В Турции обсуждают внешнеполитические вызовы

12:09 08.01.2019 Андрей Исаев, журналист-международник


Выступая в конце декабря прошлого года на парламентских слушаниях по бюджету, помощник Реджепа Тайипа Эрдогана Фуат Октай не обошел вниманием внешнюю политику страны. Основными направлениями «активной и гуманной» внешней политики, проводимой «под руководством нашего уважаемого президента», чиновник назвал «развитие стратегических отношений» - правда, не уточнив с кем, - управление кризисными ситуациями, защиту прав «наших граждан, соотечественников и родственников (родственных этносов – А.И.) за рубежом». По его словам, страна продолжит свое участие в блоке НАТО, «который мы считаем основой мира, безопасности и стабильности». При этом, будет продолжена и совместная работа с участниками астанинского процесса на сирийском направлении.[i]

Что до граждан страны, то результаты недавнего опроса, проведенного Университетом им. Кадира Хаса, показали, что их волнуют более конкретные и «близкие» проблемы. Основными внешними вызовами, с которыми предстоит столкнуться Турции в наступившем году, они назвали сирийский кризис и турецко-израильские отношения.[ii]

Если упоминание Сирии недоумения не вызывает (к ней мы, конечно, вернемся), то появление еврейского государства в рейтинге выглядит несколько неожиданно. Но только на первый взгляд: «империалистическая и бесчеловечная» политика Израиля на протяжении последних лет остается предметом острейшей критики со стороны официальной Анкары и чуть ли не главной заботой религиозно экзальтированного сегмента турецкого социума. А заодно – одним из главных инструментов консолидации электората правящей партии и президента.

Политологи и журналисты расширяют перечень проблемных направлений, включая в него отношения с Грецией, Кипром и арабскими странами.

По мнению экспертного сообщества, 2018 год не принес прогресса в турецко-греческих отношениях. И теперь высказываются опасения в том, что сохраняющаяся напряженность чревата даже вооруженным столкновением между соседями.

Республика Кипр, как полагает ряд турецких экспертов, «раздавая лицензии на бурение» на средиземноморском шельфе, ущемляет экономические интересы «Турецкой республики Северного Кипра» и самой Турции.

Турецко-арабские отношения также далеки от идеала. Причину этого большинство специалистов видит в нарастающем соперничестве Анкары с Эр-Риядом и Тегераном за доминирование на Ближнем Востоке. Результатом этого процесса становится отчужденность между Турцией и арабскими странами, входящими в сферу влияния Ирана и КСА, что, по определению политического аналитика Зюльфикара Догана, обрекает Турцию на «продолжение изоляции в регионе».[iii] Способствует этому и инициированный КСА, ОАЭ и Бахрейном курс на восстановления отношений арабских стран с Дамаском. Тем не менее утверждается, что Турция по-прежнему будет стремиться стать новым полюсом политического притяжения и даже приобрести статус «великой державы», что, по мнению политолога Али Аслана и составляет внешнеполитическую доктрину страны.[iv]

Теперь о Сирии. Эксперты практически единодушны в том, что на южных границах Турции в наступившем году следует ожидать эскалации и территориального расширения вооруженного конфликта. Политолог Биляль Самбур, например, рисует такую картину: Конца войны в Сирии не предвидится. Россия будет «всеми силами» стараться взять под контроль восточный берег Евфрата с тем, чтобы в дальнейшем передать эти территории «сирийскому режиму», таким образом обеспечив его углеводородными и водными ресурсами. После этого «режим» потребует вернуть ему контроль над Идлибом. Иран по-прежнему будут оказывать поддержку Дамаску. Стремясь не допустить иранского доминирования в регионе, Израиль «усилит операции и вмешательство» в Ливане и Сирии. Турции же придется противостоять ИГИЛ (запрещено в России) и «экспансии Ирана».[v]

Целью дальнейшего вмешательства Турции в сирийские дела наблюдатели единодушно называют «недопущение (политического) вакуума» на севере Сирии и создание обещанной Эрдоганом «антитеррористической буферной зоны» вдоль турецкой границы, другими словами - вытеснение из приграничной полосы курдских боевиков. В последнем вопросе, по информации оппозиционного аналитика Фехима Таштекина, Россия выступила с довольно неожиданным предложением: создать такую зону силами сирийской армии, что фактически устранит необходимость военного присутствия турок на севере САР. Переговоры, якобы, продолжаются.

В целом, по мнению многих аналитиков, вывод американских войск из Сирии (практически всеми экспертами это рассматривается как свершившийся факт), станет серьезным испытанием на прочность в отношениях Турции с Россией, с одной стороны, и с США, с другой. Ведь решение задачи «недопущения ваккума» для большинства экспертов сводится к турецкой оккупации «оставляемых» американцами районов. Правда, пишущие на эту тему авторы признают, что такая операция должна проводиться «в координации» с США и Россией, причем «следует помнить, что они будут стараться ограничить зону (действий) Турции».[vi] Ряд авторов даже прогнозирует «серьезные осложнения» в отношениях между участниками астанинской тройки в случае, если на фоне попыток расширить контролируемую турками зону на севере Сирии «частные интересы (этих государств – А.И.) будут превалировать над их общими интересами».[vii] Это сейчас Эрдоган называет Путина «другом», а Рухани – «братом». Но не следует забывать о том, как в одночасье турецкий лидер изменил свое отношение к Башару Асаду, Муаммеру Каддафи, Мухаммеду Мурси и Масуду Барзани, - предупреждает в этой связи уже упомянутый выше Зюльфикар Доган.[viii]

Пессимизм превалирует в прогнозах относительно западного вектора политики Турции. Прежде всего это касается США, в отношениях с которыми остается масса проблем (санкции против Ирана, отказ выдать Анкаре Фетхуллу Гюлена, обвиняемого в Турции в организации путча, приобретение российских комплексов С-400, суд в США над «финансистом Эрдогана» Ризой Заррабом и т.д.), пусть глава турецкого МИД Мевлюд Чавушоглу и говорит о «новой позитивной атмосфере», в которой пребывают Анкара и Вашингтон. Эксперты в этой связи напоминают о непредсказуемости американского президента, которая в любой момент может кардинально изменить ситуацию. Не видят аналитики и перспективы интеграции с ЕС, членство в котором турецкие власти по-прежнему называют своей «стратегической задачей». Разве что некоторое сближение с объединенной Европой может произойти на основе общего неприятия американских санкций против Ирана.

А вот многосторонние связи с Россией, по общему мнению, развиваются по восходящей, и координация усилий на сирийском направлении способна еще больше укрепить их. Или испортить. По словам отставниго дипломата Фарука Логоглу, турецко-российские отношения – «одни из самых важных, но и самых хрупких», что в полной мере продемонстрировал инцидент с российским самолетом. Бывший посол предупреждает: старания России «оторвать Турцию от НАТО и Запада» противоречит национальным интересам страны, кроме того возможны конфликты «в связи с ситуацией вокруг Украины, Сирии, Черного моря».[ix]

Официальная Анкара планирует и дальше проводить «многовекторную» политику. Третьего января в ходе выступления в Академии жандармерии и береговой охраны, министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу констатировал: «Мир находится на переходном этапе. С одной стороны, есть некоторые страны, и в первую очередь США, которые стараются проводить политику одного полюса, с другой – те, кто защищает принцип многополярности. То есть те, кто выступает за необходимость ревизии глобальной системы. Турция – одна из них… Мы не обязаны отдавать предпочтение Европе, Западу или России. Зачем нам это? Они этого может быть и хотят, но мы не можем позволить себе такой роскоши».[x]

Политика лавирования между геополитическими центрами силы в целом встречает одобрение экспертов, напоминающих, что именно эта тактика позволила стране избежать реального участия во второй мировой войне. Но как долго это может продолжаться? Рассуждая о геополитических перспективах Турции, старейшина турецкой журналистики Сами Кохен задается непростым вопросом: Отношения с Россией «прогрессируют», с ЕС – «нормализуются», с США – «ремонтируются». Какое направление в итоге станет стратегическим выбором?»[xi]

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


[i] https://www.cnnturk.com/turkiye/cumhurbaskani-yardimcisi-fuat-oktay-2019-yili-itibariyle-aciklanacak

[ii] http://ctrs.khas.edu.tr

[iii] https://ahvalnews.com/tr/ekonomik-kriz/2018i-geride-biraktik-kriz-mirasi-2019a-devredildi

[iv] https://www.setav.org/turkiyenin-yeni-dis-politika-doktrini/

[v] https://www.milatgazetesi.com/prof-dr-bilal-sambur/2019-ortadogu-icin-baris-yili-olabilir-mi/haber-191463

[vi] https://www.setav.org/2019-yili-turkiyenin-yukselis-yili-olacak/

[vii] https://www.gazeteduvar.com.tr/forum/2019/01/01/2019da-turk-dis-politikasini-bekleyenler/

[viii] https://ahvalnews.com/tr/ekonomik-kriz/2018i-geride-biraktik-kriz-mirasi-2019a-devredildi

[ix] https://www.gazeteduvar.com.tr/forum/2019/01/01/2019da-turk-dis-politikasini-bekleyenler/

[x] http://kanalb.com.tr/haber.php?HaberNo=117927

[xi] http://www.milliyet.com.tr/yazarlar/sami-kohen/yeni-donemde-dis-politika-2703696/