ГЛАВНАЯ > Культурная дипломатия

Кейт Фаул, главный куратор Музея современного искусства «Гараж»: «Мы первыми построили эти мосты…»

12:31 17.08.2018 • Елена Рубинова,

Этим летом Музей современного искусства «Гараж» отмечает свой 10-летний юбилей. Сегодня музей прочно занял свое место на художественной карте страны и мира, но на этом пути было множество этапов — от открытияв 2008 году тогда еще Центра современного искусства в бывшем здании Бахметьевского автобусного парка (свое название «Гараж» получил именно от первого места расположения) до переезда в 2015 году уже в статусе музея в Парк Горького в историческое здание бывшего ресторана «Времена Года», которое голландский архитектор Рем Колхас превратил в суперсовременную выставочную и музейную площадку мирового уровня.

С 2008 года прошло около 150 выставок — от камерных и исследовательских проектов до масштабных сложноустроенных экспозиций. Именно это изначально стало одной из миссий музея — показывать в России выставки всемирно известных художников, таких как Марк Ротко, Марина Абрамович, Луиз Буржуа, Джеймс Таррелл, Такаси Мураками и многих других. За прошедшие годы музей посетили около 3,5 млн человек. И если в первый год существования «Гаража» посещаемость составляла примерно 10 тысяч человек, то в 2017 году число посетителей достигло 717 тысяч.

Последние пять лет, с 2013 года, творческой командой музея руководит Кейт Фаул главный куратор Музея современного искусства «Гараж» и член правления Международной ассоциации независимых кураторов (ICI) в Нью-Йорке. Кейт одинаково успешно работала и на Западе, и на Востоке: была куратором в Ullens Center for Contemporary Art в Пекине, в 2002–2007 годах председателем магистерской программы по кураторской практике в Калифорнийском колледже искусств (CCA).

Наш обозреватель Елена Рубинова побеседовала с Кейт Фаул во время ее приезда в Москву о том, как деятельность музея повлияла на место России на международной арт-сцене, о сотрудничестве «Гаража» с мировыми музеями и о том, что она считает своими главными достижениями за время работы в России.

 

E. Р. Какое место занимает музей «Гараж» на международной арт-сцене и как его воспринимает международное музейное сообщество?

К. Ф. Мне бы хотелось сказать несколько слов о совсем недавнем прошлом. В прошедшие пять лет, что я работаю с командой музея, одной из основных задач было попытаться найти способ, как переводить — я имею в виду не с русского на английский, а как переводить культурные реалии. Это была такая стратегическая задача. Одинаково важным было привозить в Россию художников из разных стран и в то же время транслировать посредством искусства, что происходит в России. Мы делали и продолжаем делать это не только с помощью выставок, но и через дискуссии, конференции, издательские проекты. В каком-то смысле музей можно сравнить с посольством. Мы пытаемся объяснить людям, что есть разные способы восприятия, в том числе и в чувствительных вопросах и сферах, что существуют разные приоритеты. Всем нам известно, какого рода информация бывает в западной прессе и что многие позитивные вещи оказываются в тени негатива, а на самом деле многие явления гораздо сложнее и тоньше, чем то, как пресса это представляет. И поэтому, забегая чуть вперед, подчеркну, что трудно переоценить взаимодействие между российским и международным арт-сообществом, и тут «Гараж» действительно многое изменил. Еще одним важнейшим направлением деятельности «Гаража» было и остается развитие партнерства с ведущими мировыми музеями, и в этой роли музей за прошедшие годы утвердился в полной мере. Принимать выставки других музеев, которые знакомят российского зрителя с современным искусством, для нас столь же важно, как и делать совместные проекты.

 

E. Р. Какие коллаборации «Гаража» с мировыми музеями были в последнее время или сейчас выстраиваются? Не сомневаюсь, что таких проектов было много…

К. Ф. Их действительно много…Недавние совместные проекты у нас были с Музеем современного искусства Варшавы – прошла очень успешная выставка «Трансатлантическая альтернатива». До этого совместно с мюнхенским музеем Haus der Kunst мы проводили выставку Луиз Буржуа, а последние полтора года развиваем сотрудничество с Музеем Ван Аббе (г. Эйндховен)… Но партнерство означает не только показ на площадке «Гаража» той или иной экспозиции, которая уже выставлялась в других странах. Деятельность музея на международном уровне очень разнообразна. Так, к инициированному в 2012 году «Гаражом» проекту RAAN (Сеть архивов российского искусства) подключились известные зарубежные институции — обладатели архивных фондов по русскому и советскому неофициальному искусству: Музей Зиммерли при Ратгерском университете (Нью-Джерси, США) и архива Исследовательского центра Восточной Европы при Бременском университете (Германия). Еще одним из примеров международной деятельности музея  является недавнее участие директора «Гаража» Антона Белова в глобальной конференции музейных лидеров, которая в апреле этого года проходила в Метрополитен-музее и куда его пригласили  наряду с 13 другими мировыми руководителями музеев. Главная цель этого важного для музейного сообщества мероприятия —  вступить в диалог с другими ведущими профессионалами в этой области и поделиться своим опытом. В этом смысле «Гараж» уже давно — активный участник мирового музейного сообщества. Кроме того, коллаборация подразумевает и расширение возможностей для самих художников, и работу с музеями над совместными проектами, но это заслуживает отдельного разговора …

 

E. Р. Как присутствие музея «Гараж»изменило место российского contemporary art в глобальном масштабе? Ведь когда «Гараж»только начал свою деятельность, в России вообще не существовало музеев типа Kunsthalle…

К. Ф. Просто на определенном этапе стало ясно, что в стране нужна была институция, в которой были бы собраны профессиональные ресурсы, люди, обладающие соответствующими знаниями и потенциалом, чтобы взаимодействовать на международной арт-сцене. Сегодня все это есть, но еще относительно недавно работать в таком формате было намного сложнее, чем сейчас. Конечно, всегда были большие музеи федерального уровня, такие как Пушкинский или Третьяковская галерея, но это совсем иной тип учреждения культуры. Мы были первыми, но, безусловно, будем не единственными и не последними: скоро открывается постоянная площадка фонда V-A-C, не стоят на месте и государственные музеи, расширяя свое присутствие в международном арт-пространстве. Мы первыми построили эти мосты, и в результате именно «Гараж» стал в Москве тем местом, где начался международный диалог современного искусства.

 

E. Р. Что вы больше всего цените как свой самый важный вклад в развитие музея?

К. Ф. Две вещи я считаю особенно важными для себя за эти годы. Первая заключается в том, что, когда я только работать начала работать в «Гараже», то о какой-то отстроенной системе не было и речи, а кураторская команда была очень маленькой. И потому самым главным для меня стала подготовка профессионалов, построение команды кураторов и специалистов, обладающих знаниями и потенциалом для того, чтобы работать на международном уровне. А второй самый важный результат —  работа с художниками. Ни в одном проекте не было так, чтобы художник просто прилетел, привез свои произведения, развесил их и отправился обратно. Это не наш стиль. Каждый художник вникал в происходящее: для нас это означает дать художнику более глубокое понимание места и возможность развить свои проекты. Ведь «Гараж»  —  поле для экспериментов и новых идей. В подобном ключе мы работали со многими художниками, чья практика пошла в несколько ином направлении:  так было с Рашидом Джонсоном и его живой эко-инсталляцией «В нашем дворе», показанной в Атриуме музея в 2016 году, и с проектом американской художницы Тарин Саймон, которая впервые в своей карьере почти три года работала «вживую». По ходу работы выставки Тарин создавала новое произведение, позволяя публике стать соучастником исследовательского процесса. Этой осенью в Атриуме музея и на площади перед зданием «Гаража» будут работать французский художник албанского происхождения Анри Сала и мексиканский художник Дамиан Ортега.

 

E. Р. Российские кураторы по-прежнему не входят в мировой топ-лист. В чем причина и считаете ли вы, что рано или поздно это произойдет?

К. Ф. Это связано, прежде всего, с тем, как развивалось современное искусство в России с 1990-х годов. Российских кураторов, которые могли работать в разных странах и много ездить, было очень мало: Виктор Мизиано, у которого была возможность это делать в силу своего происхождения, давно живущий на Западе Борис Гройс, ну и еще Иосиф Бакштейн. Сегодня есть более молодая плеяда кураторов, которые обретают и уже обрели международное имя: это и Ольга Свиблова, и Катя Деготь, недавно назначенная директором фестиваля в Граце (Австрия), а до этого работавшая в Германии. Процесс выхода российских кураторов на международную арт-сцену будет идти и дальше, и  это  будет напрямую зависеть от развития кураторского образования в России — пока есть только зачатки: одна совместная программа с Bard College в Петербурге, летняя школа фонда V-A-C. Ключевым в таком развитии является и возможность коммуникации с коллегами. Пройдет какое-то время, и лет через десять мы увидим в этом списке и российских кураторов.

 

E. Р. Сегодня, когда политический климат оставляет желать лучшего, насколько важны культурные мосты?

К. Ф. Не думаю, что перед искусством надо ставить задачу решать какие-то социальные или политические вопросы. Искусство не для этого. Зато искусство и культура могут наладить иной творческий тип диалога, который ведут художники. К такому диалогу стремятся и музеи, а в сложной ситуации культурные мосты требуется строить еще быстрее. И тогда открываются иные пути. Музей «Гараж» — это как раз место, где встречаются искусство, идеи и люди, чтобы творить историю.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати