Вьетнамский вектор политики России в АТР

12:17 14.11.2017 Пётр Искендеров, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук


В программе участия президента России Владимира Путина в работе XXV саммита АТЭС в Дананге (10–11 ноября) одно из ключевых мест заняли российско-вьетнамские переговоры на высшем уровне. Значимость Вьетнама в системе внешнеполитических приоритетов Москвы в регионе определяется совокупностью факторов.

Первый фактор обусловлен спецификой ускоренного экономического развития Вьетнама, повышающего его привлекательность в глазах действующих и потенциальных инвесторов. Согласно данным Международного валютного фонда, эта страна в настоящее время входит в десятку государств с самыми высокими темпами экономического развития в пересчете на размеры валового внутреннего продукта на душу населения. За период с 2000 по 2016 годы соответствующий показатель роста составил 229%. Из стран-членов АТЭС выше показатели только у Китая. (vestifinance.ru)

Второй фактор определяется накопленным с середины XX века багажом торгово-экономического и военно-политического взаимодействия Москвы и Ханоя.

Вплоть до 2002 года во Вьетнаме функционировал один из ключевых военных объектов России – пункт материально-технического обеспечения Военно-морского флота. Соответствующее соглашение сроком на 25 лет было подписано между СССР и Вьетнамом 2 мая 1979 года – через два месяца после окончания китайско-вьетнамской войны - и предусматривало использование порта в Камрани как пункта материально-технического обеспечения советского Военно-морского флота. В августе 1980 года на полуострове Камрань был образован пункт материально-технического обеспечения на постоянной основе – войсковая часть 31350.

В 2001 году руководство России приняло решение не продлевать договор с Вьетнамом и досрочно эвакуировать базу. Она была закрыта вслед за другой российской зарубежной военной базой аналогичного геополитического значения – в Лурдесе (Куба). Войсковая часть 31350 официально прекратила свое существование 2 мая 2002 года.

Восстановление военно-технического сотрудничества России и Вьетнама в плане использования объекта в Камрани началось в ноябре 2013 года, когда в ходе российско-вьетнамских переговоров на высшем уровне президент России Владимир Путин и президент Вьетнама Чыонг Тан Шанг подписали соглашение о создании там совместной базы для обслуживания и ремонта подводных лодок. В 2014 году было подписано двустороннее российско-вьетнамское соглашение, установившее упрощенные номы использования российскими боевыми кораблями порта Камрань. С весны того же года аэродром Камрани впервые стал использоваться для обслуживания самолетов Ил-78, обеспечивающих дозаправку в воздухе самолетов Ту-95МС.

Еще одним направлением военно-технического сотрудничества России и Вьетнама является поставка Ханою российской бронетехники. В преддверии саммита АТЭС в Дананге глава российской делегации на выставке Defense&Security, замдиректора ФСВТС Михаил Петухов сообщил, что Россия начала поставки во Вьетнам танков Т-90С и Т-90СК. «В результате серии переговоров российских и вьетнамских экспертов был подписан контракт на поставку танков Т-90С и Т-90СК. В настоящее время стороны приступили к его реализации», - отметил он. В годовом отчете предприятия «Уралвагонзавод» в этой связи подчеркивается, что в текущем году стороны начнут выполнять контракт с заказчиком «704» (Вьетнам) на поставку 64 танков Т-90С/СК.

Ранее глава «Рособоронэкспорта» Александр Михеев сообщил, что Россия поставит Вьетнаму «морскую технику». Кроме того, Москва обсуждает с Вьетнамом поставки зенитных ракетных комплексов. «С вьетнамской стороной ведется диалог по вопросам поставки, ремонта и модернизации зенитных ракетных систем и комплексов различного типа. Стороны определяют номенклатуру, по которой будет осуществляться сотрудничество», - свидетельствует замдиректора Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству (ФСВТС) Михаил Петухов.

