ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Стамбульский канал и угрозы Конвенции Монтре

09:55 01.07.2021 • Андрей Исаев, журналист-международник, кандидат исторических наук

Президент Турции активно благоустраивает свою малую родину. В Стамбуле уже построены новый аэропорт, самая большая мечеть страны, туннель под Босфором, мост через Мраморное море. Теперь власти взялись за проект, который некоторые эксперты позволяют себе называть «сумасшедшим».

26 июля Реджеп Тайип Эрдоган открыл церемонию начала работ по строительству «рукотворного Босфора» - Стамбульского канала, который должен соединить Черное и Мраморное моря, обогнув мегаполис с запада. «Этот проект стоимостью 15 миллиардов долларов даст новое дыхание для нашей внешней торговли и спасет будущее Стамбула. Планируем за шесть лет закончить строительство канала. В скором времени он себя сможет окупить», - сообщил турецкий лидер.

Официальная Анкара давно сетует на то, что эксплуатация Босфора несет все большие риски в связи с ростом морского трафика мимо густонаселенных берегов, в том числе это касается и опасных грузов.

Добавим еще одну причину, которую власти почти не артикулируют. Это падение экономики, волна банкротств, закредитованность малого и среднего бизнеса и, как следствие, - безработица. Грандиозное строительство должно поддержать переживающую трудные времена экономику Турции и, таким образом, подправить рейтинг самого Эрдогана и его Партии справедливости и развития перед выборами 2023 года. А сегодня, согласно опросам, рейтинг президента уступает рейтингу его основных конкурентов — мэра Стамбула Экрема Имамоглу и мэра Анкары Мансура Яваша.

Несмотря на то, что министерство экологии Турции в конце 2019 года дало «зеленый свет» проекту, экспертное сообщество прогнозирует целый ряд негативных последствий строительства для экологии Стамбульского и всего Мраморноморского регионов – от деградации животного и растительного мира до землетрясений. Уже посчитали, что будет уничтожено 200 тысяч деревьев, 136 квадратных километров аграрных земель и 13 квадратных километров пастбищ.

Кроме того, канал нарушит водоснабжение 16-миллионного мегаполиса, пройдя через два городских водохранилища. Противники проекта напоминают, что финансировать работы придется налогоплательщикам, а заодно указывают на то, что значительная часть земельных участков по маршруту новой водной артерии была заблаговременно раскуплена. И не в последнюю очередь - компаниями, аффилированными с нынешним руководством страны.

Судоходство в проливах регулируется Конвенцией Монтре (1936 г.), которая гарантировала суверенитет Турции над Проливами и предоставила коммерческим судам всех флагов свободный проход через Босфор и Дарданеллы с уплатой небольших сборов. Для военных кораблей ситуация несколько иная. В мирное время причерноморские страны могут проводить по уведомлению корабли любых классов, для кораблей нечерноморских государств установлены ограничения по классу, тоннажу и сроку пребывания в Черном море.

Несколько месяцев назад обеспокоенность «сумасшедшим проектом» публично высказали ни много ни мало 104 (!) отставных турецких адмирала. По их мнению, он создает патовую ситуацию для нынешнего режима судоходства через Дарданеллы и Босфор. Адмиралы даже предположили, что в окружении Эрдогана обсуждается вопрос о выходе из Конвенции Монтре. Отставных военных допросили, некоторых задержали, но потом всех отпустили – на Востоке уважают старость.

Турецкое руководство уже объявило, что действие конвенции не будет распространяться на канал. Тем не менее, это пока не представляет очевидной угрозы для России, поскольку, прежде чем дойти до него, кораблям не совсем дружественных государств придется пересечь пролив Дарданеллы, на который по-прежнему будет распространяться действие Конвенции. О чем, в частности, напомнил российский посол в Турции Алексей Ерхов.

Но ситуация в целом требует прояснения. Аргументация турецких властей в пользу нового проекта вызывает вопросы.

Во-первых, Тайип Эрдоган на церемонии начала работ, повторяя тезис об угрозе техногенных катастроф, упор сделал на отказе большинства капитанов от лоцманских услуг (Конвенция Монтре не предусматривает обязательного использования лоцманов).[i] Аварии и кораблекрушения действительно происходят в основном с судами, отказывающимися от лоцманской проводки. Но думается, что для Турции было бы проще настоять на соответствующих изменениях в тексте документа, чем рыть 45-километровый канал для танкеров. Текст Конвенции за 85 лет претерпел и не такие изменения.

Во-вторых, на берегах канала планируется построить два города на 1.2 миллиона жителей. Им, по логике властей, опасные грузы и кораблекрушения угрожать не будут?

Теперь о режиме судоходства. До сих пор власти официально не объявили - будет ли проход через Стамбульский канал платным для коммерческих судов. Если нет — то как турецкие власти планируют окупать многомиллиардные инвестиции? Если да - то какой смысл идти через канал, когда рядом почти «бесплатный» Босфор? Перенаправить трафик по новому пути можно только закрыв пролив, а это означает отказ от Конвенции.

Что до боевых кораблей, то турецкое руководство уже объявило, что канал будет открыт для них, не сообщив при этом никаких подробностей. Российские военные эксперты в основном предполагают негативные последствия для обороноспособности России в связи со строительством канала. Конечно, чтобы дойти до него надо еще пройти Дарданеллы, но аналитики опасаются, что со временем речь может зайти и о строительстве дублера Дарданелл – ширина перешейка Галлиполийского полуострова между Эгейским и Мраморным морями в разы меньше проектной протяженности Стамбульского канала. Впрочем, Мраморного моря в любом случае не миновать, а оно тоже относится к зоне Проливов.

Юридических нюансов – масса, но, похоже, что судьба Конвенции - под вопросом, на что намекает и сам Эрдоган, декларируя приверженность ее положениям «до тех пор, пока не появится подходящаяальтернатива».[ii]

Рассуждая на эту тему в интервью Euronews, известный турецкий журналист Фехим Таштекин не исключил, что гипотетический выход Турции из Конвенции Монтре может даже рассматриваться как casus belli.[iii] Предполагаю, что до этого вряд ли дойдет, но ни российско-турецкие отношения, ни общий политический климат в Черноморском регионе от этого точно не улучшатся.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs

Версия для печати