Зачем нам нужен этот космос?

00:00 30.06.2010 Андрей Кисляков, обозреватель журнала «Международная жизнь»


К бдительной даме всего один вопрос, ну, от силы, - два. Сударыня, тех карасей, которые под ехидный смешок тещи ваш благоверный принес давеча, вы, на чем жарили? А та прошлогодняя «убойная» юбка, которая из 46-го никак почему-то не хочет сегодня превращаться в 52-й, она, как застегивается? Правильно, жарим на тефлоновой сковороде, а застегиваем при помощи замка «молния». Откуда все это? Опять, правильно. Из космоса. Точнее, для космоса. Тем не менее, обыватель-скептик не перестает задавать вопрос о пользе космических исследований.

Однако, если у него есть тефлоновая сковородка, снимает цифровой камерой, носит брюки на «молнии», а куртку на «липучках», в машине использует спутниковую навигацию GPS, то он достойный представитель космической эры.

Скептики, конечно, могут сказать, что тефлон, «молния» и «липучки» были придуманы и запатентованы во вполне земных условиях. Это действительно так, однако поначалу наиболее широко востребованными они оказались именно в космосе, и в широкий обиход попали лишь после того, как были обкатаны на орбите.

Тефлон, лучший друг домохозяек и кулинаров, был запатентован американской компанией DuPont и представляет собой изначально белое вещество, по внешнему виду напоминающее полиэтилен. Тефлон оказался очень полезен в космических условиях, поскольку обладает фантастической тепло- и морозоустойчивостью, а также сохраняет эластичность при температурах от -70 до 270 °C. Он не смачивается ни водой, ни органическими растворителями. Лучшего материала для обеспечения теплоизоляции на космических кораблях и не придумать. В широкую коммерческую эксплуатацию тефлон попал после того, как его широко применяли на американских кораблях Apollo, летавших к Луне.

«Молния» для одежды была запатентована еще в 1914 году американцем Гидеоном Сундебеком, но была по-настоящему востребована лишь после того, как ученые стали трудиться над экипировкой космонавтов. «Молния» оказалась намного практичнее, чем обыкновенные пуговицы и застежки. То же самое можно сказать и о «липучках» (в оригинале Velcro), запатентованных швейцарским инженером Жоржем де Местрелем в 1948 году. «Липучки» очень пригодились космонавтам, но лишь после того, как эта технология была опробована в космосе, она смогла получить широкое распространение на Земле.

Но космос отнюдь не только «служба быта». Сто лет назад на Земле случилась чудовищная катастрофа, о природе которой ученые спорят до сих пор. Некоторые утверждают, что это была кометы, другие говорят об астероиде. Как бы то ни было, важно, что чудовищный взрыв в 1908 году произошел над пустынной Сибирью, а не, скажем, над Европой или Северной Америкой.

Тунгусский метеорит — ярчайший пример того, какую опасность таит космос. В следующий раз человечеству может повезти гораздо меньше. Тут уместно вспомнить о Мексиканском заливе, который, по предположению некоторых ученых, является кратером от того самого метеорита, погубившего динозавров 70 млн. лет назад.

Чтобы уберечься от подобных катаклизмов, необходимо развивать космические технологии — как те, которые могут заранее обнаруживать опасные объекты, так и те, которые смогут воздействовать на них. У NASA уже сегодня есть несколько проектов, посвященных поиску небесных тел, имеющих хотя бы гипотетические шансы на столкновение с Землей. Среди проектов их уничтожения, которые обсуждаются сегодня, самыми перспективными считаются зонды с ядерными бомбами и орбитальные лазерные установки, могущие сжигать приближающиеся астероиды, производя лучи энергии с помощью зеркал, улавливающих солнечный свет.

С другой стороны, сами небесные тела могут служить неисчерпаемыми источниками энергии.

В научном мире хватает скептиков, которые не верят в то, что нефть заканчивается. Возможно, они правы, и волноваться о том, что в один прекрасный день бензин на заправках закончится, не стоит. И даже в этом случае термоядерная энергетика не теряет своей актуальности. Пожалуй, не найдется в научном мире человека, который отрицал бы, что с момента, когда мы овладеем термоядерной энергией, об энергетическом кризисе человечество может забыть.

Речь, в таком случае, идет о Луне, на поверхности которой благодаря отсутствию атмосферы, солнечное радиационное излучение в огромных количествах образовало вещество, известное, как изотоп гелия-3. Специалисты NASA считают, что на Луне есть не менее 10 млн. тонн этого вещества, в то время как на Земле не наберется и тонны.

Гелий-3 может использоваться в термоядерных реакторах, выделяя при этом просто фантастическое количество энергии. 1 кг изотопа может произвести не меньше 19 мегаватт-часов энергии. Этого хватит для того, чтобы несколько лет освещать крупный город. Таким образом нескольких десятков тонн изотопа хватит для обеспечения всех энергетических запросов планеты на протяжении года. Вот вам и польза от гипотетической промышленной базы на Луне.

В 1947 г. офицер британских ВВС Артур Кларк впервые высказал идею размещения на орбите планеты спутников, которые могли бы ретранслировать радио- и телевизионный сигнал, а также осуществлять наблюдения за погодой. Позже Кларку, который стал одним из классиков фантастической литературы, пришлось пожалеть о том, что он не запатентовал свою идею, которую без всяких преувеличений можно назвать гениальной.

Поначалу спутники были в основном военными, их предназначение — шпионаж за наземными войсками противника. СССР и США в свое время нашпиговали орбиту этими маленькими наблюдателями до такой степени, что они порой даже сталкивались друг с другом.

По мере того, как угасала холодная война, а себестоимость запуска в космос снижалась, на орбите стали все чаще появляться коммерческие спутники. Их предназначением были метеорология, трансляция телевизионного сигнала и геологическая разведка. Сегодня к этим функциям также добавились интернет и спутниковая навигация — тоже, между прочим, технология, некогда созданная военными для своих нужд. Каждый день миллионы автомобилистов выбирают путь благодаря космическим разработкам.

За последние полвека благодаря космической отрасли было запатентовано более 50000 различных изобретений. А, по оценкам независимых исследователей, рынок космических технологий ежегодно составляет около $170 млрд. В дальнейшем он будет только расти.

Не это ли ответ всем сомневающимся в пользе фундаментальных космических исследований?

Версия для печати