ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Макрон в Германии - визит спустя четверть века

13:12 29.05.2024 • Валерия Беляева, журналист

Они стояли в кругу берлинцев на площадке сквера в правительственном квартале на берегу Шпрее, слегка опираясь на стильные пюпитры в форме огромных цифр «7» и «5», и лучезарно улыбались друг другу – немец и француз. Два президента. Два символа нерушимой германо-французской дружбы – Франк-Вальтер Штайнмайер и Эммануэль Макрон. Оба лидера прибыли сюда на столичный «Фестиваль демократии», причём, Макрон с супругой – сразу из аэропорта. Все официальные церемонии потом. Так показательно, с прямого общения с простыми людьми, начался 26 мая трёхдневный визит президента Франции в ФРГ в статусе государственного. Это случилось впервые за минувшие почти четверть века.

Вообще-то сам Макрон в Германии визитёр привычный, в рабочих поездках сюда недостатка не было. Но на этот раз – ситуация особая, ведь он был приглашён в Берлин как самый главный, дорогой и – что примечательно – единственный зарубежный гость на торжества по случаю важнейшего для немцев события - 75-летия германской Конституции и основания ФРГ (юбилей исполнился 23 мая). Тем самым акцентировалась высокая ценность и значимость близких отношений Берлина и Парижа. «Приглашая президента Макрона в качестве единственного иностранного государственного гостя на годовщину основания Федеративной Республики, федеральный президент хотел бы подчеркнуть уникальную важность немецко-французской дружбы», - заявили в канцелярии Штайнмайера. Государственный визит – событие всегда особенное: почётный караул, гимны, торжественные банкеты, культурная программа и приветствия толпы. Последний раз президент Франции с визитом такого уровня посещал Германию в 2000 году. Тогда это был Жак Ширак, выступивший в ещё не полностью достроенном здании бундестага.

Неординарное событие отмечалось немцами с особой помпой и с напоминанием о том, что «речь идет не только о правительствах, но и о народах, ведь и сближение людей очень важно». Дотошная пресса не жалела подробностей визита – участие двух президентов в столичном «Фестивале демократии», выступление Макрона перед молодежью на международном музыкальном фестивале «Праздник Европы» в Дрездене, обед и фотосессия в живописном саксонском замке Морицбург, торжественное вручение гостю Международной премии Вестфальского мира в Мюнстере. Немцам поведали про гостя многое, что полное имя французского лидера - Эммануэль Жан-Мишель Фредерик Макрон и что зарабатывает он около 181 000 евро в год – лишь примерно вдвое меньше, чем федеральный канцлер Олаф Шольц. Кроме того, может говорить по-немецки, любит тайский бокс, теннис, мясо с кровью и хорошо играет на фортепиано. А супруга президента Бриджит была учительницей французского и латыни, а сейчас занимается вопросами защиты детей и борьбы с издевательствами в школе. Словом, приехали люди «приятные во всех отношениях». Таким образом, визит президента Макрона - гостя президента ФРГ - внешне подавался как церемониальный и праздничный. Однако была и деловая встреча французского лидера с канцлером Шольцем - 28 мая на заседании германо-французского совета министров и совета обороны и безопасности в замке Мезеберг близ Берлина. И с ней в политическом плане были связаны серьёзные ожидания.

Немец и француз – братья навек?

Оценивая нынешний госвизит Макрона, важно иметь в виду, что несмотря на определенные противоречия Франция на протяжении десятилетий была и остаётся самым важным и ближайшим партнером Германии в Европе. Ближе просто нет. Об этом прямо говорится на сайте МИД ФРГ: «Ни с одной другой страной нет такой регулярной и интенсивной координации на всех политических уровнях и во всех областях политики». Тяжёлое наследие Второй мировой войны, проложившей глубокие борозды в отношениях двух народов, было преодолено в весьма короткие по историческим меркам сроки. Послевоенное германо-французское сближение - удивительный пример того, как два соседа, много десятилетий и даже веков противостоявших друг другу, оказались в итоге союзниками. Ведь Германия и Франция - это страны с большими традициями воинствующего национализма и взаимными историческими претензиями, уходящими корнями в средние века. Поворотной вехой на пути к примирению и сотрудничеству между странами стало подписание Елисейского договора 22 января 1963 года президентом Шарлем де Голлем и первым канцлером послевоенной Германии Конрадом Аденауэром, политиками мудрыми и дальновидными. Договор предусматривал регулярные встречи лидеров и министров двух государств, координацию позиций по вопросам обороны, безопасности и внешней политики. Несмотря на то, что каких-то конкретных задач и целей Елисейский договор не содержал, он стал одним из важнейших документов европейской интеграции.

Новое, современное его развитие дал «Договор о германо-французском сотрудничестве и интеграции» 2019 года, который подписали в мэрии немецкого Аахена президент Макрон и тогдашний канцлер Германии Ангела Меркель. И заметим, вновь 22 января. Вообще, послевоенная дружба немцев и французов полна исторических символов, поэтому и новый договор был подписан именно в Аахене - столице императора Карла Великого, знаковой фигуры общей для обеих стран истории. Аахенский договор (Aachener Vertrag) дал импульс существенному расширению сотрудничества Франции и Германии. В целом документ охватывает сферы экономики, образования и вообще все важнейшие аспекты жизни двух стран. В документе также прямо указано, что приоритетом для дипломатических усилий двух стран должно стать принятие ФРГ в число постоянных членов Совета безопасности ООН. Кроме того, стороны договорились способствовать расширению партнерства между Европой и Африкой.

И поначалу всё шло вроде бы неплохо. Тесно сотрудничают парламенты: с марта 2019 года собирается дважды в год Франко-германская парламентская ассамблея, состоящая из 50 депутатов Бундестага и Национального собрания Франции. Чтобы помочь приграничным регионам гармонично развиваться вместе, в январе 2020 года был основан Германо-французский комитет по приграничному сотрудничеству. 22 января 2023 года, в 60-летие Елисейского договора, канцлер Шольц и президент Макрон запустили в Париже сеть постоянных молодёжных обменов «Поколение Европы. Немецко-французские молодые таланты». Но, тем не менее, в отношениях между Францией и Германией то и дело возникают трения. А в последнее время уже стали говорить о трещинах.

Немецко-французская дружба «запахла селёдкой»

За всей блестящей фасадной частью визита президента Макрона скрывается немало сложных проблем. В политических кругах весьма распространено мнение, что франко-германские отношения сегодня переживают самые неприятные времена. Так, например, считает лидер главной оппозиционной партии Христианско-демократический союз (ХДС) Фридрих Мерц, публично заявляющий, что никогда еще отношения между Францией и Германией не были такими плохими, как сейчас. Схожую точку зрения высказал и депутат Бундестага Андреас Юнг (ХДС), который в течение двух лет был сопредседателем Франко-германской парламентской ассамблеи. Он отмечает отсутствие должного личного взаимопонимания между Макроном и Шольцем: «Мы создали институты сотрудничества на многих уровнях, которое стало теснее, чем когда-либо. Но между канцлером и президентом дело хуже, чем когда-либо. Между ними нет доверия».

Примечательно, что подобный вывод не единичен. О том, что французский лидер лучше ладил с канцлером Меркель, чем с её преемником, поговаривают частенько. Рабочие контакты Макрона и Шольца всё чаще стали отличаться серьёзной полемикой. «Шольц и Макрон работают бок о бок, а не друг с другом», - отмечала пресса. Некоторые аналитики усматривают в этом определённое разочарование Парижа нынешней немецкой политикой. Мол, Макрон то и дело пытался заразить своей идеей более амбициозной политики Европы с позиций самостоятельного сильного игрока и прежде Меркель, и ныне Шольца, но всякий раз его постигала неудача. Трансатлантическая ориентация обоих брала верх.

Действительно, сегодня по многим вопросам у Парижа и Берлина отчетливо разные позиции. При этом в Елисейском дворце тоже хорошо понимают, что ворох накопившихся франко-германских противоречий требует скорейшей разрядки. И из дворца ещё год назад звучали слова о необходимости «оживить» двусторонние отношения.

В атмосфере охватившего ЕС милитаристского и антироссийского психоза украинский конфликт стал особенно сложным испытанием для обеих стран. Бросившись помогать вооружениями Киеву, французы и немцы устроили нечто вроде свары на коммунальной кухне. Париж частенько упрекал Шольца в нерешительности, высмеивая его первые поставки спальных мешков и касок. А когда Германия стала вторым по величине после США оружейным снабженцем Украины, вдруг возмутились. В Париже, в частности, с раздражением отреагировали на свежую статистику Кильского института мировой экономики (IfW), которая показывает, что Франция по объёму помощи Украине заметно уступает другим ведущим странам ЕС. Французы парировали - речь «не о конкурсе красоты», а о качестве поставляемого оружия. Мол, с 2023 года Париж отправляет Киеву крылатые ракеты большой дальности «Скальп», которые сравнимы с «Таурусом», хотя имеют меньшую дальность действия. Зато без каких-либо оговорок и колебаний, язвили французы. Военная помощь Киеву от Франции в этом году оценивается примерно в три миллиарда евро. Между тем, немцы в ответ выкладывают свои аргументы. Шольц объявил, что Германия окажет Украине военную поддержку на сумму более семи миллиардов евро. Кроме того, министр обороны Борис Писториус объявил о дополнительном увеличении военной помощи в текущем году ещё на 3,8 миллиарда евро.

Нетрудно заметить, что стороны зачастую не способны показать своё единство даже внешне. Хотя Шольц и Макрон и пытаются демонстрировать всему миру свои личные хорошие отношения, понимание, желание договариваться и находить компромиссы. На этот счёт с лёгкой руки журналистов родился даже специальный термин - «дипломатия рыбного сэндвича». Речь идёт о забавной ситуации, когда во время приезда обоих лидеров в Гамбург в октябре прошлого года Шольц угостил гостя в портовой закусочной популярным в своём любимом городе бутербродом с балтийской сельдью, а Макрон не смог скрыть, что был явно не в восторге. И это крупным планом попало на телекамеры. «О том, что немецко-французская дружба пахнет скорее селёдкой с луком по Бисмарку, а не свежими устрицами из Аркашона, известно не только с тех пор, как канцлер Олаф Шольц заставил президента Франции есть этот кулинарно-грубый продукт, - с иронией напомнила газета Augsburger allgemeine. - …Последние несколько недель очень ясно показали, что немецко-французская дружба на самом высоком уровне более кислая, чем маринад для селёдки. И это в то время, когда Европе и Украине крайне необходимо иметь возможность на них положиться».

О чём говорили в Мезеберге?

Макрон, возглавляющий теперь единственную ядерную державу ЕС, на волне антироссийской истерии стал всё более рискованно ужесточать свой тон в отношении Москвы. Его провокационное заявление о том, что он не исключает отправку сухопутных войск в Украину, вызвало острую реакцию осмотрительного Шольца. Бравады своего коллеги он не разделил и отверг сразу. Канцлер всегда ясно давал понять, что «не будет никакого прямого участия в войне со стороны Германии и НАТО, что я очень приветствую», — заявил газете Tagesspiegel эксперт по внешней политике СДПГ Нильс Шмид. «Это отношение не изменилось и ничего не изменится», — убежден он. Французский президент дает понять, что и к перспективе возможного вступления Украины в НАТО он относится более благожелательно, чем канцлер ФРГ. «Оборона всегда была сложной темой в отношениях Германии и Франции, потому что в этом вопросе мы сталкиваемся с разной культурой безопасности двух государств. Германия опирается на НАТО и выступает за тесное сотрудничество внутри альянса. А Франция - за стратегическую автономию», - попытался объяснить ситуацию, директор Германо-французского института в Людвигсбурге Марк Рингель (Mark Ringel). Но такое объяснение явно хромает своей поверхностностью.

Пожалуй, скорее стоит говорить о личных амбициях Макрона, его стремлении позиционировать себя как ведущего европейского лидера, этакого самого европейского европейца, работающего над формированием обновлённого, мощного Евросоюза, способного быть в глобальной политике на равных с США, Китаем и Россией. В дни визита французский гость ещё раз постарался подтвердить эту репутацию в своих эмоциональных, страстных выступлениях в Дрездене и Мюнстере, отмечали СМИ. В саксонской столице он обратился к участникам молодёжного фестиваля «Праздник Европы» с призывом поддержать единство Европы (читай, Евросоюза) активным личным участием в евровыборах и предостерег от роста правого радикализма в европейской политике. «Мы должны проснуться», - взывал президент.

По сути, Макрон вновь тиражировал тезисы своей апрельской речи в Сорбонне, где пугал тогда слушателей мрачной перспективой гибели нынешней Европы и говорил о необходимости её скорейшего реформирования. «Наша Европа должна перестроиться или, скорее, построить новую парадигму роста для будущих поколений», - сказал он. Макрон вновь говорил, что Европа сегодня переживает «беспрецедентный момент в своей истории» и ради своего выживания должна самостоятельно думать о своей защите, в очередной раз пытаясь сыграть на ныне активно раздуваемых страхах европейцев перед «российской агрессией». В то же время он счёл нужным оговориться, что при всей поддержке Киева европейцы не ведут войну против России и российского народа.

Центральный тезис речи француза - создание новой концепции и общей структуры обороны и безопасности ЕС, включая общие вооруженные силы и военную индустрию. «Давайте перестанем быть полностью трансатлантическими или полностью национальными. Давайте будем решительно франко-немецкими и европейскими», - заявил он.

При этом ранее президент Франции уже начал настойчиво продвигать идею использования французских ядерных сил «для защиты Европы». «Я за то, чтобы начать эти дебаты», - заявил Макрон в интервью региональным изданиям из США, пояснив, что «Франция сохранит свою специфику, но готова внести больший вклад в защиту европейской земли». Реакция Шольца была более чем прохладной. «Ядерного оружия ЕС не будет», - написал Шольц в статье для британского журнала Economist. Это «просто нереально». Расходятся стороны и во взглядах на финансирование обороны в Евросоюзе. Макрон активно выступает за так называемые оборонные облигации, которые предполагают совместную европейскую эмиссию долговых обязательств для финансирования военных инвестиций. Шольц пока отвергает эту идею.

Особое внимание Франция и ФРГ уделяют военно-техническому сотрудничеству. Задуманные проекты масштабны и разнообразны – здесь и совместная разработка суперистребителя, и самого передового в мире основного «танка будущего», и новейших артиллерийских систем. Но пока только в отношении последних обозначился конкретный прогресс. В дело включился Лондон. Немецко-французская оружейная компания KNDS получила крупный заказ от правительств ФРГ и Великобритании, которые договорились совместно закупить и оптимизировать разработанную компанией самоходную гаубицу RCH-155. Первоначально бундесвер хотел заказать более 160 систем. Вместо гусениц гаубица ставится на колёсное шасси, что делает комплекс высокомобильным. По утверждениям производителя, новое орудие может стрелять с частотой более восьми снарядов в минуту и дальностью до 54 километров, причём, даже во время движения, что для тяжёлых самоходок является важным достижением. Кроме того, орудием при необходимости можно управлять дистанционно.

А вот продвижение проектов с новым истребителем и танком долго буксовало, и опять-таки из-за противоречий сторон. Макрон хочет, чтобы Германия задействовала в реализации своих планов по вооружению европейские, и прежде всего, французские фирмы. Берлин же смотрит в сторону США. В итоге, например, танковый проект топчется на месте особенно долго - стороны подписали декларацию о намерениях аж в июне 2018 года. Лишь теперь дело, вроде, сдвигается с мертвой точки – министры обороны двух стран уладили разногласия и договорились заключить контракт стоимостью в миллиард долларов до конца года. Новый танк будет способен работать совместно с беспилотниками, а при необходимости даже действовать автономно без экипажа.

Одним из спорных вопросов является инициированная Германией европейская система ПВО Sky Shield, в которой сейчас участвует 21 европейская страна, но не Франция. Париж не устраивает тот факт, что для системы приоритетно закупаются технологии не в Европе, а у Израиля и США. В итоге Франция, пока вместе с Италией, разрабатывает собственную систему.

Давно и пока без видимого прогресса ФРГ и Франция спорят об энергетической повестке и связанной с ней защитой климата. Франция однозначно делает ставку на ядерную энергетику, а федеральное правительство недавно остановило три последние немецкие атомные электростанции. Подходы сторон к экологической безопасности в этой связи диаметрально противоположные, поскольку Париж интерпретирует развитие АЭС как часть защиты климата и возобновляемую энергию - «ключ к зеленому переходу». Вмешаться и вывести ситуацию из тупика пытается даже Франко-германская парламентская ассамблея, которая запланировала принять 24 июня декларацию, призывающую стороны ​основное внимание уделить водородной и геотермальной энергетике. Согласно задуманному документу, Франция и Германия должны работать над «общей европейской водородной стратегией к 2025 году».

В Париже также считают, что в целом в экономике Евросоюза складывается настолько тревожная ситуация, что ЕС рискует потерять свое конкурентное преимущество. Пора бить тревогу. «Я призываю к новой экономической модели, новой модели роста, и я постараюсь убедить в этом немцев», - заявил Макрон в интервью журналу L’Express. По его мнению, у ЕС должен быть собственный обширный бюджет для инвестиций в оборону, защиту климата и искусственный интеллект. Речь также идет и о шагах по защите европейской экономики, например, от импорта субсидируемых китайских электромобилей. Однако Шольц торговых конфликтов с китайцами не желает.

Новая головная боль немцам и французам добавилась из-за ситуации в секторе Газа. Недавний запрос главного прокурора Международного уголовного суда (МУС) об ордере на арест израильского премьера Нетаньяху показал, насколько далеки позиции двух стран в ближневосточной политике. Даже с учётом обвинения в предполагаемых военных преступлениях израильской армии, Берлин настаивает на праве Израиля «защищаться от убийственных атак ХАМАС в соответствии с международным законодательством». В Париже же военные действия Израиля воспринимают куда более критично. Французское правительство уже не первый месяц призывает его соблюдать международное гуманитарное право и беречь гражданское население Газы. В итоге из-за расхождения мнений Берлина и Парижа занять общую позицию относительно демарша МУС не могут и в Брюсселе.

Так что же обсуждалось 28 мая в замке Мезеберг? Решения двустороннего совета обороны и безопасности не слишком публичны, тем более, что Шольц и Макрон долго беседовали с глазу на глаз. Но многое всё же известно. Как следует из пояснений Шольца на итоговой совместной пресс-конференции, в центре внимания были темы военного сотрудничества и экономики, в частности, реформы в ЕС и европейская политика в вопросах конкуренции. В области обороны стороны согласились, что «Европе придется делать больше», и договорились расширить сотрудничество в производстве вооружений, в частности, в разработке дальнобойного высокоточного оружия. Говорилось и о ситуации в Газе. Шольц признал, что Израиль «должен уважать международное право в своих действиях и обеспечивать гуманитарную помощь нуждающимся людям в секторе Газа». А по поводу трагедии в Рафахе, где в результате обстрела лагеря беженцев погибло много невинных людей, расследование инцидента, объявленное премьером Нетаньяху, было «настолько правильным, насколько это было необходимо», заявил канцлер. То есть, в сущности, Шольц от своих позиций относительно действий Израиля в Газе не отступил.

Особое внимание в Мезеберге было уделено Украине. Её поддержку стороны договорились «поставить на новую основу». Идея всё та же – начать грабёж замороженных в Европе российских денег. Шольц: «Так называемые непредвиденные прибыли, то есть процентные доходы от замороженных российских активов в Европе, являются ключевым аспектом». В свою очередь, французский президент подлил масла в огонь, заявив, что Киеву следует разрешить применение западного оружия, чтобы «нейтрализовать» базы, с которых Россия запускает свои ракеты по украинской территории. Правда, с оговоркой, что Украине нельзя разрешать атаки на «другие цели в России, и, очевидно, гражданские объекты». Олаф Шольц высказался традиционно уклончиво: "У Украины, с точки зрения международного права, есть все возможности для того, что она делает".

Как сообщил ТАСС, президент России Владимир Путин резко отреагировал на дискуссию о возможности применения Киевом западного высокоточного оружия для ударов по целям в тылу РФ. «Постоянная эскалация может привести к серьезным последствиям», - заявил Путин 28 мая во время визита в Узбекистан, предупредив о риске «глобального конфликта». Тем более, напомнил президент, что расчетом целей для оружия большой дальности в ряде случаев занимаются не украинские военные, а специалисты из стран НАТО.

Таким образом, Макрон ещё раз снискал скандальную славу. Не успев получить Международную премию Вестфальского мира, он стал первым главой государства-члена НАТО, прямо поддержавшим использование западных вооружений для ударов по России. И немецкое телевидение сделало на этом акцент. А Шольц, похоже, опять остался в тени.

То, что нынешний госвизит Макрона вряд ли устранит трещины в немецко-французских отношениях, трезвомыслящим политикам в ЕС было изначально очевидно. Надежда их была лишь на то, что этих трещин станет поменьше. Уж слишком непросто ведут диалог «дерзкий, эмоциональный борец за Европу» и «жонглер международных компромиссов». Экс-глава ХДС и бывший соперник Шольца на федеральных выборах 2021 года Армин Лашет раскритиковал отношения канцлера и президента как слишком холодные. «Все чувствуют, что это не та глубокая дружба и страсть, которые действительно нужны для этих отношений», - сказал политик телеканалу WDR. Тем не менее, следует признать, что определённое сближение позиций Берлина и Парижа происходит. Не случайно Штайнмайер назвал Макрона «вдохновителем» на церемонии награждения в Мюнстере. А вдохновляться, по идее, приходится, прежде всего, Шольцу. Примечательно, что прямо в день заседания в Мезеберге на страницах Financial Times появилась совместная статья двух лидеров под красноречивым заголовком «Макрон и Шольц: мы должны укреплять европейский суверенитет», в которой авторы призвали ЕС провести реформы, чтобы иметь возможность выжить в глобальной конкуренции, и предложили меры повышения европейской конкурентоспособности. Может, Штайнмайер и впрямь что-то знал?

 

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs

Версия для печати