Китай инвестирует в Океанию

10:00 10.02.2018 Владислав Гулевич, эксперт журнала «Международная жизнь»


Океания больше не тихая заводь и не «домашний бассейн» Австралии и Новой Зеландии. Китай всё более настойчиво проникает в эту точку планеты.

Пекин установил дипломатические отношения с восемью государствами Океании – Папуа-Новой Гвинеей (ПНГ), Ниуэ, Фиджи, островами Кука, Самоа, Тонга, Вануату и Федеративными Штатами Микронезии (1). С 2006 по 2015 гг.министерство иностранных дел КНР отчиталось о 235 дипломатических визитах между Китаем и его восемью тихоокеанскими партнёрами.

В общей сложности Пекин реализует в регионе 218 экономических и гуманитарных проектов. Большая часть из них сосредоточена в области управления, администрирования и развития гражданского общества (36), образования (27) и транспорта (21).

Первые две позиции объясняются тем, что в 2009 г. китайские власти приняли решение вложить $6 млрд.в развитие китайских СМИ, вещающих на зарубежную аудиторию. В будущем доля китайских проектов, ориентированных на гражданское общество и образование, будет возрастать.

Это происходит одновременно с сокращением Австралией расходов на реализацию своих гуманитарных программ в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). 2018-2019 гг.будут для Австралии периодом наиболее скудного финансирования отечественных гуманитарных проектов (2).

Главным получателем китайских инвестиций остаётся ПНГ ($632,46 млн.). Далее следуют Фиджи ($359,8 млн.), Вануату ($243,48 млн.), Самоа ($230,13 млн.), Тонга ($172,06 млн.), о-ва Кука ($49,86 млн.), Федеративные Штаты Микронезии ($40,6 млн.) и Ниуэ ($0,7 млн.) (1).

Наверняка список получателей помощи составлен Пекином не наугад. В связи с продвижением Китая в АТР возрастает стратегическое значение малых островных государств Океании. Вашингтон и его союзники намерены сдерживать Китай с помощью т.н. стратегии островных цепей.

Её смысл в том, чтобы взять под политический и экономический контроль три цепи островов, закрывающих Китаю выход в Тихий океан, ограничивая пространство геополитического манёвра Восточно-Китайским и Жёлтым морем (3). Первая цепь – от Курил через Тайвань до Индонезии и Филиппин; вторая – от Японии до Марианских островов; третья – от Алеутских островов через Гавайи до Океании.

Инвестируя в Океанию, Китай инвестирует в собственную безопасность. Третью островную цепь из трёх, предусмотренных выше указанной стратегией, Китаю приблизить к себе легче всего. Вторая и первая (Япония, Тайвань и т.д.) для китайской дипломатии представляются твёрдым орешком, с которыми непросто выстроить диалог.

ПНГ, на которую приходится наибольший объём китайских инвестиций, с геополитической точки зрения представляет для КНР особый интерес из-за соседства с Австралией. В экспортном списке Китая ПНГ занимает 124 место и 66 место в импорте (данные Lowy Institute), но с 2000 г.зафиксирвоан 12-кратный рост торгового оборота ($2,3 млрд.в 2016 г.).

С 2006 г. ПНГ получила от Пекина финансовой помощи в размере $632 млн. Можно говорить о наличии конкуренции между Китаем и Австралией за влияние на ПНГ, и Австралия здесь проигрывает. В 2017 г.Пекин и Порт-Морсби подписали ряд соглашений об участии ПНГ в китайском глобальном инфраструктурном проекте «Один пояс, один путь» (4).

Западная дипломатия надеется обыграть Пекин в Океании с помощью Тайваня. Такие островные государства, как Науру, Палау, Тувалу, Кирибати, Маршалловы и Соломоновы о-ва признали независимость Тайваня и стараются балансировать между Пекином и Тайбэем, уравновешивая их влияние в регионе. Но Тайвань обладает ограниченными ресурсами по сравнению с КНР, и что касается силовой составляющей, последнее слово в регионе останется за Пекином. Тайбэй может конкурировать с Пекином не столько в сфере экономического и военного, сколько политического влияния.

В качестве примера можно привести Палау и Соломоновы о-ва. Невзирая на признание Соломоновыми о-вами независимости Тайваня, их главным экспортным партнёром (62,5%) и третьим по импорту (14,8%) в 2016 г. стал Китай.

Для Палау Китай – главное туристические направление. С 2014 по 2015 гг.отмечен двукратный рост количества китайских туристов, посетивших Палау.

На данном этапе усилия китайской дипломатии в АТР направлены на углубление сотрудничества со странами региона с перспективой использования ВМС КНР морских портов в этих государствах, что является необходимостью для достижения геополитического перевеса над Австралией и Новой Зеландией.

Но китайский взгляд на Океанию простирается дальше планов простого силового доминирования над прежними региональными лидерами. Пекин намерен интегрировать регион в выстраиваемую им систему мироустройства на правах «дальней периферии» в военно-политическом, экономическом и культурном смысле (5).

Региону будет уделяться меньше внимания, чем Африке, Ближнему Востоку или Южной Америке, но это внимание будет постоянным и последовательным. Цифры говорят сами за себя. В 2006 г. Пекин анонсировал выделение $462 млн.помощи государствам Океании, но в итоге общий объём помощи до 2011 г.превысил $1 млрд. – микроскопическая цифра по сравнению с обещаниями Пекина вложить в африканскую экономику $60 млрд.

Ввиду сравнительно малочисленной китайской диаспоры в странах Океании Пекину потребуется больше времени и усилий для наращивания своего влияния в регионе посредством «мягкой силы». Пекин всячески подчёркивает общность стран региона как развивающихся государств и пропагандирует идею сотрудничества по оси Юг – Юг (South – South cooperation).

 

1)    https://www.lowyinstitute.org/chinese-aid-map/

2)    https://www.lowyinstitute.org/issues/australian-foreign-aid

3)    https://interaffairs.ru/news/show/16761

4)    http://www.abc.net.au/news/2017-11-21/labor-warns-australian-caution-in-pacific-as-china-signs-png/9174272

5)    https://www.regionalsecurity.org.au/resources/Documents/Denghua%20Zhang.pdf

Ключевые слова: США КНР Австралия Океания

Версия для печати