ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

«Цифра» раздора - борьба за регулирование IT-индустрии обостряет противоречия Европы и Америки

12:39 27.02.2020 • Андрей Кадомцев, политолог

Руководство Евросоюза активно продвигает идею установления т.н. «цифрового налога» на услуги, которые оказывают европейским потребителям крупнейшие американские технологические компании. В первую очередь речь идет об Amazon, Facebook и Google. Большинство стран ЕС поддерживают усилия Еврокомиссии. Ряд наблюдателей в США, в свою очередь, уверены в геостратегических мотивах европейских инициатив.

Формально речь идет о вопросе упорядочения налогообложения. Специфика бизнеса компаний сектора высоких технологий состоит в возможности манипулировать статусом налогового резидента, географическим местоположением источника генерации дохода. Между тем, доходы таких американских компаний как Google, Amazon, Facebook и Apple (известных в Европе по аббревиатуре GAFA) на европейском рынке составляют десятки миллиардов долларов ежегодно. Однако, по данным Еврокомиссии, суммы налоговых поступлений GAFA составляют лишь 1-2 процента от их совокупной выручки в странах ЕС. Идеи и данные перемещаются через границы практически мгновенно; нынешнее национальное и международное налоговое законодательство практически не учитывает эти особенности цифрового бизнеса.

Разногласия уходят корнями в эпоху Обамы, администрация которого всячески сопротивлялась любым реформам международных налоговых правил, которые могли бы привести к росту фискальной нагрузки на американский сектор высоких технологий.

В свою очередь, руководство Евросоюза и отдельных государств-членов ЕС сосредоточилось на борьбе с «уклонением» от уплаты налогов и практиками «нечестной конкуренции» со стороны американской «большой четверки». Общая сумма штрафов, наложенных Еврокомиссией к концу 2019 года на Google, составила более 9.5 млрд. долларов[i]. Осенью прошлого года, ЕС выдал Apple предписание о дополнительной выплате 14,3 млрд. долларов в качестве задолженности по налогам. В отношении Amazon выдано аналогичное предписание на 275 млн. долларов. Facebook грозит штраф в размере не менее 1.6 млрд. долларов за нарушения при работе с персональными данными европейских пользователей. Ряд других расследований по всем четырем компаниям «находятся на завершающей стадии».

К осени 2017 когда стало очевидно, что Трамп действительно готов претворять в жизнь свое обещание «Америка прежде всего» (America first). Помимо экономики во весь рост встала проблема влияния IT технологий на политику. Роль гигантов информационных технологий в этой чувствительной сфере начала говорить сама за себя: социальные медиа и fake news оказывали влияние на результаты выборов «от Миннесоты до Мьянмы». Политики по всему миру начали стремительно осознавать важность долгосрочных, стратегических аспектов развития сферы высоких технологий с точки зрения будущего стран и целых регионов. Цифровые технологии становятся нервной системой современного общества, заставляют людей «менять свои привычки, поведение, образ жизни». Тем самым - становятся неотъемлемым элементом политических отношений, в том числе, в международных делах.

Контроль над информацией всегда являлся одним из ключевых аспектов власти и суверенитета, а влияние «технологического неравенства» на международные отношения и экономику неоспоримо. Исторически, контроль над передовыми технологиями превращал государства в доминирующую силу, давал «неоспоримое военное превосходство» и возможность «диктовать свою волю менее развитым странам». К 2018 году США уже вовсю реализуют политику санкций, призванных ограничить технологическое развитие держав-конкурентов. В Европе всё громче звучат голоса тех, кто интерпретирует новую линию Вашингтона как заявку Америки на изменение расстановки сил в экономическом мире. В ведущих государствах стремительно набирает популярность идея «национализации» критически важных технологий.

Европа кардинально отстает от США и Китая в области развития компаний, предоставляющих услуги в области социальных платформ, интернет-коммерции и облачных вычислений. На территории Евросоюза нет своих Google или Alibaba. По данным The Economist, по состоянию на осень 2018 года, все 15 крупнейших в мире цифровых компаний располагались либо в Америке, либо в Китае. Из 200 крупнейших – лишь восемь были учреждены в Европе. Между тем, подобные компании задают правила игры для всех новых отраслей глобальной экономики. В 2018 году комиссар ЕС по вопросам развития цифровой экономики Мария Габриэл высказала недвусмысленную озабоченность тем, что решающая роль, которую играют США и Китай в области развития интернета, оказывает негативное влияние на внутреннюю политику стран Европы. Другие чиновники ЕС заговорили об угрожающем технологическом отставании Сообщества.

