ГЛАВНАЯ > События, факты, комментарии

Четыре года Минскому процессу: от имитации к радикализации

11:10 12.02.2019 • Родион Мирошник, Советник Главы ЛНР, представитель ЛНР в политической группе на Минских переговорах

Переговорный процесс постконфликтного урегулирования, рассчитанный изначально менее чем на год, отмечает свое четырехлетие. 12 февраля 2015-го был подписан последний документ из Пакета Минских соглашений – Комплекс мер по выполнению Минских соглашений. За это время переговорный процесс со стороны Украины прошел этапы имитации действий, этап затягивания процесса и достиг радикализации, граничащей с отрицанием. Начавшаяся в Киеве предвыборная кампания имеет все шансы перевести Минский процесс в состояние standby.

Стратегической в вопросе урегулирования конфликта на Донбассе является связка: прекращение военного противостояния - полноценное политическое урегулирование. Вопросы обмена пленными и восстановления экономики работают на восстановление прав человека и обеспечения адекватных условий существования, что в свою очередь, конечно же зависит от достижения устойчивого мира и возможности его закрепления. Практика пяти лет переговоров демонстрирует одну и ту же закономерность. В вопросах безопасности достижение договоренностей возможно, но оно не выполняется, и механизм принуждения виновного к выполнению договоренности просто отсутствует. В решении политических вопросов – переговоры буксуют. Украинская сторона блокирует достижение договоренностей уже на начальном этапе, поскольку непосредственная военная опасность для оставшейся части украинского государства миновала, а украинские радикалы и «патриоты» считают, что в переговорном процессе должна продолжаться война, а не поиск компромиссов.

Минская периодизация.

Четырехлетний период переговоров в Минске уже условно разделен на три этапа. Первый овеян посттравматическим синдромом двух котлов - Иловайского и Дебальцевского. Тогда представители Киева, находясь в плену тягостных воспоминаний о неудачных военных кампаниях, склонялись к условному выполнению ранее достигнутых договоренностей. В этот период было подписано более десятка соглашений о разведении сил и средств, регулярно согласовывались периоды прекращения огня, велась работа по разминированию. На это же время приходится достаточно регулярный обмен пленными, активизация экономических связей, активное обсуждение деталей возможности проведения местных выборов на территориях с особым статусом.

Саммит Нормандского формата в Париже в ноябре 2016 года, положивший начало второму этапу, должен был дать дополнительный толчок к достижению всеобъемлющего разрешения конфликта, но вышло иначе. Лидеры дали поручение министрам и дипломатическим советникам доработать и согласовать всеобъемлющую «дорожную карту». Этот момент стал точкой отсчета основательного застоя в переговорном процессе. Нормандский формат получил многоуровневую структуру, состоящую из политических директоров, заместителей дипломатических советников, экспертных и юридических групп, что однако же, не отразилось на достижении положительного результата. На данный момент, согласованной всеми сторонами Нормандского формата «дорожной карты» нет. Не в последнюю очередь это произошло и в следствии прихода к власти в США Дональда Трампа и корректировки стратегии США по отношению к Украине. В след за переговорным тупиком в Нормандском формате произошла череда событий, поочередно заблокировавших продвижение практически по всем направлениям Минского переговорного формата. Введенная в феврале 2017 логистическая блокада сначала боевиками нацбатов, потом уже одобренная президентом Порошенко, практически свела на нет большинство договоренностей по экономическим направлениям. Обмены пленными существенно формализовались и остановились, войдя в непреодолимые противоречия. Представители Киева предпочли бы обмены «по головам», получая определенные политические бонусы к праздникам и в копилку Порошенко. Республики Донбасса заявили о приоритете обмена по предусмотренной соглашениями формуле «всех на всех». На политическом треке столкнулись разнонаправленные желания сторон. Киев выступил с заявлением, что, как минимум, вопрос Формулы Штайнмайера рассматривается в Нормандском формате. На что получил жесткую позицию республик, что рассматривать любые другие вопросы политического урегулирования без согласования «особого статуса» и механизма его вступления в силу – бесперспективно. Договоренности по безопасности сведены к регулярным соглашения о прекращении огня, которые однако же, выполняются только частично, только уменьшая статистику обстрелов и жертв, что безусловно важно, но не позволяет реализовать стратегию полного урегулирования конфликта.

