Совместная ЕвроПРО: кооперация или конфронтация (часть I)?

00:00 22.11.2011 Владимир Козин – государственный советник Российской Федерации 2 класса, кандидат исторических наук, член Экспертного совета Межведомственной рабочей группы при Администрации Президента Российской Федерации по взаимодействию с НАТО в области ПРО


В последнее время российское военно-политическое руководство сделало несколько публичных заявлений критического характера по поводу позиции Вашингтона и штаб-квартиры Североатлантического альянса в Брюсселе, занятой ими на проводящихся консультациях по вопросу создания совместной с Россией системы ПРО США/НАТО. Подобную точку зрения высказали Президент и Верховный Главнокомандующий Вооруженных Сил России Дмитрий Медведев, премьер-министр Владимир Путин, глава российской дипломатии Сергей Лавров, руководитель Министерства обороны Анатолий Сердюков.

Так, отвечая на вопросы журналистов во время саммита АТЭС в Гонолулу 14 ноября этого года, Дмитрий Медведев отметил, что в целом он доволен переговорами с Бараком Обамой за всю трехлетнюю историю взаимоотношений двух лидеров. В частности, достижениями стали подписание Договора СНВ-3 и договоренности о вступлении России в ВТО. Однако вопрос создания системы противоракетной обороны в Европе (ЕвроПРО) так и остается нерешенным в российско-американских отношениях, считает глава российского государства. «Что касается ПРО, – заявил он, – то по этому вопросу у нас ситуация гораздо более сложная…  К сожалению, сейчас соглашений никаких нет, и нам не очень понятно, что предлагают наши партнеры. Думаю, что в ближайшее время мы определимся по поводу того, каким образом Россия реагирует на все проблемы, связанные с европейской ПРО. Оценки я уже давал…, но я думаю, что в ближайшее время мне придется дать развернутую оценку того, каким образом Россия будет реагировать на развитие событий вокруг европейской ПРО как сейчас, так и после 2015 года».

2015 год был упомянут российским Президентом не случайно. Как заявил на слушаниях американского Конгресса директор Агентства США по ПРО генерал-лейтенант Патрик О’Рейлли, к этому сроку Пентагон будет располагать в общей сложности 905 ракетами-перехватчиками системы ПРО. После этого временного рубежа произойдет резкое наращивание противоракетных средств США и НАТО в Европе в непосредственной близости от российских границ.

Проведенные до сих пор консультации по проблематике ЕвроПРО на двустороннем треке (Россия - США) и в многостороннем формате (Совет Россия - НАТО), а также разъяснения, которые неоднократно давали и американский президент Барак Обама, и генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен, показали, что США и ведущие государства-члены трансатлантического блока, располагающие противоракетным потенциалом, не желают видеть Россию в качестве полноправного партнера в реализации столь амбициозного проекта, который еще никогда не осуществлялся за всю историю российско-американских и российско-натовских отношений. Россию приглашают помочь только своими информационными ресурсами и реализовать американский ударно-боевой дизайн, в процессе реализации которого Москва будет полностью лишена возможности участвовать в принятии решений о запуске ракет-перехватчиков, да еще неизвестно против каких государств мира (из 30 потенциальных «врагов» в НАТО назвали только Иран и КНДР).

Главной причиной отказа ведущих стран Запада привлечь Россию к более полноправному сотрудничеству в указанной сфере является то, что создаваемая многослойная и широко разветвленная система ПРО США и НАТО в Европе, первый этап которой в текущем году уже практически завершен, направлена против национальных интересов Российской Федерации и предназначена для снижения эффективности ее стратегических ядерных сил. На этот счет у российского военно-политического руководства нет никаких сомнений.

Аналогичных суждений придерживаются и некоторые западные аналитики. Как следует из опубликованного в сентябре с/г доклада экспертов по ПРО из Федерации американских ученых, американско-натовская ЕвроПРО даже при уровне своей эффективности в пределах 20 процентов может серьезно затронуть большую долю российского ядерного арсенала, а при 100-процентом КПД – его значительную часть. В то же самое время, даже при неполном использовании ударно-боевых средств глобальной системы ПРО США будет полностью девальвированы китайский и индийский стратегические ядерные арсеналы, что также может повлиять на глобальный стратегический баланс.

Подобный сценарий имеет существенное значение, так как ни Вашингтон, ни штаб-квартира альянса до сих пор не дали России никаких письменных и юридически обязывающих гарантий о ненаправленности против неё создаваемой системы ЕвроПРО, в открытую заявляя, что никогда не пойдут на это.

Более того, с целью дискредитации возможностей России в противоракетной сфере и пропагандистского прикрытия своих противоракетных планов в двух указанных столицах в последнее время параллельно запущен тезис о том, что российские средства ПРО, якобы, вообще не могут участвовать в создании совместного противоракетного щита, поскольку, мол, «не достигли соответствующего уровня со средствами перехвата баллистических ракет, имеющимися у стран Запада». Однако если Россия не в состоянии выделить какие-то противоракетные средства в совместный ЕвроПРОект, то зачем же ведущим странам НАТО приглашать ее к участию в нем?

Тем временем, игнорируя российские озабоченности в сфере усиления американских средств ПРО в Европе, Вашингтон продолжает оформление двусторонних договоренностей о развертывании совместных компонентов ПРО или проработку отдельных элементов сотрудничества с другими государствами мира. В общей сложности в этой программе в разной степени задействованы 28 стран –  как входящие в НАТО, так и не являющиеся членами этого военного блока. Отрабатываются элементы практического взаимодействия по ПРО между пятью ведущими натовскими странами – Великобританией, Францией, ФРГ, Нидерландами и Италией. В интересах функционирования глобальной системы ПРО широко задействованы РЛС предупреждения о ракетном нападении, размещенные на территории Великобритании, Дании и Норвегии, которые подверглись основательной модернизации (они всегда «работали» против СССР, а сейчас - против России). Достигнуты договоренности о развертывании ударно-боевых противоракетных средств США с Испанией, Польшей и Румынией, а радаров системы ПРО – с Турцией. Вашингтон активно обхаживает на предмет участия в ЕвроПРО Украину. О своей готовности установить американскую противоракетную РЛС на своей территории активно напоминает о себе Грузия.

Для сравнения: Россия не размещает своих противоракетных сил вблизи территории США. Как уже не раз констатировалось Москвой на самом высоком уровне, она не намерена делать это и в будущем.

В то же время, США в 2012 году уже приступят ко второй фазе их «поэтапного адаптивного плана» о развертывании системы ЕвроПРО. Примечательно, что в этом году к ней добавилась морская составляющая ПРО: у берегов европейского континента появились американские корабли с многофункциональной боевой информационно-управляющей системой «Иджис» («Эгида») и ракетами-перехватчиками повышенного радиуса действия, которые смогут перехватывать баллистические ракеты, имеющие дальность стрельбы 3000-5000 км.

О том значении, которое Вашингтон придает развитию морской системы ПРО, по существу являющейся глобальной противоракетной системой, говорит тот факт, что к 2015 году на нее уже придется свыше 48 процентов от общего количества из тех 905 ракет-перехватчиков, которые будут развернуты Соединенными Штатами к этому времени. Об этом было четко заявлено в Конгрессе США нынешним директором национального Агентства по ПРО. Следует принять во внимание, что такой корабельный «противоракетный довесок» (а в абсолютных цифрах это 436 ракет-перехватчиков) через четыре года станет еще более внушительным, так как в будущем «потяжелеет» еще в несколько раз. Это приведет к значительному увеличению доли корабельных систем ПРО США в их общем противоракетном балансе. По нашим оценкам, к 2020 году отмеченный показатель уже может возрасти до 65-70 процентов от всех ракет-перехватчиков США.

Следует принять во внимание, что если в настоящее время ВМС США располагают 22 боевыми кораблями (6 крейсеров и 16 эсминцев) с БИУС «Иджис» и ракетами-перехватчиками SM-3, то в 2018 году у них будет 43 таких корабля, а в последующие годы – свыше 80 единиц.

Это станет существенным элементом американского силового воздействия в глобальном измерении.

 

(Окончание следует)

 

www.fondsk.ru

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Версия для печати