ГЛАВНАЯ > История без купюр

ЯЛТА 1945: А.А. Громыко о репарациях в пользу СССР

09:52 14.02.2021 •

«Три исторические фигуры – Сталин, Рузвельт, Черчилль – вместе обладали тогда колоссальной властью и огромным влиянием. Как много еще можно было решить, если бы они тогда между собой достигли необходимой степени согласия по всем вопросам и если бы справедливость полностью восторжествовала!», - пишет в своих воспоминаниях участник Ялтинской конференции А.А. Громыко.

«Не по всем вопросам тогда было достигнуто согласие. Один из них – о германских репарациях в пользу СССР – так и остался неурегулированным. Более того, позиции участников по нему разошлись радикально.

Сталин и все мы, советские представители, спрашивали себя, о чем думал американский президент и особенно английский премьер, когда обсуждался этот вопрос. Знали ли они, что если бы даже и было достигнуто соглашение о выплате Советскому Союзу 20 или 30 миллиардов долларов, то и тогда это означало бы компенсацию ничтожной доли прямого ущерба, нанесенного фашистской Германией нашей стране? Позднее такой прямой ущерб был оценен в 2600 миллиардов рублей. Да, они знали это, отдавали себе в этом отчет».

Надо сказать, что официальная цифра, которая отражала материальный ущерб, нанесенный Советскому Союзу за годы войны, составляла 2569 млрд. рублей. По сути, речь идет о потери трети всего национального богатства. Было разрушено 1710 городов, более 70 тыс. сел и деревень, около 32 тыс. промышленных предприятий.

Народно-хозяйственные потери СССР выражались в сумме 128 млрд. долл., Франции – 30 млрд. долл, Голландии – 10 млрд. долл., Греции – 3 млрд.долл.

Согласно решениям Ялтинской конференции в течение 5 послевоенных лет репарации в пользу СССР составляли всего 10% промышленного капитального оборудования в восточной зоне Германии без какого-либо возмещения. Однако при этом немецкие предприятия и золото в американо-британской зоне оккупации не попадали под репарации, и наоборот. В течение 5 послевоенных лет в обмен на изделия продукты и другие материалы СССР мог рассчитывать на 15% капитального оборудования предприятий, находившихся в западной зоне оккупации.

Надо отметить, что производственные мощности в западных зонах по большей части остались не затронутыми войной, поэтому широко разрекламированная эффективность бомбежек союзниками немецких предприятий, которые, якобы, истощили «промышленность» Германии была весьма преувеличена. Следует также иметь в виду, что западная часть Германии по своему совокупному потенциалу более чем в 2 раза превышала соответствующий потенциал ее восточной части.

Но вернемся к воспоминаниям А.А. Громыко:

«Все дело в том, что наши союзники продумали иную линию в этом вопросе и в соответствии с ней действовали. А смысл ее и состоял как раз в недопущении того, чтобы жестоко пострадавшая в войне советская экономика могла бы быстро восстановиться.

Конечно, Рузвельт вел себя в этом вопросе более тонко. Он был готов рассмотреть возможность небольшой компенсации. Рузвельт также избегал прямой полемики с Черчиллем, а тот не желал делать даже символических намеков на возможность репараций для СССР.

Когда участники заседания уже покидали зал заседаний, Сталин, поднимаясь со стула, негромко, как бы сам себе, сказал:

- Не исключено, что США и Англия распределили роли между собой.

В последующем – на конференции в Потсдаме – справедливость этого предположения подтвердилась. Там не только англичане, но и американцы не желали обсуждать вопрос о репарациях серьезно. Советский Союз встретил тогда сопротивление со стороны обеих держав. В такой совместной позиции нашел отражение жесткий подход Черчилля, проявленный им в Крыму.

Позиция Черчилля также была взята на вооружение лейбористским правительством, пришедшим в Англии к власти во время работы Потсдамской конференции. Между прочим, до этого лидеры лейбористов – Эттли и Бевин – произносили немало добрых слов по адресу Советского Союза, говорили о гибели его людей и материальных потерях, понесенных им в войне. В Потсдаме же они – новые премьер и министр иностранных дел Англии – на такие слова более чем скупились. Лексикон становился иным. Уже подули холодные ветры, они дошли и до Потсдама.*

Оценки, представленные специальной комиссией «Гелбрайт», отвечавшие за обследование промышленных мощностей в западных зонах, свидетельствуют о том, что Германия была способна выплатить Советскому Союзу репарации в объеме, предусмотренном Ялтинским соглашением. Однако начавшаяся «холодная» война внесла свои коррективы. Уже на Потсдамской конференции Советскому Союзу было выделено лишь 10% из общего возможного репарационного фонда. Советским представителям был ограничен доступ к промышленным объектам в западной зоне, таким образом, из западных земель в СССР удалось вывезти лишь 8% от их общих мощностей 1936 года. Договоренности Потсдамского соглашения о том, что СССР должен был получить 25% промышленного оборудования из этих зон, главным образом, военно-промышленного комплекса Германии, не были выполнены.

Уже в 1948 году Советский Союз на 50% сократил репарации в отношении Финляндии, Румынии и Венгрии, а затем передал Румынии и Венгрии германские активы, находившиеся в этих странах. А в 1954 году полностью отказался от репарационных выплат Германской Демократической Республики.

Стоит также отметить, что советское правительство придерживалось принципа частичного возмещения, чтобы не нанести непоправимого ущерба мирной экономике побежденных стран: изымались заграничные активы, часть промышленной продукции, а демонтажу и вывозу подлежало главным образом оборудование военных предприятий. Тем не менее суммы репарации составляли, например, в Восточной Германии 9% бюджета страны, что по некоторым оценкам явилось причиной, спровоцировавшей так называемый «Берлинский кризис» 1953 года.

Репарационные поставки сыграли существенную роль в развитии военно-промышленного комплекса СССР, а также в таких отраслях, как: радио-техника, производство искусственных волокон, нефтехимии и синтетического каучука, а также в области связи, металлургического оборудования, производство дизелей и т.д. Вместе с тем репарации не сыграли существенной роли в восстановлении гражданских отраслей, пострадавших во время войны. И хотя в целом ряде отраслей репарации послужили стимулом к развитию технологий и техническому прогрессу, их объем составил не более 8% от прямого ущерба СССР.

Подготовил П. Журавлев по книге А.А. Громыко «Памятное. Новые горизонты»

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати