Не рано ли прощаться с госкапитализмом?

00:00 08.07.2011 Александр Салицкий, доктор экономических наук, главный научный сотрудник ИМЭМО РАН

Июньские инвестиционные форумы в России стали, помимо прочего, площадкой для оглашения важных перемен в экономической политике. Государственный капитализм, похоже, отправлен на свалку. Поможет ли это привлечь долгожданных инвесторов? Улучшить климат и повысить рейтинг? Совершить инновационный прорыв? Начать модернизацию?

Не думаю. Низкая эффективность российского госкапитализма не порок этой модели, а результат её непоследовательной реализации в нашей стране. Отказ же от госкапитализма может быть следствием двух причин. Первую причину стоит обозначить как узкий или устаревший взгляд на современную мировую экономику. Вторую – как попытку оказания внешнего воздействия на российскую политику.

Начну со второй причины. Не так давно, в начале 2011 года, был опубликован переведённый на русский язык доклад Национального разведывательного совета США, в котором «государственный капитализм» трактовался как одна из угроз сложившемуся международному порядку и либеральной модели развития… Приведу цитату из доклада: «По большей части Китай, Индия и Россия не следуют либеральной западной модели в вопросе саморазвития, а, напротив, используют иную модель, «государственный капитализм»»[1]. Беспокоит авторов доклада и ещё одно обстоятельство: «Сегодня богатство не только перемещается с Запада на Восток, но и сосредотачивается под государственным контролем»[2].

При этом авторы доклада вынуждены сделать довольно важное признание. Упомянув среди неправедно разбогатевших государств страны Персидского залива, они обращаются к относительно недавней истории экономического восхождения стран и территорий Восточной Азии: «Прочие – такие, как Южная Корея, Тайвань и Сингапур – также выбрали государственный капитализм, изначально строя на нём свою экономику. Однако влияние России и особенно Китая, пошедших по этому пути, имеет больший потенциал, учитывая их вес на мировой арене. По иронии судьбы, значительное усиление роли государства, происходящее сейчас в западных экономиках в результате текущего финансового кризиса, может ещё больше склонить поднимающиеся страны к усилению государственного контроля и усилить недоверие к нерегулируемому рынку»[3].           

Авторы доклада Национального разведывательного совета США, отдадим им должное, высказываются просто и откровенно. «Руки прочь от либеральной модели – она и нам-то надоела, но на ней зиждется наше доминирование».

Остаётся лишь добавить, что список удачных примеров использования государственного капитализма в современной Азии значительно шире: в него, например, вполне допустимо включить Казахстан, Малайзию и Вьетнам. Сильны традиции государственного капитализма при всех достижениях либерализации в Турции и Израиле, Индонезии и Тайланде. Иначе говоря, добрая половина человечества сумела использовать эту модель для преодоления отсталости и сокращения разрыва с развитыми странами. И, наоборот, среди безуспешных «переходных экономик» в той же Восточной Европе немало последовательных приверженцев либеральной доктрины.

Замечу, что последние тридцать лет более чем наглядно показали ряд фундаментальных преимуществ современного азиатского пути развития. Его общее направление – модернизация, а способ движения – государственный капитализм. Именно этот способ движения, первоначально давший превосходные примеры решения проблем отсталости и бедности в Республике Корея, на Тайване и в Сингапуре, а впоследствии подхваченный новыми индустриальными странами второй волны и Китаем, продолжает оказывать решающее воздействие на формирование экономических стратегий в «запаздывающих» странах. Именно этот способ позволил направить рыночные силы в русло целенаправленного строительства современных государств, последовательно добиваясь улучшения их внешнеэкономических и международных позиций.

В кратком виде можно выделить ряд характерных компонентов государственного капитализма азиатского образца. Политическая стабильность обеспечивается благодаря просвещенной авторитарной власти, постепенной демократизации, преемственности общего курса. Национализм, составляющий идеологию многих азиатских государств, ориентирован на перемены и использование внешних ресурсов в интересах народного хозяйства. Экономический динамизм достигается путем сочетания рынка с государственным регулированием и стимулированием ведущих промышленных концернов. Капитал встроен в планы развития и лоялен государству. Банки очень активны, причем объемы доступных кредитов производству много превышают потребительское кредитование (в отличие от России).

Существуют и некоторые другие общие черты: в структуре экономики заметна повышенная по сравнению со среднемировым уровнем доля накопления и промышленности в ВВП. Не менее важная черта – выборочное заимствование зарубежного опыта, дозированная открытость, успешный синтез своего и чужого. Обновление при этом в растущей мере опирается на собственный потенциал, что, помимо прочего, доказано и сравнительно успешным преодолением всей этой группой стран кризисных явлений 2008-2009 годов.

Стоит отметить ещё одно немаловажное обстоятельство – если уж разговор идет об иностранных инвестициях. Делая ставку на зарубежных инвесторов в качестве ведущей силы модернизации, не следует забывать о том, что именно страны государственного капитализма добились и наибольших успехов в выборочном и потому результативном привлечении прямых инвестиций. Такие капиталы, направляемые преимущественно в реальный сектор, как известно, склонны «прилипать» к местной экономике и не склонны покидать страну размещения при неблагоприятных колебаниях конъюнктуры – в отличие от чересчур мобильных средств спекулянтов. Поэтому-то в ещё неокрепших рыночных экономиках не стоит делать ставку на финансовые рынки, а развивать их вслед за нормальным кредитованием хозяйства (а не вместо него). В России же кредит в значительной мере сложился под воздействием потерпевшего крах американского образца, в котором чрезмерна доля потребительского и ипотечного кредитования. Его завышенная доля в настоящее время препятствует активизации спроса, поскольку он в значительной мере выбран неистовым банковским кредитованием физических лиц перед кризисом. 

Вернёмся теперь – в связи с теми же инвестициями – к первой причине несвоевременности отказа от государственного капитализма. Узость и устарелость взгляда на современную мировую экономику, озвученного на российских инвестиционных форумах, заключается в игнорировании того факта, что именно страны государственного капитализма постепенно становятся и наиболее желанными внешними инвесторами для развивающихся хозяйств. Тяготение «государственных капиталистов» к реальному сектору и прямым инвестициям, наличие в этих странах крупных суверенных фондов, надолго и всерьёз инвестирующих в ценные бумаги, повышают привлекательность капитала из Китая, Индии и т.д. Наконец, относительно дешёвый банковский кредит, предоставляемый собственным инвесторам, позволяет выстраивать продуктивные и прочные отношения с принимающими капитал странами. Но очень важным для инвесторов из этих государств факторов является, помимо прочего, понятность и последовательность экономического стратегии принимающей капитал страны. Нынешние шараханья от государственного капитализма способны лишь отпугнуть эту категорию инвесторов.

Сколь ни неприглядны нынешние контуры государственного регулирования хозяйства в России (в основном сложившиеся в 90-е годы), данное обстоятельство не может служить достаточным основанием для отказа от хорошо зарекомендовавших себя экономических моделей. Плохо работающий и даже «коррумпированный» водопровод не означает необходимости отказа от этого удобства. Даже если есть советы это сделать.

 

www.fondskru

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.



[1] Мир после кризиса. Глобальные тенденции – 2025: меняющийся мир. Доклад Национального разведывательного совета США. М.: «Европа», 2011. С.14.

[2] Там же. С. 38.

[3] Там же.       

Версия для печати