Революционный исламизм

12:21 23.10.2017 Александр Артамонов, журналист-международник


    

- Иван Бло, здравствуйте! Приветствуем Вас из студии журнала «Международная Жизнь». Вы являетесь автором книги о революционном исламе. Когда Вы говорите о корнях революционного исламизма, то в числе его отцов-основателей Вы называете пакистанца Аль-Мавдуди. Этот экстремист заявлял, что, согласно его видению, «ислам должен быть абсолютно тоталитарным, уподобившись фашизму». Но дело в том, что все же надо четко понимать разницу между исламом и исламизмом, так как ислам — это религия мира. Ваш комментарий?

Иван Бло. Вы правы, но Аль-Мавдуди мирная природа ислама была не интересна. Он расценивал умеренный ислам, как настоящее предательство радикального ислама. Получается, что все традиционные мусульманские государства, существующие в современном мире, с точки зрения Аль-Мавдуди и его приспешников, не имеют права на существование. Этот человек признавал только такую трактовку мусульманского учения, при которой можно было заниматься джихадом, применять, на правах закона прямого действия, шариат и  ставить себе задачей глобальное господство. Согласно Аль-Мавдуди, другого ислама на Земле просто не должно было существовать. Точку зрения Аль-Мавдуди полностью разделял египетский философ Сейид Кутб. Я считаю, что эти 2 персонажа сделали для становления исламизма не меньше, чем Ленин и Троцкий — или, может быть, Маркс и Ленин — для становления коммунизма. К сожалению, никто, кроме нескольких университетских профессоров, не обратил внимание на их вклад в дело революционного исламизма. Но результатами исследования серьезных авторов пренебрегают. Поэтому неясно, как сражаться с исламизмом, если Вы не знаете историю его происхождения.

Со своей стороны, в том, что касается моей позиции, я, конечно, различаю разные направления богословской мысли великой религии. Так, есть умеренный и мирный ислам, который массово распространен у вас в России, а есть революционный исламизм, который является настоящим революционным движением. Вообще, в любом серьезном учении есть мирные и воинственные формы: взять хотя бы французский социализм. Тут можно встретить и социализм реформаторского толка, который не выступает за насилие. Но есть и революционный социализм, великолепно описанный Достоевским в «Бесах». Так, и в области религий, опасно не само религиозное учение, а революционная доктрина, основанная на нем. В этой связи я и издал свою последнюю книгу, посвященную этой проблематике. В ней я заявляю: «Будьте осторожны! Мы имеем дело с революционным направлением мысли, и именно так к нему и надо относиться!» Поэтому я и не верю в программу социальной реабилитации, запущенную для исламистов во Франции. Их отправляют в специальные центры, в которых пытаются провести их идеологическую дезинтоксикацию. Но результат, к сожалению, стремится к нулю. Но, наверное, Вы и сами не верите, что если объяснить людям, что такое Декларация прав человека и гражданина, разработанная во Французскую революцию, то они срочно разоружатся и откажутся от своего глобального мировоззрения. Представьте себе, что Вы отправили бы в подобное заведение Владимира Ильича. Вы же не думаете, что Вам бы действительно удалось его перековать! Настоящий революционер — это всегда приверженец насилия, который имеет свое собственное глобальное видение и который отметает любые попытки повлиять на его мировоззрение. Так что для меня есть традиционный и вечный ислам. А есть проклюнувшееся в эпоху Первой Мировой течение революционного исламизма. Кстати, Усама Бен Ладен был верным учеником Саида Кутба.

- В своих трудах Вы цитируете также Мао Цзэдуна, который говорил, что революционер должен себя чувствовать в людской среде, как рыба в воде. Когда я брал интервью у главного редактора арабо-французского издания «Журналь Дю Форкан» Али Дани, он привел мне следующую цифру: на сегодняшний день количество мусульман в Западной Европе приблизительно составляет 43 миллиона человек. Что, с Вашей точки зрения, это и есть та самая питательная среда, в которой должны жить революционные исламисты?

ИБ. Благодарю Вас за четко поставленный вопрос. Да, во Франции сейчас живут несколько миллионов мусульман. Точной статистики не существует, но давайте предположим, что их приблизительно 7-8 миллионов. И вот, у нас появляется 2-3тысячи жестких террористов, за которыми постоянно следит полиция. Но вокруг этих людей существует как бы внешний круг из добровольцев: они готовы предоставлять им деньги и машины. А вокруг существует еще одно сообщество «доброжелателей» жесткого исламизма, испытывающих симпатию к исламизму и его идеям. Мы считаем, что таких сочувствующих во Франции никак не меньше 2 миллионов человек. И пусть даже эти люди не являются активными борцами, но они представляют тот самый садок, в котором исламисты ведут вербовку молодежи. Из этой среды и выходят активисты и террористы. Ну и потом, как и везде, есть безразличные ко всему люди. Попадаются в мусульманской среде и активные борцы с революционным исламизмом. Все же это сообщество, как я же говорил, включает в себя 8 миллионов человек. Но последних относительно немного — может быть, 1-2 миллиона. Но эти люди очень боятся экстремистов и, как правило, избегают любых заявлений. Могу сказать, что французским властям было крайне сложно даже получить от Центральной Парижской Мечети официальное заявление с осуждением революционного исламизма. В конце концов, из них можно выбить подобные бумаги, но проще гору своротить! Установить принадлежность различных членов мусульманской комьюнити Франции к тому или иному кругу гораздо сложнее, чем рубить с плеча, заявляя есть, де, плохие исламисты, а есть хорошие мусульмане… На самом деле, оттенков цвета очень много. Настоящий джихадист только тогда эффективен, когда вокруг него собираются пассивные сторонники, среди которых он себя и чувствует, «как рыба в воде».

Конечно, существует и широко понимание мусульманского сообщества. Там полно людей, которые вообще абсолютно пассивны. Но только благодаря этой внешне пассивной среде террористу и удается действовать. Если Вы отправите его в Польшу, то там он ничего не сделает, так как не найдет «благодарной аудитории». Там нет никого, кроме ревностных католиков. Так что серьезные спецслужбы, работающие в этой среде, постоянно исследуют корреляцию между иммиграции и терроризмом. У нас полно незаконных иммигрантов из мусульманских стран. И именно их среда пополняет ряды террористов. Так что если Вы хотите бороться с терроризмом, то надо, в частности, бороться с тайной иммиграцией и с настроениями некоторой части французского общества.

- Исламистские проповедники очень любят применять понятие «Дар Эль-Харб», то есть не принадлежащие исламу ареалы, которые исламисты рассматривают, как «территорию войны». В то же время, мусульманские богословы постановили, что понятие «Дар Эль-Харб» более применяться не может, так как эпоха великих завоеваний ислама осталась в далеком прошлом…

ИБ. Вообще-то исламисты нередко ссылаются на некоторые трактовки священных текстов, согласно которым можно скрывать свою веру, «если это служит благому делу». То есть для таких людей ложь допустима. Это во-первых. Ну и, кроме того, Ваша информация пришла от стана умеренных здравомыслящих верующих. Конечно же, эти люди вовсе не стремятся жить в состоянии войны со всем миром. И слава Богу, таких людей много! Но для исламиста здесь-то как раз и кроется предательство ислама! Они пристрастно интерпретируют некоторые сураты, заявляя, что надлежит сражаться со всеми, кто не является мусульманином. Этих людей террористы желают завоевывать почти что по гуманным соображениям: они хотят приобщить силой неверующих к вере, помочь им приблизиться к Богу! Было бы страшным эгоизмом, думают они, не дать шанса этим несчастным приобщиться к истинной вере! Мы просто обязаны обратить их во имя их же собственного блага! Достаточно только немного подтолкнуть этих людей! Вообще, беседовать с революционерами очень тяжело. Достоевский гениально отобразил это в «Бесах». Помните, как глава революционной ячейки пытается привлечь Ставрогина, завербовав его? В книге Ставрогин какое-то время холодно слушает собеседника, а потом резко прерывает его и говорит: «Хватит! Вы пьяны!» Тот возмущенно отвечает: «Да я и капли в рот не брал!» А Ставрогин ему говорит: «Вы опьянены идеологией!»  На самом деле, с медицинской точки зрения, когда Вашим сознанием полностью овладевает какая-либо идеология, Вы пребываете в состоянии опьянения. И в этом состоянии измененного сознания Вы способны на все — даже на убийство. Я считаю, что такое объяснение вполне оправдано.

Французский политик Иван Бло  является автором книги о революционном исламе. Именно на эту тему он выступил с  свой докладом в рамках VIII Международной Конференции, посвященной особенностям интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Конференция проходила 17-21 октября2017 года в Ялте, Республика Крым,  при поддержке МИД России. Ее организатором выступил  журнал "Международная жизнь".

Ключевые слова: исламизм

Версия для печати