Наверстать технологическое отставание в считанные годы – трудная, если не вовсе невыполнимая, и, вне всяких сомнений, чрезвычайно ресурсозатратная задача. Усугубляет ситуацию проблема отсутствия общего европейского рынка цифровых технологий и услуг. В таких условиях, эффективным способом частичной нейтрализации отставания от конкурентов может стать «ренационализация» основного ресурса IT-индустрии – данных. Одной из первых озаботилась этой проблемой Франция - президент Франсуа Олланд еще в 2013 году выступил с предложение о введении налога «на сбор данных о пользователе». Однако ряд кризисов, с которыми в 2010-е столкнулся ЕС, а также политическая разобщенность, долгое время отодвигали вопрос на задний план.

К сентябрю 2017 года министры финансов Сообщества вернулись к обсуждению идеи цифрового налога. В качестве общего знаменателя было согласовано понятие «цифрового присутствия», суть которой – в обложении дохода интернет компании или сервиса на основе количества их пользователей в Европе, а не общей суммы дохода во всем регионе в целом. Речь идет, не больше ни меньше, о смене парадигмы налогообложения цифровых компаний. Налоги планируется взимать в каждой стране, где у компании есть потребители, пропорционально количеству последних.

Кроме того, в апреле 2016 года, Европарламент одобрил Общеевропейский регламента о защите персональных данных (General Data Protection Regulation, GDPR). В конце мая 2018 года Регламент, существенно ограничивший возможности произвольного использования данных пользователей, вступил в силу. Европа, уже сильно отставшая от США и Китая в развитии сектора цифровых услуг, воспользовалась своим положением одного из крупнейших рынков для IT-гигантов[ii], и де-факто заняла место законодателя в вопросах международного регулирования их деятельности. В этой связи, едва ли случайно и то, что бывший комиссар по конкуренции Маргрете Вестагер (Margrethe Vestager), ставшая за пять предыдущих лет грозой GAFA, теперь курирует «цифровой суверенитет Европы» в ранге вице-президента ЕК. Де-факто, речь может идти о «глобализации» только для «своих» компаний и административном ограничении влияния «чужих».

В течение 2018 года Еврокомиссия пыталась добиться принятия единого подхода к обложению цифровых услуг в рамках ЕС. Против категорически выступили Ирландия, Швеция, Финляндия и Дания. Не помогли даже совместные усилия Германии и Франции. Весной 2019 года Париж представил национальный план, согласно которому налог в 3 процента должен взиматься с доходов, получаемых онлайн платформами и поставщиками цифровой рекламы с каждого французского пользователя или покупателя. Предполагается, что налог может быть отменен, только после подписания универсального международного соглашения в области налогообложения цифровых сервисов, разработка которого ведется в настоящее время под эгидой ОЭСР. Аналогичную инициативу на национальном уровне пытается реализовать, пока безуспешно, и министерство финансов Германии. Западные комментаторы отмечают, что величина оборота и дохода, начиная с которых будет взиматься налог, явным образом указывает, что его первоочередной целью являются ведущие американские компании.

Не удивительно, что негативная реакция из США последовала незамедлительно. Белый дом пригрозил Франции ответными санкциями, что может спровоцировать полновесную торговую войну не только между двумя странами, но и между США и ЕС в целом. Предполагается, что такого рода опасения заставляют Ангелу Меркель выступать против введения национального цифрового налога в Германии. Берлин предпочитает дождаться «универсального решения». Глава американского минфина Стивен Мнучин выступил с альтернативным предложением: идеей предоставить возможность компаниям самостоятельно выбирать страну регистрации налогового резидентства – учредить «налог «безопасной гавани» (Safe Harbour)». Однако против уже высказался ряд стран ОЭСР, которые опасаются, что «эта инициатива может разрушить уже согласованный план цифрового налога»[iii]. В ходе международного форума в Давосе стало известно о достижении временного перемирия между Парижем и Вашингтоном. Франция согласилась приостановить введение налога до конца нынешнего года - до завершения двусторонних переговоров.

Между тем, примеру Франции в области налогообложения цифровых услуг уже готовятся последовать больше десятка стран Евросоюза. Вопрос о введении цифрового налога уже омрачает перспективы сближения Великобритании, недавно покинувшей ЕС, и США. Не выработан пока и единый подход. Варьируются как виды услуг, подлежащие налогообложению, так и ставки налога: Лондон ведет речь о 2 процентах, а, к примеру, Венгрия и Турция – о 7,5 процента. Серьезная оппозиция идее по-прежнему существует в ФРГ. «Немецкие эксперты считают, что в принципе необходимо выработать новый подход к налогообложению, поскольку цифровая составляющая входит теперь в каждый бизнес, а не только в сферу деятельности интернет-гигантов»[iv].

Еврокомиссия пытается привести государства-члены к общему знаменателю – вновь предлагая рассматривать вопрос налогообложения в более широком контексте «технологического суверенитета» Европы. 19 февраля президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен представила в Брюсселе рамочные документы, призванные способствовать поиску «европейского видения (solutions) в цифровую эпоху». Речь идет о начале широкой дискуссии в руководящих кругах Сообщества, результатом которой должна стать разработка общей политики ЕС в области регулирования деятельности IT-компаний, новых правил в сфере разработки и внедрения Искусственного интеллекта, а также увеличения расходов на развитие сектора высоких технологий. Предполагается, что результаты обсуждения будут обобщены к концу года в проекте «Акта о цифровых услугах», который станет руководством к действию для всех стран-членов.

Негативной альтернативой общей стратегии, по мнению экспертов, является не только дальнейшее снижение роли Евросоюза в разработке и внедрении передовых программных и технических решений. На фоне смены технологического уклада, странам ЕС грозит рост безработицы и снижение налоговых поступлений в бюджеты всех уровней. Главная проблема, стоящая на пути реализации заявленных ЕК амбициозных целей, как это часто бывает - различия в интересах и подходах отдельных стран на этапе реализации принятых решений. Так, некоторые государства могут поддаться угрозам ответных мер со стороны США.

Тем временем в Вашингтоне уже предрекают новое охлаждение трансатлантических отношений[v]. Оптимисты, в свою очередь, полагают, что Европа всего лишь пытается «уменьшить негативные социальные последствия новых технологий», сохранив максимум пользы от их внедрения.

Странам Евросоюза, как и большинству государств мира, еще только предстоит найти «золотую середину», которая позволит использовать выгоды новой технологической реальности наилучшим с точки зрения национального развития образом. Одновременно, не превратив процесс локализации новых технологий в движущую силу самоизоляции. Сильно отстав от Америки в области развития IT-сферы, Европа отчаянно пытается хотя бы немного выровнять положение. Полная зависимость от программного обеспечения и цифровых сервисов американских компаний сулит европейцам утрату самостоятельности в международных делах в не меньшей степени, чем абсолютная зависимость от США в военной области.

Время покажет, не слишком ли поздно спохватилась Европа. Нельзя исключать, что вожделенной для многих в Брюсселе «стратегической автономии» от США легче достичь именно на пути укрепления «цифрового», а не военного, суверенитета Европы.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


[i] https://www.cnbc.com/2019/06/07/how-google-facebook-amazon-and-apple-faced-eu-tech-antitrust-rules.html  Google обжаловал все штрафы Еврокомиссии в Общем суде Европейского союза в Брюсселе. В апреле прошлого года, Google удалось добиться отмены штрафа в 1.2 млрд долларов, наложенного Францией. В ряде других случаев, разбирательства еще продолжаются.

[ii] По данным The Economist, в 2019 году Google и Facebook заработали в ЕС четверть всех доходов.

[iii] https://www.reuters.com/article/us-usa-tax-digital/u-s-floats-safe-harbor-proposal-in-global-taxation-reform-drive-idUSKBN1Y82F8

[iv] https://inosmi.ru/politic/20200203/246755764.html

[v] https://www.nytimes.com/2020/02/19/business/europe-digital-economy.html

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати