Неожиданности лиссабонского саммита НАТО

00:00 18.11.2010 М.К. Бхадракумар (Индия), дипломатический работник (1975-2002), колумнист The Asia Times Online, The Hindu, Deccan Herald


НАТО не собирается уходить из Афганистана. Силы Альянса останутся в Гиндукуше столько, сколько потребуется. Как стало известно, спецпредставитель США по Афганистану и Пакистану Ричард Холбрук высказался в том духе, что на повестке дня саммита НАТО в Лиссабоне будет не стратегия ухода из Афганистана, а скорее, некий «план на переходный период». Холбрук заявил, что не следует ожидать завершения военной миссии США в Афганистане до 2014 года.

Генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен был откровенен — альтернативы продлению военной операции не существует. Ну, а министр иностранных дел Уильям Хейг сказал на заседании Комитета по международным делам Палаты общин, что надо ослабить Талибан военными средствами, чтобы сделать его восприимчивым к переговорам.

Общая картина состоит в том, что, как высказался на этой неделе в интервью The New York Times некий американский чиновник, «происходящее в Ираке дает неплохое представление о том, каким должен быть переходный период в Афганистане». В таком случае, стоит присмотреться повнимательнее к происходящему в Ираке. Попросту говоря, в Вашингтоне решили существенно размыть границы понимания того, что принято называть военными действиями. В прошлом году Обама немало постарался, чтобы в Ираке американские военные соединения оказались переименованы в «бригады советников» и «вспомогательные подразделения», получив тем самым возможность 31 августа 2010 года с чистой совестью утверждать, что его обещание к данному сроку завершить военную миссию США в этой стране выполнено. Как пишет автор журналистских расследований Гарет Портер, «вопреки заверениям администрации США о том, что в Ираке остаются только небоевые подразделения, в настоящее время в этой стране находятся шесть полностью укомплектованных и оснащенных боевых бригад США».

Вашингтон не испытывает недостатка причин, на которые можно сослаться в оправдание продолжающегося пребывания в Ираке американских соединений численностью в 25-30 тысяч военнослужащих. Во-первых, в стране возможна перегруппировка сил «Аль-Каиды». Во-вторых, в северной части Ирака может вспыхнуть конфликт между арабами и курдами. В-третьих, не исключено оживление повстанческого движения среди недовольной властью части суннитского населения. В-четвертых, заполнить вакуум власти в Ираке, возможно, попытается Иран. В-пятых, на действующее в настоящее время соглашение между различными политическими силами о разделении власти в Ираке не стоит слишком полагаться. Ну, и так далее.

Есть, однако, две неназываемые причины, возможно, более важные, чем все вышеперечисленное. Во-первых, у США в Ираке есть серьезные интересы, так как это — страна с огромными энергоресурсами, которые не иссякнут дольше, чем соотвествующие ресурсы большинства стран-экспортеров нефти. Во-вторых, без контроля над Месопотамией вообще не приходится говорить о сколько-нибудь серьезной ближневосточной геостратегии.

Не составит труда понять, насколько серьезное отношение эти доводы имеют и к ситуации в Афганистане и к намерениям грядущего лиссабонского саммита НАТО объявить миссию альянса в Афганистане мероприятием без определенного срока окончания. Президент Афганистана Хамид Карзай, по крайней мере, это понимает, но в то же время опасается, что решение НАТО вызовет у афганского народа остро негативную реакцию. Согласно недавним опросам общественного мнения, проведенным западными организациями, 83% афганцев хотят примирения с движением Талибан. В воскресенье Карзай высказался по полной программе: в интервью Washington Post он заявил, что «... пришло, наконец, время сократить масштабы военных операций. Пришло время сделать так, … чтобы в Афганистане стало поменьше топота солдатских сапог, чтобы перестало так остро ощущаться иностранное вмешательство в повседневную жизнь страны».

Словно вернулась тень императора Хайле Селассие I, взывавшего к Лиге Наций в 1936 году! Избранный лидер государства выражает стремление прекратить его оккупацию силами НАТО, но так как США — единственная в мире сверхдержава, НАТО удается заполучить мандат ООН, и волю Афганского народа и его законного лидера можно продолжать игнорировать. Наверное, Муссолини перевернулся в своем гробу...

И все же, НАТО (и США) необходимо соглашение с Карзаем о статусе своих сил в Афганистане. Соглашение между НАТО и Афганистаном, как известно, находилось в процессе разработки, и кто знает, может быть, еще и будет заключено на саммите в Лиссабоне. Должна же до открытия мероприятия сохраняться хоть какая-то интрига.

К концу недели станет ясно, придется ли Карзаю проследовать по стопам своего коллеги Нури аль-Малики. Последний с равной вероятностью оказывается то арабским националистом, то ставленником США, то проиранским политиком в зависимости от того, кого об этом спросить: Муктаду ас-Садра, американцев или саудитов.

Не стоит недооценивать американскую дипломатию. Со стороны Обамы было гениальным изобретением включение афганской проблематики в повестку американо-российской «перезагрузки». Позиция России имеет критическое значение с точки зрения планов НАТО бессрочно закрепиться в Средней Азии. Превращая Россию в «партнера» НАТО, США лишают Москву возможности выступить в роли спойлера или оказать какую-либо поддержку находящемуся в затруднительном положении Карзаю.

Другим результатом союзничества с Россией является изоляция Китая - страны, решительно выступающей против односторонних действий в международной политике и готовой на многое, но только не на то, чтобы присвоить себе независимую роль в Афганистане. Ну, а Организация Договора о коллективной безопасности и Шанхайская организация сотрудничества таким образом превращаются в совершенно беззубые образования.

Запущенная Обамой «перезагрузка» в отношениях с Индией в такой же степени заслуживает звания шедевра. Американскому президенту удалось буквально пристегнуть Дели к натовской стратегии в Афганистане. В ходе визита в Индию Обама сумел убедить своих индийских партнеров, что присутствие НАТО в Афганистане может быть выгодно всем. Решение США открыть Дели доступ к технологиям двойного назначения способствует поэтапному подключению Индии к американской программе ПРО, под зонтиком которой рано или поздно окажется Южная Азия.

Ирану, разумеется, американские стратеги продолжают отводить роль враждебного государства. На данный момент США удалось нанести ущерб отношениям Ирана с его главными региональными партнерами — Россией и Индией. Отношения Ирана с Пакистаном слишком запутаны, чтобы эти страны могли надеяться достигнуть какого-либо понимания по Афганистану. От Саудовской Аравии Иран тоже милости не дождется. Следовательно, по вопросу об Афганистане Иран изолирован, и это в значительной степени лишает Тегеран возможности влиять на решения НАТО путем воздействия на различные внутриафганские группировки. Как это ни парадоксально, на данный момент для Ирана было бы оптимальным вариантом, чтобы Карзай продолжал решительно противодействовать реализации плана НАТО.

В итоге, Карзаю приходится, хоть это и странно, искать точки соприкосновения с Пакистаном (и с Ираном). В консультациях в Тегеране участвовали высокопоставленные помощники Карзая, а он пригласил посетить Кабул пакистанского премьера Юсуфа Резу Гилани. Вот только время для маневра явно заканчивается.

На самом деле Иран и Пакистан, - возможно, Пакистан даже в большей степени, чем Иран, - окажутся главными проигравшими, если НАТО обоснуется в Афганистане.

Все немалые инвестиции Пакистана в человеческие и материальные ресурсы и все риски, на которые эта страна пошла, поставив собственную стабильность в зависимость от успеха эфемерных попыток «стратегического укоренения» в Афганистане, обернутся ничем, если НАТО удастся реализовать свой стратегический план и начать диктовать условия талибам. В этой связи пакистанскому военному руководству предстоит принять ряд непростых решений. До какой степени в текущих условиях целесообразен альянс с Карзаем (и с Ираном)? В долгосрочной перспективе Пакистану придется решить, стоит ли отказываться от амбициозного плана обрести в Кабуле подконтрольное Исламабаду правительство. Полагаться на неподконтрольное Афганское руководство в том, что касается собственных ключевых интересов, а именно ограничения роли Индии в формирующемся Афганистане, Пакистан просто не может себе позволить.

С точки зрения Исламабада, Обама разрушил региональный баланс сил тем, что объявил о готовности США продвигать стратегические интересы Индии, в то время как Пакистан выполняет для США и НАТО неприглядную работу, расправляясь с собственными гражданами, и именно через Пакистан доставляется большинство грузов для сил Западной коалиции в Афганистане.

Еще никогда американской дипломатии в Южной Азии не была свойственна подобная беспощадность. Для великих держав политика неразрывно связана с материальными интересами. НАТО надеется заполучить роль протектора Великого шелкового пути, по которому на мировые рынки в будущем хлынут несметные природные ресурсы, в настоящее время застрявшие в Средней Азии и в Афганистане. Беда Пакистана состоит в том, что для Великого шелкового пути точкой выхода в Индийский океан является порт Гвадар.

Так что, подобно призраку Банко в трагедии Шекспира Макбет, Пакистану предстоит явиться «незваным гостем» и ни для кого, кроме США, невидимым участником на саммит НАТО в Лиссабоне.

 

www.fondsk.ru

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Версия для печати