ЕАЭС к 2025: перспективы развития

22:33 12.09.2017 Анастасия Толстухина, редактор журнала "Международная жизнь"

Фото: http://esnews.kz

Евразийский экономический союз в сравнении с тем же Европейским союзом – довольно молодое объединение. В 2025 году ЕАЭС будет праздновать 10-летний юбилей. Вместе с тем государства-члены (Казахстан, Россия, Армения, Кыргызстан и Беларусь) не боятся ставить амбициозные цели и задачи.

В перспективе до 2025 года в рамках ЕАЭС планируется реализация «четырех свобод» – полное устранение барьеров, мешающих свободному перемещению товаров, услуг, рабочей силы и капитала. Также предполагается создание единого рынка энергоресурсов (он будет включать в себя общий рынок электроэнергии, нефти, нефтепродуктов и газа), единого транспортного пространства, скоординированной агропромышленной политики. Кроме того, решением Высшего Евразийского экономического совета № 28 от 16 октября 2015 г. были конкретизированы направления, по которым будет развиваться ЕАЭС до 2030 года. В их числе:  1 - обеспечение макроэкономической устойчивости, 2 - создание условий для роста деловой активности и инвестиционной привлекательности, 3 - инновационное развитие и модернизация экономики, 4 - обеспечение доступности финансовых ресурсов и формирование эффективного финансового рынка союза, 5 - инфраструктурное развитие и реализация транзитного потенциала, 6 - развитие кадрового потенциала и создание системы мониторинга движения рабочей силы, 7 - сотрудничество в области ресурсосбережения и повышения энергоэффективности, 8 - межрегиональное и приграничное сотрудничество, 9 - реализация внешнеторгового потенциала посредством заключения непреференциальных и преференциальных торговых соглашений, а также в форме диалогового взаимодействия.

Однако нельзя отрицать наличие определенных трудностей в реализации интеграционного проекта, которые не в последнюю очередь обусловлены особенностями внутреннего развития государств-членов, несовпадением их экономических интересов, а также стремлением защитить свой внутренний рынок. Кроме того,  эксперты к проблемам, препятствующим развитию ЕАЭС, относят итурбулентность в глобальной экономике, большую волатильность финансовых и энергетических рынков, кризисные явления в мировой и региональной политике, что в условиях высокой взаимозависимости особенно болезненно отражается на развивающихся экономиках.

Свое видение перспектив развития интеграционных процессов в рамках ЕАЭС представили эксперты Российского совета по международным делам (РСМД) в ходе традиционного «городского завтрака» Úrbi et órbi, организованного РСМД.

В мероприятии приняли участие: Елена Кузьмина, заведующий сектором Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН им. Е.М. Примакова, эксперт РСМД; Елена Алексеенкова, менеджер по аналитической работе РСМД, научный сотрудник Центра глобальных проблем МГИМО МИД России.

В рамках встречи была представлена рабочая тетрадь РСМД «Перспективы развития проекта ЕАЭС к 2025 году».

Каковы ожидания стран-участниц от ЕАЭС?

Елена Алексеенкова отмечает, что наличие единого документа на уровне ЕАЭС, где зафиксированы направления развития до 2030 года, свидетельствует о том, что все государства–члены разделяют общее видение развития союза в данной временной перспективе. К числу общих ожиданий от интеграции в рамках ЕАЭС эксперт относит:

- расширение рынков сбыта для национальной продукции, наращивание экспортных возможностей; (наиболее важное направление)

- повышение конкурентоспособности национального бизнеса и национальных товаров, привлечение большего количества инвестиций;

- развитие собственного транзитного потенциала и транспортно логистической инфраструктуры;

- реиндустриализация экономики, промышленная кооперация внутри союза;

- создание единого рынка труда и лучшей реализации имеющегося человеческого капитала;

- координация экономического макрорегулирования.

Однако нельзя забывать о том, что ожидания государств-членов от ЕАЭС формируются в тесной привязке к национальным задачам и задачам внутреннего экономического развития. Эксперты круглого стола рассказали о национальных стратегиях стран-участниц для лучшего понимания места и роли ЕАЭС в их экономической политике.

Ожидания государств-членов от ЕАЭС формируются в тесной привязке к национальным задачам и задачам внутреннего экономического развития

Так, в Стратегии развития Республики Армения на 2014 – 2025 годы говорится о  том, что членство государства в Таможенном союзе (на момент разработки указанной стратегии Армения была членом Таможенного союза и не являлась членом ЕАЭС – прим. ред.) облегчит доступ местных производителей к более чем 170-миллионному рынку потребителей, предоставит более дешевый импорт энергоресурсов, откроет возможность сочетания благоприятного торгового режима с ЕС и ЕАЭС и сделает страну перекрестком для торгового взаимодействия двух союзов. Вместе с тем в указанной стратегии не говорится о конкретных шагах по претворению в жизнь этих задач.

Наиболее подробно проработана белорусская стратегия в ЕАЭС. Речь идет не только о едином рынке энергоресурсов и едином рынке нефти и газа, что больше всего интересует Беларусь, но и об остальных отраслях, в первую очередь – машиностроении. Руководство страны уверенно, что нужно и можно развивать белорусскую промышленность в рамках Евразийского экономического союза. При этом планируется не только использовать экспортный потенциал ЕАЭС, но и зон свободной торговли (ЗСТ), которые будут установлены с другими странами (на сегодняшний момент соглашение о ЗСТ подписано только с Вьетнамом).

Казахстан – один из самых активных участников ЕАЭС, который имеет множество программ развития (например, «Стратегия 2050», а также различные программы транспортного развития). Однако только в программе «2050» есть упоминание о том, что Казахстан должен использовать возможности ЕАЭС. Таким образом, большинство программ в большей степени сконцентрировано на внутреннем развитии Казахстана.

В стратегии Кыргызстана на 2013 – 2014 годы речь в основном идет о создании отраслевых региональных программ: сельское хозяйство, гидроэнергетика с проектами по созданию новых мощностей, горнодобывающая промышленность. Что касается евразийского интеграционного проекта, то акцент в указанном документе делается главным образом на трудовую миграцию. Если посмотреть на более поздние программы, то у Кыргызстана главная задача – решить вопрос с возвратными мигрантами, которые выдворены из стран союза за несоблюдение законодательства.

Что касается российской стороны, то в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года, которая была принята в 2013 году, говорится о том, что Таможенный союз выступает базой для развития сотрудничества как со странами СНГ, так и со всем остальным миром. Позже данная концепция была подкреплена другими программами. Это видно на примере стратегии внешней политики России, принятой в 2016 году. Кроме того, на прошедшем  Петербургском форуме В.В. Путин выступил с идеей «Большой Евразии», основой которой должен стать Евразийский экономический союз. Вместе с тем эксперты с сожалением отмечают, что в Концепции – 2020 также как и у большинства стран нет четкой проработки шагов по раскрытию торгового, транспортного и иных потенциалов ЕАЭС.  

Елена Кузьмина считает, что действующие программы национального развития имеют ярко выраженную экспортно-ориентированную направленность с учетом, в первую очередь, национальных, а не общесоюзных интересов. Кроме того, несмотря на то, что страны-члены предполагают формирование скоординированной промышленной политики и общего рынка машиностроительной продукции, в настоящее время трудности на пути достижения поставленной цели связаны с небольшим объемом взаимных инвестиций в реальный сектор экономики и слабой активностью промышленных компаний. Вместе с тем страны-члены ЕАЭС в перспективе до 2025 года сохранят основные отраслевые приоритеты и продолжат использовать свое участие в Евразийском экономическом союзе для их дальнейшего развития и укрепления национальных экономик. В свою очередь, Евразийская экономическая комиссия (ЕЭК) ведет целенаправленную работу по преодолению разобщенности интересов внутри союза и продвижению к формированию скоординированной или общей политики в разных сферах экономики.       

Действующие программы национального развития имеют ярко выраженную экспортно-ориентированную направленность с учетом, в первую очередь, национальных, а не общесоюзных интересов

ЕС – ЕАЭС

Елена Алексеенкова отметила, что для большинства государств-членов Евросоюз – ключевой торговый партнер. Поэтому от того, как будут развиваться связи между ЕС и ЕАЭС до 2025 года, будет во многом зависеть судьба последнего. Так, порядка 30 % внешней торговли Армении приходится на ЕС. Данное государство пользуется системой преференций GSP+, что позволяет ему экспортировать более 6 тыс. наименований товаров собственного производства в страны Евросоюза по обнуленным или существенно уменьшенным таможенным пошлинам. С 2016 года между Казахстаном и Евросоюзом действуетрасширенное соглашение о партнерстве и сотрудничестве. Сегодня на Евросоюз приходится 50 % внешнего торгового оборота страны и 52 % инвестиций. Не в меньшей степени рынок ЕС важен и для Беларуси. Это государство пытается себя позиционировать как «экспортный хаб» ЕАЭС. Интересно то, что к 2020 году руководство страны поставило цель добиться следующих пропорций во внешней торговле: 1/3 товарооборота страны должна приходиться на ЕАЭС, 1/3 – на рынок ЕС и 1/3 – на другие страны. 

 В этой связисанкции и контрсанкции России и ЕС воспринимаются как фактор, мешающий успешному экономическому сотрудничеству в рамках ЕАЭС.

Достижимы ли цели?

Отвечая на вопрос корреспондента журнала «Международная жизнь», насколько реально странам-участницам ЕАЭС добиться решения всех поставленных до 2025 года задач, Елена Кузьмина ответила: «Я не уверена, что все поставленные задачи будут достигнуты к 2025 году. Евразийский банк очень серьезно прорабатывает вопрос единой валюты, но ее введения не стоит ожидать в среднесрочной перспективе.  Очень многое будет зависеть от экономического развития России, так как в рамках ЕАЭС наше государство безусловный экономический лидер – самый большой рынок, самая экономически развитая страна. К сожалению, страны-члены еще полностью не отошли от той практики, когда двусторонние отношения ставятся во главу угла. Регион все еще разобщенный. Требуется время для устранения всех преград для большей интеграции евразийского пространства».

Елена Алексеенкова, отвечая на этот же вопрос, заявила: «Все зависит от того, будет лидостигнут консенсус по всем вопросам, стоящим на повестке дня ЕАЭС. Принимая меры, мы защищаем собственный рынок национальных производителей, а пытаясь предоставить им какие-либо привилегии, мы зачастую делаем это в ущерб остальным партнерам по ЕАЭС. Все пользуются этими инструментами. Но здесь важно понимать долгосрочную перспективу. Соответствуют ли поставленные цели нашим интересам или нет. Возьмем общий рынок электроэнергетики. Понятно, что общий интерес есть у всех, но в какой-то момент бывают ситуации, когда национальные правительства считают, что может быть ущемлен национальный суверенитет. Это болезненный вопрос, но и ЕС через это проходил, среди членов которого до сих пор вспыхивают споры по многим вопросам. 

Ключевые слова: РСМД ЕАЭС Елена Алексеенкова Елена Кузьмина

Версия для печати