ENGLISH
12:44 03.02.2026 • 
Европейские руководители постепенно приходят в себя после стресса, устроенного им Дональдом Трампом с его беспрецедентными и бесцеремонными притязаниями на Гренландию, не исключавшими даже угроз её силового захвата. Причём, поразила европейцев не столько американская нахрапистость трамповского «хочу!», сколько то, с какой лёгкостью и пренебрежением к Европе нынешний президент США поставил под сомнение всю конструкцию трансатлантической солидарности, которую в НАТО и Евросоюзе так тщательно выстраивали и бережно лелеяли все годы после окончания Второй мировой войны. На этом фоне померкли даже угроза всё ещё вероятной жёсткой торговой войны Вашингтона с ЕС и украинский кризис. Все увидели, как они сразу отошли на второй план, когда на кону внезапно оказалась экзистенциональная судьба самого главного военно-политического союза Запада: случись американский силовой отъём у Дании её заморской территории, и натовский блок в одночасье стал бы похож скорее на карточный домик с перспективой вообще превратиться в «тыкву». В отчаянии европейские союзники сомкнули ряды в поддержке Копенгагена и неприятии американских наскоков и – о чудо! – Вашингтон притормозил свой натиск.
«Звёздная» речь Дональда Трампа на Всемирном экономическом форуме в Давосе 21 января с обещанием воздержаться от силового сценария в отношении желанного острова и угроз ввести карательные суперпошлины для шести членов ЕС, а также Великобритании и Норвегии, активно поддержавших Данию, несколько снизила градус напряженности в европейских рядах, но мало кого успокоила. «Терпение и терпимость в Европе находятся на рекордно низком уровне», - отмечало Politico. Тем не менее лидеры ЕС расценили «задний ход» Трампа как свою несомненную победу. На экстренном заседании Евросовета в Брюсселе на следующий день после трамповского выступления участники саммита, уже было всерьёз ранее рассматривавшие среди контрмер в отношении США даже применение по настоянию Франции самого мощного санкционного инструмента ЕС – так называемой «торговой базуки», решили, избегая эскалации, вновь попытаться найти компромисс с непредсказуемым хозяином Белого дома. Но, как и прежде, разошлись во мнениях относительно наилучшей стратегии взаимодействия с Трампом в будущем. Кстати, Politico приводит примечательный факт, ссылаясь на данные из дипломатических кругов: накануне европейские посольства в Вашингтоне начали координировать свои действия, чтобы связаться с ключевыми отраслями и фирмами США, которые могли бы пострадать от потенциальных ответных мер ЕС, и с их помощью повлиять на Трампа. Они обращались также к лицам из окружения Трампа и к республиканцам, баллотирующимся на переизбрание в Конгресс на промежуточных выборах в США в ноябре.
Стремление не обострять - это в данном случае уже не столько надежда европейских лидеров на возможную реанимацию былого атлантического единства – наивные среди них вряд ли ещё остались - сколько желание выиграть время и уточнить свои позиции в условиях стремительных геополитических перемен. «Сдержанное собрание в Брюсселе превратилось в траурную церемонию по поводу угасающего мирового порядка, существовавшего десятилетиями», - не без иронии констатирует Politico.
Сам канцлер Мерц в минувший четверг, 29 января, выступил с правительственным посланием к бундестагу по вопросам внешней политики, наделавшим много шума. Лидер Германии публично провозгласил перед депутатами тезис о необходимости в новых геополитических условиях больше опираться на «язык силовой политики». Для страны, отягощённой мрачным историческим прошлым, это звучит весьма зловеще. «Мы сможем воплотить наши идеи в жизнь, хотя бы частично, только если сами научимся говорить на языке силовой политики, если сами станем европейской державой», — убеждал Мерц. При этом канцлер призвал европейских союзников к сплоченности и уверенности в себе, чтобы Европа смогла стать самостоятельной силой в формирующейся новой мировой системе. «Мы должны взять свою безопасность в свои руки. Это требует мер по сокращению зависимости – зависимости, в которую мы слишком безрассудно вступали в последние годы и десятилетия», - подчеркнул Мерц, не расшифровывая термин «зависимость». По его мнению, Европа не сможет выдержать «новую эру растущего империализма великих держав», если не примет логику жесткой военной и экономической мощи.
Канцлер отметил, как быстро формируется новый мировой порядок крупных держав и не скупился на эпитеты: «В мире дует сильный ветер, и мы будем ощущать его в обозримом будущем». Как сторонник атлантизма, он также напомнил о его значимости: «Трансатлантический альянс и трансатлантическое доверие остаются ценностью сами по себе, и для нас в Германии это имеет особое значение».
Однако с учётом нынешней реальной позиции Вашингтона это воспринимается скорее как ритуальная реплика. При этом Мерц поспешил оговорить условия трансатлантизма, заявив, что Германия не видит себя в вассальной политической зависимости от США: «Будучи демократическими государствами, мы являемся партнерами и союзниками, а не подчиненными». Интересно, устроит ли Трампа «трансатлантизм без подчинения»?
Заметим, «силовые» идеи канцлер продвигал и в своей речи в Давосе, где он говорил о «новом мире великих держав, основанном на силе, мощи и, при необходимости, на насилии». Но о чём подумывает Мерц, говоря о «языке силовой политики», стало более ясно вскоре после его речи в бундестаге в тот же день на встрече с премьер-министром Литвы Ингой Ругинене. В этот раз Мерц пошёл дальше и заговорил о независимом от США ядерном оружии для Европы. Канцлер сообщил, что Германия и её европейские партнёры (читай, Англия и Франция) ведут переговоры об общем ядерном зонтике. Он тут же подчеркнул, что эти переговоры «находятся на самой ранней стадии» и призваны лишь дополнить совместный ядерный потенциал сдерживания с США. Но именно этот аспект привлёк особое внимание и вызвал широкий резонанс.
Информация о ядерных переговорах в прессе порой мелькала и прежде, особенно на фоне возросших сомнений европейцев в надёжности защиты со стороны США и разжигаемой в обществе военной истерии по поводу «российской угрозы», но впервые получила официальное подтверждение из уст канцлера. При этом Мерц на всякий случай оговорился, что Германия, согласно международному праву, не намерена обладать собственным ядерным оружием. Однако это, мол, не означает, что «мы не будем обсуждать совместное ядерное сдерживание с другими европейскими государствами». В этой связи стоит напомнить, что ФРГ взяла на себя обязательства не обладать собственным ядерным оружием в двух важных международных договорах - так называемом Соглашении «Два плюс четыре» о воссоединении Германии 1990 года и Договоре о нераспространении ядерного оружия, который ФРГ подписала в 1969 году. И хотя Германия не является ядерной державой, но в рамках стратегии ядерного сдерживания НАТО она предоставляет истребители, которые в случае нападения могут быть оснащены американскими атомными бомбами, хранящимися в Германии. По оценкам, это около 20 единиц водородных зарядов типа B61-12, модернизированных прошлым летом и готовых к применению.
В стране уже не раз поднимался вопрос о разработке собственного ядерного потенциала в условиях роста международной напряженности. Однако широкой дискуссии на этот счёт не развивалось. Но вот новый повод появился. Стоп-кран, вроде, снят, и отклики на «ястребиные» откровения Мерца ожидаемо пошли сразу. Примечательно, что одним из первых прозвучал голос из бундесвера – бригадный генерал Франк Пипер в интервью журналу Stern заявил, что Германии необходимо собственное тактическое ядерное оружие. Правда, Пипер, который также является директором по стратегии Командно-штабного колледжа Вооруженных сил Германии, подчеркнул, что делает эти заявления как частное лицо ввиду деликатности вопроса.
К дискуссии подключился и известный своими русофобскими взглядами эксперт по внешней политике ХДС, депутат бундестага Родерих Кизеветтер. В интервью телеканалам RTL и ntv он также поддержал разработку вопроса о ядерном зонтике с участием европейских союзников. «Я твердо убежден, что не следует подвергать сомнению американский ядерный зонтик, но в его тени важно учитывать, что произойдет, если американцы уступят российскому требованию вывести ядерное оружие из Европы». «Поэтому имеет смысл рассматривать участие Германии в европейском решении. Но нам не следует публично обсуждать, кто именно может это сделать и как», — уклончиво сказал Кизеветтер.
Председатель Комитета по обороне бундестага Томас Рёвекамп (ХДС) «категорически исключает возможность производства ядерного оружия в Германии или оснащения наших войск ядерным оружием». «Мы четко заявили об этом. Но также должно быть очевидно, что мы в Европе, вместе с нашими партнерами, должны быть способны защититься от ядерной угрозы».
К осторожности в ядерном вопросе призвал один из гуру германской внешней политики, бывший министр иностранных дел ФРГ Йошка Фишер (в правительстве канцлера Герхарда Шрёдера). «Я считаю серьезной ошибкой для Германии рассматривать ядерное вооружение как национальную проблему», — заявил политик от партии «Зелёные» газете Tagesspiegel. Но при этом он признал необходимость сотрудничества Берлина с партнёрами в создании независимого от США европейского ядерного потенциала: «Европа должна это сделать, потому что американские гарантии безопасности сейчас неопределенны», — подчеркнул Фишер.
Не чужды теме оказались и в научной среде, где, казалось бы, лучше других должны помнить о печальном немецком военно-историческом опыте. «Ядерный вопрос лежит в основе национального суверенитета государства. Германия также должна столкнуться с этим вопросом», — заявил Харальд Бирман, президент Фонда Дома истории в Бонне.
«Нам срочно необходимо обсудить защиту Германии с помощью её собственного или европейского ядерного оружия», — поддерживает его Йоахим Краузе, много лет преподававший в Институте политики безопасности Кильского университета.
В экспертных кругах быстрая разработка немецкой атомной бомбы считается вполне осуществимой, поскольку для этого есть весь необходимый потенциал – научные и инженерные кадры, оборудование, ядерный материал. «Технически говоря, создание немецкой атомной бомбы не составит труда», — сказал Райнер Моорманн, химик, более тридцати лет занимавшийся исследованиями в области ядерных технологий в исследовательском центре «Юлих». Он также заявил, что обогащение урана уже ведется на обогатительном заводе в Гронау. Для производства там оружейного материала потребуется лишь незначительная модификация установки. «Все, что понадобится, — это достаточное количество центрифуг. Но у нас в Германии достаточно опыта в этой области». Прогноз Моорманна: «Мы сможем создать атомную бомбу в течение трёх лет». По другим экспертным оценкам, мощности по обогащению в Гронау способны производить около 17 тонн оружейного урана в год, что было бы достаточно для примерно 340 боеголовок. Что не менее важно и звучит угрожающе, «из-за напряженности в отношениях с Россией» такие страны, как Финляндия, Швеция и Польша также рассматривают возможность разработки собственных систем ядерной обороны и, следовательно, могли бы сотрудничать с немцами.
Словом, милитаризация Германии, равно как и Европы в целом, и оголтелая военная пропаганда дали свои плоды, и теперь там активизировалась дискуссия на ядерную тему. Мораль? Нужна ли здесь ещё какая-то мораль? Всё очевидно, пожалуй, и без неё. Ясно одно - крышка ядерного «ящика Пандоры» уже приоткрыта.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.
Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs
