэтому не очень популярны у менее удачливых местных уроженцев. История креолов в Сьерра-Леоне достаточно интересна. Во времена гражданской войны в Америке, после победы Севера, рабы получили свободу. Им было предложено вернуться домой, в Африку. Несмотря на то, что многие, будучи рожденными в Америке, не знали, откуда они в действительности произошли, корабли с бывшими рабами стали отправляться из порта Нью-Йорка.  Так появился город Фритаун - «Свободный город».  Большая часть приезжих умерли от местных болезней, а  выжившие  люди создали свой класс, креол.

История происхождения национальности «фула» также достаточно занимательна.
По преданию, когда-то давно, « фула» были белыми людьми и пришли в Африку из Европы, но скоро стали заниматься не хорошими делами, и бог сделал их черными в наказание. Эту историю можно услышать от самых темнокожих  уроженцев национальности «фула».

Нас приглашают в поездку в Коно. Местность, где добывают алмазы и другие драгоценные камни.

Мы выехали из Фритауна утром: африканские разбитые неасфальтированные дороги, красно-коричневая глина. Достаточно провести в дороге несколько часов, и вся одежда будет глубокого рыжего цвета. Эта пыль настолько концентрированная, что проникает  под одежду, и даже на коже остается достаточно долгое время.  Яма на яме, джип петляет, внутри автомобиля очень неудобно, сидения разорваны  и, похоже, что были взяты из другой машины. Но найти и эту машину было нелегко. Хороший джип - большая редкость в Сьерра-Леоне. Хороший проходимый транспорт в Западной Африке на вес золота.

Вдалеке показались дома, небольшая деревенька, глиняные мазанки, полуголые дети бегут за машиной, удивленные люди. Нечасто им приходится видеть посетителей. Очередной контрольный пункт. Я вышла. При виде белой женщины многие дети бросились бежать в лес, похоже, блондинки не часто посещают подобные места.

Продолжаем путь. Джунгли сгущаются, машина идет тяжело, я смотрю в окно.
Наш проводник по имени Ая сидит на сиденье рядом с водителем.  Ая был представлен нам примерно с год тому назад. Необразованный мальчишка из Коно  однажды  случайно нашел алмаз в пятьдесят каратов. Не имея  ни малейшего понятия о стоимости камня, он отдал его своему учителю, который в свою очередь продал камень во Фритауне и исчез. Интересный факт - только родившиеся в Коно имеют право на раскопки в этой местности. Правительство разделило землю на участки, и у людей появился шанс на будущее.  Других работ в Коно нет. Весь бизнес связан с драгоценными камнями и золотом.

Я задаю Ае вопрос.
 - Когда вы просеиваете песок, как вы определяете, где алмаз, а где просто речной камень? Они же все похожи на кусочки разбитого стекла.
  - Мы имеем долгую практику, оставляем только крупные камни.

 - И что вы делаете с  камнями, если они маленькие?

- Мы просто выбрасываем их.

- Есть ли у вас другие драгоценные камни?

- Есть рубины, но мы их не собираем, в них нет выгоды. Золота мало, а серебро просто не имеет цены. В конце сезона, когда мы не можем копать из-за дождя, кто-нибудь из нас заново просеивает песок.


Наконец показались дома. Признаки  жизни. Местность стала выглядеть более приветливо. Вдали появилась  река, мутная, желтая от глины.
Полуголые мужчины стоят по колено в воде, зачерпывают ситом песок, просеивают и снова повторяют ту же операцию.

Задаю своим попутчикам практический вопрос.

- Неужели нельзя привезти экскаватор и сделать эту операцию в сто раз быстрее?
- Здесь  нет возможности работать по тому принципу, что работает в Южной Африке. Там роют большой котлован и потом просеивают песок машинным способом и под охраной, - отвечает Ая.

- Здесь тоже есть экскаватор, но он принадлежит очень богатому человеку.  Его родственник следит за работой, а он сам живет во Франции. Очень богатый человек, -  говорит Ая.
- Чтобы арендовать его экскаватор,  надо платить сто долларов день, а где их взять?

Мы вышли из машины. Пожилой африканец присоединяется к компании. Начинаются нескончаемые приветствия, пожатия рук.
  - Это мой дед. Он тут самый главный. Без его согласия ничего невозможно сделать, -  говорит Ая.
 Пожилой мужчина обращает внимание гостей на разрушенное здание. Все стены в дырах от автоматных пуль.
  - Видите это здание? Это было наше казино, и было еще два. Бандиты все разрушили, раньше здесь население доходило до тысячи человек, аэропорт работал. До войны мы хорошо жили, мы копали здесь и продавали дилерам. Но война остановила весь бизнес. Мы продолжали копать, но бандиты забирали все себе. Трудные времена были, а потом еще правительство сделало продажу камней нелегальной. Слава Аллаху! Сейчас можно легально работать.
Пожилой мужчина приглашает гостей в свой дом: глиняная мазанка, несколько пластмассовых стульев. Невозможно поверить, что человек, имея дело с алмазами, может жить в такой нищете. Но здесь - это  обычное дело. Очень распространены истории о том, как кто-то найдет хороший камень, продаст его дилеру, а затем купит несколько дорогих машин, особенно Мерседесы пользуются большей популярностью, возьмет несколько новых жен, а через короткое время вернется к тому с чего начал.
 
Через дверь и окно в комнату стали заглядывать любопытные лица.
Несколько минут спустя комната наполняется  желающими продать собственные камни.
Из-под  языков вынимаются камни разной величины. На столе появляется карандаш по экспертизе   алмаза, миниатюрные весы, лупа. Мы пытаемся прекратить торг. Причина поездки была в том, чтобы убедиться в продвижении работы, а не в покупке.
Главное правило, никогда не ездить в такие удаленные места с деньгами и без охраны.
Если торг состоялся, владелец должен привезти камень во Фритаун.  Ни с деньгами, ни с камнями не проехать через армейские и полицейские участки, через  джунгли,  полные бандитов.

Время возвращаться во Фритаун. Мы оставляем Аю в Коно.

- Ая, мы даем тебе последний шанс. Ты купишь на деньги, что мы тебе дали, несколько хороших камней и привезешь их во Фритаун. Мы возвращаемся домой через три дня и можем успеть оформить документы перед отлетом.

Дорога назад показалась еще утомительнее,  долгие шесть часов, ухаб на ухабе. От дорожной пыли вся одежда стала грязного красного цвета. Стало темнеть, ехать стало еще труднее, огни встречного транспорта слепят  глаза, путь кажется бесконечным. В машине жарко, невозможный запах дорожной пыли. Машину завело в сторону, наткнулись на что-то, -  огромный питон растянулся во всю ширину дороги.

На следующий день мы получили звонок из Коно. Ая едет с товаром.
Последние два дня прошли в оформлении лицензии на экспорт, проверке и оценке камней.
...После того как Сьерра-Леоне получил право на законную продажу  алмазов,  в страну для работы был приглашен квалифицированный оценщик драгоценных камней из Антверпена.
Только несколько оценщиков имеют право официально давать заключение на качество и цену камней в Сьерра-Леоне. Бельгия - самый крупный покупатель неограненных камней в Европе.
Сьерра-Леоне не имеет своей базы для шлифовки драгоценных камней и продает их только в «сыром виде».

Из России,  к  примеру, наоборот только небольшой процент неограненных алмазов можно вывезти за рубеж. Первый завод по шлифовке алмазов был открыт Петром I. Долгое время завод занимался гранением драгоценных камней привезенных из-за границы. Со временем производство и добыча собственных алмазов увеличилась. В середине 20 века в стране возникли благоприятные условия для расширения отечественной гранильной промышленности. В 1970-1980-х годах была создана сеть заводов, ориентированных на огранку алмазов высшего качества и выпуск высокосортных бриллиантов (за рубежом вошел в употребление даже специальный и весьма лестный для России термин - «русская огранка», Russian Cut); такие алмазы, относимые к категории «особенные», составляют примерно 15% от всей номенклатуры алмазов. Всего в России сейчас функционирует 50-60 производителей бриллиантов. На экспорт идет примерно 93% алмазов. Но в основном в ограненном виде. Низкосортные неограненные камни в сыром виде продаются в Индию и Израиль.

Но вернусь во Фритаун.

Нам предстоит новое и не самое приятное дело - декларация камней в аэропорту Фритауна.
Под охраной пяти таможенников мы проходим через пропускные пункты. Оказываемся в маленькой комнате старшего офицера, начинается проверка документов.
…Во Фритауне товар прошел оценку, и  три процента налога на вывоз товара из страны были оплачены. Только после этого нам выдали маленькую заклеенную штампами коробочку. Самодельная коробка была перевязана цветными ленточками и была более похожа на подарок маленькой девочке на день рождения, а не на пакет стоимостью в тысячи долларов.

Таможенники пытаются разобраться в документах. Не похоже, что они часто сталкиваются с декларацией товаров, но с документами все в порядке, ставится штамп на вывоз. К моему удивлению, обошлось без проблем и вымогательств.

Поездка не была удачной. Потраченный год подготовки к раскопкам, нахождению нужных людей и средств, надо было  узнавать как вести этот бизнес.   Здешние дилеры знают только один - контрабандный путь.
Нам  много раз  предлагалось: «Мы можем перевезти камни через границу, проглотив мешочек с камнями».

Что на это можно ответить?

Но это просто глупо, алмазы не высвечиваются при прохождении таможенного контроля, только металлы. Положите их в карман куртки, будет меньше шансов, что их найдут. А если ваш мешок порвется, то это может закончиться плохо для вас. Алмаз, он же как стекло. И вообще, зачем рисковать? Если камни с оценкой и налог оплачен, покупатель за них  больше даст. «Они» в Европе, конечно, также покупают нелегальный товар, но зачем усложнять жизнь без необходимости?

Но многие люди продолжают верить, что если камни хорошего качества или большого размера, их могут не выпустить из страны.

Пока никто не знает, кто организовал столь успешное ограбление, но это не единственный раз, когда ограбления такого рода происходили в Брюссельском аэропорту. Это случай приводит к мысли, как опасен этот бизнес. Но, несмотря на трудности, бизнес драгоценных камней процветает!

Ключевые слова: Швейцария Брюссель

Версия для печати