Третий этап условно стартовал с момента голосования Рады за формальное, уже второе, продление действия закона «Об особом статусе». Под давлением США, стремящихся сохранить формальную видимость выполнения Киевом Минских соглашений, ни дня не работавший Закон был продлен до конца 2019 года. За этим последовала череда событий, которая и продемонстрировала переход от застоя к радикализации. После пяти лет участия киевскую переговорную группу покинул экс-президент Леонид Кучма. Его присутствие, как стало ясно позже, все же как-то удерживало украинскую делегацию в канве переговоров, не давая скатиться к митингам. Сменивший его экс-премьер Украины и генерал СБУ Евгений Марчук, сам ударился в радикальные заявления и действия, давая понять, что статус участия Киева в переговорах существенно понижен. На этом фоне проведенные республиками выборы глав и республиканских парламентов так же легли на культивируемую Киевом благодатную почву нежелания достигать хоть каких-то договоренностей. Заявления украинских представителей с требованиями непризнания выборов 11 ноября и роспуска сформированных в республиках структур своего результата не достигают, но позволяют забалтывать переговорный процесс и откровенно тянуть время. Керченский инцидент в ноябре 2018 года отразился на Минском процессе парой показательных демаршей украинских переговорщиков, требовавших выдать украинских моряков. Учитывая, что ни к Минскому процессу, ни к Минским соглашениям провокация Киева в Керченском проливе отношения не имели, все закончилось обращениями представителей РФ к модератору от ОБСЕ и покиданию зала переговоров до восстановления адекватного состояния участников. Однако же, наиболее негативным фактором, влияющим на ход переговоров, можно считать стартовавшую на Украине череду выборов.

Ближайшие перспективы.

Минский процесс, для предвыборной кампании Петра Порошенко не дает никаких ощутимых бонусов. Ранее взятые на себя Киевом обязательства не пользуются популярностью в радикально настроенной среде.   Но переговорные позиции украинской делегации продолжают формулироваться в Администрации Президента Украины на Банковой, где сейчас все заняты выборами. Результат – громкие обвинительные заявления в сторону оппонентов и отсутствие даже призрачных перспектив договориться. ДНР и ЛНР продолжая формировать свою государственность, вынуждены просто ждать. Только в случае смены президента Украины в Минске можно рассчитывать на изменение позиции Киева. Речь идет только о продолжении диалога в Минске на фоне уже парламентской предвыборной кампании. Насколько изменились политические настроения в Раде покажет уже ближайшее голосование о продлении или не продлении «особого статуса», формальное действие которого пролонгировано пока до 31 декабря 2019 года. 

Пятилетний период противостояния если и оставляет хоть какую-то возможность реинтеграции Донбасса в Украину, то только на условиях значительно более слабых связей с Киевом, чем предполагает нынешний «особый статус». Киеву от позиции радикальных заявлений и диктата неприемлемых условий нужно переходить к реальным предложениям, которые могли бы заинтересовать Донбасс. Это необходимо для восстановления взаимного доверия сторон конфликта и отработки механизма обеспечения безопасности. Но заинтересованности в этом, как минимум, со стороны Киева, не наблюдается.

У больших геополитических игроков, влияющих на исход конфликта, велик соблазн взять паузу на период трансформации власти на Украине. Пока идут выборы рассчитывать на появление консолидированной позиции близкой к позициям республик, практически не реально.

Мы стоим на пороге практически годичного застоя конструктивных решений как в Минском, так вероятнее всего, и в Нормандском форматах. Новое окно возможностей достижения конструктива может теперь возникнуть в достаточно коротком промежутке уже после парламентских, но еще до местных выборов на Украине назначенных на осень уже 2020 года.

Версия для печати