Ранее Вьетнам уже закупил у России несколько дивизионов зенитно-ракетных систем С-300ПМУ1, 32 истребителя Су-30МК2, 12 ракетных катеров «Молния», четыре фрегата типа «Гепард», шесть подводных лодок проекта 636 «Варшавянка», подвижный береговой ракетный комплекс «Бастион» со сверхзвуковой самонаводящейся противокорабельной ракетой «Яхонт», ПЗРК «Игла» и другие виды вооружений. (vestifinance.ru)

В целом Вьетнам занимает в настоящее время четвертое место в списке крупнейших покупателей российского оружия после Индии, Китая и Алжира. В 2016 году страна закупила российские вооружения на общую сумму в 787,8 млн. долларов.

«Двустороннее сотрудничество России и Вьетнама поступательно развивается на основе принципов всеобъемлющего стратегического партнерства», – подчеркнул президент России Владимир Путин в ходе встречи со своим вьетнамским коллегой Чан Дай Куангом на полях саммита АТЭС в Дананге. (kremlin.ru)

В принятом 10 ноября совместном заявлении президентов двух государств о «сотрудничестве в области обеспечения международной информационной безопасности» подчеркивается «необходимость усиления координации деятельности России и Вьетнама в рамках ООН и, в частности, на площадке Международного союза электросвязи по вопросам интернационализации управления информационно-телекоммуникационной сетью Интернет, включая обеспечение равного права государств на участие в процессе управления ею и увеличения в этом контексте роли Международного союза электросвязи». «Главы двух государств договорились наращивать сотрудничество между Российской Федерацией и Социалистической Республикой Вьетнам в области обеспечения международной информационной безопасности, которое будет осуществляться по следующим направлениям: разработка и осуществление совместных мер доверия, обеспечение информационной безопасности критически важных объектов; борьба с использованием информационно-коммуникационных технологий в террористических целях и для осуществления иной преступной деятельности; передача технологий, подготовка кадров, обмен информацией и опытом противодействия преступности в информационной сфере; содействие обеспечению безопасного, стабильного функционирования информационно-телекоммуникационной сети Интернет и интернационализации управления ею; осуществление тесной координации позиций России и Вьетнама на международных переговорных площадках и форумах», – говорится в совместном заявлении, подписанном Владимиром Путиным и Чан Дай Куангом. (kremlin.ru)

Еще одной важной областью сотрудничества Москвы и Ханоя является сфера энергетики. В частности, в настоящее время ПАО «Газпром» обсуждает строительство во Вьетнаме регазификационных терминалов, а также поставки в эту страну сжиженного природного газа. (vedomosti.ru)

Тем не менее, двустороннее российско-вьетнамское сотрудничество нуждается в дополнительных импульсах, поскольку нынешний уровень его развития, прежде всего, в торгово-экономической сфере не отвечает имеющимся возможностям. По данным за 2016 год Россия не вошла в список ведущих торговых партнеров Вьетнама, в котором представлены  США, Китай, Япония,  Южная Корея и Таиланд. В частности, экспорт вьетнамской продукции в США составил 20,2% в структуре национальных экспортных потоков. По Китаю соответствующий показатель составил 14,2%, Японии -  8,2%, Южной Корее – 6,2%. Одновременно на долю Китая в 2016 году приходилось 25,1% вьетнамского импорта, Южной Кореи – 17,5%, Японии – 7,9%, США - 6% и Таиланда – 4,7%.

Третий фактор связан с местом Вьетнама в общей торгово-экономической системе Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), роль которого в системе внешнеполитических приоритетов России неуклонно возрастает. «Поддерживаем идею формирования Азиатско-Тихоокеанской зоны свободной торговли. Видим в этом практический интерес, возможность укрепить позиции на динамично растущих рынках АТР», – отметил Владимир Путин в своей статье «XXV саммит АТЭС в Дананге: вместе к процветанию и гармоничному развитию», приуроченной к саммиту АТЭС в Дананге. Как говорится в статье, за последние пять лет доля экономик АТЭС во внешней торговле России увеличилась с 23% до 31%, а в экспорте – с 17% до 24%. «Останавливаться на достигнутом мы не собираемся», – подчеркнул в этой связи Владимир Путин и отметил, что проект создания зоны свободной торговли АТЭС должен осуществляться с учетом опыта ключевых союзов в АТР и Евразии, в том числе Евразийского экономического союза (ЕАЭС): «Наш союз динамично развивается, и мы готовы выстраивать отношения со всеми заинтересованными странами и объединениями». При этом именно Вьетнам уже заключил с ЕАЭС соглашение о формировании зоны свободной торговли, опередив в данном отношении Китай и Сингапур, также заявившие о намерении развивать торгово-экономическое взаимодействие с ЕАЭС. (vestifinance.ru)

Укрепление взаимодействия России со странами АТР не осталось без внимания европейцев. «Россия может внести большой вклад в успешное будущее Азиатско-Тихоокеанского региона», – уверено, в частности, датское издание DR. «В целом важен сам сигнал», – подчеркивает оно и следующим образом характеризует значение участия президента Владимира Путина в саммите АТЭС во Вьетнаме: речь идет о том, чтобы «дать понять, что Россия хочет сотрудничать с Азией и будет отдавать ей приоритет». (dr.dk)

Четвертый фактор заключается во «встроенности» АТЭС в более общую систему политических и экономических процессов в АТР – которые в настоящее время переживают несомненное «переформатирование» вследствие неоднозначных действий новой администрации США. Это напрямую касается, в частности, Транстихоокеанского партнерства (ТТП). Президент США Дональд Трамп 23 января 2017 года подписал меморандум о выходе своей страны из ТТП, так как оно, по его мнению, помогало бы создавать рабочие места за пределами США.

Данный шаг Вашингтона, в свою очередь, послужил катализатором более активного взаимодействия в рамках ТТП. Последним шагом в этой связи стало базовое соглашение о сотрудничестве «без участия США», достигнутое министрами торговли стран – участниц ТПП, в составе которого (в отсутствие Вашингтона и Пекина) важная роль также принадлежит Ханою. Как заявил министр торговли Вьетнама Тран Туан Ань, «мы достигли соглашения по ряду фундаментальных элементов». Сопредседатель переговоров министр экономики и промышленности Японии Тосимицу Мотэга подтвердил, что министры пришли к единому мнению по «претворению ТТП в реальность». В настоящее время в ТТП, помимо Вьетнама и Японии, входят Малайзия, Сингапур, Бруней, Австралия, Новая Зеландия, Канада, Мексика, Чили и Перу. (rbc.ru)

Пятый фактор, определяющий значимость и место Вьетнама в системе российских приоритетов в АТР, напрямую связан со сложными взаимоотношениями Ханоя с Пекином и, соответственно, его стремлением играть на противоречиях самого Китая с ведущими мировыми державами и институтами. При этом, что симптоматично, вьетнамское общество испытывает в целом позитивное отношение как к России, так и к США в лице нового президента Дональда Трампа – во многом вследствие американо-китайских противоречий. По данным американского исследовательского центра Pew, Вьетнам является одной из семи стран мира, где «большинство населения признаются в своих симпатиях Трампу». В начале 2017 года 58% вьетнамцев сказали, что уверены «в правильности внешнеполитического курса Трампа», при среднем аналогичном мировом показателе в 22% (к другим странам, где большинство населения являлись по состоянию на начало текущего года «сторонниками Трампа», эксперты Pew отнесли Израиль, Кению, Нигерию, Филиппины, Россию и Танзанию). «Сильная поддержка Трампа во Вьетнаме отчасти объясняется его собственной политикой и личностью: его жесткие высказывания в адрес Китая в период предвыборной кампании нашли отклик у вьетнамской общественности, которая с большим подозрением относится к возвышению своего северного соседа, к тому же многих привлекает богатый опыт Трампа в сфере бизнеса: головокружительный экономический рост страны в последнее время подпитывает предпринимательские мечты многих вьетнамцев», – отмечает в этой связи американское интернет-издание Politico. (politico.com)

Сложившаяся ситуация делает приоритетным для России – при сохранении нынешнего позитивного вектора в военно-техническом сотрудничестве – развитие торгово-экономического взаимодействия с Вьетнамом, учитывая  в том числе его непростые взаимоотношения с Китаем и заинтересованность Ханоя в укреплении партнерства с ЕАЭС.

Ключевые слова: США Китай Россия Вьетнам Владимир Путин Япония ЕАЭС МВФ Дональд Трамп ТТП Таиланд Сингапур Южная Корея АТЭС. АТР Камрань Т-90

Версия для печати