Какими будут войны будущего?

23:01 07.07.2017 Анастасия Толстухина, редактор журнала "Международная жизнь"


Фото: w-dog.net

По мнению известного военного теоретика Карла Клаузевица, характер войн целиком определяется политикой, орудием которой они являются. Сегодня миропорядок претерпевает существенные изменения – на авансцену выходят Россия, Китай и Индия. В условиях стремительных изменений в системе международных отношений неизбежно возникают вопросы: какими будут войны будущего? Возможна ли новая тотальная война? 

Эти и другие вопросы обсудили в ходе внеочередного «городского завтрака» эксперты Российского совета по международным делам (РСМД) – программный директор РСМД Иван Тимофеев и ведущий научный сотрудник Института проблем международной безопасности РАН Алексей Фененко. 

А. Фененко в своем выступленииохарактеризовал перемены, которые произошли в рамках теории войн, а также дал свой ответ, как и в каких формах возможна война между великими державами. На фоне всех событий в Сирии, Украине, Южно-Китайском море и других регионах мира актуальность этой темы не вызывает сомнений.

По мнению эксперта, англо-бурская война (1899 – 1902 гг.) предопределила способы и методы ведения военных операций первой половины XX века. Ее характерные черты: сплошной фронт, возможность массовых мобилизационных армий и их действий на фронте, перманентные операции на фронте и восприятие всего населения как объекта для применения насилия со стороны противников. «В принципе, Первую и Вторую мировые войны с точки зрения технологии исполнения  можно охарактеризовать как большую англо-бурскую войну», – считает Фененко.

Вместе с тем, по словам эксперта, в современном мире происходит возрождение войн доиндустриальной эпохи. Что они собой представляли? Во-первых, большая их часть была ограниченной по целям, то есть основной задачей было не уничтожение противника, а его принуждение к определенному локальному компромиссу. Во-вторых, выбирался определенный театр военных действий, на котором велись войны между державами, и при этом они вполне могли не затрагивать территорию друг друга. Например, войны за испанское или австрийское наследство середины XVIII века. В-третьих, отсутствие сплошного фронта и относительная редкость столкновений. В-четвертых, в подобных конфликтах действуют, как правило, профессиональные наемные армии. И, наконец, в-пятых, противники могли находиться во многовариативных отношениях друг с другом. Во Второй мировой войне это было не возможно – либо велись военные действия, либо стороны находились в состоянии переговоров о мире. Однако, по словам эксперта, в доиндустриальную эпоху в период ведения военных действий постоянно велись переговоры, бесконечные маневры и комбинации. В качестве примера доиндустриальных войн А. Фененко привел локальные конфликты на Ближнем Востоке. Их характерными чертами стали:

  • использование сугубо профессиональных небольших армий;

  • локализация театра военных действий (не затрагиваются территории друг друга);

  • широкое использование негосударственных игроков.

В современном мире происходит возрождение войн доиндустриальной эпохи

«Сегодня мы наблюдаем те военные конфликты, которые предопределят наше понимание войны на следующие 70 – 80 лет», – заключил Фененко.

Возможен ли ядерный конфликт в условиях возрождения доиндустриальных войн? Алексей Фененко подобный сценарий исключает. Опыт Хиросимы и Нагасаки показывает, что локальное применение ядерного оружия возможен.  Эксперт предполагает, что великие державы будут стремиться найти какую-то безопасную локальную точку, в которой опробуют ядерное оружие для создания полноценной теории его возможного применения на будущее.

По мнению программного директора РСМД Ивана Тимофеева, в случае нанесения точечного удара по противнику, пусть даже на периферии, ответом на агрессию может стать эскалация всего спектра вооружений (обычных и ядерных), которую остановить будет очень сложно. «Вариант войн XVIII века может не сработать, если кризис уже начался. Поэтому не вполне понятно, где находится грань между локализацией конфликта и его переходом во что-то более масштабное», – отметил эксперт.   

Революция вооружения

По мнению Алексея Фененко, новой революции в военной сфере не произошло. «Мы воюем, используя оружие Второй мировой войны, слегка его совершенствуя, но не более того. Принципы ведения военных действий пока остаются прежними», – считает эксперт.

Что касается применения кибероружия, то Фененко отметил следующее: «Пока еще никто не видел реального применения кибероружия. Широко известна история с атакой на иранский ядерный реактор при помощи программного вируса «Stuxnet». Однако есть  версия, что иранцы банально не успевали ввести в действие реактор. Тегерану надо было на что-то списать провал, и он объявил, что Израиль применил против него кибероружие, а последний с удовольствием это подхватил».

Однако  Иван Тимофеев придерживается иной точки зрения и считает, что революция в военном деле идет полным ходом: «Совершенно необязательно, чтобы появилось новое стрелковое оружие, – подчеркнул Тимофеев. – Достаточно уже к имеющимся моделям добавить новый элемент, который сделает его применение качественно другим (например, прицел ночного видения)». По словам эксперта, беспилотники, системы наведения, информационные технологии, технологии связи привели к качественному прорыву в военно-технической сфере.

Тотальная война или глобальный конфликт ограниченного масштаба?

В заключение встречи эксперты попытались спрогнозировать вероятность возникновения глобального конфликта и назвать наиболее уязвимые регионы мира.

По мнению А. Фененко глобальный конфликт на уничтожение вряд ли возможен, но военное столкновение с целью изменения баланса сил в мире вполне вероятно. Такая война может развернуться на определенной локальной территории, куда введут войска великие державы (например, территория Ближнего Востока или Восточной Европы).

Иван Тимофеев полагает, что существует вероятность попытки«наказания» Западом излишне самостоятельной России при помощи проведения скоротечной военной операции. Однако такой сценарий довольно опасен, так как эскалацию конфликта будет достаточно сложно контролировать.

Существует вероятность попытки«наказания» России в достаточно скоротечном конфликте

Оба эксперта сошлись во мнении, что глобальный конфликт в том или ином виде достаточно вероятен. Характер войн XXI века, по мнению экспертов, будет меняться. 

Ключевые слова: Алексей Фененко Война глобальная война Иван Тимофеев

Версия для печати